Часть 1
7 июля 2025 г., 18:21
Уилл Байерс, кажется, сходит с ума.
Точнее нет, забудьте.
Уилл Байерс определенно сходит с ума.
Ровно неделю назад Уилл со своей сестрой Джейн переехал в небольшой дом рядом с колледжем, в который собирались поступать осенью. Это был огромный шаг после жизни в родительском доме.
Джонатан уехал пару лет назад, чтобы поступить в колледж, а Уилл и Джейн выросли, закончили школу — просто это произошло куда быстрее, чем Уилл ожидал. Единственной причиной не бояться переезда была Джейн. Перемены трудны, он об этом знал, но если справляться с ними с сестрой, что могло пойти не так?
Но прошла всего неделя с тех пор, как они заселились в новый дом, а Уилл уже на грани безумия.
Сам процесс переезда прошел нормально. Конечно, идеальным его не назвать, но все оказалось не так ужасно. Они быстро перенесли коробки и довольно легко нашли общий язык с рыжей соседкой по комнате — Макс, несмотря на ее колкий характер. Выяснилось, что она веселая, и Джейн явно была от нее в восторге, так что Уилл был полностью доволен их новой жизнью.
Но дело не в переменах.
А в искренней вере Уилла, что в их доме находится кто-то еще.
Все началось с мелочей: вещи, которые он уже разложил по дому, почему-то снова оказывались в коробках, другие — наоборот словно сами собой перемещались на полки или на кровать. Все это достаточно легко было списать на стресс от переезда, может, Уилл просто забывал, что перемещал их.
Так что он старался не обращать внимания на странности.
Но следующим сигналом стали перевернутые баночки. Закончив раскладывать все принадлежности в ванной, Уилл окинул взглядом свою работу, гордясь аккуратной организацией, как заметил, что все его шампуни и гели для душа стоят вверх ногами, еле балансируя на колпачках. Уилл моргнул, покачал головой и вернул их в нормальное положение, решив снова не зацикливаться.
Но вернувшись в ванную позже, бутылки снова были перевернуты. Уилл подумал, что Макс или Джейн его разыгрывают, но те только посмотрели на него, как на сумасшедшего, когда он поднял больную тему.
И вот сейчас Уилл окончательно уверен, что он полностью, на сто процентов, спятил.
Он смотрит на свой комод — пустой комод — с выражением абсолютного недоверия к собственным глазам, потому что в этом пустом, буквально абсолютно пустом, комоде еще час назад лежали все его футболки.
Он точно помнит как доставал каждую из переполненной картонной коробки, аккуратно складывал в ящик, прежде чем побежал ужинать к Джейн и Макс. А теперь все эти футболки хаотично сваленные в кучу в той же коробке.
Уилл устало проводит рукой по лицу, прикрывая глаза. — Какого хрена? — он переводит взгляд с пустого ящика на тупую коробку, размышляя, стоит ли опять все раскладывать. Вздохнув, он нехотя тащит коробку обратно к комоду, вытаскивает одну из футболок — черную с логотипом The Cure — и аккуратно складывает ее на место, убеждаясь, чтобы каждая складка была ровной. Тяжело вздохнув еще раз, Уилл тянется за следующей. На одну меньше, осталось всего девятнадцать...
Футболка с принтом группы вылетает из ящика на пол.
Уилл моргает, глядя на смятый кусок ткани, который теперь валяется на деревянном полу. Что? Молча он поднимает футболку, снова складывает и кладет обратно в ящик.
Она снова вылетает.
Сжав губы, Уилл берет футболку, аккуратно повторяет все еще раз. В этот раз она летит прямо в него, приземляясь прямо в его руках. В панике Уилл отскакивает от комода.
— Какого черта? — бормочет он, запуская пальцы в растрепанные волосы, и глазеет на футболку в своих руках. — Я схожу с ума. Господи, я схожу с ума.
Уилл откладывает футболку в сторону и вытаскивает из коробки другую — простую серую. Прерывисто ловя воздух, он медленно складывает ее, убирая в ящик.
Он замирает и ждет. Одну секунду. Две. Три. Четыре.
