(Темные) пути неисповедимы

      Несмотря на отсутствие духовных сил, Хуайсан довольно ловко управлялся своими веерами. Он не подпускал противников к Вэй Ину, пока тот пытался отследить сдерживающий темную ци объект. Пришлось перепробовать два десятка талисманов и около полусотни символов, пока не нашелся тот самый - идеально подходящий. Однако золотая нить от него вела вниз, под землю.       Мысленно выругавшись Усянь перешел к тому, чтобы определить расположение круга. Кажется, что уничтожить сдерживающий артефакт будет не просто. Более того - Вэй Ин был уверен, что данный магический предмет находится у Гуанъяо. Ну не стал бы чертов Яо доверять что-то настолько важное другому. И раз уж сам он здесь - то наверняка все берет в свои руки.       - Вэй-сюн, я не настаиваю, но тебе бы поторопиться.       Хуайсан отмахнулся от талисмана, который был нацелен в Усяня и встал недалеко от него.       Вэй Ин посмотрел на главу Не:       - Есть что-то, что Гуанъяо всегда носил с собой? То, что может сконцентрировать много светлой ци.       Хуайсан задумался, глядя на то, как обезглавленный живой мертвец пытается добраться до своих целей.       - То, что прям всегда при нем - нет, - улыбнулся Не. - Но на его одеждах был жетон.       Усянь сдержался, чтобы не закатить глаза. Хуайсан еще и шутить о своей связи с Гуанъяо смеет.       - Хуайсан, ты точно наш союзник?       - Ну что за вопросы, Вэй-сюн, - он метнул свой веер снова. - Я же здесь.       "Это, блять, не ответ!" - негодовал внутренний Усянь. Но сейчас времени на разговоры не было. Объект найти удалось, а он связан с кругом. Теперь нужно переходить ко второй части плана. Круг явно не под землей и охватывает куда большую площадь. Цзян Чэн говорил, что в этих местах всегда происходят обвалы, а значит - нужно расширить радиус действия ритуала как можно сильнее.       Круг не обязательно может быть расчерчен. Если нанести определенные метки, которые будут создавать магическую окружность не фактически, а устанавливая связи ци между символами, то достаточно будет просто повредить один из несущих темную энергию знаков. Помнится, в городе И также было много волшебных элементов. Город был связан. И связан с кругом, находящимся в центре.       Сейчас средоточием всего является пещера, где все заперты, а значит, от центра - к артефакту, от артефакта - к ближайшей метке.       Усянь снова взглянул на Хуайсана. Что он там говорил о заклинаниях по крови?       - Глава Не, кажется, что Ваша помощь все же потребуется. Нужно усилить действие поиска.       Хуайсан сразу же оказался рядом. Только вместо того, чтобы задать Вэй Ину вопрос, он рассек свое запястье и раскрыл оба своих веера так, чтобы те были в полной боевой готовности. Кровь потянулась к оружию, а Хуайсан, слегка нахмурившись, отпустил веера. Те парили сами по себе совсем рядом.       После этого Не присел рядом с Вэй Ином:       - Что делаем?       Но Усянь мог только вопрос из себя выдавить:       - Ты только что...       - Защита, - перебил Хуайсан. - Ну же, Вэй-сюн, время идет.       Вэй Ин нахмурился. Эти заклинания по крови и правда сильны. И непонятны. Хуайсан смог использовать свои веера так, даже несмотря на ритуал, а ранее он говорил, основываясь на том, что кровь течет в каждом человеке. Тело заклинателя напитано духовной энергией, как и его кровь. А если ритуал блокирует потоки, то он же не останавливает кровообращение.       - Ты просто нечто, - тихо говорил Усянь, возвращаясь к делу. - Итак, нужно, чтобы ты усилил действие этого талисмана, - он указал на последний написанный собой лист. - Он покажет место, с которым связан сдерживающий артефакт. Нам туда.       - О, - протянул Хуайсан.       "Недурно. Он и правда буквально разгадал весь их язык. Молодец, Вэй-сюн", - думает Хуайсан, нанося свои символы с другой стороны талисмана.       Действие амулета тут же усилилось. Поток темной энергии пронесся по округе серой дымкой, а одна единственная темная нить обозначала направление.       - Так?       Усянь даже не знал, что и сказать. Он кивнул и с опаской посмотрел на веера, которые кружили вокруг них.       Хуайсан тихо рассмеялся:       - Они будут защищать хозяина, - пояснил он. - Пошли?       И когда Не протянул руку, Вэй Ин все же взялся за нее.       - Забавно. Ты их оправдываешь. Их всех, - говорил Хуайсан, размахивая чашей вина. - Оправдываешь Цзян Чэна, его мать, даже его сестру, которая родного сына бросила. Но посмотри, - он развел руками. - Мы не в Юньмэне прячемся.       Усянь обвел своим нетрезвым взглядом подземные библиотеки Облачных Глубин. Это единственное место, где так или иначе можно было чувствовать себя в безопасности.       - Но вот ответь, раз ты так привязан в Юньмэну, то зачем тебе нужен был Лань Чжань?       Вэй Ин нахмурился:       - Причем здесь это?       - Да так, - Хуайсан крутил в руке пустую чашу. - Ванцзи ради тебя пошел против всего своего ордена и всего мира. А что сделал ради него ты?       - Я...       Вэй Ин запнулся, а на глазах выступили слезы. Лань Чжань мертв. Усянь своими глазами видел его смерть.       - Ну-ну, - Не погладил плачущего Вэй Ина по плечу. - Лучше поздно, чем никогда.       - Да что ты вообще знаешь?! - рыдая кричал Вэй Ин. - Ты не имеешь права сравнивать их! Зачем ты вообще мне об этом говоришь?!       - Я не сравниваю. Просто говорю, что ты ценишь какие-то крупицы доброты, но не замечаешь огромной любви. Лань Ванцзи долгие годы любил тебя, скорбел и ждал. И даже после того, как ты отвернулся от него снова, он отдал за тебя жизнь.       - Заткнись!       Усянь оттолкнул Хуайсана от себя и поднялся.       Но Не рассмеялся:       - Правда ранит, Вэй-сюн. Но еще больнее от того, что ничего нельзя поменять. Скоро и мы умрем. Это лишь вопрос времени, - Хуайсан лежал на полу, раскинув руки в стороны. - Они сумасшедшие. Все они, - он прикрыл глаза. - Эти секты Империи и их главы - просто животные.       Вэй Ин смахнул слезы и потянулся к вину. В коем-то веке они могут пить в Облачных Глубинах и не бояться наказания. Только вот... Ордена Гусу Лань уже не существует.       - Не изменить.       Усянь игнорирует чашу и пьет прямо из бутыля. Верно - уже ничего не изменить.       Вернувшись в реальность, Вэй Ин слегка растерянно посмотрел на Хуасана. Это... Он сделал? Это Хуайсан повернул все вспять и заставил проживать жизнь по новой?       У Хуайсана явно с головой не в порядке, но чтобы настолько...       - Твои заклинания по крови, - говорит Усянь, глядя на то как веера и правда не дают противникам приблизиться к ним. - Откуда ты столько знаешь?       - А откуда ты знаешь эти символы? - вопросом на вопрос отвечает Не. - Вэй-сюн, у каждого свои секреты. И не все хотят о них говорить.       - Это точно техники рода Не?       Хуайсан остановился у какого-то обугленного дерева, к которому их привела черная нить.       - Вэй Усянь, - тон Хуайсана стал более официальным. - Техники по крови являются запретными и их редко используют. Однако они не являются чем-то, что связано с темной ци. Но они также не связаны и со светлой. Кровь течет в каждом человеке. И если ты можешь подчинить свою духовную энергию, то почему нельзя подчинить и кровь? А светлые это будут техники или темные - уже от человека зависит. Но не стоит забывать, что многие вещи, Вэй-сюн, могут быть за гранью понимания.       Хуайсан приложил руку с резаной раной на запястье к дереву.       Усянь точно видел, как кровь Хуайсана просто входит в обугленную кору и растворяется в ней. А уже через мгновение дерево затрещало. Кора на том месте, где была рука Хуайсана, раскололась пополам и раздвинулась в стороны. Внутри дерева оказался какой-то старый меч.       - Это я точно трогать не буду.       Хуайсан сделал шаг назад.       Возможность менять структуру и свойства объектов - истинная причина, по которой техники по крови являются запретными. Усянь тоже не стал касаться переполненного темной ци клинка. Он снова использовал печати, чтобы разрушить часть действующего ритуала.       Но прежде, чем прикрепить печать к мечу, он покосился на Хуайсана:       - Сможешь усилить действие печати снова?       - Я чувствую себя использованным, - шутит Не.       Но в просьбе не отказывает.       Усянь подумал - а зачем рушить только одну часть ритуала, если можно разрушить весь. Нужно только в разы усилить то, что и так хорошо работает. И Хуайсан очень легко и просто может это сделать.

