Модель поведения

      Чонгук сидел за столиком лицом к стойке и наблюдал за Тэхёном. Чиён о чём-то увлечённо чирикал, и первое время альфа отвечал ему, но потом отвлёкся на вымотанного омегу. Тот выглядел каким-то чересчур бледным, и даже показалось, что пальцы его слегка тряслись, передавая стаканчик с напитком посетителю. Курьер принёс обед, и Чонгук, расплатившись, начал выставлять все блюда на стол, но остановился и убрал всё обратно.       — Мы не будем есть? — удивился этому Чиён.       — Что-то я пока не хочу, — подтвердил альфа, а малыш надул губы. — Но вы с папочкой обязательно пообедайте.       — Но…       Чонгук потрепал его по макушке, вставая из-за стола. Тот непонимающе проводил его взглядом, когда он направился к стойке. Посетителей там сейчас не было, а значит, стоило попробовать рассказать омеге о своей спонтанно возникшей идее.       — Что-то не так? — не понял Тэхён, когда увидел, что Чиён не ест.       — Знаешь, я подумал, что не хочу пока есть, — постарался звучать убедительно Чонгук. — А вот вам с Чиёном обязательно нужно пообедать.       — Да, — кивнул омега, — я перехвачу сэндвич.       — Никаких сэндвичей, — нахмурился альфа и уверенно прошёл за стойку. — Я заменю тебя, а ты бери пакет, пока не остыло, и забирай Чиёна в парк. Там спокойно пообедаете — и приходите.       — Но…       — Никаких «но», — перебил его Чонгук. — Чиён-и голодный. А голодный Чиён-и — ворчливый Чиён-и. А нам ещё клад искать.       — Чонгук, — лицо Тэхёна выражало целый спектр эмоций. От непонимания и недоверия до благодарности и облегчения.       — Я справлюсь, — заверил его тот.       — Ну… — Омега обернулся на Чиёна, глядящего на него в нетерпении, и вздохнул. — Я не уверен. Но… ладно. Мне правда было бы неплохо немного отдохнуть.       — Вот и я об этом же говорю, — воодушевился Чонгук. — Давай фартук.       Тэхён снял с себя фартук и надел его на альфу, быстро завязав бантик на поясе. Но даже эти секунды взаимодействия показались Чонгуку едва ли не лучшими мгновениями в его жизни. Омега был так близко, даже не осознавая, как действует на него. Чонгук прикусил губу, чтобы не сказать ничего лишнего, но наружу рвались то ли шутки, то ли флирт, то ли комплименты. У него и у самого в голове всё перемешалось, поэтому решено было сделать вид, что ничего особенного не произошло.       — Ты точно справишься? — уточнил Тэхён, беря Чиёна за руку, чтобы пойти на улицу. Мы постараемся побыстрее.       — Даже не думай торопиться, — отмахнулся альфа. — Отдыхай.       — Хорошо. Спасибо.       Чонгук почти физически ощутил раскрывающиеся за спиной крылья, увидев улыбку Тэхёна. Настоящую, искреннюю, полную теплоты и благодарности. Расправив плечи, он махнул им вслед и вздохнул.       — Так. А теперь самое время вспомнить о том, что ты ни хрена не разбираешься в кассах, Чон Чонгук, — пробубнил он себе под нос.       Потыкав пару кнопок, смирился со своей участью и принялся ждать покупателей. Бегло оглядел кофе-машину и облегчённо выдохнул. Он как-то участвовал в одной развлекательной передаче, где несколько известных личностей примеряли на себя различные профессии. В одном из эпизодов они как раз учились варить кофе в кофейне. Он ещё тогда посмеялся: если меня выкинут из моделей — пойду в бариста. И кто бы мог подумать, что эти знания ему понадобятся гораздо раньше.       Когда за стеклянной дверью показался первый посетитель, Чонгук надвинул капюшон пониже, а маску поднял до самых глаз. Было до ужаса неудобно, но он не мог так просто раскрыть себя. В конце концов, насколько он успел понять, в пекарне не бывает многолюдно, а значит, много народу его не увидит.       — Добрый день! — со всей доброжелательностью поприветствовал он вошедшего альфу, когда тот подошёл к прилавку. — Что желаете?       — Американо с собой, пожалуйста.       Что ж, не так уж и сложно. На стене для удобства посетителей, не все из которых могли сходу определиться, что им нужно, висела таблица с условным обозначением вида кофейных напитков, где вполне доходчиво было нарисовано соотношение кофе, молока и других ингредиентов в стакане.       «Как раз для таких тупых бариста как я», — пронеслось в голове Чонгука, но он не подал виду, что замешкался. Быстро налил в стаканчик приготовленный им самостоятельно (не без гордости внутри) кофе и передал покупателю.       — Сколько с меня?       — Эм, — Чонгук хаотично бегал взглядом по кассе, понимая, что может натворить дел, чем ещё больше расстроит Тэхёна. Поэтому быстро придумал отговорку: — Я стажёр, так что это бесплатно.       — Оу, благодарю. — Альфа настороженно взглянул на свой стаканчик.       — Но я хорошо готовлю кофе, можете не сомневаться.       — Спасибо, — повторил тот, отпил маленький глоток и, удовлетворившись результатом, вышел из пекарни.       — Фух, пронесло, — пробубнил себе под нос Чонгук и достал телефон. — Так, «один американо», — занёс в заметки и тяжело вздохнул. Он, конечно, не разорится, но омега явно будет в нём разочарован.       Минут через пять уже пришли следующие покупатели. Два аджосси. Что ж, омегам Чонгук сумеет заговорить зубы, чтобы они ничего не заподозрили. Те подошли к прилавку, и один из них сильно удивился, взглянув на альфу.       — Оу! А где Тэхён-ши? — спросил он, сканируя взглядом незнакомца.       — Вышел на обед, — ничуть не растерявшись, отрапортовал Чонгук. И повторил свою легенду: — Я стажёр.       — Учишься, значит? — продолжал допрос омега.       — Всё верно.       — Что ты умеешь делать хуже всего? — с прищуром спросили его.       — Эм… — Обернувшись на меню за своей спиной, Чонгук ляпнул первое попавшееся: — Малиновый раф?       — Отлично, — обрадовался омега и обернулся к своему приятелю, обращаясь к нему: — Будем малиновый раф?       — Да, я не против, — ответил тот, пожимая плечами.       — Что ж, тогда нам два малиновых рафа. Нам разнообразие, а вам — практика.       — Отлииично, — протянул Чонгук, соображая, как его готовить.       Взглянув на схему с рисунками, в общих чертах понял состав напитка и принялся готовить кофе. Открывая и закрывая шкафчики за прилавком, он искал малиновый джем и взбитые сливки, не замечая улыбки омеги.       — Сливки в баллончике в холодильнике слева, — пояснил аджосси, когда поиски затянулись, — джем внизу.       — Откуда вы знаете? — удивился Чонгук, найдя всё там, где было сказано.       — Я постоянный клиент Тэхён-ши и знаю много о его пекарне. Меня зовут Ли Минхо.       — Приятно познакомиться, господин Ли, — расплылся в улыбке Чонгук.       Отчего-то было так приятно слышать о Тэхёне от кого-то постороннего. И, с одной стороны, хотелось расспросить о нём побольше, но с другой — не хотелось выдавать себя. Поэтому он сделал вид, что сосредоточен на приготовлении напитков, что было недалеко от правды, потому что не хотелось расстраивать омег плохо приготовленным рафом. Через пять минут всё было готово.       — Благодарю, — аджосси с улыбками приняли напитки.       — За счёт заведения, — поклонился Чонгук, привирая без зазрения совести, а омеги вышли из пекарни в прекрасном настроении.       Достав телефон, Чонгук записал в заметки два малиновых рафа. Дела, кажется, продвигались неплохо. Правда, в течение следующих минут тридцати или чуть больше несколько человек купили ещё и выпечку. Ну, как купили? Чонгук опять всё раздал бесплатно, исправно фиксируя всё в своём списке.       