Ничего.
Уилл фыркает и разражается истерическим смехом, глядя на футболку, которая послушно лежит в ящике. Продолжая, он вытаскивает следующую — яркую, подаренную Аргайлом на его семнадцатилетие, складывает ее и кладет в ящик рядом с серой. И снова ничего.
Он хватает первую футболку с кровати, снова складывает, снова в ящик. И уже тянется за следующей, когда...
Футболка опять летит на пол.
Его смех тут же обрывается. Уилл переводит взгляд то на пол, то на две спокойно лежащие вещи в ящике. Медленно поднимает первую и небрежно бросает обратно в ящик, даже не утруждая себя складыванием.
Мгновение — она оказывается вновь на полу.
— Ты… ты ненавидишь The Cure? — нахмурившись спрашивает он. — О, я разговариваю с комодом просто прекрасно!
Он серьезно подумывает стукнуться головой о стенку спальни, но решает предпринять последнюю попытку с комодом. Футболка снова взлетает в воздух. В этот раз Уилл лишь вздыхает, потирая переносицу. Невозможно выявить, что сильнее — его раздражение или полное недоумение.
— Ладно, ладно. Не буду класть это туда, — наконец он сдается, махнув рукой. Плевать. Ему все равно нужно переодеться перед сном, так что выбор падает на эту злосчастную The Cure.
Отойдя от комода, Уилл бросает футболку на кровать и стягивает через голову ту, что была на нем весь день. Небрежно бросая ее в корзину для белья, он промахивается на пять дюймов и, сжав губы, нагибается, пробуя бросить снова. Выпрямившись, он сталкивается лицом к лицу с зеркалом в полный рост.
Его отражение определенно видало дни получше. Он выглядит измотанным, а волосы еще хуже — торчат во все стороны от постоянных касаний. Под глазами темные круги, резко контрастирующие с его загорелой кожей и ореховой радужкой. На лице явно написано, что он устало готов упасть на ближайшую поверхность в любую секунду. Однако, когда Уилл тянется за футболкой с принтом группы, взгляд цепляется за кое-что в зеркале.
Точнее, кое-кого.
Высокий парень с бледной кожей, лениво облокотился на комод, скрестив руки на груди. Темные волосы падают волнами на его плечи, а отросшая челка прикрывает брови, хотя это не мешает Уиллу заметить, как высоко они приподняты, с выражением, напоминающим удивление. Черные глаза пристально изучают Уилла, почти пожирая взглядом расстояние между ними. Уилла пробирает холод. Неясно от взгляда или от неестественной температуры в его комнате.
Лицо Уилла горит, он резко оборачивается назад к комоду. Пусто. Ни намека на бледного парня, который был там секунду назад. Он снова разворачивается к зеркалу, встречаясь только со своим усталым, слегка безумным отражением.
Он один в комнате. Здесь больше никого нет.
Сдавленный смех срывается с его губ, пока он вглядывается в собственное отражение. Прижимая футболку к груди, он наклоняется вперед, прижимается лбом к прохладной поверхности зеркала и, закрыв глаза, сотрясается смехом до самых костей.
Он сходит с ума. Точно сходит с ума.