***

      К концу разговора с Чжимином у главы Оуян было разрезано примерно половина щек. Мужчина тяжело дышал и не пытался скрыть свои слезы от этой нестерпимой боли.       - Чудовище, - хрипит Ши не глядя на своего мучителя.       - Это не самое страшное, что можно было бы придумать, - заверил Чжимин. - Отдохните пока.       Оуян зажмурился. Пришлось. Ему пришлось рассказать все. Иначе этот чокнутый старик точно прикончил бы его.       - Какой замечательный день.       Цижэнь сделал вид, что у него не дернулся глаз из-за очередного внезапного появления Чжимина.       - Ты разобрался с проблемой и радуешься? - уточнил Цижэнь.       - Я хотел попросить у тебя иглу и нить.       Цижэнь отложил проверку заданий учеников и поднялся:       - Разве ты не мог попросить это все у Сюина?       - Зачем мне беспокоить этого невинного ребенка? Тем более, он наверняка предложил бы помощь. А она мне не нужна, - пояснил старший. - Почему бы не научиться чему-то новому? Может, так я куда лучше начну понимать своего дорогого сына.       "Дорогой сын" такого порыва своего отца не оценил. Он протянул Чжимину коробку со всем необходимым.       - Сборник нужен?       Чжимин смог побороть смех, но ему не удалось скрыть улыбку:       - Попытаюсь научиться на практике, - ответил он. - Знаю точно, что если прокалывать мышцу будет больнее.       - Хуоджин подсказал?       Улыбка на лице Чжимина сразу же померкла. Он опустил взгляд на коробочку в своей руке:       - Буду считать, что его смерть была во благо. Это был отличный повод познакомиться с а-Ином поближе.       - А тебе всегда нужен повод, - уже возвращаясь к столу, говорит Цижэнь. - Хуоджин тоже искал оправданий, почему он бросил своих детей и орден. Не нужно делать то, что ты делаешь, - он присаживается и берет в руку кисть. - Так тебе самому будет только больнее.       Чжимин глянул на сына. После чего - махнул коробочкой:       - Спасибо а-Жэнь.       - Не называй меня так.       Но дверь за старшим уже закрылась.       Стоя спиной к двери, Чжимин смотрел на коробочку в своих руках. Целительство. Он никогда не задумывался, почему Цижэнь выбрал это или как так получилось, что младший сын достиг в этом таких высот.       На второго сына никогда не возлагалось надежд, поэтому он просто... Был. Учился, занимался, развивался, часто оставался наедине с собой. Но когда все надежды Чжимина были разрушены, а сам он, как отец, был просто предан собственным сыном, именно Цижэнь оказался рядом. Рядом, но в то же время так далеко.       Даже сейчас, когда они с сыном находились в одной комнате, Чжимину казалось, что их разделяют тысячи ли. И менять что-то уже слишком поздно.

