(Темные) пути неисповедимы

      Когда Цзян и Шао прибыли на место, большую часть атакующих адептов уже удалось победить. Ваньинь не медлил и применил Цзыдянь. Как минимум один пленный им точно потребуется. Это было не просто несколько мятежников. Складывалось впечатление, словно весь орден Чанг здесь.       - Да что за херня?       - Враги напали, - ответил Сунлинь и бросился в гущу событий.       От такого ответа наемника, Ваньинь едва воздухом не подавился от возмущения. Цзян Чэн говорил о происходящем в целом, а не о данной ситуации. Но Шао был...       - Ну точно как та странная нежить, - со вздохом заключил Чэн, но не смог подавить улыбки.       Перехватив несколько адептов Юньмэн Цзян, Ваньинь расспросил о положении вещей. Ответ был скорее ошеломляющим.       - Несколько адептов ордена просто бросились на других. Глава, мы не ожидали, что такое может произойти. Эти люди оказались адептами ордена Чанг. И как только барьер пал, они атаковали.       - Блядство, - прошипел Ваньинь. - Для начала нам нужно будет восстановить барьер. Никто не должен выйти или войти.       - Д-да... А? Глава, - адепт указал в небо.       Цзян Чэн посмотрел туда же и облегченно вздохнул. Ну конечно, никто не сделает этот барьер лучше и быстрее, чем его создатель. Пусть Вэй Усянь и не вмешался в сражение, но все равно помог своим способом - просто создал новый барьер. Отлично. Одной проблемой меньше.       - Ладно. Давайте закончим с этими...       Цзян Чэн успел заметить летящий талисман и даже оттолкнуть адепта. Ваньинь отпрыгнул в сторону и направил Цзыдянь в того, кто целил в них. Кнут обвился вокруг потерпевшего и разил разрядом. Тело адепта Чанг свалилось на землю, но немного подрагивало.       - Этот будет пленным, - скомандовал Ваньинь и направился в сторону здания с печатями.       Пока Чэн пробирался через эту толпу, замечая трупы не только напавших, но и адептов своего ордена, он снова возвращался в тот день. Тогда нападение тоже было внезапным, и в тот момент Ваньинь совершенно ничего не мог сделать. Но сейчас же он глава. Неужели он не смог ничего... Не смог оправдать ожиданий? Не смог стать лучше? Все эти люди доверяли ему и шли за ним, а теперь они мертвы. А все потому что сам Чэн не смог предвидеть и защитить их.       "Херовый из меня глава", - думал Ваньинь, но старался сделать хоть что-то в этой кровавой бойне. Он просто обязан спасти как можно больше человек. Иначе какой из него, блять, глава?!       - Эй! Не игнорируй меня!       Крик Сунлиня раздался у самого уха. Чэн даже прикрылся немного:       - Ты чего орешь?       Вместо ответа Шао указал немного вверх.       Глаза Чэна расширились. Гуанъяо. Этот ублюдок был здесь и просто наблюдал, стоя на мече.       - Урод...       - Глава Цзян, - Ю оказался рядом с Сунлинем, словно из ниоткуда. - Этот человек...       - Это не человек, - возразил Шао. - Это сучья дырка в позолоте.       Шень глянул на Сунлиня, и продолжил:       - Этот нечеловек просто наблюдает, но не вмешивается. Он... - Ю хотел сказать "глава Цзинь", но решил перейти сразу же к вопросу. - Просто провоцирует вас?       О да, конечно. Цзян Чэн и сам это понимал. После сказанного Яо ранее, в той пещере, а также его бегства. После того, как он угрожал Лину. Одно только его появление в поле зрения Ваньиня будет провокацией. Цзян Чэн хотел разорвать на куски этого ублюдка. Но нужно было поумерить пыл. Хотя бы сейчас.       Очевидно, что Гуанъяо следит за двумя вещами. Первая - это невмешательство Вэй Усяня. Если представитель Гусу Лань поднимет свой меч на территории другого ордена - будут проблемы. Вторая - это действия ордена Чанг, который, очевидно, напал с подачи Яо. А сам глава Цзинь показал себя лишь для того, чтобы вывести Ваньиня из себя.       - Барьер защитит нас, - произнес Чэн, зло глядя на Яо. - Насколько бы сильным он не был, он его не пробьет. Не переживай.       Шао задумался:       - Интересно. Если бы я хотел кого-то спровоцировать, я бы не просто разрушил что-то значимое. Я бы что-то важное забрал, - он обнял Ю. - Ранее был похищен пацан, который у главы Не учился. Да?       Цзинъи! Если Гуанъяо и имеет какие-то виды на Хуайсана, на Хуайсана нужно повлиять. Цзинъи так или иначе важен для главы Не. И стоит только Яо его заполучить, как Хуайсану придется выполнить условия или искать пути их обхода. Но в любом случае - он будет следовать за Яо не только из какой-то своей странной прихоти.       - Нужно проверить... Что?       Яо осмотрел происходящее и просто удалился. Чего?       Цзян Чэн снова сдержался, чтобы не броситься за ним. Да что это было? Какого хрена вообще было нападать на Пристань? Один вариант был хуже другого. Но сейчас было важно проверить, что ранее похищенный адепт Гусу Лань в безопасности.