***
План Уилла был прост — просто игнорировать свое безумие. К сожалению, это невероятно трудно, когда оно продолжает напоминать о себе. Уилл медленно выкарабкивается из постели на следующее утро, вяло направляясь в кухню в мятых фланелевых штанах и футболке The Cure. Он выглядит нелепо, но его мозг не заработает без чашки кофе. — Доброе утро, — улыбается ему Макс из-за стола. — Мне нравится во что ты превратил свои волосы. Уилл проводит рукой по своей взъерошенной прическе и посылает сердитый взгляд на хихикающую рядом с ней Джейн. Предательница. — Ха-ха, ты просто неимоверно смешная, Макс. Уморительно, правда. Макс только усмехается и указывает на кофеварку. — Наливай себе, я сделала на всех. Вдруг Уилл осознает, что он просто обожает Макс Мэйфилд, его охватывает внезапное желание подхватить ее на руки и покрутить по комнате. Если бы не усталость, возможно, он бы сейчас это и делал. — Спасибо, — улыбается Уилл, протягивая руку, чтобы найти свою кружку в шкафу. Он слушает, как бодро Джейн болтает с Макс, обладая куда большей энергии, чем должно быть у обычного человека в девять утра. Он берет кружку и откидывается на столешницу, наблюдая за ними. — О, сахар прямо рядом с тобой, — замечает Макс, поглядывая на его простой черный кофе. — Спасибо, — отвечает Уилл, медленно отпивая горячего напитка, — но мне нравится без ничего. — Как хочешь. — Макс морщит нос, возвращаясь к разговору с Джейн. Уилл тихо смеется, окружая себя теплом кружки, проникающим в его холодные пальцы. Он не привык к дому, в котором всегда так холодно. Вдруг тихий звук заставляет его опустить глаза к кофе. Поверхность напитка явно чем-то задета. Уилл хмурится, наблюдая, как исчезает рябь. Тяжело вздыхая, он начинает поднимать взгляд обратно, когда слышит еще один тихий «плюх»: его кофе снова начинает покачиваться на поверхности. Нахмурившись, Уилл быстро переводит взгляд с сахарницы, на которую указывала Макс, к своей кружке. На этот раз он замечает, как сахарный кубик падает прямо в все более коричневый, чем черный кофе. — Джейн, — зовет Уилл, не отрывая глаз от стола, — ты это видела? Джейн замолкает, поворачиваясь к нему. — Что именно? — Кубик сахара. Он... только что взлетел и упал в мой кофе. — Что? — Джейн сдерживает улыбку, вставая с места и подходя к Уиллу. — Смотри, мой кофе уже не черный, — Уилл подталкивает к ней кружку. Джейн хмурится, оглядывая и кофе, и его лицо. — Да, я вижу. — Но я не добавлял сахар! Кубик сахара просто сам упал в него. Джейн переводит взгляд полного недоумения на Макс, а потом с нежной улыбкой взъерошивает его волосы. — Ты нормально спал? Уилл замирает с расширенными глазами и отпускает кружку, которую сжимал до побелевших костяшек. — Я спал совершенно нормально. Джейн с сомнением разглядывает его, не веря ни единому слову. — Ладно, да, я спал так себе, — Уилл отводит взгляд, запинаясь. — Ничего страшного… просто привыкаю к новому дому. — Без кошмаров? — Джейн шепчет, наклоняясь, чтобы быть в его поле зрения. — Ага, — Уилл вздыхает, расслабляя плечи. — Это просто из-за переезда, честно. Мы тут всего неделю, Джейн. Она заметно расслабляется, мгновенно возвращая улыбку. — Ладно. Попробуй сегодня немного отдохнуть? Мы с Макс поедем в магазин, дом на тебе. Уилл вздыхает и прислоняется к столешнице. — Да, конечно, лягу в обед и все такое. Джейн снова — пакостно — ерошит ему волосы, а затем возвращается к Макс за стол, которая весь разговор разглядывала их с нескрываемым любопытством. И как только раздается очередной тихий «плюх», Уилл лишь поднимает кружку к губам, закатывая глаза.***