А потом пришёл Тэхён, ведя за собой Чиёна. Он выглядел таким отдохнувшим, что Чонгук на время забыл о том, что ему придётся краснеть перед ним и оправдываться, и расплылся в счастливой улыбке. А тот, взглянув в его глаза, ответил ему тем же. Какая же красивая и необычная улыбка была у этого удивительного омеги! Чонгук уплыл в свои мысли, любуясь, и не сразу сообразил, что пялится на его губы. А вот Тэхён заметил это раньше, и улыбка его дрогнула, а сам омега начал суетиться, отправляя сына на кухню.       — Пойдём, Чиён-и. Обед на свежем воздухе, конечно, хорошо, но надо срочно мыть руки.       — Угу.       Чонгук снял с себя фирменный фартук и положил его на барный стул, на котором Тэхён обычно сидит, когда нет покупателей. Достал из кармана телефон и тяжело вздохнул, взглянув на окончательный список. Что ж, признаваться в том, что ты дебил, всегда сложно, но он не трус, а главное, не ссыкло, а потому честно во всём признается прямо сейчас.       — Что с лицом? — услышал он и поднял голову.       Тэхён стоял рядом и надевал на себя фартук. Чонгук не мог предположить, какие эмоции тот прочитал у него на лице, и решил не тянуть с признанием.       — Я не разобрался с кассой.       — С кассой, — эхом повторил омега, а Чонгук увидел отразившийся у него на лице весь спектр эмоций. — Боже мой.       — Не переживай, я всё записал. — Альфа протянул ему телефон с заметками и поморщился, увидев, как у того округлились глаза. — Ты сразу пробей всё по кассе, я оплачу своей картой.       — Ты с ума сошёл?! — возмутился омега, бегая взглядом по всему помещению, судорожно соображая, как дорого ему встал обед. И наверняка матеря про себя альфу. По крайней мере, Чонгук надеялся, что вслух ругать его будут не очень сильно. — Ты обед нам купил, теперь ещё это всё. Айщ, ну, Чонгук! Чего ж ты сразу не сказал, что не умеешь обращаться с кассой?!       — Ну, прости, — альфа виновато взглянул на него исподлобья, а Тэхён вдруг смягчился, глядя на его искренний виноватый вид. Поэтому Чонгук решил дожать и жалостливо добавил: — Пожалуйста.       Тяжело вздохнув, Тэхён встал за стойку, слегка подталкивая альфу уступить ему его законное рабочее место. Чонгук переместился на место покупателя и настойчиво протянул свою карту. Прикрыв глаза, омега поджал губы и подозвал его к себе.       — Иди сюда. — Когда Чонгук встал рядом с ним, начал нажимать кнопки на кассе. — Научу тебя, от греха подальше. А то мало ли. Разделим сумму пополам, чтобы было честно. Ты не сказал — виноват. А я не спросил, когда оставлял на тебя пекарню — виноват даже больше. Но, если ты настаиваешь на том, чтобы оплатить, то смотри и учись. Вот…       Чонгук внимательно слушал и запоминал. Не потому что планировал когда-нибудь работать за кассой, а просто потому что правда был заинтересован в том, чему его учил Тэхён. И почему бы действительно не помочь ему ещё раз. Что в этом такого? У него сейчас отпуск, а омега в трудном положении. В конце концов он альфа или кто?       А омега объяснял и с каждым предложением его возмущённый тон смягчался, уступая место спокойному и какому-то даже плавному тембру. Этот голос сводил Чонгука с ума, его хотелось слушать и слушать. И альфа не отказывал себе в этом, с каждой минутой придвигаясь к Тэхёну всё ближе, якобы рассматривая кассу и то, что ему показывали. Чонгук никогда не отличался скромностью и нерешительностью в общении с омегами, но рядом с Тэхёном ощущал какое-то благоговение. Будто находился рядом с небожителем, а то и вовсе божеством. Возможно, дело было в том, что омега старше. Или в том, что он не видел в Чонгуке звезду, что уже давно было таким непривычным альфе. Или в обстоятельствах их первой встречи, когда Тэхён, спящий за окном пекарни, показался ему тем самым ангелом-хранителем, что спас его от неминуемой смерти. В любом случае, одно ему стало ясно наверняка: Тэхён для него определённо не просто мимолётное увлечение. Оставалось надеяться, что он сможет когда-нибудь пробиться к его сердцу.       