***

      Закончив с барьером, Усянь не спешил покидать помещение. Он смотрел на разложенные печати и начертанные символы. Вмешательство, да?       Вэй Ин усмехнулся и присел на корточки у своей же работы. Барьер - это тоже своего рода вмешательство. Если нападение было спланировано Гуанъяо заранее, то ему остается просто убедиться в выполненной работе. Если Усянь выдаст себя - подставит и старшего брата, и Цзян Чэна. Поэтому пока что лучше отсидеться здесь.       Вэй Ин посмотрел в окно. Огненное зарево все еще не стихло. И снова страдает Юньмэн Цзян. Словно самое слабое звено. Нет, во время войны это на самом деле было так. Всего одна ночь, как и в прошлой жизни, и Великий орден пал. И перед кем? Перед войнами, которых вообще вел Вэнь Чао? Этот ублюдок ни черта не тактик. Значит - план у него был. Ему просто дали руководить тем, что должно было идеально сработать. Что в который раз доказывало слабость Юньмэна. Того Юньмэна.       Цзян Чэн все круто изменил, объединил много разных людей, работал над собой и не пользовался своим статусом излишний раз напоминая о нем. Этот Ваньинь был добр, спокоен, вдумчив и что немаловажно - он был другом. Настоящим другом, а не братом, которого навязали. Этот Цзян Чэн умел извиняться, признавать свою неправоту и быть крайне честным.       Когда-то Усянь сам попросил Чэна не лезть к старшему брату. Ваньинь тогда сказал, что все понимает. Понимает, но его чувств это не изменило.       Этот Цзян Чэн, который имел уважение к каждому вне зависимости от статуса, всегда был рад видеть детей и многому учил их, тот, кто очень много улыбался и был учтив... Такой Ваньинь нравился куда больше. Столько лишений... А он встал и пошел вперед, невзирая на пустоту в своей душе.       Такого Цзян Чэна Вэй Усянь искренне уважал.       Посмотрев на круг снова, Вэй Ин тяжело вздохнул. Память о прошлом, темный ритуал, неведомые символы, перерождение - это все сводило с ума. Но рассказать... Нет, такое точно не скажешь. Не сейчас, когда едва ли не война начинается.       Только вот Вэнь Жохань бил в лоб и был уверен в себе. Цзинь Гуанъяо же действует исподтишка и несколько раз перепроверяет верность своего хода.       Хуайсан ничем не лучше. Этот Не стал предателем. Но хрена с два он просто так простил бы смерть Минцзюэ! Ранее, в прошлой жизни, Хуайсан заставил Сюаньюя душу Вэй Усяня призвать ради мести Яо, а в этой... Погодите-ка...       Заклинания по крови. Хуайсан словно точно знал, что они сработают даже во время того ритуала. А еще он очень хорошо в них разбирался. Когда он вообще начал разбираться в заклинаниях по крови столь... Совершенно? В любой технике Не Хуайсана не было ни единого изъяна. Он отправился на поиски Цзинъи, а также помог разрушить ритуал. Он сказал, что не винил Яо в смерти Цзысюаня. Но так ли это? Хуайсан мог и солгать. Конечно, лгать о Минцзюэ он ни за что не стал бы. Но вот о Цзысюане...       Да что за херня?! В тех воспоминаниях, когда они с Хуайсаном прятались в подземных библиотеках Гусу Лань, этот Не говорил довольно много... Всякого. Он знал об Империи и о роли Яо, которая и повлекла за собой конфликт с Имперскими Землями. Гуанъяо перешел какую-то грань, поэтому пострадали другие.       В свитках с горы было немного информации о том, что заклинатели не имеют право вмешиваться и пересекать границы с Империей. Если разобраться в этом конкретнее... Неужели из-за желания Гуанъяо проникнуть в Империю, в прошлый раз все и началось? И в той войне заклинатели проиграли.       Секты Империи куда сильнее и знают куда больше. Складывалось впечатление, что это не Империя отрезала себя от заклинателей, а Земли Заклинателей отрезали от всего остального мира. Из-за того, что заклинатели опасны? Только поэтому? Потому что когда-то какой-то Император испугался Вэнь Мао?       Нет, что-то не складывается. Должны быть еще причины. Эта ненависть неспроста. И если Яо помнит прошлую жизнь и стал тем, из-за кого Империя напала, то наверняка знает больше.       Но не больше, чем могли знать представители ордена Цишань Вэнь. Жохань сжег все. Он даже в последние минуты своей жизни осознавал, что некоторая информация не должна попасть не в те руки. А если последний глава Вэнь был ранен в спину, то он точно понимал, что предатель может пойти дальше, намного дальше.       И что из всего этого выходит? Что Гуанъяо может стать источником информации для всех? Или же...       Усяня пронзило осознание. Та фраза Хуайсана о том, что... Если бы Минцзюэ не умер. Если бы он не умер, то наверняка стал бы Верховным заклинателем и жизнь шла бы своим чередом. Но это место пустует, и оказывается так, что на эту должность никто не спешит. Вэй Ин мог понять Хуаня, но не Хуайсана. У Хуасана были причины отказаться? Речь же идет о его дорогом дагэ. Ради Минцзюэ Хуайсан сделал столько всего в обеих жизнях, что стать Верховным заклинателем для него как два пальца обоссать. Неужели у Хуайсана есть какая-то весомая причина?       А что, если...       Головная боль настигла снова. И опять были те странные воспоминания. Но на этот раз все было слишком расплывчато. Словно Усянь... Уже умирал? Хуайсан что-то орал, как ненормальный, а сам Вэй Ин был... Где он? Что это за место вообще? Все вокруг было красное. Кровь?       Нет - символы. Сотни символов, выведенных кровью.       Воспоминание резко прервалось, а головная боль понемногу стихала. Усянь тяжело вздохнул. Если Хуайсан и правда знает все те ужасные события, то он и правда ни за что не стал бы Верховным заклинателем. Снова. Но если он и правда помнит, то неужели... Это перерождение затеял он? Но те знаки...       - Пиздец, - шепчет Вэй Ин. - Я уже нихера не понимаю...

***

      Уложив Сюаньюя на кровать, Юань обеспокоенно взглянул в его бледное лицо. Этот Мо только-только исцелился после всего пережитого в том селении и Ланьлине. И вот - снова пострадал. Это... Ужасно.       Лин помог Цзинъи присесть.       - И только попробуй отойти от а-Юя, - нахмурился Жулань. - Моего благословения точно не получишь.       - Жестоко, - простонал Цзинъи, но уже серьезнее добавил. - Сейчас я вам не помощник. Я даже с теми слабаками справиться не смог. Берегите себя.       - Поберегу, - отозвался Лин. - Юань, ты тоже останься здесь. Вы - адепты Гусу Лань, и не должны вмешиваться. Не ясно как эта тварь все вывернет.       - А ты - адепт Ланьлин Цзинь, - возразил Цзинъи. - Ты не можешь...       - Нет, - перебил Лин. - Больше - нет, - он опустил взгляд. - Я... Скажем, отрекся от своего ордена, - быстро произнес он и направился к двери.       - Что?!       Юань проигнорировал удивление младшего брата и бросился за Жуланем:       - А-Лин, не говори так.       - С меня хватит, Юань, - отвечает Лин и открывает дверь. - Просто оставайтесь здесь. Гуанъяо сейчас не в том положении, чтобы с войной идти. Эта атака скорее всего для того, - он глянул на Цзинъи. - Не важно. Все нормально.       И вышел.       Но...       Не нормально. Все совсем не нормально!       Юань присел на край кровати и тяжело вздохнул:       - Он на грани.       - Лин всегда понимал куда больше, чем говорил, - Цзинъи подвинулся к брату. - Но его слова о Ланьлине... Расскажешь?       - Пока ты был без сознания, глава Цзинь атаковал Лина. И дядю Чэна. Лин был вне себя от злости. И в тот момент он и сказал о том, что ему не нужен его орден. Я понимаю его. Я... Знал. Так же, как я знал о том, что тебе все еще грозит опасность. Скорее всего желание схватить именно тебя как-то связано с главой Не. Главы Не и Цзинь вроде бы как заключили брачный союз, а то, что говорил Гуанъяо, - Юань замолчал. - Он рассказал о том, что было во времена сожжения Пристани Лотоса орденом Цишань Вэнь. И если все те вещи правдивы, то я просто... Совершенно не понимаю, как дядя Чэн вообще может хотя бы позволять мне находиться здесь.       - Эй, - Цзинъи обнял брата. - Дети не должны отвечать за поступки своих родителей. И ты не виноват в том, что происходило.       - Я понимаю, - уже дрожащим голосом говорит Юань. - Н-но... Дядя Чэн... Он понял. Он сказал, что знает о том, что я - сын Вэнь Сюя. Рассказал о моем даре и о том, что он достался от моего кровного отца. Я просто не понимаю. Почему все так? Что такого сделал Вэнь Сюй, что даже отец или дядя... Или...       - Ну, - протянул Цзинъи и устроил голову на чужом плече. - Может, нагадал им чего-то хорошего?       - А-И, - прозвучало укоризненно.       Тот хмыкнул:       - Ладно, не буду. Расскажи мне, как мы все выбрались. А я пока, - он посмотрел на Сюаньюя. - Полежу с ним. Не парное совершенствование, но все же лучше, чем ничего.       Юань сразу же поднялся с кровати и позволил Цзинъи прилечь. Сычжуй понимал, что для того, что планирует сделать Цзинъи нужны годы парного совершенствования или хотя бы какой-то совместной работы. Духовные потоки Цзинъи и Сюаньюя не совпадают. Да и Цзинъи не целитель, чтобы суметь подстроиться под Мо.       Однако Цзинъи использовал вовсе не духовные силы. Он прокусил свой палец, чтобы пошла кровь, и лишь после этого взял Сюаньюя за руку.       - Что ты?.. Кровью?       Юань удивился. Он не думал использовать заклинания по крови так. Но Цзинъи немного иначе видел этот мир. И сейчас он в который раз это доказал. И даже пояснил:       - Если благодаря крови я могу менять структуру любого объекта, то чем мои духовные силы не объект? Я просто смешаю свою ци с кровью и изменю ее, чтобы облегчить Сюаньюю боль. - Цзинъи прикрыл глаза. - Рассказывай. Мне всегда проще сосредоточиться, когда ты говоришь.       И Сычжуй просто начал рассказ.       Не только Лин понимал куда больше, чем говорил. Это касалось их всех. И дело не только в тонкостях взаимоотношений между орденами и интригами, а даже в простых техниках.       Юань сидел у кровати прямо на полу и тихо говорил обо всем, что было, пока Цзинъи при помощи своей крови объединяет их с Сюаньюем потоки.