***

      - Как он?       Ваньинь коснулся запястья Лина, проверяя хотя бы его пульс. Жулань будто бы просто спал.       - Было похоже на сильный всплеск ци, - тихо говорит Сычжуй. - И я... Дядя Чэн...       Но продолжать Юань не решился. Это ни к чему. Ответ на его вопрос уже дали видения. Да, у Ваньиня есть те шрамы. И очевидно, что он получил их в тот день. А спрашивать сейчас что-то подобное, было бы просто неуместно.       Но Чэн знает этих детей. Наверное, даже лучше, чем они сами знают себя.       - Юань, - Ваньинь погладил сидящего рядом юношу по голове. - Даже не думай испытывать вину. Нужно придумать, как выбраться отсюда. А по поводу Лина, лучше уточнить у Хуайсана. Если он вернется.       - Вы... Верите главе Не?       - Это же Хуайсан, - Цзян Чэн тяжело вздохнул. - У него всегда с головой проблемы были. И теперь я точно в этом уверен.       Сычжуй даже говорить ничего не стал. Почему-то вспомнилось то видение, где Не Хуайсан управлялся саблей и веером одновременно. Тогда глава Не упомянул еще и Гуаншаня. Юань слегка нахмурился и опустил взгляд на Жуланя.       Если существует вероятность, что Вэнь Сюй и Цзинь Цзысюань живы, то можно даже поверить в то, что и глава Не на их стороне. А Гуанъяо просто обманут.       Но сейчас в пещере находятся они, и Яо среди них нет.

      - Да ты вообще Яо ебал. Ужас, - закатывает глаза мужчина. - Я почти не осуждаю того педофила.

      - Ты, блять... Конченный, - Хуайсан выглядел настолько шокированным, что даже не верилось, что глава Не может быть таким. Он даже веер свой выронил. - Тебе вообще похер, что говорить людям, или как?

      - Напомню - ты Яо ебал. Я не считаю тебя человеком.

      - Да пошел ты нахуй! Гадалка ебаная!

      Второй мужчина рассмеялся. Его смех казался Юаню очень красивым и каким-то... Родным. Как в тех снах, где...

      - Минцзюэ бы прослезился, услышав это.

      - Вэнь Сюй, ты - гребаный придурок!

      В подтверждение своих слов Хуайсан бросает в Сюя своим веером. На тот раз - боевым. Но Вэнь легко перехватывает оружие и обмахивается им:

      - О, а вот теперь я верю, что вы с ним братья. Скажи, что оторвешь мне голову - и я кончу.

      Ну что за бесстыдство? И это - кровный отец Юаня? Да такой человек любого из себя выведет.       Хотя... Погодите. Если видения вернулись, то они теперь и духовную энергию использовать могут.       - Дядя Чэн, - Сычжуй поднялся, аккуратно переложив Лина со своих колен на землю. - Я хочу попытаться сделать путь наверх. Нужна защита, чтобы нам не навредили.       Ваньинь посмотрел на младшего, а после - на свою руку. Духовная энергия и правда теперь циркулировала снова.       - Обвал может быть большим, - предупредил Чэн. - И нельзя быть точно уверенным, что у нас получится выбраться таким образом.       - Получится, - Юань поднялся. - Я не силен в предсказаниях, но тем не менее, я видел будущее. А если оно рано или поздно наступит, то отсюда мы точно выберемся.

      Ну наконец-то.

      А вам лишь бы что-то сжечь.

      Жечь - это у нас в крови.

      Юань создал несколько огоньков, чтобы осветить пространство пещеры.       Теперь это кровавое месиво можно было разглядеть получше. Десятки трупов, оторванные конечности, разводы черной крови и даже разорванные в клочья тела. Из стен торчали обугленные трупы.       "Дядя Чэн ранен, нельзя, чтобы он тревожил столь сильные раны", - подумал Сычжуй. Ранее пламя защитило его. И Юань очень надеялся, что этот огонь сможет уберечь и дорогих ему людей.

      Ну ты разъебешь или нет?

      Дайте собраться с мыслями.

      Жги, пока горит. Что тут думать?

      Камень не может гореть.

      А ты проверь.

      Нет, ну это точно уже какой-то абсурд. Хотя...       Сычжуй все еще не понимал, откуда взялся этот Вэнь Жохань в его подсознании, но некоторые огненные советы и правда были дельными.       Юань отошел как можно дальше от Ваньиня и остальных. Чэн хотел что-то сказать, но почувствовал, как воздух становится жарче. Он посмотрел на Сычжуя, а после - на огромные листья папоротника, что нависали над ним и двумя остальными младшими.       Вместо того, чтобы задавать вопросы или останавливать, Чэн прижал двух младших к себе, чтобы Юаню не нужно было думать об их защите.       Для создания этого огня не требовались талисманы. Чем больше он создает его, тем больше обретает контроля. И сейчас Юань осознал это как никогда.       Несколько огненных мечей воспарило рядом с Сычжуем. Они сразу же устремились вверх. Юань не был уверен в успехе всего этого, но потолок пещеры и правда загорелся. Теперь эту волну пламени нужно было направить вверх, что Сычжуй и сделал.       Сверху послышался грохот, а внутри пещеры теперь было настолько жарко, что можно было задохнуться. Ваньинь использовал силы, чтобы младшие не получили ожоги или тепловой удар. Но при этом он не мог отвести взгляда от Юаня. Сейчас, когда он направлял свое пламя, которое буквально выжигало все на своем пути, Чэн не мог сдержать улыбку. Цзысюань точно гордился бы сыном своего Сюя.       Всего несколько камушков упало вниз.       Юань прекратил жечь потолок, когда вниз пробился тусклый свет. Сычжуй тяжело вздохнул и опустился на колени. И правда получилось...

      А были сомнения? Не разъебешь - не проживешь.

      Спасибо за совет, уважаемый Вэнь Жохань. Буду знать.       - Вы в порядке? - Юань убрал папоротник и парящие в пещере огоньки.       Все же над подобным стоит еще попрактиковаться. Несмотря на обильное использование духовной энергии, Юань больше устал не физически, а морально. Все-таки он очень переживал, что навредит дяде Чэну и остальным.       - Да. Встать сможешь?       Сычжуй кивнул:       - Да. Минутку.

