Модель поведения

      Тэхён стоял в пекарне перед закрытием и листал ленту новостей и комментариев. Уже несколько дней не утихала шумиха вокруг того утреннего инцидента. На удивление, никто не фокусировался на заданных Чонгуку вопросах. Большинство статей освещали проблему вторжения СМИ в частную жизнь, тему, особенно актуальную для Южной Кореи. Обсуждались моральные и этические аспекты такого безнаказанного поведения журналистов. Комментарии обычных людей тоже сводились к тому, что пора прекращать такую явную травлю популярных личностей по любому поводу, а иногда даже и без него. Чон Чонгука практически никто не обвинял в чрезмерности реакции. Наоборот, многие журналисты поддержали его и выразили солидарность во мнении о том, что такое навязчивое поведение может быть опасным, когда переходит границы и задевает невинных людей, в том числе детей.       Ещё одним положительным итогом оказалось то, что от омеги, кажется, отстали. Уже несколько дней он не видел ни одного журналиста ни возле своей пекарни, ни около дома. Жизнь потихоньку начала возвращаться в спокойное русло. На Мёнсока он решил в суд не подавать, боясь вызвать новую волну интереса к своей персоне. Тем более тот, как и обещал, выплатил ему моральную компенсацию.       Единственное, что немного печалило Тэхёна, это занятость Чонгука на работе. Он хотел бы обсудить с ним эту тему, да и просто побыть рядом, обняться, снова ощутить его тепло. Но альфа вернулся к работе, вплотную занявшись сезонными съёмками в новогодних развлекательных шоу, концертах и праздничных показах модных домов. Когда поздним вечером им удавалось созвониться, тот выглядел уставшим и вымотанным. Поэтому омега старался улыбаться и подбадривать его.       Сегодня, правда, ему это не удалось. После закрытия пекарни он зашёл к Чимину, выпил с соседом чай, спросил, как они с Чиён-и провели время, и забрал малыша домой. Во время игры в короля горы малыш снова спросил его о том, когда придёт Чонгук, на что у омеги не было ответа. Альфа позвонил уже после того, как Чиён лёг спать.       — Как вы там? — спросил он.       — Да ничего, всё хорошо, — снова постарался улыбнуться Тэхён, но у него это плохо вышло.       — Что случилось?       — Просто мы скучаем, — признался омега. — Не обращай внимания.       — Я тоже очень скучаю, — улыбнулся Чонгук и хитро взглянул на него. — Я договорился на два выходных и забронировал домик в горах. Хочу встретить Новый год с вами.       — Я с удовольствием, — расплылся в ответной улыбке Тэхён. — А Чиён-и будет счастлив увидеть столько снега.       — Тогда собирайте вещи, завтра вечером заеду за вами.