***

      - Это последний?       Цзян Чэн смотрел на тела адептов своего ордена. Двадцать четыре. Больше двух десятков убитых из-за этой чертовой атаки. Для чего? Это Яо так поглумиться решил? Барьер снова был над резиденцией, но Усянь себя не показал. Юаня тоже видно не было. Как и Лина.       - Да. Глава? Нам... Собрать тела представителей ордена Чанг?       Ваньинь кивнул адепту:       - Да. Соберите в кучу и сожгите. Свидетель у нас есть, а мертвые много не расскажут.       Тем более, что этих мертвых еще и оживить могут. К черту.       Адепт поклонился и отправился выполнять распоряжение главы. Чэн присел рядом с одним из убитых. Ао. Этот молодой человек состоял в ордене пять лет и собирался дать клятву вечной верности. Рядом с ним лежал Зэн. Он собирался завести семью с одной из служанок. Нужно будет донести печальные вести той девушке.       Цзян Чэн мог поименно назвать каждого. Вспомнить, о чем они говорили ранее, рассказать об их планах на жизнь. Ваньинь дорожил каждым адептом.       - Глава Цзян? Я могу чем-то помочь?       Вэй Усянь стоял немного в стороне и не желал прерывать этот трогательный момент. Однако если позволить Ваньиню уйти в свои мысли, он начнет накручивать себя еще больше. Вэй Ину было очень важно, чтобы в данной ситуации Цзян Чэн не брал всю вину на себя. Он не виноват в том, что Гуанъяо - чокнутый и идет к цели по трупам. Или в том, что Яо помнит прошлую жизнь и пользуется этим. Ваньинь - просто человек, который уже сделал много на самом деле невозможного. Если кто-то в Юньмэне только стремится достичь невозможного, то Ваньинь сделал это не один раз.       - Ты уже сделал достаточно. Проверь а-И, пожалуйста.       Вэй Ин вздохнул и присел рядом с Чэном:       - С ним все в порядке. Я могу чувствовать ци своих учеников. За столько лет, для меня не проблема найти их, когда мне ничего не препятствует.       - Ясно, - тихо отозвался Ваньинь.       - В этом нет твоей вины. Послушай...       - Не нужно, - Чэн резко поднялся. - Не нужно утешать меня. Мой орден меня предает. Оуян, Чанг - а дальше кто? Гуанъяо нападет, потому что я - самый слабый. И это очевидно же, - он печально усмехнулся. - Он не пойдет против Хуаня или тебя, потому что будет опасаться сопротивления. Сильного сопротивления. А я что? Плеткой помашу или заплыв устрою?       - Не говори так, - Усянь тоже встал на ноги. - Ты - единственный глава за несколько сотен лет, кто объединил столько разных кланов. Напомню - Оуян и Чанг не являются теми, кто примкнул конкретно к тебе. Они просто вернулись на свои старые земли. Они и ранее были орденами при Юньмэн Цзян. Но ни один из тех, кого ты вдохновил и чье доверие заслужил, не предал тебя. Каждый из них, - Вэй Ин указал на трупы. - Сражался за тебя. Потому что желал этого.       - Я...       - Ты не давал им приказа. Они вышли потому что желали защитить свой орден и своего главу.       Цзян Чэн хотел что-то ответить, но заметил Жуланя, который бежал к ним.       - Лин?       - Дядя! - Жулань сразу же обнял Ваньиня. - С тобой все в порядке?       Чэн погладил племянника по голове:       - Да. Но орден понес потери.       Усянь посмотрел на то, как Лин обнимает своего дорогого дядю. Без одежд своего ордена и золотых украшений, Жулань был похож на обычного юношу, который просто очень сильно переживает за своего родственника. Хотя... Он всегда был таким. Цзинь Лина красили не дорогие одежды и золото, а его таланты и его умение ценить те тепло и любовь, которые он получает.       - Я найду целителей, - сказал Вэй Ин и удалился. Этим двоим лучше побыть наедине.