***

      Когда Хуайсан и Усянь вернулись к тому входу, откуда они вышли, то сразу же услышали какой-то грохот, а после увидели столп огня, который довольно быстро рассеялся. Вэй Ин на мгновение опешил, но потом сразу же бросился туда. Хуайсан остался стоять в стороне. Он прикрыл глаза и прислушался к своим ощущениям.       Ци снова спокойно циркулировала по телу, поэтому Не смог отследить нужного ему человека. Хуайсан помедлил. Итак, Яо пришел. Пусть это и могло вызвать подозрения в его сторону. Точнее - куда большие подозрения. Хуайсан посмотрел на свой веер. Пришел. Все-таки пришел. Еще и путь, по которому можно покинуть подземелье указал.       Хуайсан расплылся в улыбке. Ох, как это мило - Яо и правда подставил себя под удар ради одного Не. Значит, план, которому больше пятнадцати лет все же работает. Просто идеально работает. Похоже, что пора готовить красные одежды и становиться вдовцом.       Но прежде - отыграть свою роль, чтобы финал постановки был просто фееричным.       Осмотревшись по сторонам, Не вздохнул. Ладно, сейчас.       Хуайсан бросился за Вэй Ином, который уже помогал Цзян Чэну и остальным выбраться из-под земли.       - Где а-Яо? - Хуайсан обеспокоенно смотрел на обугленные камни. Он бросил взгляд на Юаня, но присел рядом с Цзинъи. - А-И, как ты?       Цзинъи был без сознания. Хуайсан коснулся его лба и вздохнул с явным облегчением - просто спит. Ладно. Лучше уже так.       - Ты, блять, серьезно? - Ваньинь зло посмотрел на Хуайсана. - Я надеюсь, что твой а-Яо сдох нахуй. Он пытался убить Лина!       Хуайсан посмотрел на Чэна как-то растерянно:       - Он? А-Яо никогда бы не навредил своему племяннику.       Усянь хмуро глянул на Хуасана, но не стал ничего говорить. Этого Не хрен поймешь, а вот а-И и а-Лину нужна помощь.       - Если глава Не хочет поискать своего будущего супруга, мы не смеем его задерживать. - Вэй Ин посмотрел на Юаня. - Нам нужно вернуться в Пристань Лотоса и оказать помощь пострадавшим. Ритуал разрушен. И за помощь в этом я должен поблагодарить главу Не.       Но Хуайсан лишь отмахнулся:       - Не стоит. Вы правы - это только мои проблемы. Я останусь.       Цзян Чэн едва ли не рыкнул:       - Хуй с тобой. Если найдешь его, - он поднял Жуланя на руки. - Вэй Ин, бери Цзинъи. Юань, лететь сможешь?       Сычжуй кивнул. Он старался не смотреть в глаза отцу. От этого взгляда Усяня стало не по себе. Кажется, что совсем скоро им предстоит очень серьезный разговор.       Вэй Ин взял Цзинъи на руки и встал на меч. Они с Чэном первыми поднялись в воздух. Юань последовал за ними, но вопрос главы Не заставил его задержаться.       - Яо понял, что ты Вэнь?       - Простите? - Сычжуй едва с меча не свалился.       - Скажи Хуаню, что Яо понял твое кровное родство. Будь уверен, он вывернет это как проблему. - Хуайсан улыбнулся. - Счастливой дороги, Вэнь Юань.       От этой улыбки стало настолько не по себе так, что Сычжуй поспешил удалиться отсюда.              Какое-то время Хуайсан смотрел на отдаляющихся заклинателей. Как бы теперь так извернуться? Будет нехорошо, если Гуанъяо сделает акцент на Сычжуе. Чем ближе время выбора Верховного заклинателя, тем все сложнее. Что в прошлой жизни, что в этой, именно Гуаншань покончил с Цишань Вэнь целиком и полностью. Это лишь добавило Яо уверенности на месте Верховного заклинателя. Похоже, что его цели прежние и он не брезгует пользоваться некоторыми знаниями, которыми удалось обзавестись в прошлой жизни.       Что тогда, что сейчас, Яо - убийца Вэнь Жоханя. Это тоже имеет значение. Только вот в этой жизни это не афишируется. Занимать место Верховного заклинателя Хуайсан точно не хотел. Нужен человек, который знает меньше. Хуань подходил идеально, но его мышление крайне отличается от того Хуаня из прошлого. Этот Сичэнь скорее захочет полностью контролировать свой орден и обезопасить его. Но Хуань умеет держать безраздельное господство. А значит - выдвинет вместо себя кого-то другого. Если Сычжуй станет главой ордена, то Хуань будет старейшиной. А в Верховные заклинатели... Ну тут два варианта. И скорее всего здесь Сичэнь уже вспомнит о кровном родстве. Значит - Ванцзи.       Но больше вопросов к Юаню. Хуань... Нет, этот Хуань, просто не мог не знать. В прошлой жизни этот мальчик тоже был жив. До поры до времени. Но тогда Старейшина Илина позаботился о каких-то крохах ордена Вэнь. А в этой такого не было. А Юань все равно живой. Это... Интересно. Очень интересно. Но над этим можно подумать и позже.       Хуайсан присел на землю и начертил несколько символов своей кровью. Печатью он усилил их действие. Отлично. Яо найден. Хуайсан поднялся и стер все с земли, размазывая свою же кровь подошвой сапог.       Теперь нужно бросаться вслед за любимым.