***

      — Сколько здесь снега! — радостно кричал Чиён-и, бегая по небольшой расчищенной дорожке возле двухэтажного дома. — А можно я в сугробах поваляюсь?       — Только недолго, чтобы не заболеть, — разрешил Тэхён, вытаскивая сумку с продуктами из багажника.       Чонгук с двумя сумками уже был на крыльце дома, открывал дверь и радовался этим выходным в заснеженных горах не меньше Чиёна, кажется. Всю дорогу светился неподдельной радостью, едва ли не напевая все песни, звучавшие по радио. Тэхён улыбнулся, глядя на него, и подумал, что и сам вполне счастлив встретить Новый год именно в этой компании.       Тэхён вошёл в дом вслед за ним и мельком огляделся: здесь было мило, самое то для праздничных выходных. Лестница на второй этаж и холл своим запахом обработанного дерева напоминали о доме дедули. Огромная гостиная и просторная кухня, куда он сразу и направился, чтобы убрать продукты в холодильник, могли бы вместить около десятка гостей.       — Я подготовлю всё для ужина, а вы погуляйте немного, — предложил он Чонгуку, а тот согласно кивнул, быстро чмокнул его в губы и вышел во двор.       Пока разогревал готовые блюда и нарезал свежие овощи, омега через окно наблюдал за играющими в собирающихся сумерках дорогими его сердцу людьми. Они казались искренне счастливыми, радостно лепя снеговика. Конечно, Чиён только раздавал указания, ведь его рука до сих пор не зажила, но был увлечён делом не меньше хёна.       Через полчаса он позвал их за стол.       — Это лучший Новый год за последние несколько лет, — признался альфа, когда они съели основное блюдо и отдыхали, развалившись на подушках вокруг стола в гостиной.       — И мой! — тут же подхватил Чиён. — Вообще самый лучший! Столько снега! Снеговик! Снежки! И ещё… камин, вот, да!       — Спасибо, Чонгук, — с улыбкой поднял бокал вина Тэхён. — И правда, очень хорошо здесь. С вами.       После сытного ужина они провели немного времени в уютной тишине, наслаждаясь теплом камина и тихим потрескиванием дров. Тэхён чувствовал себя рядом с Чонгуком и своим сыном самым счастливым. Они обменялись тихими улыбками, понимая друг друга без слов. В этой простой идиллии заключалось всё то, о чём Тэхён когда-либо мечтал. Снаружи начал валить снег, создавая ощущение уединенности и защищенности от внешнего мира. Чонгук поднялся и поставил на проигрыватель старую пластинку с джазовыми рождественскими мелодиями. Хозяева домика предусмотрели всё, помогая создать праздничную атмосферу. Музыка мягко заполнила комнату, добавляя уюта и тепла.       Тэхён зевнул и прикрыл глаза.       — А может, посмотрим какой-нибудь фильм? — предложил он, не открывая глаз.       Чиён тут же поддержал его, энергично кивая головой. Чонгук улыбнулся, включил телевизор, и через несколько минут на экране замелькали кадры из классической рождественской комедии. Они устроились поудобнее на подушках, укрывшись тёплым пледом, и принялись смотреть фильм, время от времени перебрасываясь шутками и комментариями. Тэхён наслаждался моментом. Сын, устроившись у него на коленях, уже мирно посапывал, его маленькие пальчики крепко сжимали край свитера. Чонгук, сидя напротив, потягивал травяной чай, его взгляд, полный любви и нежности, согревал омегу лучше любого огня. Чиён-и заёрзал, и пришлось встать, чтобы переложить его в кровать.       — Я уложу его и вернусь, — прошептал он, когда альфа поднялся следом.       Малыш не проронил ни звука, пока Тэхён переодевал его в пижаму. Настолько умаялся за вечер, что крепко заснул, не реагируя на внешние раздражители. Омега улыбнулся, убрал чёлку с его глаз и пошёл обратно в гостиную.       — Ох, — испуганно выдохнул он, когда на лестнице столкнулся с Чонгуком.       Тот стоял, казалось, застигнутый врасплох, и прятал руку за спину. Судя по всему, альфа заходил в их спальню и не успел вернуться на первый этаж. Видя, как омега оглядывает его, вздохнул и повернулся к нему лицом.       — Что ж. Я хотел сделать это красиво, но раз уж так вышло, сделаю так, как получилось.       — Чего? — не понял ни единого слова Тэхён.       — Я хочу тебе кое-что сказать, — нервно выдохнул Чонгук. — У меня никогда не было такой семьи, о которой я мечтал. Но вы появились в моей жизни в нужный и важный момент. Я знаю, ты скажешь, что я тороплюсь, — поднял он руку, останавливая омегу, когда тот открыл рот, чтобы что-то ответить, — но я так не считаю. Я уверен в том, что хочу. С вами я поверил в то, что мечты сбываются. Понял, что с вами я то растекаюсь сентиментальной лужей, то становлюсь злобным цербером, желая защитить. Только с вами я чувствую себя настоящим, живым и нужным. — Альфа сделал небольшую паузу, глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и выпалил, глядя с надеждой в глаза Тэхёна: — И я прошу вас взять меня в вашу семью. Выходи за меня.       Тэхён в состоянии какого-то странно сковавшего его шока наблюдал будто со стороны, как Чонгук вытаскивает руку из-за спины и протягивает ему небольшую коробочку. Это было будто в замедленном фильме, не хватало лишь фоновой музыки. Так нереально и невероятно. Коробочку открыли, продемонстрировали его — кольцо. Нет, это всё же реальность, да? Он переводил ошарашенный взгляд с кольца к лицу альфы, на котором отразились смятение и растерянность.       — «Да-кай» уже! — нетерпеливо пропищал Чиён-и, выглядывающий из-за угла.       — А, ой, — стушевался Тэхён, наконец выйдя из оцепенения. — Да… Конечно, да!       Чонгук облегчённо выдохнул, вытащил кольцо и надел его Тэхёну на палец. Неброское, с небольшим камешком, но так изящно подчёркивающее красоту длинных пальцев омеги.       — Я люблю тебя, — добавил он, прежде чем поцеловать, уже не стесняясь Чиёна, что подбежал к ним и радостно обнял.