***

      Сунлинь и Ю помогли потушить огонь. Пожар был вызван огненными талисманами и усилен концентрацией духовной энергии, так что любая помощь была важна. И когда на месте здания осталось лишь пепелище, Шао устало вздохнул:       - Я заебался. Дайте мне пожрать и выебите.       - А-Линь, - несмотря на укоризну во взгляде, Ю улыбнулся. - Ты бес-бессты...       - Бесстыдник трахнутый, - помог высказать Шан. - Тебе за это не заплатят.       Сунлинь закатил глаза:       - Зато покормят. Тут много мяса поджарилось.       - Чертов наемник, не смей жрать людей!       Шао на мгновение задумался, а потом укусил Ю за щеку. Шень вскрикнул и попытался отстраниться, но Сунлинь обнял его и облизал место укуса.       - Не могу. Мой Ю такой сладенький, так и хочется покусать его сладенькие булочки.       - А-Линь!       Тоу рассмеялся:       - Невыносимый. Ю, бросай его. Иначе сожрет.       - А ты херли раскомандовался? Иди и найди себе мужика, - отмахнулся Сунлинь.       - Где? - Тоу развел руками. - Среди жареного мяса?       Сунлинь расхохотался, посильнее обнимая Ю:       - Блять, а ты ничего такой.       - Ебать тебя не буду, - заверил Шан.       - Мне не интересен никто, кроме моего Ю.       Шень устало вздохнул. Хотелось бы уйти, но из объятий Шао так просто не вырваться.       - Это хорошо. Потому что вскоре я вернусь в свой орден. Нужно заняться его защитой, - уже серьезнее говорил Шан. - Вы останетесь в Пристани?       - Не, я за главой пойду, - сразу же ответил Шао. - Мне кажется, что ему сейчас нужна поддержка. Мы как-то шутили, что я мог бы стать советником. Мне эта идея даже нравится. Глава Великого ордена Цзинь Жулань и его советник Шао Сунлинь. Звучит.       - Не звучит, - произносит Шан. - Но Лину и правда повезло с союзниками. - Он поклонился. - Благодарю за содействие. Это был важный опыт и незабываемое знакомство. Ладно, - встав ровнее Шан осмотрелся. - Я помогу с ранеными.       - Отбитый целитель, - Шао посмотрел вверх. - Этот барьер. Он же вроде бы какой-то особенный.       Шан согласно кивнул:       - Да. Великий орден Гусу Лань поделился таинством техники, когда главы Не, Лань и Цзян заключили союз. Его создал Лангуан-цзюнь во время осады Облачных Глубин орденом Цишань Вэнь.       - Ого, - потянул Сунлинь. - А его быстро восстановили.       - Полагаю, что благородство ордена Гусу Лань имеет место быть в данном вопросе. Напомню, что Лангуан-цзюнь здесь.       - Ясно, - ответил Сунлинь. - Ну, может, свидимся.       - Спа-спасибо за-за со-содействие, - уважительно ответил Ю.       Шан улыбнулся:       - Когда все уляжется, загляните в орден Тоу. Я помогу тебе с твоим заиканием. Ну, а для твоего странного мужика у меня найдется неплохое вино.       - Я не странный, - возразил Шао. - Я просто бывшая проститутка. Прояви уважение к торгующим телом людям.       - Как скажешь, продажный Линь-Линь, - подмигнул Шан и прыгнул на крышу, чтобы сократить путь и поскорее оказаться рядом с другими целителями.       И когда Тоу ушел, Шао вздохнул:       - Жалко этих ребят. Шлюханутый был здесь и наблюдал. Не просто так. Ладно. Пойдем искать главу.       Ю согласно кивнул, но напоследок глянул вверх. Гуанъяо там уже не было, но Шеню показалось, что... Нет, ну точно показалось. Даже если там и был какой-то мертвец в одеждах Цинхэ Не, то а-Линь точно бы его заметил.

***

      Поскольку Жулань не хотел оставлять дядю Чэна со всеми делами один на один, Ваньиню пришлось принять помощь племянника и позволить ему, наравне с другими адептами, выполнять его указания. Благодаря поддержке Усяня и Шана, всем раненым была оказана своевременная и быстрая помощь. Других возможных смертей удалось избежать.       Все тела адептов ордена Чанг были перенесены на место сгоревшего здания. Вскоре их сожгут во избежание воскрешения при помощи темной ци или еще чего хуже. А когда Лин сказал, что им удалось пленить главу напавшего ордена, Ваньинь лично лишил жизни своего пленного.       - Мы закончили с телами наших адептов, - отчитался Жулань, подойдя ближе к дяде. - Что-то еще?       Ваньинь покачал головой и накинул на плечи Лина халат, который племянник ранее отдал своему дяде, чтобы не испачкать его. Память о Цзысюане. Чэн провел рукой по аккуратным стежкам, которые сливались в красивые картинки. У Цзысюаня и правда был талант. Он был бы той самой идеальной женой для своего Сюя.       - Ничего. Лин, отдохни. Я допрошу того ублюдка. Чанг Ли ответит по заслугам.       Жулань коснулся руки дяди и потянул его в сторону. Лин как никто понимал, насколько велико давление сейчас.       - Он не очнется до утра, - заверил Лин. - А я очень о тебе переживаю. С а-И и а-Юем сейчас а-Юань. Знаешь, его дар предвиденья очень помог. Нам удалось прийти вовремя.       Воспользовавшись подавленным состоянием дяди, Лин провел его в одну из беседок. Чэн и в самом деле сжался под этим давлением младшего. Вскоре Лин покинет Пристань Лотоса и отправится в Облачные Глубины, и не ясно, через сколько еще они смогут встретиться.       - Прежде, чем вы покинете Пристань, я постараюсь что-то найти для Юаня, - говорит Ваньинь. - И я настаиваю, чтобы вы отправились с рассветом.       - Дядя...       - И еще, - он вздохнул. - Пусть Юань не думает о том, что говорил Гуанъяо в той пещере.       Это была явно больная тема. Но Жулань очень хотел ее обсудить.       - Это же ложь. Гуанъяо говорил об этом для того, чтобы...       - Не ложь, - тихо перебил Чэн.       - Что? - у Лина даже голос дрогнул.       Прежде, чем продолжить, Ваньинь расслабил ворот на своих одеждах и несильно раскрыл их. Даже в слабом свете можно было разглядеть шрамы на шее и верхней части груди. У Жуланя даже дар речи пропал. Нет. Ну... Нет же...       - До изнасилования тогда не дошло, но все остальное - правда. В тот день... Я видел все те вещи. Эти шрамы у меня остались от дисциплинарного кнута. Моего же ордена, - Чэн тяжело вздохнул и посмотрел вниз. - Тогда я не мог ничего сделать и боролся за свою жизнь до последнего. Помнишь, я когда-то рассказывал, что только Цзысюань был на моей стороне? Так, - он печально усмехнулся. - После того дня только ему до меня было дело. Это он впустил меня в Башню Кои и позвал целителей, это он помогал мне с ранами и утешал. Именно он поверил в меня, заставил двигаться вперед и сопроводил до самых границ с Цинхэ Не. Когда я плакал, Цзысюань шутил. И это, - Чэн сморгнул подступившие слезы. - Всегда помогало. Когда я думал, что наступил конец всему, Цзысюань дал мне то самое начало. Если бы не он, меня бы здесь не было. Ну и, - Ваньинь повернулся. - Тебя - тоже.       Лин был тронут этим откровением. Эти шрамы выглядели на самом деле ужасно. Дядя столько лет скрывал их... Теперь каждый раз, когда Ваньинь учил их плавать будучи одетым или когда ложился спать рядом в одеждах с высоким воротом, казался Лину слишком... Слишком.       - Мне противно смотреть на них. Каждый раз вспоминаю тот день. Но я считаю, что ты должен знать правду. Прости, что так, - Чэн поправил одежды. - Вот такой у тебя дядя.       - Угу, - тихо согласился Жулань. - Самый лучший.       Цзинь Лин порывисто обнял Цзян Чэна. Если то, что вылетало из пасти чертового Гуанъяо правда, то дядя Чэн и правда - самый невероятный человек на свете.       - Спасибо, что рассказал, - Жулань немного отстранился и сменил свое положение, присев перед дядей на колени и взяв его за руки. - Ты всегда был рядом, заботился и помогал. И несмотря на все, ты продолжал смотреть только вперед. Я горжусь тем, что у меня такой дядя. И если я и жалею о чем-то после услышанного, то о чем и всегда. - Лин не сдержался и обнял Чэна снова. - Я жалею только о том, что не могу называть тебя отцом.       У Ваньиня не нашлось слов, чтобы сказать сейчас хоть что-то. Он ведь все эти годы и правда растил Лина как собственного сына, потому что очень сильно любил. Цзян Чэн чуть крепче обнял племянника и почувствовал влагу на шее.       - А-Лин, не плачь.       - Я не хочу уходить. Понимаю, что должен но, - Жулань снова присел рядом и посмотрел в глаза дяде. - Прошу, будь осторожен. Я очень сильно люблю тебя. И для меня нет никого роднее и ближе. Правда.       Чэн помог Лину убрать влагу с лица:       - Хорошо. И ты береги себя.