***

      Цзинъи был по большей части изнеможен из-за большой потери духовных сил. Раны были несерьезные, но лететь сам он все равно не сможет.       Пока Вэй Ин занимался лечением младшего брата, Юань тихонько сидел в сторонке. Он хотел поговорить о многом, но никак не мог решиться. Папа Ин во время Аннигиляции Солнца был... Он едва ли не самого себя принес в жертву, контролировал тьму, поднимал нежить, которая сражалась против... Против Цишань Вэнь. Против людей, которые так или иначе являлись кровной родней Юаня.       - Я возьму а-И и доставлю его в Облачные Глубины. Поговори с а-Юем. Он точно с ума сходит все это время.       Юань сразу же поднялся. Но отправлять по поручению не спешил.       - Отец, тогда в пещере... Твоя рука...       - Юань, - Усянь посмотрел на сына и улыбнулся. - Ничего страшного. Поговори с Сюаньюем пожалуйста.       И как только Сычжуй покинул комнату, Вэй Ин тяжело вздохнул. Не хватало еще, чтобы Юань из-за этого переживал. Мир словно с ума сошел. Хуайсан использовал заклинания, когда никто другой на это не способен, да еще и с Гуанъяо связался. Сычжуй применил духовное пламя в масштабах Вэнь Жоханя, выжигая сами камни. А сам Усянь вспомнил ужасные вещи из прошлой жизни и чувствует себя самым последним придурком. Прекрасно. Просто замечательно.              Юань и правда сразу же направился к Сюаньюю. Все время, что Цзинъи отсутствовал, Мо очень сильно переживал. И Сычжуй прекрасно понимал, что когда Сюаньюй увидит а-И в таком состоянии, то точно с ума сойдет. Нужно было как-то подготовить Мо. Но сколько бы вариантов того, как преподнести информацию Сюаньюю, Сычжуй не перебирал, они все звучали просто ужасно.       Сначала Сюаньюй переживал из-за собрания целителей, позже - из-за Ночной охоты, которая закончилась не совсем благополучно, а теперь волнуется из-за Цзинъи. Как человек крайне ранимый, Мо будет излишне накручивать себя.       Какое-то время Юань стоял на пороге чужой комнаты, но так и не решился войти. Благо, Сюаньюй вышел сам.       - Ю-юань?       Сычжуй поднял взгляд на Сюаньюя.       Тот растерялся еще больше:       - Что-то произошло? Что-то плохое на совете?       Юань покачал головой. Да о чем он вообще переживает? Сюаньюй пережил столько всего, его приравнивали к собаке, измывались над ним всеми возможными способами, насиловали и продавали как какую-то блядь. Но Мо нашел в себе силы рассказать Лину правду, Сюаньюй мог радоваться чужим успехам, делать красивые подарки. Он переживал о каждой мелочи и очень сильно старался ради того, чтобы доказать, что может быть достойным. Но самое главное - он смог полюбить вновь. Те взгляды, полные нежности и тепла, которые Сюаньюй бросал на Цзинъи невозможно было не заметить. Нельзя утаивать от него что-то настолько важное.       - А-Юй, ты только не переживай. А-И вернулся. Просто... Он очень сильно устал и сейчас отдыхает. Учитель Вэй позаботится о нем.       - Учитель Вэй? А-И ранен? - голос Сюаньюя дрогнул.       - Скорее изнеможен, - тихо говорит Юань. - А-Юй, я думаю, что если ты попросишь, то учитель Вэй не будет возражать, если ты поможешь. Давай спросим у него.       Мо кивнул и нерешительно коснулся чужой руки.       То, что Юань привел Сюаньюя, вызвало у Вэй Ина недоумение, но когда Мо заявил, что желает позаботиться об а-И сам, Усянь не стал возражать. Не стоит забывать, что Сюаньюй все еще учится, а сейчас для него будет наилучшая практика.       Сычжуй поспешил уйти. Лучшее отвлечение для отца - это работа. А Сюаньюй - его ученик, который будет внимать каждому слову.       Ну и что теперь? Юань посмотрел на огни, которые освещали внутренний сад. Уже практически стемнело. А совсем скоро им нужно будет вернуться в Облачные Глубины, а там... Разговора точно не избежать.       Более того, было еще кое-что, что беспокоило Сычжуя. И это касалось его видения. То, которое было о плене а-И. Произошедшее ранее отличалось. Но если учесть точность того, как видения сбываются...       Дверь позади открылась. Усянь дал последние наставления Сюаньюю и вышел.       - Думаю проведать Цзян Чэна. Он был ранен. Перед отбытием я мог бы оказать ему помощь. Пойдешь со мной?       Сычжуй молчаливо кивнул.       Вэй Ин подошел к сыну и аккуратно обнял его:       - Не переживай. А-Юань, ты же мой дорогой сын. Больше ничего не имеет значения.       - Даже то, что я связан кровью с теми, кто выжег Облачные Глубины?       - Даже это, - отвечает Усянь и отстраняется. - Давай проведаем главу Цзян.              