Уилл решает не ложиться, когда они уходят. Он понимает, что спать все равно бесполезно. Вместо этого, он решает почистить зубы, может, он сходит с ума, но избавляться от утреннего запаха по-прежнему остается в приоритете. Заканчивая, он снова видит незнакомца. Тот появляется позади Уилла, отличимый в отражении зеркала над раковиной. Удивленно моргнув, Уилл снова пытается внимательно рассмотреть парня, стараясь запомнить каждую деталь: розовые потрескавшиеся губы, усыпанное веснушками лицо, выразительно-острые скулы. И черные джинсы, с потрепанной футболкой с «Звездными войнами» и поношенной кожаной курткой. Объективно говоря, он красив. Такой тип людей, которых Уилл мог бы неутомимо рисовать снова и снова. Преступлением было бы не запечатлеть его привлекательность на холсте — или хотя бы на трех. Субъективно же, в любой другой ситуации Уилл бы поглотил этого парня целиком. Уилл сплевывает в раковину напоследок, и ставит щетку обратно в стакан на полке. Парень все еще виден в зеркале, он прислонился к дверному косяку ванной и с интересом наблюдает за ним. Уилл проводит рукой по волосам, глубоко вздыхает, собираясь с духом. — Я тебя вижу, знаешь ли, — наконец говорит он, не отрывая глаз от отражения. Парень замирает, его глаза дико расширяются. Он отрывается от дверного проема, проходя… нет, как будто скользя в сторону Уилла. Ему нужно собрать всю свою волю, чтобы не броситься наутек. Он усердно стоит, пока бледный парень становится все ближе и ближе, наклоняясь почти до уха Уилла. — Говоришь, видишь меня? — Холодный воздух касается шеи Уилла, он вздрагивает. Голос парня насмешливый, с капелькой удивления. Его волосы касаются плеча Уилла, щекоча обнаженную кожу. — Ты настоящий? — серьезно спрашивает Уилл, вглядываясь в отражение напротив. — Или я просто схожу с ума? Незнакомец выпрямляется, прислонившись на расположенную рядом с ними стену. Подарив Уиллу улыбку, следует шепот: — Я могу производить такой эффект. Уилл сдувает волосы с глаз, чтобы тот парень мог как следует увидеть, как он закатывает глаза. — Ты появляешься только в зеркалах? Это твое странное увлечение? Парень громко смеется. — Определенно не это. Обычно я стараюсь оставаться незаметным, но, видимо, от зеркал не спрячешься. — О, — замешательство Уилла не убавилось. — А если я повернусь, ты останешься здесь? — Может быть, — парень улыбается, наклонив голову. Уилл затаивает дыхание, а поворачиваясь, не знает, что ожидать — так же, как и чего он хочет увидеть. Но, обернувшись к выходу, он сталкивается с тем же парнем со скрещенными руками и по-прежнему наклоненной головой. — Привет, — произносит он, улыбаясь Уиллу. — Привет. — Уилл не сдвигается ни на дюйм от своего места у раковины. Парень улыбается еще шире, уходя из ванной в комнату Уилла. После доли сомнения Уилл медленным темпом следует за ним, громко шагая в полной тишине, в отличие от бесшумных шагов незнакомца, как будто парящего над полом. Теперь, когда он не просто отражение, Уилл замечает, что он слегка… прозрачный. Не совсем невидим, но если прищурится, то часть кровати Уилла будет видна через рукава кожаной куртки. — Итак, — начинает Уилл, неуверенно стоя в середине комнаты. — Ты... извини, не будет ли грубостью спросить — ты мертв? Парень фыркает и, снова скрестив руки, нависает в воздухе над кроватью. — Ну, это не то чтобы грубо. Но что случилось с обменом имен в начале знакомства? — Ой, — его лицо пылает от стыда, — прости. Я Уилл. — Рад нормально познакомиться, Уилл. Я Майк. Майк. Его зовут Майк. — Мне тоже, Майк. — Уилл старается немного расслабиться, подходя ближе и протягивая руку. — А можно ли... Майк хватает его запястье, останавливая, прежде чем Уилл успевает ткнуть в него пальцем. Хватка холодная, больше похожа на плотный воздух, что, конечно, не имеет смысла, он уверен. Все это не имеет смысла! — Призраки могут взаимодействовать с физическим миром, — Майк ухмыляется, продолжая держать его запястье, — это дается почти естественно. А вот проходить через