Призраки прошлого

      — За жизнь платят жизнью, — произнесла Малора, глядя в глаза Хюррем, которая натужно проглотила вставший в горле ком. Хюррем с трудом держалась на ногах и держалась только из упрямства и жажды что-то доказать окружающим. Впрочем, ей и положиться было не на кого в этом деле. Уж точно не на мужа, короля Роберта.       Хюррем давно уже привыкла справляться с трудностями самостоятельно. Еще в прошлой, далёкой уже жизни.       — Сирота подойдет? — спросила она негромко, глядя в глаза Малоре. Она кожей ощущала на себе укоризненный взор Джейме. Но ей было плевать на мнение брата и прочих людей. Если жизнь одного чужого ребёнка спасёт такую важную жизнь Мехмеда, то есть Эддарда, то она готова убить хоть сотню.       — Да, — кивнула Малора. — Но торопитесь. Нужно успеть до полуночи. Нужен мальчик, рождённый в ту же луну, что и маленький принц от года и до трех лет. А я пока подготовлю все к обряду.       Малора снова ушла в детскую маленького сына Хюррем, который дышал только благодаря ее снадобьям. Великого мейстера пришлось выгнать, поскольку Пицель был страшно оскорблен подобным недоверием. Король тоже удалился прочь, очевидно, топить горе в вине или же греться в объятьях шлюх.       — Джейме? — позвала Хюррем гвардейца, который тут же подошёл к ней. — Сможешь найти подходящего в приюте, что я открыла? — спросила она, чувствуя себя паршиво. Но цель должна оправдать средства. Обязана.       — Должен быть иной путь, — покачал головой Джейме, и его зелёные глаза горели тревогой.       — Его нет, — возразила Хюррем. — Точнее есть лишь один. В могилу. Но я не могу отдать Эда Неведомому. Не снова.       Поняв, что она оговорилась, Хюррем закусила губу, но Джейме был занят моральными терзаниями, чтобы заметить это. Какое счастье.       Хюррем уже пережила троих своих детей. Что с оставшимися случилось, она понятия не имела, и это сводило ее с ума день за днём. Эддард стал лучом света в царстве ночи, что захватило женщину. Она не могла потерять надежду, что ее ангелы вернуться к ней в новой жизни.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — вздохнул Джейме. Хюррем, глядя на него, в который раз подумала, как такой благородный человек, верящий в рыцарские клятвы, мог родиться у Тайвина Ланнистера. Видимо, Джейме похож на леди Джоанну, на мать.       — Отвечать перед Семерыми буду я, а не ты, — произнесла Хюррем, коснувшись рукой плеча брата.       — Сможешь ли ты выдержать такую ответственность? — спросил Джейме с сомнением.       — Смогу, — ответила Хюррем. — В конце концов, ответственность — цена величия. Я справлюсь. Мне не впервой.       Джейме удалился прочь, и Хюррем мысленно вознесла молитвы единственному Богу, в которого верила. Но ее точили сомнения, что она вообще имела право обращаться к нему после всего, что решила сделать. Принести в жертву ребёнка, обычного, невинного ребёнка. Маленького ангела, с чистой душой, не знающего ни добра, ни ненависти. Она —чудовище. Но какая разница, если Эддарда выживет и будет жить?       Придя в детскую, Хюррем приблизилась к колыбели, молясь, чтобы Эддард дожил до ритуала. Он был слаб. Яд нанес ему непоправимый вред. Принц был слаб и дышал через раз. Король Роберт, кажется, смирился с его грядущей смертью. Все смирились. Кроме Хюррем.       — Ты проживёшь долгую и счастливую жизнь, мой мальчик, — улыбнулась Хюррем натянуто, склонившись над колыбелью. Эддард пребывал без чувств. Его бледное личико застыло и напоминало маску. — Вырастишь настоящим рыцарем, умным, добрым, сильным. Женишься на знатной девушке, станешь отцом… И однажды, когда придёт срок, ты сменишь нашего короля, своего отца, на Железном Троне. Да будет король Эддард из дома Баратеонов, именуемый первым… Ты только потерпи, мой милый.       Удача благоволила замыслам Хюррем. Джейме успел найти подходящего ребёнка в приюте, покровительницей которого была королева. Сироту не должны были хватится. Хюррем так и не нашла в себе силы посмотреть на это дитя, приговорённое ею к смерти. Оказалась слишком слабой.       Прежде она не убивала детей. Да, была косвенной причиной смерти, как например было с сыном шехзаде Мустафы, невинным маленьким мальчиком, которого забрали у матери, Румейсы Султан, и бабушки, Махидевран, сразу после казни Мустафы. Но законы Османской Империи суровы: когда казнили провинившегося шехзаде, то убивали всех его сыновей, чтобы избежать смуты в государстве.       Малора провела обряд в одном из тайных ходов Красного Замка, сохранившемся со времён Мейгора Жестокого.       «Интересно, какой меня запомнит история?» — мельком подумала Хюррем, желая отвлечься. Она велела Малоре сперва вырубить ребенка, а потом уже его убивать. Не хотела, чтобы мальчик страдал зря.       «Мейгор с сиськами уже был», — размышляла она, думая о Рейнире I, королеве на полгода. Быть может, ей подойдёт Эйрис с сиськами?       После обряда Малора вернулась в детскую и с улыбкой кивнула Хюррем, которая все это время не отходила от постели сына. Ведьма влила несколько капель из склянки в рот Эддарда, и Хюррем даже не хотела знать, что это… Вероятно, кровь.       — Теперь нужно ждать, моя королева. Я сделала все, что могла, — сказала Малора, поглаживая рукой светловолосую голову Эда, который оставался неподвижным и словно мёртвым. — Если боги примут жертву, твой сын будет жить…       — А если нет? — спросила мрачно Хюррем.       — Жертва была напрасной, — отозвалась Малора. Хюррем кивнула, она хотела отойти к креслу и сесть, но не успела и шагу ступить. Низ живота пронзила неимоверная боль. Такая, словно в нее вонзили кинжал.       Королева схватилась за живот и согнулась вдвое, закричав. По ногам потекло что-то горячее. Хюррем, жмурясь, засунула руку под юбку и ощутила влагу. Слезы вступили ей на глаза.       Закусив губу, Хюррем посмотрела на свою ладонь, и поморщилась. Ладонь была покрыта кровью. Ребенка короля она все-таки потеряла. Ее Абдулла или Михримах навсегда ее покинули. Упав на пол, Хюррем услышала голос Малоры:       — Похоже, Боги взяли жертву королевской кровью…       Мир поглотила темнота.