***

      - Благодарю за помощь от лица всех целителей Юньмэн Цзян, - поклонился Шан. - Нам очень повезло, что Вы остались. Этот барьер, - он выровнялся и посмотрел вверх. - Вероятно, глава очень благодарен вам, Лангуан-цзюнь.       Усянь несильно улыбнулся:       - Ну что ты. Я бы не оставил орден своего друга в беде. Это точно все?       Тоу кивнул:       - Да. Я и сам скоро вернусь в свой орден. Не хочу оставлять всех там без защиты.       Ох, ну конечно. Несмотря на то, что Шан такой уверенный и сильный не только как целитель, но и как заклинатель, он все еще является главой ордена Тоу, который известен скорее как "орден калек". Помимо людей с ограниченными возможностями, в ордене Тоу очень много детей, о которых там заботятся. У Шана и правда доброе сердце. И не важно, что он может сказать и как пошутить.       - Конечно, - ответил Вэй Ин. - Удачи тебе. Если нужна помощь с защитой, я мог бы...       - Господин Вэй, - перебил Шан. - Насколько я знаю, Вы должны вернуться в Облачные Глубины. Я не имею ввиду ничего плохого, но... До ордена Тоу, вероятнее всего, никому нет дела. И несмотря на некоторые особенности, мы не так уж и слабы. Благодарю за благородство, но не стоит, - он улыбнулся. - Вы и так сделали больше, чем должны были.       О, вот оно как... В чем-то Шан прав. Пристань Лотоса - это не Облачные Глубины. И официально никакой войны нет. Это не Гуанъяо напал на Пристань, а орден Чанг. Влезать во внутренние разборки на чужих территориях и правда не очень хорошо. В любом случае - старший брат глава, и Хуань точно все решит. Лучше довериться ему в этом вопросе и не создавать лишних проблем.       - Разумеется. Мне нужны люди, которым я передам контроль над печатями нового барьера.       - Я найду Аюня. Подождите здесь, - ответил Шан и поспешил покинуть комнату, в которой они находились.       Усянь обвел взглядом раненых. Столько людей пострадало. И... Ради чего? Для того, чтобы Гуанъяо имел возможность совершить очередную провокацию? Даже если произошедшее как-то касалось а-И... Цзинъи здесь и с ним все в порядке. Как и с Юанем.       Вэй Ин вздохнул. Это уже невыносимо. До момента назначения нового Верховного заклинателя совсем недолго. А поскольку это место уже определено за Лань Чжанем, репутация Гусу Лань должна продолжать оставаться безупречной.       Аюнь не заставил себя ждать. Правда, он пришел с каким-то ребенком. Мальчик спал на его руках, поэтому адепт говорил тихо:       - Не хотел оставлять его одного. Я распоряжусь по поводу людей. Пойдемте.              На улице уже было тихо. Несмотря на то, что совсем недавно здесь происходили суета и кровавое сражение, сейчас Пристань Лотоса словно отдыхала после тяжелой ночи. Небо розовело с началом рассвета.       Встречать утро в Юньмэне - это окунаться в прохладу и вдыхать аромат лотосов. А сейчас пахло гарью и было немного жарко. Лето подходило к концу.       Аюнь собрал несколько человек и приказал им выполнять все, что говорил Усянь. А сам стоял в стороне с ребенком. И когда Вэй Ин закончил говорить о печатях, он все же спросил:       - Что за мальчик?       - Его зовут Хэй, - все так же тихо ответил адепт. - Глава спас его в одном месте. Хэй был болен и очень слаб. Но сейчас, - Аюнь улыбнулся. - Ему уже намного лучше. Пусть глава Цзян и не целитель, но я не преувеличу, если назову его идеальным родителем. Некоторые вещи он делает интуитивно, даже не опираясь на знания о целительстве.       Усянь слегка задумчиво посмотрел на ребенка. "Идеальный родитель". Это не тот человек из воспоминаний, который грозится ноги за своего племянника переломать. Ну, и своему племяннику - тоже. Совсем не тот человек.       Вэй Ин подошел чуть ближе и коснулся лба Хэя. Ребенок просто спал, но судя по всему, его родители...       - Он - сын заклинателей?       - Бродячих, - ответил Аюнь. - Этот мальчик не виноват в том, что творили его отец и мать. Но я не хочу, чтобы глава отправлял его в орден Тоу. Хэй называет главу отцом. И... По правде сказать, я считаю, что проще позже объяснить Хэю, что глава - это глава, а не его родитель, чем снова забирать ребенка оттуда, где он уже привязался.       Сын бродячих заклинателей, который попал в Великий орден просто так. Что-то Усяню это напоминает. Вэй Ин невольно улыбнулся:       - У него есть зачатки для того, чтобы быть заклинателем. Но Хэй еще мал для того, чтобы выбирать. Думаю, что оставить его здесь и правда будет лучше всего.       - Глава бы его обучил. Я знаю, что он учил Лина и его друзей. Возможно, предназначение некоторых людей - помогать другим и давать им возможность.       И это Усяню было тоже очень и очень знакомо. В этот момент он вспомнил себя. Когда учился у Цижэня и открывал для себя новый мир. Возможно, когда Хэй вырастет и тоже назовет Цзян Чэна "ифу". Иногда Вэй Ин жалел, что для этого у него ушло так много времени. Ведь с самого начала... Ну какой Цижэнь для него "дядя", ну вот правда?       - Надеюсь, что ты убедишь главу Цзян, - Усянь снова провел ладонью по голове ребенка. - Удачи.       - Благодарю, Лангуан-цзюнь, - кивнул Аюнь.       