Целители Юньмэна оказали первую помощь Ваньиню. Но на дальнейшее лечение глава ордена не был согласен. Нужно было связаться с Шаном и остальными. Кроме того, было важно позаботиться о делах на границах. Требовалось обезопасить свой орден. Цзян Чэн понимал, что он провалился. Снова подвел свой орден, как глава.       Помимо всего произошедшего, слова Гуанъяо не давали покоя. Он знает. Что произошло в тот день. Знает о тех местах. И не ясно, сколько еще ему известно.       Во время Аннигиляции Солнца Яо шпионил в Цишане и был в Юньмэне. А, значит, еще в то время изучил местность. Но не может же он быть более информированным, чем Ваньинь, который провел всю жизнь в Юньмэне.       - Тебе нужно отдыхать.       Спокойный голос Лина привлек внимание. Жулань стоял на пороге. На нем уже были не клановые одежды Ланьлин Цзинь, а простые белые. Только халат с золотыми вышивками выделялся.       - Как ты себя чувствуешь? - Чэн резко поднялся, слегка поморщившись от боли в свежих ранах.       - Цзинъи хуже, - ответил Лин и прикрыл дверь. - Кажется, я использовал некоторые возможности заклинаний по крови неосознанно.       - Лин, тогда...       Ваньинь замолчал, когда в дверь постучали. Лин сам пустил гостей в комнату.       Как только Вэй Ин вошел, он сразу же лично проверил состояние Жуланя. Рассказ Чэна, пока они возвращались в Пристань Лотоса, был ужасным. По сути Лин сделал то же самое, что и Хуайсан с этими заклинаниями по крови. Но у Цзиня просто нет того опыта, который был у Не. Однако никаких повреждений у Лина не было. Просто упадок сил.             - В ближайшее время я бы не рекомендовал тебе использовать сильные заклинания. А уж тем более - те, которые по крови. Позаботься о гармонии собственных духовных сил.       Лин кивнул и улыбнулся Юаню:       - Спасибо.       Усянь глянул на то, как Жулань коснулся руки Сычжуя и просто встал рядом. Ладно, младшие - само очарование, но сейчас есть дела поважнее.       - Глава Цзян, поскольку я все еще здесь, то мог бы...       - Не стоит беспокоиться, - перебил Чэн. - Но хорошо, что вы зашли, я хотел попросить Вас позволить Лину остаться в Облачных Глубинах. На данный момент это самое безопасное место.       Вэй Ин слегка нахмурился. Он снова покосился на Лина, который предпочел отмолчаться. Ну конечно - этот Жулань очень любит своего дядю и глубоко уважает каждое его решение. Это совсем не тот крикливый мальчик из воспоминаний о прошлой жизни.       - Конечно, - отвечает Усянь. - Облачные Глубины всегда открыты для Вас и для Жуланя. Но давайте все же займемся Вашими ранами.       Ваньинь собирался снова ответить, что не стоит об этом беспокоиться, однако колокольчик на его поясе привлек внимание куда больше. Украшение несколько раз звякнуло и просто раскололось.       - Какого?..       Чэн выбежал из-за стола и едва не снес с ног самого Вэй Ина, направляясь к двери. А едва Ваньинь открыл ее, то увидел огонь вдалеке. Что именно горит, Цзян Чэн понял сразу. Если его колокольчик на поясе раскололся, то это значит лишь одно - печать барьера повреждена.       Это еще не хватало. Гуанъяо решил ударить по Пристани Лотоса? Нихера у него не выйдет!       - Цзян Чэн! - Усянь схватил его за руку. - Что бы там не было, ты не сможешь сражаться в таком состоянии.       - Ты издеваешься? - Чэн вырвал руку из чужой хватки.       - Нет, - спокойно ответил Вэй Ин. - Здесь что-то не так. Я могу сам проверить. Или хотя бы пойти с тобой.       От такой помощи Цзян Чэн отказываться не стал:       - Хорошо. Лин, Юань, даже не вздумайте идти за нами.       Младшие растерянно кивнули.       А когда старшие покинули комнату, Сычжуя пронзило осознание.       - А-И, - произнес он, хватая Жуланя за руку.       Лин даже вопросов задавать не стал - просто последовал за Сычжуем.       Ваньинь был точно уверен, что никто из посторонних не мог проникнуть сейчас. Он поднял барьер над Пристанью Лотоса сразу же, как они вернулись. Этого не должно было произойти!       - Блять, я его прикончу, - прорычал Цзян Чэн.       - Подумай о себе, - просил Усянь. - Ты сейчас не в том состоянии.       - Да мне насрать!       "Он сейчас на взводе. Блять, Цзян Чэн, ну как тебя переубедить?" - недоумевал внутренний Усянь. Конечно, Вэй Ин мог бы и сам встать на защиту Пристани Лотоса. Но это не его орден. И если победа будет не за ними, то все будет выглядеть так, будто Гусу Лань вмешивается в дела другого ордена. А это подорвет репутацию Хуаня. Совсем скоро нужно будет выбрать Верховного заклинателя. Авторитет Гусу Лань должен быть просто неоспорим. Но что будет, если Вэй Усянь вмешается?       