Потеря крыльев
30 декабря 2024 г., 18:45
В первые годы своего становления Бэтменом Брюс сделал много интересных дизайнерских решений, некоторые из которых были хуже других.
Большинство из них представляли собой небольшие изменения в дизайне его костюма, которые просто... казались правильными.
Его капюшон много раз немного увеличивался в размерах, его белые глаза были разных цветов, чтобы проверить, какой из них страшнее (он решил, что белый цвет достаточно жуткий, чтобы на секунду сбить преступников с толку, но оставляет ему возможность успокаивать детей, что невозможно с красными или чёрными глазами).
Его пояс с инструментами со временем только увеличивался, на нём появлялось всё больше карманов, как и на бронежилете, который из тёмно-синего и серого стал абсолютно чёрным, насколько это было возможно. В целом, большинство изменений остались прежними.
За исключением одного - крыльев.
Эта идея пришла ему в голову после того, как он случайно спланировал на своей накидке.
Он не заметил, как это произошло, слишком увлечённый погоней за бандитами, чтобы обратить внимание на то, что он не упал на землю так же быстро, как в другие разы. Но он заметил это, когда вернулся в поместье Уэйнов и просматривал запись погони, чтобы найти ошибки и исправить их.
В свою защиту скажу, что Брюс не спал последние два дня. Последняя выходка пингвинов с наркотиками стала серьёзной проблемой, и, будучи начинающим, Бэтмен решил, что ещё одно усовершенствование его костюма может помочь.
«Мастер Брюс, вы уверены?»
— спросил его Альфред, который, благослови его Господь, уже помогал с дизайном.
Брюс уставился на чертежи и наброски, разложенные на столе друг на друге. Брюс говорил, делая паузы между глотками кофе:
«Он — нелетающая птица, я собираюсь залететь в его убежище, это точно сломит его дух». Ещё один глоток.
«Полагаю, Загадочник подбирается к вам, сэр. Я не припомню, чтобы пингвин так сильно придерживался своей темы имени...Я также не читал в его досье, что онсчитает себя настоящим пингвином» — объясняет Альфред, надеясь, что Брюс поймёт намёк и не будет летать по Готэму. Брюс вообще не понимает намёка. Он потягивает кофе, как будто не может позволить себе ещё одну чашку.
Бэтмен исследовал для этого все виды крыльев, у всех летающих животных, а не только у летучих мышей, чтобы убедиться, что они идеально подходят для его человеческого тела.
Количество видеозаписей с птицами, которые он просмотрел, вероятно, можно было бы назвать мировым рекордом. В какой-то момент у него даже закончились видео на YouTube, и он переключился на официальные страницы зоопарков. К концу он стал вторым пришествием Стива Ирвина в теме крыльев и знал о крыльях больше, чем о себе, или, по крайней мере, так он чувствовал.
«Теперь всё обретает смысл, это мой главный труд».
Альфред со вздохом забирает у него кофе и оставляет его работать, зная, что сейчас он не сможет убедить его в обратном.
И, к чести Брюса, поначалу крылья творили чудеса.
Размах его крыльев составлял около 9 футов, они могли полностью закрыть его тело, а его силуэт в ночи был устрашающим, гораздо более похожим на летучую мышь.
Гордон не упомянул о них, когда впервые увидел крылатого Бэтмена на крыше полицейского участка, он просто вздохнул и закурил сигарету, словно говоря:
«Я не могу позволить себе эмоционально реагировать на вопрос, почему у тебя теперь есть крылья».
Он налетел на головорезов пингвинов, как стихия, и с лёгкостью расправился с теми, кто ещё не застыл от страха. Сильные железные крылья, покрытые тканью и кожей, смогли сбить многих с ног, так как Бэтмен сконструировал их так, чтобы они двигались вместе с его локтями, как у марионетки.
Это конкретное избиение укрепило миф о Бэтмене в Готэме.
Люди ещё больше утвердились во мнении, что он наполовину летучая мышь, а слухи о вампирах были вытеснены более популярной теорией: Бэтмен был метачеловеком, наполовину летучей мышью. Это усилило страх и уважение, которые Бэтмен вызывал у преступников Готэма, что было хорошим дополнением. Это также помогло ему сохранить анонимность, поскольку люди искали человека с крыльями. В целом, это казалось успешным ходом.