***

      Рассказ Юаня был интересным. Особенно - та часть о главе Не. То есть Хуайсан дал понять, что может использовать свои заклинания по крови даже в кругу ритуала. Это... Важно. На самом деле - очень важно для Цзинъи. Но что более значимо, так это предупреждение главы Не о кровной связи Юаня с кланом Цишань Вэнь.       - Ясно. Думаю, что я мог бы попросить учителя Вэя применить тот ритуал, чтобы потренироваться, - сказал Цзинъи. - А тебе и правда нужно все рассказать главе Лань. Если глава Не решил стоять на своем до самого конца, то теперь он нам больше не помощник.       - Что? - Сычжуй слегка нахмурился. - Стоять до конца?       Цзинъи прервал сияние духовных потоков и сел в кровати.       - Да. Твое спасение - это загадка, если так подумать, - начал рассуждать младший. - Но мне кажется, что в нем определенно есть какой-то смысл. Если Вэнь Сюй - предсказатель, то наверняка мог как-то повлиять на ход событий. В общем, - Цзинъи замолчал и посмотрел на Сюаньюя. - Для начала нам нужно вернуться в Облачные Глубины. Если Лин отправится с нами, то нужно будет постараться утешить его. Он слишком много молчал. Все, что происходит, - он вздохнул. - Лин мог догадываться.       - Это не ответ, - возразил Сычжуй.       - Подловил, - печально улыбнулся Цзинъи.       - А-И, - в этот раз Юань говорил не укоризненно, а крайне серьезно. - Ты этого не сделаешь.       Тот снова вздыхает:       - Ладно. Когда я был в плену, то сказал, что на моем месте должен был быть ты, чтобы позлить главу Фоу. Но что-то мне подсказывает, что причина именно во мне. Глава Не обучал меня как своего преемника. И если глава Цзинь верит главе Не, то в моем похищении есть смысл. Не только, чтобы надавить на Не Хуайсана, но и... Преподнести подарок?       - Не говори о себе, как о вещи, - произнес Юань. - Пожалуйста.       - Поэтому я и ненавижу Цинхэ.       - Что?       - В Облачных Глубинах я никогда не был способом достижения цели, - спокойно ответил Цзинъи. - Но даже без моего желания, Не Хуайсан своей цели достиг. Обучаясь у него столько лет, я, - Цзинъи сделал неопределенный жест рукой, и кровь из его уже запекшейся раны снова потекла, отделяясь от тела и превращаясь в маленькую саблю. - Могу осознавать насколько этот человек безумен. Я принял саблю, но не его орден. Если глава Не подозревает главу Цзинь в смерти Не Минцзюэ, то скорее всего будет просто выжидать момента, когда Цзинь Гуанъяо добьется своего, чтобы просто растоптать его морально, когда он будет на самой вершине.       Юань смотрел на то, как кровь Цзинъи и правда принимает формы разных предметов - сабля, веер, символ Цинхэ Не, а после - возвращается в рану. Это выглядел просто невероятно. Даже удивительнее пламени Сычжуя, которое может жечь даже камень.       - Возможно, ты прав, - ответил Юань.       - А ты можешь узнать точнее, - улыбнулся Цзинъи и обнял брата. - Давай вернемся домой вместе.       Сычжуй согласно кивнул и улыбнулся, устроив свои руки поверх чужих.

***

      В одеждах Юньмэн Цзян Жулань казался каким-то... Другим. Без метки киновари и всех этих богатых одеяний, Лин был больше.. Самим собой, наверное. И не сказать, что сам Жулань не был рад быть таким.       - Глава, решил орден сменить?       Повернувшись к Сунлиню, Лин даже улыбнулся:       - Временно-постоянная мера.       - Это как это?       - Вроде бы как временно, но до того, как я переоденусь в одежды Гусу Лань, - пояснил Жулань.       Верно, как только он ступит на территорию Облачных Глубин, то снова должен будет следовать правилам другого ордена и чтить его традиции.       - Ладно. Тебе идет, - отмахнулся Сунлинь. - Где мужика потерял?       - Юань помогает учителю Вэю. Цзинъи и Сюаньюй не в лучшем состоянии.       - Я бы пригласил кого-то на свой меч, да боюсь, что Ю заревнует, - снова шутил Шао.       Стоящий рядом Шень лишь тяжело вздохнул. Ну вот как можно так бесстыдно шутить? Да еще и при уважаемом человеке.       Но Жулань шутку не только оценил, но и поддержал:       - Держи свой меч при себе. - И уже более серьезно добавил. - Тебе не обязательно следовать за мной.       - Ебанулся? - Шао выглядел искренне удивленным. - Я твоего мнения нихрена не спрашивал. Нацепил эти фиолетовые тряпки - завали пасть.       - А-Линь! - возмутился Ю.       - Что? Он меня послать хотел, - Сунлинь демонстративно отвернулся от Лина. - Вот так и помогай людям, - он закатил глаза. - Никакой благодарности к этой проститутке.       Жулань отвел взгляд и поджал губы. Но рвущийся наружу смех сдержать не смог. Он прикрыл рот рукой и пробормотал:       - Шлюхнутый советник.       - Да, я, - ответил Сунлинь. - Ну серьезно, - он стал серьезнее. - Не делай этого дерьма. Если за тобой хотят следовать - просто прими. Хватит выебываться. И как бывшая шлюха скажу - размер не имеет значения. Сколько бы людей не следовало за твоим блядским дядей в позолоте, все, у кого хоть что-то в голове есть, понимают, что его действия - это пиздец. Чистота крови играет важную роль в этом вопросе. Цзинъи рассказал, что Сюаньюй также является бастардом Гуаншаня. И не только он. Не забывай, что из признанных детей был один только Цзысюань. И против этого не попрешь.       Когда Шао говорил дельные вещи, это казалось чем-то странным. По крайней мере - для Жуланя. Да и глава Не ранее говорил то же самое.       - А ты точно хочешь в советники, - произнес Лин.       - Еще бы. Ты будешь платить мне много денег, а я завалю Ю подарками. Все спланировано, - Шао постучал указательным пальцем себе по лбу. - Более того - у тебя есть пример твоего охуительного дяди с плеткой. Подумай еще и об этом.       - Что? Дядя восстанавливал Юньмэн с нуля и...       - И забыл перерезать блядей, - резко перебил Шао. - Намек понятен?       Жулань даже бровь изогнул:       - Сунлинь, я даже вернуться в Ланьлин не могу. А ты мне говоришь предателей убивать.       - Знаешь, глава, - Шао отвернулся. - Иди нахуй. Я тебе о хорошем, а ты опять о печальном.       Странные слова поддержки. Предлагать устроить зачистку ордена и даже шутить об этом... Ладно. В этом весь Шао Сунлинь. Проститутка-наемник, который решил реализовать себя как советник несостоявшегося главы Ланьлин Цзинь. Странная у них компания. Но... Это же началось еще несколько месяцев назад, еще с города И.       - Спасибо, - тихо говорит Лин. - Знаешь, если случится чудо и я действительно стану главой Ланьлин Цзинь, то... Будешь моим советником.       - Так-то лучше, - самодовольно произнес Шао. - Да. Буду.