Через некоторое время омега, кажется, тоже заметил их чересчур близкую дистанцию.       — Да, и потом переводишь на оплату без-без…наличным, — Тэхён сбился, когда Чонгук слишком громко вдохнул его аромат, стоя практически вплотную. — Кхм. В общем, это когда картой.       — Да, я понял, — едва ли не томно проговорил Чонгук, забывая, где они находятся. Омега замер и, казалось, даже не дышал, так и стоя с занесённым над кассой пальцем.       Чиён, вышедший из кухни со своей нарисованной картой, вернул их в реальность. Заметив его, они, не сговариваясь, отстранились друг от друга.       — Хён! — воскликнул малыш.       — Чиён-и, не надо так разговаривать со взрослыми, — осадил его папа.       — Ну, почему же? — возразил альфа, подошёл и присел рядом. — Я совсем не против, если ты хочешь так меня называть.       — Пап, можно?       — Ну… если Чонгук не против, то можно, — сдался Тэхён и опустил голову.       Что было в его мыслях, Чонгук даже предположить не мог. Напрямую спросить не решался, но догадывался, что ему до сих пор не доверяют.       К сожалению.       — Ура! — воскликнул малыш. — Хён, я нарисовал карту для тебя. Ищи клад!       — Ты спрятал его для меня? Ух ты! Давай искать.       Чонгук встал, потрепал Чиёна по макушке и взял у него из рук карту с тщательно нарисованными и раскрашенными яркими цветами знаками, метками и обозначениями. Тот явно старался, а значит, альфе просто жизненно необходимо найти запрятанную драгоценность. Горящие глаза маленького пирата вызывали улыбку и стойкое желание сделать его счастливым хотя бы на один день. Знать, что настроение и эмоции этого хулигана сейчас зависели целиком и полностью от альфы, было так непривычно. Никогда ещё Чонгук не чувствовал себя настолько значимым для кого-то. И это было приятно. Это грело душу, хотя он и не знал, как это объяснить. И он постарается сделать всё, чтобы оправдать доверие этого ребёнка.       — Итак, что мы ищем? — Чонгук внимательно вгляделся в обозначения на карте, примерно прикидывая маршрут. Он уже через несколько секунд понял, где искать, но нужно было сделать вид, что это безумно сложное задание.       — Самый лучший клад! — довольно протянул Чиён с хитрой улыбкой. — Папа хотел заменить чем-то другим, но я сказал, что настоящие пираты не обманывают.       — Это ты правильно сказал, — похвалил его Чонгук. — Мы с тобой уже решили, что мы — хорошие пираты, а значит, всё должно быть честно. Что ж, задание становится вдвойне интересней. Мне ну очень хочется поскорее узнать, что же это за драгоценность.       — Тогда вперёд, на поиски! — довольно скомандовал малыш, раскинув руки.       Чонгук обернулся, услышав смешок Тэхёна за спиной, а тот наблюдал за сыном со смесью обожания и гордости. Но были в его взгляде и нотки какой-то непонятной грусти и сожаления. Альфа лишь надеялся, что сам он к этому не имеет никакого отношения. Он хорошо помнил слова о том, что привязывать к себе чужого ребёнка — плохо. Но никак не мог себя остановить. Потому что и сам привязался к этой семье прочными стальными канатами.       В пекарню вошли очередные покупатели, и Чонгук повёл Чиёна подальше от прилавка, чтобы не мешать. Придумывая на ходу какие-то препятствия и приключения, он и сам не заметил, как увлёкся игрой. Едва ли не ползал за стеллажами с цветами, представляя себя в джунглях, и пил воду из кулера в углу, будто из горного ручья. Время пролетело незаметно, и, когда за окнами уже стемнело, клад наконец нашёлся. И это был…       — Ангел. Боже, какой красивый, — не сдержался от вздоха Чонгук.       