стены и людей сложновато. — Так ты мертв, — выпаливает Уилл, запоздало прижав руку ко рту. — Отличное наблюдение, — сухо отвечает Майк, отпуская его руку. — Не спрашивай, как — я не скажу. Уилл хмурится, ощупывая запястье, как будто не желая потерять контакт с Майком. — Почему? — Не помню, — легкомысленно отвечает Майк, переворачиваясь вниз головой в воздухе и приближается к Уиллу. — Одну секунду я живой, а потом бум! Моя семья меня не видит, не слышит, а я не касаюсь земли. Они практически касаются носами. Майк зависает прямо перед Уиллом, позволяя волосам свободно развеваться. Уилл прокручивает слова Майка в голове, пытаясь понять, почему его мозг не может ничего обработать, ну, кроме факта, что он разговаривает с призраком. — Подожди, твоя семья не могла тебя видеть и слышать? — в итоге переспрашивает он. Слова Майка начинают, наконец, доходить до него. Майк нахмурился, уходя взглядом куда-то в пространство комнаты. — Да. — Тогда… почему я могу? И видеть и разговаривать с тобой? Майк всматривается ему глаза, затем переворачивается, чтобы сесть ровнее. — Некоторые люди могут. Видеть призраков, имею в виду. Ты никогда не видел нас раньше? Уилл фыркает. — Нет, никогда. Ты еще спрашиваешь? — Уилл, я мертв и я призрак. Ты можешь меня видеть. Значит, видишь призраков. — Это… звучит логично. — Он игнорирует усмешку Майка. — И все же, думаю, ты первый призрак, которого я увидел. — Хм, странно… Может, ты встречал и раньше, просто не осознавал? — Майк опускается на кровать, задумчиво глядя на Уилла. — Призраки повсюду, но если их видеть на постоянке, они сливались для тебя с обычными живыми людьми? Мозг Уилла не может обработать происходящее, внимательно сканируя лицо Майка. — Да, возможно. — Он все еще чувствует, как что-то неуловимо упускает. — Стоп. Ты говорил, что стараешься оставаться незаметным. Зачем, если люди обычно не могут тебя увидеть? Майк улыбается, снова взмывая в воздух. — Некоторые люди подсвечиваются, прямо как и ты, наподобие предупреждения для скрывающихся призраков. — И ты можешь просто исчезать? Если захочешь? — Да. Ну, это требует много энергии, но да. Поэтому ты не замечал меня раньше. За исключением зеркал, видимо, — последнюю часть он произносит ворчливо, явно не восторгаясь подставой зеркал. — Эй, это ты издевался над моим кофе... Майк перебивает, сморщившись. — Я бы сказал — исправлял его. Кто пьет голый кофе? — Окей, исправлял, проехали, а футболку вчера я сложить не мог не из-за тебя? Глаза Майка сверкают вместе с улыбкой. — Может быть. — А бутылки в ванной? Я целую неделю не мог распаковать свои вещи. — Ну, мне нужно было как-то привлечь твое внимание, — Майк смеется, возвращаясь к пространству Уилла. Уилл скрещивает руки, с пристальным выражением. — Но ты прятался от меня? Майк повторяет его жест. — Я ни с кем не разговаривал аж… Даже не могу точно сказать сколько, понимаешь? Я немного отстал в этих дружеских знакомств. Смысл слов доходит до него, и руки бессознательно скользят вниз, оставаясь по бокам. — О, ты хочешь быть... — Кстати, у меня тоже есть несколько вопросов, — перебивает Майк, касаясь его руки. — Хорошо. — Что это за маленький квадратик, который ты всегда носишь с собой? Он светится, и ты все время туда тычешь. — Мой телефон? — Уилл поднимает брови и включает экран, достав из кармана. — Это телефон? — Майк вмиг выхватывает его, рассматривая со всех сторон. — Он такой... маленький и тонкий. — Какие были телефоны, когда ты был жив? — Уилл хихикает с того, как смешно Майк изучает его. — Обычно они были прикреплены к стене. А те, что не были, были большими. — Он стучит по экрану, пытаясь обойти пароль. — Еще мы с друзьями пользовались рациями. Ох. — Майк, сколько тебе лет? — он задает вопрос, чувствуя такой стыд, напоминающий мамин голос: «Не спрашивай