***

      Цзян Чэн в который раз поблагодарил Усяня за содействие. Но теперь он высказал еще и опасения.       - Надеюсь, что никто не расценит создание барьера, как вмешательство. Я, правда, не желаю впутывать Гусу Лань во внутренние разборки Юньмэн Цзян.       - Цзян Чэн, - Вэй Ин с едва заметной улыбкой посмотрел на Ваньиня. - Это - мой барьер. Я в принципе его создал.       На мгновение Чэн удивился. Но до него довольно быстро дошел смысл сказанных Усянем слов. Глава Цзян тихо рассмеялся:       - Ну да. Это ведь даже не ложь.       Вэй Ин кивнул:       - Если Юньмэн официально запросит помощь - брат поможет, не сомневайся. Сейчас ваши клятвы как никогда важны. Я расскажу все Хуаню.       Ваньинь отвел взгляд в сторону и кивнул. Хорошо, что Вэй Ина в той пещере не было. Цзян Чэн и без того не ровня Лань Сичэню, а напоминать о том, что пришлось пережить... Хуань видел падения и взлеты, Хуань давал наставления и помогал. И Ваньинь пытался ровняться на главу Лань. Правда, тот всегда останется недостижим.       - То же самое касается и вас, - ответил Чэн. - Сейчас мне предстоит очень много дел. Но Гуанъяо еще даст о себе знать. Я уверен.       - Он не из тех, кто сдается просто так, - ответил Усянь. - Раз он был на поле боя, то непременно может появиться снова. Уверен, брат уже решает вопрос.       - Держите меня в курсе. И еще, - Ваньинь помедлил, но все же сказал. - Насчет Юаня.       Вэй Ин сразу же нахмурился:       - Давай не...       - Выслушай, - перебил Чэн. - Мне не важны причины или то, как он вообще оказался в Гусу Лань. Для меня важно, чтобы он не думал о делах давно минувших дней. Мне жаль, что я не заметил ранее, но я предпочитаю думать о том, что Вэнь Сюй не был плохим человеком. Благодаря его предсказанию Цзысюань выбежал к ступеням Башни Кои, чтобы помочь мне. Если ты не против, я хотел бы поделиться с ним некоторыми книгами. Конечно, понимать дар предвиденья трудно, но я надеюсь, что хоть как-то помогу Юаню разобраться.       Усянь просто из реальности выпал:       - Что? Дар Сюя?       Ваньиню показалось, что он сказал лишнего. Но пути назад уже не было. Ну не может же быть, что Вэй Усянь не знал.       - Ну... Да, - Чэн растерянно смотрел на Вэй Ина. - Юань не говорил прямо, но определенные изменения в его поведении очень напоминает мне некоторые вещи, о которых говорил Цзысюань когда-то. Пусть Юань не закрывается и почаще говорит. Хотя бы с Лином, - Ваньинь как-то странно улыбнулся. - Во всяком случае, я постарался облегчить его переживания. Ну и, - он слегка виновато отвел взгляд, замечая удивление в глазах Вэй Ина. - Юань же - просто копия Сюя.       Возможно, это и так, но...       - Разве у Вэнь Сюя были дети? Если это и правда, то Юань должен был родиться перед самым началом Аннигиляции Солнца.       Ваньинь вздохнул:       - Знаешь, я не хочу разбираться в причинах его рождения. Я рад, что Юань есть. Его и а-И я люблю не меньше, чем а-Лина. Но некоторые вещи очевидны.       Похоже, что не для всех. Потому что кое-кто настолько застрял в прошлом и убеждал себя в том, что Юань не может иметь никакой кровной связи с главенствующей ветвью Цишань Вэнь, что продолжал игнорировать это самое "очевидное".       Это в прошлой жизни Вэй Усянь даже не знал Вэнь Сюя лично. А в этой - Сюй спасал Усяня и Ванцзи, когда те были детьми, делал предсказания и странно шутил, провоцирую Не Минцзюэ. Тогда Минцзюэ так злился, что...       Ох...       Искажение ци. В прошлой жизни дух сабли завладевал Минцзюэ из-за эмоций. Сабля впитала достаточно крови, чтобы воздействовать на Минцзюэ. Но в этой...       В этой жизни был Сюй, который провоцировал и злил Минцзюэ до того, как тот стал убийцей. И Минцзюэ научился совладать с эмоциями больше. И у Минцзюэ был Хуань....       От осознания даже мурашки по коже пошли.       Когда-то Сюй гадал Усяню. Тогда это были странные вещи. Но теперь... Вэй Ин правда женился на том, на ком хотел, и правда стал отцом. Вэй Ин остался целителем Гусу Лань - в том ордене, который для него навсегда. Лобная и лента и правда то самое значимое, что перевернуло его жизнь. Эту жизнь. Но в прошлой...       Погодите, что же там еще было? О двух жизнях на ладонях, о книге, что вернула в прошлое. Тогда Сюй сказал, что... Книга вернула в прошлое, а кошмар, приснившийся Усяню связан с ней. Но еще Сюй сказал, что "тот отголосок - лишь крупица". Не только этих темных ритуалов, но и самих кошмаров Усяня. Потому что вторую часть своей прошлой жизни, которая оказалась ужаснее первой, Вэй Ин вспомнил лишь недавно. Сны о прошлом в детстве и правда "лишь крупица" по сравнению с тем, что Усянь вспоминает сейчас.       Боги... От одного только осознания этого чокнуться можно было. Не удивительно, что Сюй с ума сходил. Сколько же он знал? Насколько далеко он мог видеть?! От этого пробирало, даже страшно становилось.       И если Юань и правда его сын, а дар передался и ему, то страшно предположить, что может переживать Сычжуй из-за таких вот видений. А подсказать никто и не может. Насколько Усянь помнит, Сюй сам разбирался со своим даром и постигал его.       Предсказания и правда совсем не то, чем кажутся. И их истинная суть раскрывается не просто годы спустя, десятки лет.       Но если Юань и правда сын Сюя, о котором никто не знал, то тогда возникает еще больше вопросов. И самый главный из них - почему Вэнь Юань оказался в Илине? - становится важнее прежнего.       - Я... Я поговорю с ним, - произносит Усянь. - Я... Ну... Мы знали, что он - Вэнь.       Чэн улыбнулся:       - Прости. Я думал, что ты знаешь чуть больше. Юань уже осознает свое родство, поэтому он и волнуется. Здесь, - Ваньинь несильно развел руками. - В общем, дайте знать, что добрались без проблем. Я хотел бы попрощаться с Лином.       Усянь кивнул. Юань знает. Чэн знает. Не ясно, поделился ли Юань с Лином или Цзинъи. Но старший брат не мог не замечать. Они же с Сюем были друзьями. А сейчас...       Вэй Ин тяжело вздохнул. Что-то неизменно в любой жизни. Гениальность не порок, но в очевидные вещи его приходится лицом тыкать.       Переживания Юаня не беспочвенны. Вэнь Чао по приказу Вэнь Жоханя вел войско в Пристань Лотоса. Орден Юньмэн Цзян пал за одну ночь. И если Юань сын Вэнь Сюя, то...       О, нет. Лучше бы об этом не думать.