И...Ему нравилось летать.
Ветер, дувший ему в лицо, освежал и не давал уснуть, и было что-то умиротворяющее в том, что он был окружён только воздухом, что давало летучей мыши ощущение свободы, которое он не мог сравнить ни с чем другим.
Брюс хранил крылья в течение двух полных недель и уже работал над их новой версией, когда столкнулся с проблемой.
Это было после стычки с Джокером, точнее, с его приспешниками, так как сам он убежал довольно быстро. Сражение было окончено, преступники схвачены и связаны для Гордона, но Бэтмен был ранен, и ему нужно было как можно скорее наложить швы, однако в схватке были сломаны крылья, поэтому Бэтмену пришлось воспользоваться Бэтмобилем, а не лететь обратно.
Его встроенная система экстренного торможения не сработала, а пули в крыльях не позволяли ему быстро их снять, а значит, он не мог поместиться в машину.
Брюс истекал кровью, хромал и с трудом снимал крылья вручную.
Он был беззащитен и пятнадцать минут пробыл в ловушке в тёмном переулке.
Так много всего могло пойти не так: его могли поджидать дополнительные головорезы, или его раны могли быть намного серьёзнее, а пятнадцать минут в его работе — это неприемлемо. Когда он добрался до пещеры, у него кружилась голова, и он не мог придумать оправдание, поэтому сразу же честно рассказал Альфреду, что произошло, пока тот хмуро зашивал его.
Он не смог рассказать о том, какие улучшения он планировал внести в новые крылья, потому что Альфред посмотрел ему прямо в глаза и запретил ему когда-либо снова пользоваться крыльями.
Он повернулся к Альфреду и увидел, как тот взволнован. Альфред долгое время старался не показывать своих эмоций во время выходок Брюса в роли линчевателя, и на этот раз он согласился с запретом. Затем он убедился, что его новый плащ идеально развевается, чтобы немного почувствовать себя в полёте.
Иногда, однако, ему хочется снова полетать.
возлюбленного друга. Ему нужно проверить своего друга.
Поэтому Супермен игнорирует возникшую неловкость в Башне и отправляется в Бэт-пещеру, зная, что Бэтмен скажет, что хочет побыть один, но также зная, что ему не помешал бы друг, чтобы выговориться прямо сейчас, особенно если из-за разговора с Хокгерл на поверхность всплыли какие-то воспоминания о его крыльях.
В конце концов, Бэтмен игнорировал свои личные проблемы до тех пор, пока они не становились слишком серьёзными.
***
Годы спустя он ловит себя на мысли о том, что подумывает о бегстве. Благодаря созданию Лиги Справедливости он теперь был окружён людьми, которые могли отрываться от земли. Он не завидовал способностям своих товарищей-героев, а скорее сосредоточился на составлении планов на случай непредвиденных обстоятельств, и, познакомившись с ними, он мог видеть только недостатки этих способностей. Но когда дело дошло до того, чтобы научиться летать, он немного занервничал. Он не завидовал Супермену, он тоже умел летать, но ему не хватало самой крутой части — крыльев. В те несколько раз, когда супергерой спасал Бэтмена и нёс его на себе, тот невольно сравнивал это с полётом на самолёте, когда можно опустить стёкла, а не со своим собственным опытом полёта, вероятно, из-за скорости, с которой его несли, и потери крови, необходимой для того, чтобы он вообще согласился на помощь. Зелёный Фонарь просто парил или зависал в воздухе, но в то же время это было похоже на полёт реактивного самолёта. Флэш сравнил это с тем, как если бы вы бросили водный шарик с рыбой внутри, как бейсбольный мяч, и заявили, что рыба летит. Зелёный Фонарь пожаловался на неудачное сравнение, но Бэтмен молча согласился. Теперь Хокгерл это летает, и это крылья. С тех пор, как он впервые увидел, как её представляют в Лиге, ему приходится бороться за свою жизнь, чтобы не восхищаться ими слишком сильно. В конце концов, ему нужно поддерживать свою мрачную антисоциальную репутацию. Но они так элегантно смотрятся на ней, и Брюс восхищается тем, как она координирует свои движения во время полёта, как легко