Это что же, совпадение? Именно напротив этой пекарни он стоял и думал о своём ангеле-хранителе. Именно им стал про себя называть Тэхёна. И теперь именно его подарил ему малыш Чиён. А тот, даже не замечая задумчивости альфы, радостно объявил:       — Этот ангел помогал мне уснуть, когда папочки не было рядом. Пусть теперь он будет у тебя, потому что я уже взрослый.       — Тебе его не жалко?       — Ты нашёл его. Он твой, — со всей серьёзностью ответил Чиён. — Или тебе не нравятся ангелы?       — Ангел — это самый драгоценный клад, что я здесь нашёл, — произнёс Чонгук, глядя на Тэхёна, безмятежно болтающего с покупателем.       — Я устал, — внезапно сменил тему малыш и плюхнулся на небольшой диванчик в углу.       — Отдохни, — кивнул Чонгук. — А я, наверное, уже пойду.       — Уже? — недовольно протянул тот, но не стал спорить. — Ладно. А ты придёшь ещё?       — Конечно. Я буду приходить до тех пор, пока меня не будут отсюда выгонять.       — Я не дам папе выгнать тебя, — уверенно пообещал Чиён.       — Ого. Вот это поддержка. Спасибо, малыш. — Чонгук снова не удержался и потрепал его по и так взлохмаченной шевелюре. — До завтра.       Подойдя к прилавку, Чонгук улыбнулся омеге. Тот пересчитывал упаковки со стаканчиками для кофе и делал какие-то записи. Мешать и сбивать его со счёта не хотелось, поэтому альфа позволил себе молча полюбоваться его сосредоточенным лицом и падающей на глаза чёлкой. Его высветленные, но мягкие на вид локоны хотелось потрогать и убедиться, такие же ли они на ощупь. Мысли о том, чтобы перейти на новый уровень в общении с этим омегой, посещали его всё чаще, и получалось всё хуже останавливать себя.       — Оу, — Тэхён заметил его и встрепенулся. — Я не увидел, как ты подошёл. Прости. Ты что-то хотел?       — Просто хотел сказать, что ухожу.       — Хорошо. Ты так и не попробовал мой диетический десерт. — Омега протянул завёрнутую в крафтовую бумагу сладость и улыбнулся. — За счёт заведения, капитан Чон.       — Спасибо. Кстати, а ты не мог бы показать, как его готовить?       — Показать? — искреннее удивление на лице омеги выглядело так мило, что Чонгук лишний раз обрадовался тому, что был в маске. Потому что наверняка светил сейчас глуповатой улыбкой.       — Если это не фамильный секрет, конечно, который вы поклялись своему прадедушке унести с собой в могилу.       Смех омеги снова всколыхнул чувства внутри. Да как он так умудрялся какими-то несущественными действиями влиять так сильно на альфу? Это просто нереально. Это безумие и что-то до ужаса несвойственное Чонгуку. И ему это так нравилось. То самое ощущение бабочек, о котором слышал от сентиментальных омег-моделей, над которыми смеялся и которых сейчас прекрасно понимал.       — Конечно, это не секрет, — отсмеявшись, отмахнулся Тэхён. — Я же сам придумал этот рецепт специально для тебя.       До чего ж приятно ёкнуло от этих слов. От того, как запнулся омега, поняв, что именно сказал и как это могло быть понято. И ему стоило огромных усилий не подать виду, что именно так он и понял.       — Ну, тогда, если ты не против, я бы пришёл посмотреть, — всё ещё не до конца уверенный, что ему разрешат, попросил Чонгук.       — Серьёзно? В пять утра? — скептически взглянул на него омега.       — В-в пять? — срывающимся голосом переспросил альфа.       — А ты как думал? К открытию пекарни всё уже должно быть готово.       — Боже, это нереально.       — Ну, это моя реальность, — пожал плечами Тэхён. — Реальность всех пекарей, собственно. Так, что, уже не хочешь?       — Хочу, — упрямо стоял на своём Чонгук, хотя уже сомневался. — Можно?       — Да. Буду ждать завтра в пять.       — Отлично. Как хорошо, когда тебя ждут, — с улыбкой протянул Чонгук, увидев, как омега набрал воздух в лёгкие, чтобы как-то перефразировать свои слова, но тут же сдулся, передумав.       Звон колокольчиков над дверью спас Тэхёна от неловкости ситуации, и он махнул рукой на Чонгука, поторапливая его уходить.

