Лучшие школьные годы.

Солнце лениво потягивалось, медленно выползая из-за крыш домов и поднимаясь в самую высь ясного неба. Июньский день обещал быть спокойным и тёплым, время словно бы замедлялось в надежде дать возможность каждому подольше насладиться каждым моментом этого дня. Воздух был пропитан ароматами цветущих цветов, деревьев и свежескошенной травы. Тёплый ветер шелестел листвой, будто бы напевая для всех вокруг тихую и умиротворяющую мелодию. На небе не было ни облачка. Яркое солнце одиноко висело высоко в бескрайнем голубом полотне, на котором словно вот-вот должен был дорисовать красивейший пейзаж великий художник. Но он всё не появлялся, а солнечный диск так и продолжал висеть над этим маленьким хрупким миром. Его летнее тепло обволакивало, но не обжигало, а ласково согревало всех, кто в такой чудесный день оказывался вне четырёх стен своих домов. Хотелось просто присесть на сочную зелёную траву, блаженно закрыть глаза и подставить лицо солнцу, чувствуя, как оно проникает в каждую клеточку тела. На клумбах жужжали пчёлы и шмели, усердно собирая нектар и опыляя яркие цветы, радуя людей, посадивших их, тем, как они ещё больше раскрывались и начинали благоухать сильнее. Бабочки, словно живые лепестки, порхали с одного растения на другое, хвастаясь перед всеми своими прекрасными расписными крыльями. Этот день был создан для неспешных прогулок, расслабляющего отдыха у тёплой воды, в которой можно было с удовольствием намочить ноги, и нежных свиданий с самыми близкими людьми. Всё вокруг было наполнено счастьем, чувством неосязаемого ожидания и ощущением тягучей неги, расплывающейся в воздухе, как мёд. Это был ещё один спокойный и тёплый день июня, который хотелось запомнить навсегда. В нём всё вокруг словно бы тянуло в сон — уснуть, да отдыхать до конца лета. — Ну и где он? — у самого себя спрашивал Нурлан, поглядывая на часы на запястье. Он нервно постукивал ногой по асфальту. Совсем скоро должен был начаться выпускной концерт и многие уже ждали начала в стенах школы. — Ещё не приехал? — с сочувствием спросил Илья, который вышел на улицу, чтобы покурить. Он предложил другу вторую сигарету, выудив её из кармашка нагрудной сумки. Тот принял предложение закурить с ним и покачал головой в ответ на вопрос. — Он же вроде работает сегодня? — Да, но, — Нурлан сделал небольшую паузу, чтобы затянуться дымом, — он обещал приехать. Сегодня же наш выпускной. — Время есть, может, ещё успеет. — Блять, надеюсь. Дым от сигарет быстро растворялся в лёгком ветре, день хоть и был солнечным, но не самым жарким за последнее время. И это радовало парней, одетых в отутюженные чёрные костюмы с яркими лентами, которые гордо всех оповещали о том, что перед ними выпускники. Год для всех пролетел невероятно быстро, не дав и минуты продохнуть, заваливая одиннадцатиклассников подготовками к экзаменам, соревнованиям, олимпиадами, на которых их записывали учителя ради дополнительных баллов. Пока Сабуров нервно постукивал по асфальту ногой, Илья с лёгкой тоской поднял глаза к небу и редким белым облакам, медленно и безмятежно проплывающими над их головами. Следующая неделя была солнечная и тёплая и температура только повышалась с каждым днём, всё-таки было уже начало лета. Выпускники, одетые в красивые платья и строгие костюмы, стремительно стягивались к школе, чтобы успеть к началу концерта. Их лица светились от счастья и лёгкой грусти, ведь впереди у них была новая взрослая жизнь. Докурив за несколько минут, стараясь растянуть это лёгкое ощущение никотина в груди и голове, Илья затушил бычок о металлическую мусорку и забросил его внутрь. Он похлопал друга по плечу, посоветовав ему не так сильно расстраиваться, он был уверен, что