***

      Цзинъи помог Сюаньюю встать на меч. Тот неловко прижался к младшему:       - Т-точно ничего?       - Да, нормально, долетим, - улыбнулся Цзинъи и даже привстал на носочки, чтобы поцеловать Сюаньюя в щеку. - Продовольственные запасы Юньмэна слегка пострадали, так что не переживай.       Эта странная способность Цзинъи восстанавливать силы благодаря еде очень умиляла Мо. По возвращении в Облачные Глубины Сюаньюй собирался приготовить своему дорогому а-И что-то вкусное и побольше.       У Лина способности есть и восполнять силы не было, поэтому он дожидался Юаня. Но раньше его пришел дядя Чэн.       Ваньинь посмотрел на Сунлиня и Ю, которые летали туда-сюда на мече Шао. Странные ребята, но их помощь трудно переоценить.       - А-Лин, напиши, как доберешься. Я улажу дела и навещу тебя, - Ваньинь погладил племянника по щеке. - Я буду скучать.       Жулань набросился на дядю с объятиями:       - И я. Очень.       - Если будут какие-то вопросы. У тебя или Юаня - спрашивайте. И, вот, - Чэн протянул младшему небольшой мешочек. - Немного о предсказаниях. Но лучше уточни у главы Лань. Ладно?       Жулань кивнул и спрятал мешочек с книгами за пояс.       - Хорошо, я не стал бы спешить с таким вопросом. Но помочь Юаню важно.       - Не забывай и о себе. Лин, что бы не было, ты всегда будешь моим дорогим племянником. Мне не важно, станешь ты главой ордена или же нет, - Чэн поправил прядь волос младшего. - Для меня важно, чтобы ты был счастлив.       - Спасибо тебе за все. Иногда мне не верится, что у меня такой дядя.       Юань собирал оставшиеся вещи, поэтому и задержался. Лин наверняка должен еще раз поговорить с дядей Чэном на прощание. А Цзинъи и Сюаньюй... Ладно, этот вопрос лучше доверить а-И и его интуиции.       - Готов?       Сычжуй повернулся к отцу и улыбнулся:       - Да. Уже...       - Снова за старшего, - вздохнул Усянь. - Уверен, что долетишь? Я мог бы взять Лина к себе.       - Не нужно. Это... Странно, но я не чувствую себя уставшим. Мне, - он смотрит в сторону. - Словно нужно было выпустить часть сил. Не важно.       - Важно, - Вэй Ин подошел ближе. - Мне необходимо знать все о своем сыне. Потому что я должен понять, как могу помочь. И дело не только в твоих духовных силах.       - Пап...       - Когда-то Вэнь Сюй предсказал нашу с Лань Чжанем свадьбу. А еще был случай, когда он резал свои меридианы, чтобы спасти нас. Он даже давал мне подсказки для собрания целителей, когда я был ребенком. Возможно, сейчас я нарушу правила, но, - Усянь вздохнул. - Вэнь Сюй - самый странный человек во всем мире. Он спас Хуаня, после сожжения Облачных Глубин, о котором предупредил нас. Он положил начало Аннигиляции Солнца. Его шутки - это просто, - Вэй Ин даже глаза закатил. - Ужас. Но самое главное, - он обнял сына. - Он подарил этому миру тебя. А-Юань, твое имя было вышито на одеждах. Тогда я и не думал, что ты можешь быть сыном того человека. Но даже узнав это... Ничего не изменилось. Ты все так же мой маленький лотосик.       Сычжуй прикрыл глаза и обнял в ответ. Само его рождение является какой-то загадкой. Но Юань не против. Если у него есть такая семья.       Но... Имя на одеждах?       Усянь отпустил младшего и развернулся к выходу:       - Пойдем?       Сычжуй кивнул и поспешил следом.       То видение о любимом цвете Юаня. Те красные одежды для них с Лином. Даже те парные халаты, которые они с Лином носят.       Неужели... Цзинь Цзысюань? Он... Тоже знал о Юане, даже когда весь мир был в неведении. А если Цзысюань имел определенную связь с Сюем, то вероятнее всего имел представление о существовании Юаня и о том, что он выживет.       Знал он, знал и... Сюй? Но Юань был найден в Илине. В том месте, что раньше считалось проклятым. Почему Юань оказался там?       И снова вспомнилось видение. О том, как кто-то нес его на руках. Юань тогда был совсем маленьким, а видение было крайне расплывчатым. Но оно казалось очень важным. Сычжуй не понимал, но он буквально чувствовал, что это была... Последняя встреча Юаня с каким-то значимым человеком. Который его и спас. И от этого стало как-то... Грустно.       Сычжуй сдержал слезы и вышел из комнаты.

      - Блять, ну пиздец. Только не начинай опять ныть. У меня руки скорее сгниют, чем я снова подниму тебя. Такой мелкий, а весишь...

      Он закашлялся. Несмотря на то, что голос был хриплым, он явно принадлежал не старику.

      - Черт...

      Юань хныкал и просился на ручки. Невзирая на отвратительный запах, Юань хотел обратно к теплу. Но вместо объятий его посильнее закутали в одеяло.

      - Блять... Хорошо, что у меня детей нет... Ебаный Сюй. Наплодил, и хуй пойми, что с... О.

      Рядом с Юанем легка кукла. А потом игрушку насильно всучили малышу.

      - Обнимай, грызи, соси, но не ори.

      Но Юаню не нужна кукла. Он просто хочет обратно на ручки.

      - Ну не... - Он снова закашлялся. - Не ной. Если хочешь - вернусь. И потаскаю тебя еще. А пока...

      Рядом с Юанем появился маленький огонек, который превратился в маленькую птичку. Ласточка летала над малышом, отвлекая его он одиночества и холода. Юань тянул ручки к птичке, но та постоянно ускользала.

      Издалека послышался тихий хриплый смех. Но Юань слишком увлекся диковинкой.

      Птичка летала даже после того, как ребенок уснул. А потом - вмиг погасла и исчезла.

      - Пап, - Юань коснулся чужой руки. - Помнишь, я нашел в городе И куклу?       Вэй Ин остановился и слегка растерянно посмотрел на сына:       - Ну... Да. Она действительно несла много темной ци.       - Она... Она еще есть? Пожалуйста, она мне нужна. Очень, - повторил Юань.       Глядя в слезящиеся глаза сына, Усянь не смог отказать:       - Она у меня. Если нужно - отдам. Я очистил ее и...       - Она из Илина, - перебил Сычжуй. - Я... Я считаю, что это - последнее, что оставил мне человек, который меня спас. Если ты знаешь о Сюе, то... У меня тоже есть видения. И одно из них было о той кукле. Это важно. Очень.       Усянь вздохнул:       - Хорошо. Малыш, только не плачь, - он снова обнимает сына. - Что угодно.       А Юань надеялся, что снова взяв в руки ту вещь, сможет увидеть что-то еще. Хоть что-то.