***

      Выходные закончились слишком быстро. Вечером следующего дня они уже возвращались домой. Вызвавшись проводить их до квартиры, Чонгук помог им выйти из машины и последовал к многоэтажке. Тэхён видел его задумчивость, но никак не мог понять, с чем это связано. Альфа нервно кусал губы и теребил пальцами брелок от машины, пока они молча ехали в лифте. Войдя в квартиру он тоже не проронил ни слова. Тэхён был готов к любому продолжению, даже если бы Чонгук внезапно сказал, что поторопился, но альфа его удивил. В очередной раз.       — Переезжайте ко мне, — без предисловий выпалил он.       — Что? — переспросил омега не потому, что не расслышал, а чтобы дать себе время.       Слова Чонгука эхом отозвались в его голове. Переехать? К нему? С Чиёном? Он не ожидал такого предложения, не сейчас, когда только начал осознавать, что альфа действительно настроен серьёзно связать своё будущее с ними. В груди разлилось тепло, смешанное с опаской. Он посмотрел на Чиёна, который, казалось, не до конца понял смысл сказанного, продолжая возиться со шнурками своих ботинок, которые никак не хотели поддаваться его пальчикам.       — Ко мне, в мою квартиру, — повторил альфа уже увереннее. — Переезжайте.       — Чонгук, я… это немного неожиданно, — проговорил омега, стараясь подобрать слова. — Мы с Чиёном очень ценим твою заботу и поддержку, но…       Он запнулся, не зная, как выразить все те сомнения, которые вдруг вспыхнули в его голове. Жить вместе — это огромная ответственность, и он боялся, что не сможет оправдать надежды альфы, что нарушит его привычный уклад жизни.       Чонгук подошёл ближе, присел на корточки рядом с Чиён-и, поднял голову и заглянул Тэхёну в глаза.       — Я не вижу смысла прятаться. Я хочу, чтобы вы были рядом со мной. Всегда. Я знаю, что это большой шаг, но я уверен, что мы справимся. Мы будем семьёй, и необязательно ждать свадьбы.       В его голосе звучала такая искренность, такая непоколебимая уверенность, что сердце Тэхёна дрогнуло.       Чиён оторвался от шнурков и, увидев серьёзные лица, спросил:       — Папа, мы будем жить с хёном?       В этот момент омега понял, что решение нужно принимать не только за себя, но и за Чиёна. Он посмотрел на Чонгука, в глазах которого читалась надежда, на сына, по лицу которого невозможно было понять, о чём он думает, и кивнул.       — Да, малыш.       Улыбка Чонгука осветила едва ли не всю квартиру. Он подхватил Чиён-и на руки, поднялся и крепко обнял Тэхёна.       — Я очень рад, — прошептал он. — Очень-очень рад.       — Пусти, хён, — надул щёки малыш.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Чонгук, отпуская.       — Надо идти собирать вещи. Папа один будет долго, — важно ответил ребёнок и, скинув ботинки, прошествовал в свою комнату под удивлённые взгляды взрослых.       — Серьёзно, — хмыкнул Чонгук, переводя взгляд на омегу.       В этот момент Тэхён понял, что страх постепенно отступает, уступая место новому, неизведанному, но такому желанному периоду в его жизни. Тому, в котором он, Чиён и Чонгук будут вместе.       — Тогда я… пожалуй, тоже пойду собирать вещи? — не до конца уверенный в том, что альфа позвал их к себе прямо сейчас, произнёс он.       — Да, — обнимая его за талию, кивнул Чонгук. — Завтра я освобожусь около девяти вечера. Если Чиён-и ещё не будет спать, то могу сразу же вас забрать. Либо послезавтра.       — Ради такого дела мы немного сдвинем режим.