Щербаков должен приехать. Нурлан повторил за ним и, тяжело вздохнув, последний раз глянул в сторону улицы, которая вела на остановку, но не увидел ни намёка на него на горизонте. Оставалось надеяться, что тот успел бы к началу. На крыльце их ждал Эмир, которого Рустам и Тамби послали найти этих двух оболтусов, а сами пошли занимать хорошие места в актовом зале. Он с лёгким сочувствием глянул на Нурлана и пошёл вместе с ними в зал, где вот-вот должен был начаться их выпускной. Школьный актовый зал наполнился предвкушением. В воздухе витала смесь волнения и радости — сегодня выпускной. Но прежде чем вчерашние школьники отправились бы в новую, взрослую жизнь, их ждал особенный выпускной концерт. Зал был украшен яркими шарами и гирляндами, на сцене знакомый школьный занавес, готовый распахнуться и погрузить зрителей в море самых разных эмоций. Родители, учителя и друзья собрались, чтобы поддержать выпускников и разделить с ними этот важный момент. В зале царило волнение и ожидание. Все парни из их большой компании отлично сдали экзамены и потихоньку думали над университетами, куда они могли бы вместе поступить. Они на своей шкуре испытали правдивость прошлогоднего скетча Тамби и Рустама про тяжесть подготовки к экзаменам на выпускном тогдашних одиннадцатиклассников. И даже синяки под глазами гримировать не пришлось — они образовались самостоятельно из-за усталости и бессонных ночей. Они втроём нашли оставшихся двух друзей и заняли места, которые те для них придержали, чтобы сидеть рядом. Было ещё одно место для Щербакова, которого они всё-таки ждали. — Так и где он? — почесал затылок Рустам, обращаясь к сидящему неподалёку Сабурову. — Я звонил, он сказал, что едет в пробке, блять. — А рядом вообще? — Вроде да, — он пожал плечами и чуть поджал губы. Концерт начался с торжественной речи директора школы, который вспоминал яркие моменты из жизни выпускников и желал им удачи в будущем. На сцене ведущими были девушка и парень из десятых классов, они очень хорошо держались и шутили, были заметны даже не сценарные шутки, особенно для тех, кто в юмор хорошо был погружён. Но в отличие от прошлого года, этот концерт имел больший уклон в театральные номера, они показывали отлично поставленные, отрепетированные и подготовленные номера, связанные с учёбой. В этих маленьких зарисовках было меньше юмора, но зато больше было философии, рассуждений и жизненной драмы. Каждый номер — это маленькая история, рассказанная языком искусства. Многие в зале уже в начале, на первом же номере-песне про начальные классы, пустили слезу. Мелодия трогала сердца, слова заставляли вспомнить самые яркие моменты, проведенные вместе за школьной партой, а на экране за спиной поющих младшеклассников мелькали фотографии из школьной жизни, смешные, трогательные, памятные. Выпускной концерт — это не просто развлекательное мероприятие. Это кульминация школьных лет, яркое и эмоциональное завершение важного этапа в жизни каждого выпускника. Во время первого выступления в актовый зал тихонько приоткрылась дверь и внутрь, в темноту, скользнула тень и двинулась по рядам. Нурлан оживился и радостно улыбнулся, завидев в полумраке помещения знакомое лицо и макушку, Алексей осторожно пробирался между другими учениками и их родителями к друзьям. Оказавшись наконец рядом, он чуть виновато улыбнулся перед Нурланом, тут же почувствовав, как тот переплёл с ним пальцы. Всё равно этого никто не видел. Между двумя парочками сидели Рустам и Тамби, которые не только видели, но и слышали их милования друг с другом, первый саркастически закатывал глаза, а второй сочувствующе улыбался. Они не останавливались в тихой болтовне, обсуждая каждое увиденное выступление, как самые заядлые