у людей возраст, Уилл. Это невежливо». — Ты хочешь знать, сколько мне было, когда я умер? Или сколько было бы, если бы был жив? — Думаю, все это. — Кажется, мне было девятнадцать. Может, двадцать. Точно не помню, — Майк отстраненно переключает внимание на потолок. — Я родился в апреле семьдесят первого. Не уверен, какой сейчас. Уилла едва доверяет своим ушам, потрясено открывая глаза. — Сейчас две тысячи двадцать третий. Значит… тебе пятьдесят два. — Что? — вскрикивает Майк, чуть не уронив телефон, и в прослеживающим ужасе оглядывается на Уилла. — Не переживай, ты на вид не старше девятнадцати. — Просто до слез, Уилл, — отвечает он, пытаясь скрыть улыбку. — А то, — Уилл откидывается на кровать, распираемый тихим смехом. — Кстати, мне тоже девятнадцать. Мы с Джейн взяли академ. Майк подлетает к нему, зависая в воздухе чуть выше кровати. — О, ты перебрался сюда для колледжа? — Да. Я учусь на художника, а Джейн на модельера. — Он смотрит в пустоту над собой, мысленно перебирая возможную реакцию Майка. — Это же круто! Я видел твои картины, так что догадывался. — Майк садится рядом, пару раз подпрыгнув на матрасе. — Я хотел пойти на писателя. Уилл приподнимается, опираясь на локти. — Правда? Ты пишешь? — Он улавливает перемену во взгляде и блеклой улыбке Майка. — Раньше да. Была одна настольная игра, в которую мы с друзьями играли с самого детства. Я сам писал для нас истории, и как-то так продолжилось. — Ты про ДнД? — он ждет, что скажет Майк, чуть улыбаясь, с каким-то почти детским любопытством. Майк, похоже, краснеет, ну, Уилл так предполагает. — Да, я обожал это, пока был жив. — Мы с друзьями тоже обожаем ДнД! Обычно ведущий у нас Дастин, но иногда кампании ведет Лукас. А я с Джейн помогаем всем делать персонажей. Майк улыбается еще шире, сразу становясь более живым. — Так ты тоже задрот, да? Уилл закатывает глаза, сдерживая смех. — Я бы не сказал, что задрот-задрот, но... да, на сто процентов. Майк смеется, но быстро отводит взгляд, уставившись в стену и прикусив губу. — А Джейн… — Что? Майк снова краснеет, просверливая дыру в штукатурке. — Откуда ты ее знаешь? И ту другую девушку? На этот раз смеется Уилл, откидывая голову назад и растягивая руки вдоль тела, снова укладываясь на матрас. — Джейн — моя сестра. Сводная, конечно, но наши родители уже давно вместе, так что из-за статуса мы обычно не паримся. А с Макс мы делим квартиру. Мы нашли ее через Дастина, они учились вместе в прошлом семестре, и ей нужно было новое жилье, потому что в общежитие было просто кошмарно. И она подружилась с Джейн. Напряжение заметно уходит с плеч Майка, он опять находит глазами лицо Уилла. — А, понял. Круто. — Да, круто, — Уилл улыбается в ответ, следя за эмоциями Майка. Кто-то тарабанит в дверь, и они оба вздрагивают — Майк подпрыгивает так, что снова оказывается в воздухе. И через пару секунд в комнату забегает Джейн с пакетом в руке. — Мы вернулись! — объявляет она, подскочив к Уиллу, который сразу же садится ровно. Она роется в пакете, вытаскивает бутылку Пепси и протягивает ее Уиллу, махнув рукой, когда он собирается поблагодарить. — Ты болтал с кем-то? Уилл мельком смотрит на Майка — он все еще парит рядом над кроватью, наблюдая за ними с тем же, вернувшимся интересом во взгляде. — Нет, я просто… переписывался с Лукасом. Джейн прищуривается, уперев руку на бок и поджав губы. — Я думала, ты собирался вздремнуть. — Да, но отвлекся немного, — оправдывается Уилл. Он демонстративно игнорирует фырканье Майка. — Ладно. Но серьезно, отдохни, пожалуйста, — просит Джейн и быстро выскальзывает из комнаты так же быстро, как появилась. Уилл едва успевает открыть рот, как Майк исчезает, мгновенно скрывшись из виду. — Серьезно? — спрашивает он, оглядываясь по комнате. Он не видит его в зеркале со своей точки обзора на кровати. — Ты слышал ее. Отдыхай, — голос Майка доносится откуда-то спереди. Уилл чувствует, как вдруг становится холоднее, и легкий поток воздуха скользит по его щеке, когда Майк негромко добавляет: — Спи, Уилл. Спустя миг снова теплеет. Но Уилл все равно вздрагивает.***