меняет направление, словно дышит, и как быстро она может взлететь, не прибегая к бегу, чтобы получить импульс. Конечно, нет смысла сравнивать это с его собственным искусственным опытом, но всё равно это так впечатляет. Он снова уставился на ее крылья. Вероятно, слишком долго, потому что, пока Чудо-женщина объясняет о последней биохимической угрозе, которую она обнаружила на Восточном побережье, Хокгерл с любопытством наклоняет голову в его сторону, а Бэтмен отводит взгляд, внезапно заинтересовавшись отчётом. После ещё нескольких пояснений встреча заканчивается, и герои начинают расхаживать по сторожевой башне, болтая или разбирая файлы. Хокгерл хлопает Бэтмена по плечу, чтобы привлечь его внимание. Важно отметить небольшую деталь: Брюс Уэйн снова не спал более 48 часов, энергетические напитки трехчасовой давности давно закончились, и доза адреналина, в которой он нуждался для боя, выигранного за пять минут до начала встречи, тоже подходила к концу. Будь то из-за того, что он не ставит себя в неловкое положение, или, скорее, из-за профессионализма, он знает, что не хочет упасть в обморок на глазах у своих коллег. А теперь вернемся к настоящему. Он слегка поворачивается на стуле, показывая, что обращает на неё внимание, но при этом улавливая суть и просматриваю сегодняшнюю презентацию "Чудо-женщины". Хокгерл привыкла к такому вниманию, её крылья — не обычное явление в этом мире, и многие люди называют её ангелом из-за них (или гарпией, что, очевидно, плохо), но она точно не привыкла к вниманию со стороны стоического Бэтмена, члена-основателя Лиги, который до этого момента, казалось, общался только с Суперменом и Чудо-женщиной. Она уверенно начинает разговор, присаживаясь рядом с ним: «Я вижу, что тебе понравились мои крылья. Если хочешь, я могу показать тебе, каково это — летать. Это невероятно…» — Чувство свободы, я знаю — перебивает он, и Хокгерл смеётся. — Полагаю, ты уже получила нагоняй от Супермена? — Она пожимает плечами, расправляя крылья, и сдерживает горделивую улыбку, когда летучая мышь тут же начинает ими любоваться. Обычно Брюс дважды обдумывает свои ответы, прежде чем заговорить, но сейчас он больше сосредоточен на том, чтобы выглядеть бодрым, потому что адреналин, который в данный момент не даёт ему отключиться, исчезает из его крови, и он не думает, прежде чем ответить. К счастью, он всё ещё достаточно сдержан, чтобы не потянуться и не потрогать её перья. Это скорее вежливость Уэйнов, которые не прикасаются ни к чему без разрешения, чем обычный контроль Бэтмена над собой. "Нет, я просто знаю" Она наклоняет голову: «Но ты не можешь летать сам по себе» — Больше нет, хорошее наблюдение — невозмутимо отвечает он, резко вставая. В комнате воцаряется тишина, все поворачиваются и смотрят на Бэтмена с разными выражениями лиц, в основном с недоумением, но и с беспокойством. «Больше» подразумевало, что он действительно летал без посторонней помощи раньше, но это могло означать... Пока все отвлеклись, Бэтмен вышел из комнаты и телепортировался обратно в Бэт-пещеру. Он сделал это, чтобы не упасть в обморок прямо перед ними, это выглядело бы смущающий и в конце концов, он совершенно не подозревает о разговоре, который только что состоялся в режиме автопилота, и теперь сосредоточен на том, что Альфред устроит ему взбучку за то, что он снова довёл себя до предела. Но лига этого не знает. Лига знает, что Бэтмен знает, каково это — летать без посторонней помощи, и сказал об этом только женщине с крыльями, которая в данный момент смотрит на то место, где только что был Бэтмен, как будто он растворился в воздухе, а не ушёл. Флэш первым приходит в себя и начинает бегать по башне, используя разные компьютеры и телефоны и печатая как сумасшедший. Медленная загрузка того, что он ищет, сводит его с ума, но затем он находит кое-что стоящее внимания. «О, ну вы только посмотрите на это». Все собираются вокруг него. Барри нашёл старое видео, просто введя в поисковую строку Google «Бэтмен-детектив Готэм летает», по-видимому, не заботясь о грамматике. На видео Бэтмен летит над улицами Готэма, и, несмотря на то, что оно не сфокусировано, трудно не заметить, что у него на спине периодически складываются гигантские крылья летучей мыши. Видео достаточно чёткое, чтобы понять, что это не просто Бэтмен, планирующий с помощью плаща, как Лига видела раньше, и не оптическая иллюзия. Это.