критики. Что-то они сами могли бы сделать лучше — лучше написать и отыграть, а что-то было вполне себе даже хорошо. Иногда проскакивал слишком громкий смех от частых их шуток между собой. Концерт был длинный, казалось, даже дольше, чем прошлогодний. Между номерами звучали трогательные слова благодарности учителям. Ведущие зачитывали добрые пожелания от учеников и вспоминали их терпение, мудрость и поддержку. Они рассказывали о том, как многому научились в школе, и как были благодарны учителям за всё хорошее, что те для них делали. Подниматься на сцену для получения аттестата было слегка неловко, все они чуть смущённо улыбались, получая поздравления от директора и аплодисменты из зала. — Теперь мы взрослые, — с улыбкой размахивал аттестатом Илья, когда они выходили из актового зала, второй рукой обнимая за плечи Эмира. — Бля, а без этого не стали бы взрослыми? — усмехнулся Эмир, чьи волосы тут же взъерошили пальцы друга, заставив завозмущаться и поправить причёску. — Блять, ничё мы не взрослые, — Нурлан смотрел свои оценки, — нам ещё учиться и учиться. — Зато у нас теперь больше возможностей, — Рустам закинул руки за голову. Расстегнув пиджак, он радовался возможности наконец нормально двигаться, не будучи скованным подшитой под него тканью. — Ага, возможность сливать стипендию на участие в играх лиг, — Щербаков пожал плечами, усмехнувшись тому, как все пятеро синхронно на него обернулись. Они явно хотели спросить, а откуда тот вообще знал о таких деталях? Но быстро поняли, что он мог наслушаться от них самих. — Ну и что? — Тамби вертел в руке аттестат, разглядывая яркую корочку. — Разве это не интересно? — Ну-у, придётся совмещать учёбу в вузе с этим вашим этим, — Алексей покрутил кистью в абстрактном жесте, — это не лёгкое занятие. — Бля-я, я думаю, мы справимся, — радостно улыбался Макаров и заражал парней своим позитивом, — никто не может быть круче нас! — Нас — это кого? — с ехидной улыбкой спросил Кашоков, выворачиваясь из-под его руки. — Ты, бля, вообще в другой команде! — Ба-алин, я же не могу бросить своих одноклассников! — он попытался вновь поймать друга и закинуть ему руку на плечи, но тот ловко уворачивался посмеиваясь. — Будь возможность, я бы с вами был в команде! — Хм-м, на такого богатыря, как Илья, можно дохуя шуток накидать так-то, — усмехнулся Нурлан, быстрым взглядом окинув славянскую внешность друга с его светлыми волосами и голубыми глазами. Точно вылитый богатырь, настоящий русич. — Во-от, ебать, — щёлкнул пальцами Рустам, — был бы с нами — мы бы столько всего могли придумать. Они все рассмеялись. Родители выпускников вместе с классными руководителями устраивали для каждого своего класса чаепитие в их кабинетах, а потому всей компании пришлось временно попрощаться и разойтись. Щербаков пошёл за Нурланом в кабинет, искренне улыбаясь одноклассникам друга, которые неверяще смотрели на того, потому что не ожидали, что уже не ученик и даже не их класса вновь оказался с ними в одном месте. Возможно, у них была травма после событий прошлого года, когда тот везде следовал за Сабуровым. Он приобнимал его за плечи и радостно хвалил друга перед одноклассниками, вгоняя того в краску и чувство испанского стыда, а эта реакция была именно той, которой Алексей добивался. Потому что это весело. А тот пытался от него отвязаться, отталкивая парня рукой, но эти попытки всё никак у него не удавались и он просто сдался, закрыв лицо ладонями, чем вызвал ещё больший смех у одноклассников. Их друзья тоже проводили время со своими одноклассниками, наслаждаясь последними моментами в компании друг друга. Не все они близко дружили между собой, скорей разбиваясь на небольшие группки по интересам, но в этот день