***

      Весь день Чонгук порхал счастливым мотыльком. Хосок удивлялся его работоспособности в первые январские будни.       — Похоже, выходные пошли тебе на пользу, — хмыкнул он во время переезда в очередную студию.       — Ты даже не представляешь! — восхищённо пропел тот. — Он согласился выйти за меня.       — Оу, — менеджер поднял бровь, — и ты целых полдня молчал? Обидно, знаешь ли.       — Просто вокруг было много людей, не хотел светить счастливой моськой.       — Да, ты выглядишь действительно счастливым, — кивнул Хосок и похлопал его по плечу. — Поздравляю. Рад за вас. Правда.       — А ещё сегодня они переезжают ко мне, — протянул мечтательно.       — Попробовать ускорить процесс последних съёмок? — предложил менеджер.       — Если можно сделать это за счёт сокращения перерыва — я согласен. — Чонгук не стал злоупотреблять добротой Хосока, да и портить репутацию обязательного и пунктуально человека не хотелось. Поэтому, как бы ни тянуло освободиться пораньше, он осознавал, что работа превыше всего.       Тем не менее уже в половине девятого он помогал загружать сумки в свой вместительный багажник, глядя на то, как Чиён нарезает круги, командуя, с чем поаккуратнее, а что можно и на дно положить. С каждым днём он поражал Чонгука своей не по годам серьёзной и самостоятельной личностью. Тэхён лишь качал головой на это, не вмешиваясь в их работу.       — Ооо… — протянул Чиён, войдя в квартиру Чонгука. — Она такая большая… — И тут же пошёл осматривать все комнаты.       — Эм, да уж, — вторил ему Тэхён, проходя следом. — Статусно.       — И пусто, — проворчал Чонгук. — Очень рассчитываю на то, что ты сделаешь из этого музея уютное семейное гнёздышко.       — Так вот для чего я тебе был нужен, — шутливо толкнул его в плечо омега. Но, став серьёзным, добавил: — Сделаем это вместе.       — Пааап! — услышали они из дальней комнаты и поспешили туда.       — Что такое? — обеспокоенно огляделся омега в спальне.       — Смотри! — Малыш показывал пальцем на своего ангелочка, что висел сейчас у изголовья кровати.       — Давай перевесим его на твою кровать, — предложил Чонгук, отцепляя его, — чтобы на новом месте лучше спалось.       — Хорошо! — Чиён схватил подвеску и побежал в другую комнату, оставляя взрослых в спальне.       — А ты как же? — тихо спросил Тэхён, неосознанно пялясь на огромную кровать в спальне Чонгука.       — Мне не нужна подвеска, — обнимая его со спины, ответил альфа. — Теперь ангел будет спать в моей кровати.       — Боже, ты невыносимый романтик, — закатил глаза Тэхён, но покорно откинул голову ему на плечо, подставляясь под невесомые поцелуи.