Крылья. И всё же у Бэтмена нет крыльев, каждый член Лиги встречался с ним без них. Видео было снято до того, как все они познакомились с супергероем, так что из этого можно сделать только один вывод или несколько. Барри нарушает молчание: «Так что, летучие мыши могут просто терять свои крылья? Ну, знаете, как ящерицы теряют свои хвосты, чтобы обмануть хищников, такое бывает?» Его глупый комментарий выводит всех из транса, раздаются вздохи, а затем начинается хаос. "Крылья!? он летел..." «Был ли ещё один Бэтмен, который летал? А нынешний — ученик Бэтмена-старшего?» "КРЫЛЬЯ ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ" — Нет, он же первый Бэтмен, верно? «Честно говоря, я удивлён, что кто-то заснял его на камеру» "КРЫЛЬЯ ЛЕТУЧЕЙМЫШИ" «Это поддельное видео? Возможно» — ...Похоже, что нет, у него были крылья! «О боже, я ведь хвасталась, что покажу ему вид с высоты, теперь он меня точно ненавидит» - Он уже сделал это, Зеленый. Наконец, посреди хаоса спокойный голос Марсианского Охотника привлекает их внимание, контрастируя с разнообразием голосов и эмоций остальных. Он подходит и кладёт руку на плечо Хокгерл, спрашивая: «Ты в порядке, Хокгерл?» Они все поворачиваются к ней, поскольку обычно расслабленная женщина обхватывает себя крыльями, чуть не плача, пока расчесывает несколько перышек. Она резко кивает, оглядывая остальную часть комнаты после этого: "Я в порядке, просто ... неприятно думать о потере крыльев. Дело не только в полете, понимаешь? Хотя я и люблю это делать, большинство из вас понимает, но... — она осторожно гладит свои основные перья и продолжает: — Крылья... — это особенная часть тебя, они поднимают тебя над землёй, когда ты больше не можешь этого выносить, они согревают тебя холодными ночами, они успокаивают тебя, они спасают тебе жизнь — я бы предпочла потерять любую другую конечность, только не крылья. Она со вздохом разматывает их, позволяя им упасть на пол, и печаль сменяется беспокойством. «Я даже не могу представить, что он, должно быть, чувствовал, когда что-то случилось и он оказался прикован к земле...Он сильный, не многие летающие существа смогли бы это выдержать». За её словами следует тишина, а также кивки и вздохи в знак согласия. Немного погодя Зелёный Фонарь садится и постукивает пальцами по центральному столу: «Итак...что, по-вашему, произошло?» Флэш копирует его действия, садится и начинает стучать по клавиатуре гораздо быстрее: «Я имею в виду...Он патрулирует Готэм, я бы не удивился, если бы какой-нибудь псих...» На этом Хогвардс издает пронзительный звук, прерывая Флэша и прикрывая рот рукой. Марсианский Охотник снова утешает ее, неодобрительно глядя на свой выбор слов. Флэш поднимает руки в знак капитуляции и произносит одними губами: «Прости». Супермен молчал с момента разоблачения, скрестив руки на груди и глядя на обычное место Бэтмена за столом, рядом с его собственным. Кларк был коллегой, осмелится ли он сказать «другом», Бэтмена дольше, чем кто-либо в этой комнате. Они участвовали в совместных сражениях и битвах, в которых Кларк воочию видел храбрость и пламенную решимость Бэтмена, а позже, когда большой и страшный Бэтмен находил время, чтобы утешить любого напуганного ребёнка, оставшегося на поле боя, они были в контрасте. У каждого из них были моменты, когда они были на волосок от смерти, и они всегда обращались за помощью к другому. Они много раз спасали друг друга, иногда от самих себя, когда слишком злились, были близки к тому, чтобы нарушить собственные правила, и один из них всегда приходил на помощь