любые споры и возможные неприязни покидали их. Потому что для всех выпускников этот день был очень важен, они наконец окончили школу, оставив свои лучшие школьные годы позади, и нужды в какой-то вражде или выражении неприязни больше не было. — Я предлагаю на трубы, — довольный собой и своим предложением заявил Саидахмедов, сунув руки в карманы брюк костюма. Он, как и остальные из их компании, отдал свой аттестат родне, чтобы те отнесли его домой. — Погнали, — согласился за всех Макаров, наконец развязав свой галстук и сунув его в карман. Остальные кивнули и в целом были не против. — Прям в этом? — Эмир окинул взглядом свой костюм и поправил лацканы пиджака, ослабив галстук. — Ну, бля, почему нет? — тот легко пожал плечами. — Да погнали уже, — фыркнул Нурлан, шествуя в сторону выхода из здания. Они все в последний раз окинули тоскливым взглядом школьные коридоры, прежде чем выйти на улицу. Мир встречал выпускников тёплой погодой и ярким солнцем, которое безжалостно светило в глаза, заставляя мечтать о солнечных очках или облачной погоде. Но небо было ясным, а легкий ветерок приносил с собой запах свежей зелени и цветущих растений. В воздухе повисла лёгкая нега, и казалось, что даже природа разделяла радость этого важного для них дня. Деревья, обрамляющие школьный двор, с нежной тоской покачивали своими зелёными кронами, словно бы прощались с бывшими учениками, навсегда покидающими и эти стены, и этот двор. Птицы без устали щебетали свои звонкие мелодии, подыгрывая мелодии ветра и шелестящей листвы. Они были шумной компанией, полной энергии, задора и энтузиазма, все весело переговаривались и перебивали друг друга шутками и забавными воспоминаниями о прошедших школьных годах. Лучших школьных годах. Они толкались и смеялись. На площадках резвились дети, играя в самые разные игры, за которыми присматривали их родители. Но не все из них действительно следили за своими детьми — многие мамочки и отцы увлечённо болтали с соседями и знакомыми, обсуждая их общие интересы или слухи, не так уж и сильно обращая внимание за тем, что происходило на площадках. Парни шли дворами, срезая путь до частного сектора неподалёку, мимо знакомых домов, где прошло их детство. Каждый уголок отзывался в душе тёплыми воспоминаниями и хранил свои истории, свои маленькие секреты. Солнечный шар над их головами уже уставал от такого долгого дня и потихоньку клонился за горизонт, прячась за невысокими домами, чтобы наконец отдохнуть. Небо окрашивалось в тёплые краски, лёгким движением руки разлитые по небесному холсту. Вечерний лёгкий ветер нежно касался лица, облизывал и охлаждая разгорячённую кожу. Застоявшийся за день горячий воздух словно бы был физически осязаем. Проходя мимо частных участков с небольшими, но уютными домками, они с любопытством заглядывали за невысокие заборы и хихикали. На веранде старенького дома, увитой виноградом, стоял плетеный стул-качалка, на котором лежали два кота, свернувшиеся в клубоки, рыжий и чёрный. И эта картина вместо смеха вызывала умиление. Около другого участка они заметили во дворе курочек, а Масаева даже попытался клюнуть в ногу петух, просунувший свою голову между кольями забора. Они шли по давно знакомой дорожке в сторону широких труб, на которых часто проводили время подростки со всего района. — Жаль, у них тут нет никаких ягод или ранеток, — Рустам вновь закинул руки за голову, разочарованной вздохнув. Он был бы не против закинуть что-нибудь в желудок, хоть ворованной малины. — Попиздили бы. — Бля-я, точно, — согласился Илья. С высоты его роста он тоже не видел ничего примечательного, что можно было бы незаметно своровать и съесть. У Масаева в этот момент заурчал желудок и все они обернулись в его