***

      Омега вместе с бухгалтером-фрилансером проверял документы пекарни и одним глазом постоянно косил на свой телефон, где в это время шла прямая трансляция премьеры нового фильма. Чонгука пригласили туда в качестве специального гостя. Он старался не пропускать ни одного выхода любимого, ему и правда нравилось видеть его таким. И как он раньше не замечал его? Как оказалось, Чон Чонгука знали все. Даже не верилось, что при такой популярности он совершенно не зазвездился, корона потолок не царапала и вообще не наблюдалось ничего, что, как он думал, присуще знаменитостям. И иногда его даже бросало в дрожь от мысли, что если бы он с самого начала знал, что альфа — популярная модель, то наверняка не позволил бы им сблизиться.       Как бы то ни было, сейчас у них, казалось, всё было просто чудесно. Да, альфа всё так же много работал, но утром и ночью они неизменно были вместе. И эти бесценные часы наполняли их энергией и силой для нового дня.       Тэхён услышал знакомое имя и попросил бухгалтера прерваться ненадолго. На экране телефона взволнованный ведущий объявлял следующего гостя.       — Самая востребованная модель среди альф, актёр, подающий надежды, хотя и не связывающий себя с миром кино, и просто самый красивый мужчина по многочисленным опросам — Чон Чонгук! Проходите, пожалуйста, на фото-линию.       Тэхён невольно расплылся в улыбке, увидев своего «самого красивого мужчину». Ещё утром он хохотал, когда тот с зубной щёткой во рту, взъерошенными волосами и следом от подушки на щеке скакал на одной ноге, пытаясь надеть носок, потому что опаздывал на внезапно передвинувшуюся фотосессию. Как же он любил его таким, домашним и естественным, каким его видел только Тэхён. И он оставит это только для себя.       А Чонгуку тем временем задавали стандартные вопросы, но один из них заставил омегу замереть и затаить дыхание.       — Ходят слухи, что это у вас не просто кольцо, а помолвочное, — с хитрым прищуром спросил омега. — Это правда?       — Да, — с уверенной улыбкой ответил Чонгук, — абсолютная правда.       — И кто же счастливчик? — не отставал ведущий.       — Самый прекрасный пекарь — Ким Тэхён, — ответил ему Чонгук и поклонился, давая понять, что на этом всё.       — Вау, спасибо, — поклонился ему в ответ омега и что-то начал бодро говорить, но Тэхён уже не слушал.       В ушах зазвенело, и голова пошла кругом. Хотя зазвенело не в ушах — это его телефон в руке начал разрываться настойчивым требованием принять вызов бывшего соседа.       — Ты это видел?! — закричал Чимин в трубку, едва омега ответил на звонок.       — Видел, — заторможенно ответил он.       — Класс! Теперь всё официально. Ты рад?       — Страшно, — честно признался Тэхён. — Будто мне отрезали все пути отхода.       — Какого отхода? — возмущался Чимин. — Вам через неделю документы на брак подавать. Давай без внезапных передумываний. Вы же так счастливы вместе!       — Это да… — вздохнул Тэхён. — Просто всегда есть какие-то «но».       — К чёрту «но»! Мой любимый хён заслужил счастья!       — Спасибо, Чимин-и.       Вернувшись домой вместе с Чиён-и, Тэхён приготовил ужин и дождался Чонгука. Тот не стал задерживаться долго на афтепати, потому что как всегда сразу поспешил домой. Они не стали обсуждать это объявление, потому что понимали, что рано или поздно это должно было произойти.       Когда с ужином было покончено, Чонгук забрал Чиён-и в гостиную, а Тэхён занялся приборкой кухни. Внезапный звонок отвлёк его, а контакт на экране выбил из колеи. Приняв вызов, он напряжённо сказал вместо приветствия:       — Да, папа?       — Привет, Тэхён-и, — начал тот с фальшивой улыбкой в голосе. — Как твои дела?       — Хорошо, — ответил он. — Почему ты звонишь?       — Я тут совершенно случайно узнал, что ты, оказывается, замуж выходишь.       Всё понятно. Премьеру смотрел не только Тэхён. Папе сообщили общие знакомые, удружили, так сказать. Вот уж чего ему сейчас не хотелось слушать, так это мнение человека, что выкинул его из собственного дома.       — Да, как видишь, решил всё-таки стать замужним омегой, — язвительно ответил Тэхён. Ему было интересно, в какую сторону будет гнуть папа. И тот не заставил себя долго ждать.       — Зачем тебе такой молодой и ветреный? — вскипел старший омега с пол-оборота. — Он тебя опозорит на всю страну. Тебе уже достаётся из-за него.       — О, ты что-то слышал о моей жизни? — удивлённо заметил.       — Да только слепой не видел то фото! — воскликнул папа, а Тэхён поморщился. Да уж. Фото. Нескоро он ещё его забудет.       — Это фейк, — напомнил он, — не фото.       — Какая разница? — пропыхтел папа. Сделав вдох, он сорвался на скороговорку: — Живи нормальной жизнью. Он тебя потащит на дно, модельные вечеринки, наркотики. Если что-то пойдёт не так, мы лишим тебя права на опекунство. Мало тебе было первого разгильдяя? Ты ещё одного хочешь на свою шею повесить? Тебе нужен надёжный взрослый человек.       — Вы сделали выводы, даже не потрудившись познакомиться с ним лично, — процедил сквозь зубы Тэхён. Слушать такое о человеке, что вытащил его практически со дна уныния, было отвратительно.       — Они все такие.       Тэхён прикрыл глаза и посчитал до пяти. Кричать и устраивать разборки — не лучший вариант. Он не нуждался в отстаивании своих прав с пеной у рта. Он вообще не нуждался в этих людях больше.       — Вы самоустранились из моей жизни, когда я забеременел, — начал он тихо, но чётко проговаривая каждое слово, — прошу вас, не возвращайтесь в неё, мне без вас спокойней. Всего хорошего.       Не дожидаясь ответа, он отключил звонок и заблокировал контакт. Вышел из кухни в гостиную и тепло улыбнулся. Чонгук и Чиён устроились на диване перед телевизором. Альфа благополучно уснул после выматывающего дня, окончившегося шумной премьерой. Чиён, заметив папу, приложил палец ко рту и шикнул:       — Хён спит. Тише.       Прикрыв глаза, он согласно кивнул, взял пульт и снизил громкость телевизора. Чиён аккуратно выбрался из-под плеча альфы и посеменил на цыпочках в комнату для гостей, переделанную в детскую. Стало так плевать на весь остальной мир. И почему-то такая мелочь убедила его ещё больше в том, что он сделал правильный выбор.