другому, они были равны во всех смыслах этого слова. Супермен понимает, насколько высоки стены, окружающие Бэтмена, как трудно заглянуть в его личную жизнь и как важно для него не показывать никаких слабостей, быть стойким и надёжным, символом надежды, который не может позволить себе быть человечным, он понимает это. Потеря чего-то столь важного, как конечность, а затем адаптация к этой потере без жалоб в будущем, кажется, в характере Летучей мыши. Однако Кларк чувствует себя неловко из-за того, что ранее не имел ни малейшего представления или намека на то, что его друг понес такую потерю. В прошлом он заметил ещё кое-что, что пришло ему на ум в связи с этой темой: сердцебиение Бэтмена отличалось от сердцебиения остальных, оно было ровным и стабильным даже в моменты стресса. Кларк слышал, что сердцебиение Бэтмена оставалось таким же, когда он бежал, как и когда его резали. В прошлом это заставляло его задуматься, был ли Бэтмен человеком. Он ловил себя на том, что много раз прислушивался к нему в этом хаосе, не только чтобы найти Бэт, но и для успокоения. Может быть, иногда он слушал этот ровный ритм в офисе просто потому, что мог, но это известно только ему. Однако в тех редких случаях, когда ему разрешали полетать на Бэтмене, он чувствовал, как учащается его сердцебиение. Он игнорировал это до сих пор, но если у Бэтмена был скрытый страх высоты или падения с высоты, то это не его дело. Но сейчас Кларк считает, что он напоминал своему другу о способности, которую тот потерял, о том, что, по словам Хокгерл, было важно для человека с крыльями. Если предположить, что её привязанность к крыльям была такой же, как у Бэтмена, то каждый раз это было травмирующим напоминанием, неудивительно, что он так не хотел летать. «Может, он преувеличивал — думает Кларк — может, Бэтмен очень спокойно переживал свою потерю». Чёрт, ему нужно проверить своего***
Когда Бэтмен добрался до поместья Уэйнов, он быстро запрыгнул в душ и с довольным видом промыл себя под холодной водой. После этого он позволил Альфреду обработать его раны, которые оказались не такими серьёзными, как он думал. Это означало, что он просто устал, что в его голове означало: «Я могу поработать ещё один-два часа». Итак, он надел удобную одежду и спустился в Бэт-пещеру, чтобы проверить файл с последним делом Риддлера. Он надел капюшон, чтобы просмотреть отснятый материал, и пропустил свой обычный этап загрузки видео на компьютер. Он спешил, не желая, чтобы Альфред застал его за дополнительной работой перед сном. Ничто так не пугало Бэтмена, как перспектива разочаровать Альфреда. Именно в этот момент появляется Супермен, как раз когда Бэтмен собирается снять свой капюшон и останавливается как вкопанный, увидев прибывшего криптонца. Брюс вздыхает и садится на ближайший стул, они оба говорят одновременно. "Что-то не так..?" - Что случилось с твоими крыльями? Супермен сразу же переходит к делу, не в силах вести вежливую светскую беседу в данный момент. Бэтмен несколько мгновений смотрит на него, обдумывая новый план действий на случай непредвиденных обстоятельств под названием «Убирайся к чёрту отсюда, ты уберешься к чёрту отсюда, если я расскажу тебе о своей фазе крыльев? Отлично, а теперь убирайся к чёрту отсюда, пока я не вырубился», а затем выполняет его. "Прежде всего, как..." «Видео, снятое на сторожевой башне, теперь все знают, я сожалею» Бэтмен метафорически закатывает глаза: «Отлично, ещё больше людей узнают об этом, просто отлично». «Ладно, неважно... они были у меня, теперь их нет, конец истории, ты знаешь, как отсюда выбраться». Бэтмен встаёт, надеясь немного побыть в тишине и покое, и уходит. Супермен отводит взгляд, хмурясь, и смотрит на остальную часть Бэт-пещеры, остро осознавая огромное пустое пространство, которое идеально подходит для полётов. - Ты... скучаешь по ним? Бэтмен останавливается как вкопанный, у него кружится голова, и он едва не спотыкается. Это напоминает ему о том, как он впервые надел крылья и как ему потребовалось несколько часов, чтобы привыкнуть к изменению центра тяжести. Бэтмен снова вздыхает, оборачивается, понурив плечи, и смотрит на остальную часть пещеры рядом с Суперменом — пространство, которое он давно не мог исследовать самостоятельно. — Конечно, — Кларк подпрыгивает на месте, ожидая, что его оттолкнут, внезапная открытая уязвимость действует на него, и он подходит ближе к Бэтмену, осмеливаясь положить руку ему на плечо, пока тот продолжает. — Это не то же самое, что потерять один из моих гаджетов, для меня они не были...