сторону. Хотелось остановить время и навсегда сохранить в памяти это ощущение покоя и умиротворения. В воздухе витала умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь редким стрекотом кузнечиков в высокой траве, жужжащими комарами над ухом и тихим шелестом листьев. Деревья словно бы перешёптывались друг с другом, делясь впечатлениями дня. Этот тихий тёплый вечер июня был наполнен каким-то особенным ощущением, заставляя чувствовать себя частью чего-то большего и прекрасного. Это был вечер, который хотелось запомнить навсегда. Проходя мимо ещё одного из домов, парни сначала услышали громкий лай, а затем из-под небольшой щели между забором и землёй появилась голова собаки. Несколько секунд они стояли и молча смотрели на показавшуюся рычащую на них голову, а затем собака неожиданно начала вылезать из-под забора, хотя все думали, что она не смогла бы. Но у нее вполне себе получалось! Парни сорвались с места и бегом помчались подальше от этого дома в сторону труб. На них болтались яркие ленты выпускников, которые приходилось подхватывать, когда они падали с плеч из-за беготни. Завидев широкие трубы, вся компания наконец выдохнула и остановилась, чтобы отдышаться. Макаров подтянулся наверх на руках. За ним, ловко запрыгивая на железную конструкцию, держащую трубы, залез Щербаков, используя все свои навыки паркура. Они вдвоём помогали забраться остальным. Вдвоём они подняли Тамби, затем Алексей затянул наверх Рустама и помог Сабурову, притягивая его к себе ближе, обняв за талию, чтобы подразнить. Тот пытался делать вид, что против такого жеста прилюдно, но эти наблюдающие люди были их друзьями, а потому он быстро сдался и приобнял его за плечи в ответ. Илья подтянул к себе Кашокова с хитрой улыбкой, а затем поцеловал его в тыльную сторону ладони, которую держал. Они все рассмеялись, а Алексей с такой же хитростью вдруг отпустил Нурлана и перехватил его руку, тот секунду не понимал, что происходило, а когда он увидел, как рука начала приближаться к знакомым губам, вдруг понял, что именно Щербаков хотел сделать. Он повторил увиденное действие и тоже поцеловал ладонь. В стороне послышался вой Рустама сквозь зубы, который развернулся на сто восемьдесят градусов и пошёл вдоль труб, оставляя эти две сладкие парочки за спиной. Они вновь зашлись в громком смехе от этой ситуации, а затем двинулись за другом. Нужно было найти хорошее место, подальше от лишних глаз людей, живущих в частном секторе, чтобы не получить по шапке за «вред трубам, которыми они пользовались». Их уже не первый раз гоняли. — О, гляньте, кажется, норм? — Масаев ткнул рукой вперёд и обернулся на друзей, идущих позади него. Те с воодушевлением заглядывали вперёд него. Место действительно было неплохим, не было травы, в которой могли быть клещи или прочие насекомые, трубы были совсем близко к земле, а над ними возвышались плотные кроны деревьев. Совсем недалеко протекала узкая речка, через которую проходил такой же узкий мостик, и в полной тишине можно было услышать шум воды от неё. На самом деле не то чтобы трубы были сильно чистыми, чтобы на них сидеть, пыль и грязь были повсюду, но их это мало заботило. Парни ладонями протёрли небольшой участок, на который планировали сесть, а затем помыли руки в речке. Для них всё происходящее было слишком смешным и они не могли не подкалывать друг друга. Щербаков, не обращая внимание на то, что мог запачкать костюм, улёгся на спину и положил голову на колени Нурлану, который сидел с закрытыми глазами и расслаблялся, подставляя лицо под последние за этот день тёплые солнечные лучи. — Так что в итоге, будете поступать в одно место? — спросил он, тоже прикрыв глаза от бьющего в лицо заходящего солнца. — Бля, надо ещё