***

      Неделя пролетела как в тумане, и вот они уже пришли подавать документы на регистрацию брака. Тэхён на автомате отвечал на вопросы, показывал своё удостоверение личности, в то время как мысли его были не здесь. А всё потому, что Чонгук с самого утра выглядел каким-то бледным. За рулём молчал, хотя обычно болтал или подпевал песням по радио. Сейчас же то и дело вытирал вспотевшие ладони о ткань джинсов и облизывал пересохшие губы. Неужели понял, что поторопился?       Омега извинился перед чиновником и отвёл Чонгука в сторону.       — Ты точно уверен, что хочешь этого? — тихо спросил он. — Я не обижусь, если мы сейчас просто уйдём. Ничего страшного.       Альфа, казалось, побелел. Глаза его остекленели, а после он выдал то, чего Тэхён уж совсем не ожидал услышать:       — Я хочу усыновить Чиён-и.       — Что? — голос подвёл Тэхёна и вырвался лишь сиплый шёпот.       — Давай подадим заявление на усыновление, — уверенно повторил альфа.       — Ты… как… — Мысли категорически отказывались складываться в слова, а в глазах предательски защипало.       Чонгук встрепенулся и собрался. Щёки его порозовели, а в глазах на смену страху пришла уверенность и решимость. Он взял за руку Тэхёна и повёл обратно к столу регистратора.       — А вы не могли бы сразу оформить заявление на усыновление? — спросил он у омеги за столом.       — Усыновление? — удивился тот и перевёл взгляд на Тэхёна. — У вас с собой документы на ребёнка?       — У меня все документы с собой, да, — кивнул омега и достал папку.       — Хорошо, — вздохнул тот, взял переданные ему документы, достал новые бланки и передал им. — Заполните согласие на усыновление как единственный законный представитель. А вы заполните просьбу об усыновлении, — повернулся он к Чонгуку. — Было бы проще сделать всё после регистрации брака, но можно и одновременно, если вы хотите.       — Хочу, — тут же отозвался альфа, но опомнился и повернулся к Тэхёну: — Мы хотим?       — Да, — ответил омега и улыбнулся, — хотим.