Имея опыт с орденом Оуян, который влез в Облачные Глубины, подослав Цзычжэня, кланы и мелкие ордена тоже нельзя сбрасывать со счетов. Если Гуанъяо нашел себе сторонников и в Юньмэне, то таким образом он может разрушить орден Цзян изнутри. Даже если не разрушить, то подорвать единство. А это уже сбрасывает Ваньиня со счетов не только как потенциального Верховного заклинателя, но и как главу Великого ордена в целом.       - Глава Цзян! Они там совсем ебанулись!       Усянь сразу же обратил внимание на Шао. Сунлинь тоже был здесь и бежал параллельно им, перемещаясь по крышам.       - Конкретнее! - Чэн даже не глянул на наемника.       - Места у границ частично зачищены, но, кажется, тебе нужно было обратить внимание на юг. Так какие-то ребята в синем.       - Синие одежды с оранжевым? - уточнил Ваньинь?       - Да! Знаешь их?       Конечно же Цзян Чэн их знал. Клан Чанг также решил пойти против неугодного им главы. И именно в тот момент, когда Цзян Чэн не в лучшем состоянии.       - Мне работать? - спросил Шао и прыгнул перед Ваньинем.       Чэн и Усянь остановились. Шао глянул на Вэй Ина и продолжил:       - Я серьезно. Это касается не только Юньмэна, но и шлюшьего главы. Он не остановится, пока не доберется до главы Цзинь. А тебе вообще лучше не лезть, - Сунлинь посмотрел на Усяня. - Если твой меч снесет хоть одну башку сучьих предателей, навредишь своему же ордену.       - Я и сам это понимаю. - Резко ответил Усянь. - Цзян Чэн ранен, я не могу его оставить.       - Не знал, что вы такие друзья, - хмыкнул Сунлинь.       Эта фраза поубивала пыл Вэй Ина. Черт! Из-за воспоминаний о прошлом, он снова начал быть ведом ими. Бросился на защиту Юньмэна? Даже зная о том, что стоит на кону? Да блять!       - Лангуан-цзюнь не будет участвовать, - отрезал Чэн. - Он - просто поддержка, если будут раненые. Не более. Ладно, - Ваньинь медленно выдохнул. - Шан с тобой?       - Они с Ю там, - Шао кивнул в сторону горящего здания. - Поэтому я и спрашиваю. - Взгляд Сунлиня стал серьезнее. - Мне продолжать работу?       "Спрашивает о том, может ли он всех убить", - понимал Усянь. Но ответ оставался не за ним.       Ваньинь сжал кулаки. Все идет по пизде. Становится хуже и хуже. Каждый раз, когда кажется, что жизнь более или менее наладилась, случается какое-то дерьмо.       - Работай. И что касается конкретно твоего вопроса, - Чэн посмотрел на горящее здание. - Даже если там будет сам глава Чанг - снеси ему башку нахуй.       Шао улыбнулся. Это было скорее похоже на хищный оскал дикого зверя:       - А ты мне нравишься. Будет исполнено.       Сунлинь сорвался с места и отправился к образующему бартер алтарю.       - Ты уверен? - Усянь перевел взгляд на Ваньиня.       Но тот лишь усмехнулся:       - Мои люди меня же и предают. В чем я могу быть уверен? Я лишь точно знаю, что тебе нельзя вмешиваться. Этот барьер можно разрушить только изнутри. И ты это знаешь.       - Цзян Чэн, послушай...       - Нет, - перебил Ваньинь. - Когда все закончится, помоги пожалуйста восстановить барьер и оказать помощь раненым. Я не имею права подвергать репутацию Гусу Лань опасности.       Цзян Чэн последовал за Сунлинем, оставляя Усяня стоять позади.       Вэй Ин поймал себя на мысли, что хочет отправиться следом. Но все равно не двинулся с места. Он посмотрел вверх. Этот барьер был создан практически таким же способом, как и над Облачными Глубинами. Его тоже придумал Вэй Усянь. И подобную защиту можно разрушить только повредив сами печати. Значит, предатель уже был в Пристани Лотоса. Вэй Ин задумался. В этой жизни он не знал тех, кто здесь живет. Но людей с улицы Цзян Чэн бы не пускал. Насколько бы свободным Юньмэн не был, резиденция Великого ордена - это не проходной двор.       Усянь усмехнулся. Ладно, раз вошли, то выйти уже никто не сможет.       Если для адептов, поддерживающий барьер, важно местонахождение печатей и их состояние, то для Вэй Ина - нет. В целом, он может помочь Пристани Лотоса. Но не как соперник напавшим, а как целитель, который умеет куда больше остальных.       Вэй Ин выбрал первый попавшийся домик. Это оказалось кухня. Вспомнился момент, когда они с Лань Чжанем были в Пристани Лотоса после пещеры Сюань У. Тогда они с Цзысюанем готовили еду. Причем тогда Вэй Ин не подумал, что это... Так важно. Тогда они были счастливы. Они и правда были друзьями. Если Яньли сравнила Усяня с женщиной только потому что тот готовил для своего мужа обед, то ни Цзысюань, ни Чэн не видели в этом ничего плохого. Даже шутили.       Предавшись теплым воспоминаниям, Вэй Ин начал чертить символы барьера прямо на полу. Основную защиту он тоже поправит, но пока что и эта пойдет.