***

      Тэхён давно уже не подскакивал так быстро с кровати как сегодня. Вспомнив, что Чонгук придёт к нему с самого утра, он захотел привести себя в порядок. После душа намазался молочком для тела с ароматом полевых цветов, уложил волосы и подобрал одежду, подчёркивающую его фигуру. Несколько раз в голове проскальзывала мысль: а зачем он это всё делает? Но он отмахивался от неё, потому что подсознательно давно понял, что этот альфа, ворвавшись в их с Чиёном жизнь, слишком хорошо в неё вписался. И да, хоть он и ходит почти всегда в маске, но по глазам омега с уверенностью может сказать, что он неплохой человек. Переживает ли он из-за того, что слишком быстро стал ему доверять? Нисколько. В глубине души очень хотелось поверить в сказку. Пусть даже голос разума настойчиво твердил, что он не нужен молодому красивому альфе для чего-то серьёзного. Пусть он будет потом успокаивать приунывшего Чиёна, когда его «Капитан Чон» внезапно найдёт себе дело поинтересней, чем нянчиться с ним и ухаживать за его папой. Но зато это время, проведённое вместе, навсегда останется для них приятными воспоминаниями. По крайней мере, для Тэхёна точно.       Чиёну недавно исполнилось четыре, но он уже был таким тяжёлым. Особенно, если нести его спящего на руках двадцать минут из дома до пекарни. Наверное, стоило заказать такси, но теперь уже поздно что-то менять. Руки тряслись, когда он наконец опустил свою ношу на диванчик. Поработав кулаками, он сделал пару упражнений руками, расслабляя мышцы. Оставалось надеяться, что Чимин быстро поправится и вот такие марш-броски с тяжестью не будут повторяться слишком часто. Убедившись, что Чиён не упадёт со своего спального места, он подошёл к двери в ожидании Чонгука.       Тот пришёл ровно к пяти. Пунктуальный.       — Привет, — прошептал Тэхен, прикладывая палец к губам, чтобы тот тоже был потише.       — Привет. — Проследив за направлением кивка омеги, тот взглянул на спящего Чиёна и удивился.       — Он, что, будет спать здесь?       — Пока Чимин болеет, да. — Тэхён прошёл на кухню, ведя за собой альфу. — Другого выхода нет. К счастью, завтра уже можно будет вернуться в садик. Но до семи он всё равно будет спать здесь.       — Это так неправильно, — пробормотал Чонгук.       — Что ж, — омега оглядел кухню, — приступим, пожалуй. Начинаю я всегда со сдобных булочек.       Чонгук снял маску, вымыл руки и подошёл ближе, чтобы внимательно следить за процессом. Омеге было любопытно, ему на самом деле интересно, как это всё происходит? Или что-то другое было причиной, по которой он напросился сюда с самого утра? Ему и самому здесь нравилось. Комфортная обстановка кухни, запахи приправ и жар включённых печей расслабляли и приносили умиротворение. Омега ловко замешивал тесто, жужжа кухонной техникой, между делом поглядывая на Чонгука. Сложно было определить сходу, но он надеялся на то, что альфе тоже рядом с ним комфортно.       Встав у окна, чтобы не мешаться под ногами, Чонгук решил поболтать, когда первая партия булочек успешно разместилась в духовках.       — Почему ты решил открыть пекарню?       — Банально отвечу: я люблю запах выпечки, люблю печь пирожки и сдобные булочки. Мне просто это нравится. А вот работать на дядю — не очень. — Омега посмеялся и добавил: — Я с детства был амбициозным и независимым. Это идёт со мной по жизни.       — Ты всё сделал сам?       — Да, — Тэхён задумался на секунду, но решил сказать честно. — Отец Чиёна считал, что я занимаюсь глупостями. Мне было всего двадцать два, когда я загорелся этой идеей. И в неполных двадцать три у меня уже был подписан первый договор на аренду этого помещения. Дела шли неплохо, деньги в банке копились с внушительной скоростью. Кредит я выплатил почти сразу, нанял сотрудников в помощь. А потом забеременел. Мой альфа сказал, что ребёнок будет помехой и надо от него избавиться. Так он перестал быть моим альфой.       Тэхён грустно усмехнулся, вспоминая тот последний разговор с Мёнсоком. Трус и слабак — вот кто он такой, а не альфа.       — Ты молодец, что не послушал его, — ободряюще положил руку на его предплечье Чонгук. — Чиён-и замечательный мальчик.       — Да. Я очень его люблю, — нежно улыбнулся омега при упоминании сына. — Дела шли сносно, даже когда я жил с дедушкой, который помогал мне в первые месяцы жизни Чиён-и. Сотрудники работали, исправно отчитываясь в электронных письмах, прибыль шла. Я вернулся, снял квартиру рядом с пекарней, чтобы удобно было заводить его по дороге на работу в садик. А потом остановку перенесли — и всё. Поток клиентов просто в одночасье отрубило.       — Надо написать в мэрию и попросить вернуть остановку, — предложил Чонгук.       — Не выйдет, я уже пробовал. Пришла отписка: «Прошло голосование жителей вашего района, и решено было сделать остановку ближе к торговому центру. Дополнительной остановки не предусмотрено».       — Но ты не можешь работать в таком режиме, — искренне переживал Чонгук.       — Ничего. Ещё немного осталось, — улыбнулся Тэхён, видя такое беспокойство. — На этой неделе я внесу очередной платёж за аренду на следующие полгода, и дальше не будет необходимости в такой большой сумме сразу. Я смогу вернуть одного из поваров и хотя бы буду высыпаться.       — О, это хорошо.       — Да. А теперь диетические десерты, — сменил тему омега. — Кстати, ты так и не сказал, понравились ли они тебе.       — Они потрясающие! — приложил руки к сердцу Чонгук, веселя омегу.       — Переигрываешь, — покачал головой Тэхён, передавая ему один из десертов, которые были не только вкусным, но и готовились очень быстро.       — Нисколько, взгляни в мои кристально честные глаза.       Чонгук шутливо приблизился к омеге и наклонился так, чтобы тот смог сделать то, что он попросил, а Тэхён завис. Внезапно разговор перестал быть шуткой. За всё это время альфа не был так близко к нему. И только сейчас Тэхён разглядел его удивительно красивое лицо. И эти бездонные глаза. Его уносило куда-то далеко, и это было страшно. Он уже и не помнит, каково это, падать в человека с такой явной безысходностью. С такой безумной скоростью. Так безрассудно.       — А что это вы тут делаете? — раздался у них за спиной сонный голос Чиён-и, стоявшего в дверях, почёсывая затылок.       — Кажется, папочка собирался дать мне что-то очень вкусное, — подмигнул ему Чонгук, а омеге эти слова показались до ужаса неоднозначными.