— О! Что ты… — Господи! — пугается Уилл и, едва не уронив книгу, хватаясь за сердце, когда Майк появляется рядом. Он делает это уже несколько дней, но Уилл все еще не привык. — Все называют меня Майк, знаешь. — Он усмехается, приближаясь прямо в личное пространство Уилла, который снова погружается в книгу, ощущая, как Майк перемещается, оказываясь за его спиной и заглядывает через плечо. — Ха-ха. — Уилл не обращает на него внимания, не давая того, чего тот явно хочет. — Что читаешь? — шепчет Майк в самое ухо, заставляя поежиться. — Выглядишь тоскливым. — Так и есть, — отвечает он, не поднимая взгляда от книги, — мне нужно закончить ее до начала занятий, а это ужасно скучно. Майк фыркает, наклоняясь ближе к книге и, заодно, к Уиллу. — А что за книга? — «451 градус по Фаренгейту», — Уилл небрежно переворачивает страницу, пытаясь не придавать значения, что Майк, Майк, Майк, подступает все ближе и ближе. Между ними почти не осталось дистанции. Обычно Уиллу нравится свое личное пространство, но Майку, видимо, очень нравится личное пространство Уилла тоже. — О! — Майк, кажется, физически оживился, находясь так близко к нему. — Мне очень понравилась эта книга! Я читал ее в старшей школе. — Тебе нравилось вот это? — Уилл смотрит на него с недоумением. — Да! — Майк замолкает, немного задумавшись. — Правда, не помню почему, просто знаю, что нравилось. Прошло много времени. Грусть сдавливает живот, когда он замечает, как все чаще в глазах Майка начала появляется отстраненность. — Хочешь прочитать ее после меня? Я могу отдать в библиотеку чуть позже. Майк широко распахивает глаза, уставившись на Уилла. Они так близко, что почти соприкасаются носами. — Правда? Ты можешь одолжить? — Конечно, — Уилл мягко улыбается, встречая взгляд Майка и показывая тем самым всю серьезность. — Может, тогда ты убедишь меня, что это не одна из самых скучных книг в мире. Майк фыркает, отворачиваясь. — Я ничего не читал уже вечность. Этот дом пустел уже много лет. Уилл ставит закладку и убирает книгу на кровать возле себя. — Слушай, я все хотел спросить… ты застрял здесь? В этом доме? Ты обычно никуда не уходишь. Майк перемещается справа от Уилла, медленно опускаясь на кровать, вытягивает ноги и откидывается назад, с тихим вздохом, словно обдумывая слова. — Я… не застрял, — медленно произносит он. — И вообще, я могу уйти в любой момент! Уилл хмурится, внимательно изучая профиль Майка. — Так почему не уходишь? Он замолкает так долго, что беспокойство Уилла — не перешел ли он черту, — становится невыносимым. — Я об этом думаю… постоянно. Многие призраки начинают путешествовать после смерти. Но эта тяга оставаться там, где умер… — Майк устало закрывает глаза и смотрит в потолок. — Я умер здесь, так что и остаюсь. Пару раз, конечно, выходил за это время в город. Даже когда моя семья перестала приезжать. — Они просто перестали? — недоумевает Уилл. — Да. Это был наш загородный дом. Мы жили в Индиане, приезжали сюда весной и летом. Но после моей смерти они перестали возвращаться; продали его и наняли рабочих упаковать все вещи. Уилл говорит с сочувствием: — Мне жаль, — но Майк отмахивается, все так же не отрывая глаз от потолка. — Так ты не отсюда… Ты когда-нибудь думал вернуться? В родной город? — Конечно, — признается он. — Но не вернусь. — Почему? — Уилл честно пытается не лезть не в свое дело, но не может удержать любопытство. Майк устало смотрит на него с немыслимо грустной улыбкой. — Трудно двигаться вперед, когда тебя окружают призраки прошлого.