***

      Юань резко распахнул дверь комнаты, где были Цзинъи и Сюаньюй. Сычжуй не медлил ни секунды. Он точно знал, что с а-И должно что-то случиться. Поэтому и был готов нападать.       Двух заклинателей и мужчину обожгло огнем. Сычжуй глянул на Сюаньюя, который был без сознания, а после - на Цзинъи, руки которого теперь были связаны, а на лице было видно свежие ссадины.       - Ах ты...       - Заткни пасть!       Юань полностью отдался этому внутреннему голосу. Пусть Вэнь Жохань и не самый гуманный человек, но сейчас методы этого дедушки Юаня будут весьма кстати.       Огненные путы сковали всех троих. Двое адептов занервничали, а вот мужчина не собирался молчать и терпеть подобного.       - Да что ты себе позволяешь, сопляк?!       Юань перевел взгляд на говорящего:       - Дернешься - сожгу к чертям.       От такого напора со стороны Сычжуя, Лин опешил. Сейчас его Юань был таким сильным и решительным, что захотелось поцеловать его. Но Жулань сдержал свой позыв и бросился к Цзинъи.       Тот был на полу, а его состояние казалось хуже прежнего. Представителей ордена Чанг, как и его главу, Жулань узнал, что означало лишь одно - Цзинъи снова пострадал из-за него. На глаза сразу же накатились слезы. Этого не должно было произойти. Почему снова он? Почему а-И?       - Прости а-Лин, я не...       - Замолчи. Просто ничего не говори, - Жулань едва сдерживал слезы, развязывая руки Цзинъи. - Это полностью моя вина.       Это за Лином ведется самая настоящая охота. Это Лина хотят убить все, кто желает выслужиться перед Гуанъяо.       Как только веревки спали с рук, Цзинъи обнял друга:       - Я хотел защитить тебя. И ты не виноват в действиях главы Цзинь.       Лин прижал его к себе в ответ и все же заплакал:       - Дурак. Ты не должен был так рисковать собой, - он потерся о чужое плечо, чтобы промокнуть слезы. - Да. Это же ты, а-И. Ты всегда защищал.       - А-Юй, - Лань немного отстранился, чтобы посмотреть на Мо. - Он пытался их остановить, но... Он еще не в том состоянии.       - Я помогу ему. Все хорошо, - заверил Жулань.       Цзинъи хотел было возразить но не стал. Цзинь Лин снова сказал эту фразу. Ох, как же сильно Цзинъи ненавидел ее. Жулань снова и снова повторял ее, когда ему было совсем тяжело. А сейчас уже очевидно, что у Лина совершенно точно не "все хорошо".       - Блять!       - Горячо!       - Да как ты смеешь? Если Гусу Лань вмешается, - мужчина усмехнулся. - То у вашего главы будут большие проблемы.       Сычжуй не растерялся. Он окинул мужчину пристальным взглядом и задумчиво произнес:       - А кто об этом расскажет? Вы? - Юань сжал кулаки, а огненные путы стали давить и жечь сильнее. - Не уверен, что хочу отпускать вас всех после того, как вы навредили моим друзьям.       Боль и жжение становились просто невыносимыми. А крики пленников вызвали волнение даже у Цзинъи с Лином. И это Юань? Тот самый милый, добрый и рассудительный а-Юань? Да он же сейчас их... Сожжет заживо.       Убедившись, что с Сюаньюем все нормально, Лин бросился к Сычжую.       - Юань, эй...       Жулань попытался коснуться чужой руки, но отдернулся словно обжегшись. В комнате и правда становилось жарковато.       Цзинъи пересилил себя и тоже подошел к брату:       - Юань, как ни крути, но они нужны живыми.       - Заберем у них что-то и сыграем "Расспрос". Не проблема, - ответил Сычжуй, но ослабил путы. - Лин, ты знаешь, кто это?       Жулань вздохнул с облегчением. Пусть Сычжуй и делал весьма несвойственные себе вещи, но точно не ушел в себя и не выпал из реальности.       - Глава ордена Чанг. Чанг Ли, - ответил Жулань. - Так что "Расспрос" в данном случае не во всем поможет.       - Ладно. Остальные двое не нужны.       Хватит уже этого. Он сожжет их и точно будет уверен, что его близкие в безопасности. Неясно, сколько еще этих ублюдков здесь. Помочь а-И получилось только благодаря видению, которые было намного раньше. И раз Юань может...       - Верно. Они не нужны, - согласился Лин.       Жулань не мог позволить Юаню убить этих людей. Нельзя, чтобы хоть где-то всплыло об участии Гусу Лань в этом. Или о том, что может делать один из адептов самого праведного ордена. Гуанъяо открывал свой рот по поводу того, что Юань принадлежит к семье Вэнь. И если эта падла растреплет об этом, то Сычжую будет только хуже. А чем меньше людей знает - тем лучше.       Лин слишком много терпел и молчал. Хватит. Из-за его проблем проблемы у остальных. Цзинъи пострадал дважды. Пострадал а-Юй, дядя Чэн, весь Юньмэн. Хватит! С него достаточно!       Жулань сделал шаг в сторону и взял со столика курильницу для благовоний. Металл тяжелый, но недостаточно. Однако если добавить немного духовных сил. Точнее - крови, которая содержит ци. И тогда она сможет изменить саму структуру объекта и сделать его в разы тяжелее.       Лин со всей силы бросает курильницу в голову одного из адептов. Конечно, подобное заклинание он мог применить лишь в теории, но после той пещеры в заклинаниях по крови Лин уже ни капли не сомневался.       Звон металла смешался с хрустом костей. Курильница проломила адепту голову и тот упал замертво. Крышка от самой курильницы покатилась в сторону и остановилась у колена главы Чанг.       Ли вздрогнул:       - Да вы... Чокнутые.       На что Лин лишь улыбнулся:       - Правда? Прости. Когда тебя хочет твой собственный дядя прикончить, и не таким станешь. Но будучи одним из рода Цзинь, - Лин шагнул ко второму адепту. - Я как-то уже привык.       Второго адепта Жулань пнул ногой. Тот пытался лепетать оправдания, но два точных удара ногой по голове лишили его сознания. Но на этом Лин не остановился. Он продолжал пинать и топтать тело до тех пор, пока уже Цзинъи не остановил его.       - А-Лин, тише, - Цзинъи обнял друга со спины. - Успокойся. Он уже умер.       Жулань остановился и посмотрел на погибшего адепта. Помимо сломанных костей, у него оказалась еще и большая кровопотеря, судя по той луже, что вытекла из этого несчастного. Лин посмотрел на свои ноги. На черной обуви крови видно не было, а халат не пострадал. Отлично.       Глядя на то, что делает Лин, Юань и себя одернул. Они только что... И правда просто убили их. Ни Юань, ни Лин не колебались. Ни мгновения.       - Ну так что? Жить хочешь? - Лин смотрел на главу Чанг совершенно ничего не выражающим взглядом.       И это пугало больше чем злость или животная ярость. Ли просто не понимал - как?! Как эти дети могут быть такими? Он всегда считал, что этот будущий глава Цзинь - просто бесполезный сопляк. Но он только что убил двух человек, даже клинка не обнажив. А тот второй, который из Гусу, не дал даже малейшей возможности, чтобы вырваться или позвать на помощь. Поэтому сейчас остается просто кивнул и выдать из себя тихое "хочу".       Пока Юань и Лин не продолжили, Цзинъи просто лишил пленника сознания. И как только он свалился на пол, путы пропали.       - Ну вы даете, - на выдохе произнес Цзинъи. - Вы точно идеальная пара.       Жулань снова обнял друга:       - Это не важно. С тобой точно все хорошо?       Юань направился к Сюаньюю.

      Ну вот видишь, не сдох, но напуган до усрачки.

Спасибо, ваши методы и правда хороши, уважаемый... Дедушка.       Присев перед Мо, Сычжуй сам убедился в том, что тот не пострадал. После этого он поднял Сюаньюя на руки. Юань даже удивился тому, насколько Сюаньюй легкий.       - Давайте уйдем отсюда, - предложил Сычжуй. - Лин, я сам наложу запирающее заклинание на комнату. Тебе нельзя перенапрягаться.       Жулань послушно кивнул. Юаня все еще хотелось поцеловать. Потому что будущий муж Лина просто... Охуенный! Иначе Жулань не мог думать.       Ну, а Цзинъи остался при своем мнении:       - Ну точно идеальная пара.       - А-И, - Лин посмотрел на друга.       - Что?       Вместо ответа Жулань сделал подсечку, заставив Цзинъи потерять равновесие, и сразу же подхватил его на руки.       - А вот что? Ты - дважды пленник. Так что не возникай.       Цзинъи даже глаза закатил:       - Как скажете, уважаемый глава Цзинь, - и обнял Лина за плечи.       - Боги, а-И иногда ты такой придурок.       Но на это Цзинъи уже ничего не стал отвечать.