***

      Они не стали трубить о регистрации, а на выездную свадебную церемонию позвали только самых близких. На берегу моря в уединённом местечке, которое Чонгук забронировал, как только сделал предложение, всё казалось сказочным благодаря небольшим гирляндам с лампочками золотого света. Вечерний морской бриз спасал от весенней жары, и гости комфортно расположились на стульях. Пришли Хосок и Мингю с семьями, Чимин и любимый дедуля Тэхёна. Только те, кто искренне желает им счастья.       Тэхён стоял у кромки воды, нервно кусая губы и невидяще всматриваясь в горизонт, где солнце медленно погружалось в море, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Чонгук подошел сзади, обнял его за талию и прижался щекой к его волосам.       — Ты готов? — прошептал он, и Тэхён кивнул, чувствуя, как нервная дрожь прошла, стоило рукам любимого поделиться с ним своим теплом.       Церемония началась с трогательной речи дедушки Тэхёна, который поделился воспоминаниями о детстве внука и выразил свою радость видеть его таким счастливым. Затем Хосок взял слово, вспоминая, каким несмышлёным юнцом тот пришёл в агентство с твёрдой уверенностью следовать своей мечте. Мингю тоже произнёс несколько тёплых слов, пожелав им долгой и счастливой совместной жизни. Чимин едва не разрыдался, сообщая, что отдаёт своего любимого хёна в единственные достойные его руки. Чиёни скучал и почти засыпал, убаюканный шумом волн.       Когда пришло время клятв, Чонгук первым взял слово.       — Если честно, я долго готовил речь и учил её наизусть, чтобы не позориться с листочком, но сейчас всё забыл. Но здесь все свои, поэтому, надеюсь, вы простите меня за то, как сильно я нервничаю. — Усмехнувшись в ответ на согласный гул гостей, он продолжил: — Многие из вас знают, что Тэхён изменил мою жизнь, наполнив её смыслом и любовью. — Его голос дрожал от волнения, но каждое слово было наполнено искренностью. — Я встретил его в нужное время в нужном месте. Там, где при любом другом раскладе никогда бы не появился. И я до сих пор считаю, что это судьба привела меня к нему. И буду благодарен ей до конца жизни.       Тэхён ответил ему не менее трогательной речью, переводя взгляд с него на почти уснувшего сына.       — Я никогда не забуду нашу первую встречу. Как ты напугал меня, пристально наблюдая за моим сном. Ты выглядел маньяком. — Гости посмеялись на это признание, а Чиён встрепенулся и сел ровно на стуле. — Я благодарен тебе за терпение и настойчивость, за заботу и безграничную поддержку, которые ты дарил мне, не ожидая ничего в ответ. И я обещаю, что буду до конца своих дней дарить тебе всю свою любовь, ведь ты на самом деле достойный альфа.       Под шум прибоя и аплодисменты близких они обменялись кольцами, символизируя свою вечную любовь и преданность друг другу. Поцелуй был долгим и нежным, словно в нем заключалась вся их общая история.       — Но это ещё не всё, — удивил Чонгук гостей. Отойдя в сторону, он взял свёрток прямоугольной формы, похожий на рамку для фотографии или грамоты. Повернулся к гостям и торжественно произнёс:       — Ким Чиён! У меня для тебя кое-что есть. Подойди и распакуй, пожалуйста.       — Ух ты!       Удивлённый малыш сполз со стула и подошёл к нему, радостно срывая упаковку. В рамке за стеклом был какой-то документ. Чонгук не стал томить гостей в ожидании. Выпрямился и объявил:       — Ким Чиён. Папа: Ким Тэхён, отец: Чон Чонгук. — Под удивлённые вздохи гостей он присел к пытающемуся понять его слова малышу и, поцеловав в лоб, добавил: — Теперь ты по-настоящему мой сын, Чиён-и. А я — твой отец.       Губы мальчишки задрожали, и он уткнулся в плечо Чонгука, обнимая его так крепко, что тот чуть не упал, потеряв равновесие. Тэхён поддержал его и присел рядом.       — Мы любим тебя, малыш.       Когда сентиментальная пауза закончилась, гости по очереди начали подходить к ним, поздравляя и произнося пожелания. Праздник продолжился танцами под открытым небом, смехом и душевными разговорами.       В этот вечер они чувствовали себя самыми счастливыми людьми на земле, окруженными любовью и поддержкой самых близких людей. Этот день, наполненный радостью, стал для них точкой отсчёта для нового этапа их отношений, на котором их ждали взаимопонимание, душевная гармония и бесконечное доверие друг к другу. Они были уверены: впереди их ждала долгая и прекрасная жизнь, где любовь будет лишь крепнуть, а счастье — становиться всё полнее и ярче.