Они были моими крыльями, я не могу объяснить это по-другому. Кларк гладит его по плечу, и по его телу пробегает искра, когда он осознаёт, что на Бэтмене тёплая одежда, а не привычный костюм, а просто чёрная компрессионная футболка и спортивные штаны. Кларк хочет посмеяться над тем, что, судя по всему, маска — это последнее, что осталось от костюма Бэтмена, но не может, он не может смеяться, когда его друг наконец-то открывается ему, пусть и с небольшим давлением. Кроме того, это первый раз, когда он видит Бэтмена (не в экстренной ситуации, а в таких случаях он не может по-настоящему восхищаться им) и не может не засмотреться на его телосложение. Бэтмен смотрит на него и скрещивает руки на груди, а Кларк смотрит на его мускулистые предплечья, как будто видит их впервые. Наконец Брюс кашляет, чтобы привлечь его внимание, и Супермен возвращается в реальность. Он отводит взгляд, скрывая лёгкий румянец от того, что его поймали, а затем возвращается к теме. "Кто забрал их у тебя?" Бэтмен немного смущён формулировкой, но отвечает соответственно: «Если дело в том, кто, то это Джокер». Супермен видит красное, он не слышит окончания фразы, не обращает внимания на то, что Брюс объясняет, как бандиты Джокера неожиданно напали на него, не слышит, как Брюс объясняет, что механизмы в его очень металлических крыльях вышли из строя, а также не слышит Бэтмена, когда тот вздыхает и заканчивает объяснение словами: «Они были обузой, поэтому я их снял». Он слишком занят тем, что злится, потому что, конечно же, конечно же, клоун, который уже столько раз причинял боль его Бэтмену, конечно же, этот психопат — тот, кто отнял у него нечто столь ценное. Он также отнял кое-что у Супермена — возможность летать бок о бок с Бэтменом, возможно, заменить их свободные вечера, когда они могли позволить себе просто болтать на крышах, разговорами в облаках, вдали от всего. Супермен сжимает руку в кулак. Бэтмен выглядит таким уязвимым прямо сейчас, не только из-за своей открытости, но и из-за своего телосложения, и это заставляет Супермена защищать его, хотя он и знает, на что способен этот человек. «Мне так жаль, что это случилось, Бэтмен. Этого не должно было произойти. Может быть, если бы мы встретились раньше...» «Я мог бы спасти тебя» Остаётся невысказанным, хотя Бэтмен предполагает, что в следующий раз, когда крылья подведут его, он всё равно принял бы такое же решение. Супермен ободряюще похлопывает его по плечу и улыбается. «Тебе нужно отдохнуть, я вижу, что у тебя был тяжёлый день… Я сейчас вернусь», — с этими словами Супермен уходит, оставляя Бэтмена в замешательстве.***
Поразмыслив над этим секунду и зная, что либо Зелёный Фонарь, либо Флэш (если не оба сразу) точно будут дразнить его и называть это эмо-фазой (как это делала Женщина-кошка в первые несколько недель после того, как он повесил крылья на стену) в следующий раз, когда он войдёт в эту сторожевую башню, он просто вздохнёт. Он и не подозревал, что пока они с Суперменом вели свою маленькую беседу, гораздо более эмоциональную для одного из них, остальные члены Лиги Справедливости пришли к множеству выводов (от того, какой злодей отрезал Бэтмену крылья, до того, что им всем нужно выпить) и у них было много вопросов, а также новообретённая забота об их неофициальном лидере, с которой ему придётся разобраться в ближайшее время. Но пока ему нужно выпить ромашковый чай и лечь спать.