раз посмотреть, где и какие факультеты есть, — пожал плечами Эмир, облокотившись спиной на плечо Ильи, который и не был против. — По-моему, мы чё-та смотрели, да? — включился Саидахмедов, почесав затылок, вспоминая названия. — Да, точно, — кивнул Масаев, соглашаясь с ними, тоже вспомнив, что они совсем недавно обсуждали пару вариантов. Между этими двумя парами сидели Тамби и Рустам, тоже задумавшиеся над будущим училищем, у них было несколько вариантов, куда они могли поступить, но каждую из них предстояло ещё хорошенько обдумать. А по возможности выбрать хорошее место, куда они все — или хотя бы почти все — могли бы поступить вместе. Их обдувал лёгкий прохладный ветер, приподнимал лацканы пиджака, трепал расстёгнутый воротник рубашки и зарывался в волосы. Где-то над их головами, усевшись на широкие ветви среди густой листвы деревьев, щебетали птицы. Откуда-то был слышен стрёкот кузнечиков. Вся атмосфера вокруг них напоминала о детстве, о беззаботных летних днях в деревне или на даче. В этот миг они могли почувствовать себя вновь маленькими — не было никаких дел, никаких забот, никаких проблем. Только природа и компания друзей. Кто-то с лёгкой тоской наблюдал за заходящим за горизонт солнцем, кто-то отдыхал после тяжёлого дня с закрытыми глазами, а кто-то просто думал о чём-то своём. — А чё насчёт вашей команды? — Сабуров обернулся к друзьям, привлекая их внимание. — А чё с нашей командой? — Чё по планам дальше, блять! — Поедем на летний городской фестиваль. Говорят, там будет кто-то из КВНщиков, — отвечал Тамби, пытаясь вспомнить, что он читал в брошюре, которую раздавали валонтёры в парке, где планировался фестиваль. — В жюри будет кто-то с региональной лиги! — Там ещё при-и-из денежный, — Эмир расплылся в улыбке, посильнее откидываясь головой на плечо друга. — Бля-я, точно, — щёлкнул пальцами Рустам, вспомнив об этом. Денежное вознаграждение за победу в конкурсе для начинающих КВНщиков было одной из причин, по которым они участвовали. — Денежка? — с явной заинтересованностью спросил Щербаков и приоткрыл один глаз, глянув на друзей, но Нурлан быстро погасил его неожиданный запал, погладив по волосам. — Мы тоже едем, — кивнул Макаров, говоря о себе и команде своего бывшего класса. Хоть они и закончили учёбу, но команда не распадалась, а наоборот, у всех было огромное желание продолжать их деятельность. — Я слышал, что будут ещё «шатры», — Тамби сделал кавычки пальцами, — с закосом под юмористичные передачи на ТНТ. — А? — Ну, «Смех без правил» и «Убойная лига». Можно будет поучаствовать в чём-то таком, только в рамках фестиваля, — он пожал плечами и улыбнулся, увидев, как воодушевился Илья. — О-о, мы с Антоном хотели в чём-то таком поучаствовать. Как дуэт, — он усмехнулся, вспомнив, как они с одноклассником обсуждали возможность податься в какое-нибудь похожее, если не в эти же самые, шоу. — Бля-я, надо будет глянуть. — Я бы глянул на тебя, ага, — посмеялся Кашоков и тут же получил лёгкий тычок локтем в бок, из-за чего начал смеяться ещё более звонко, чем до этого. Тот не мог не заразиться этим смехом и тоже расплылся в улыбке. — А что насчёт твоей команды? — с любопытством поинтересовался Тамби у Сабурова, ведь он тоже был частью школьной команды их уже бывшего класса. Они всё ещё продолжат быть командой или каждый разойдётся своим путём? — М-м, пока не знаю, — он легко пожал плечами и опустил взгляд на Алексея, головой расположившегося у него на коленях, — из-за кое-кого моя команда не хочет меня видеть. — Чево-о-о? — услышав эти слова, тот вдруг подорвался, с лёгким непониманием уставившись на друга, потому что не мог разобрать — шутил он или говорил серьёзно. Возможно, пару раз Щербаков мог перегнуть палку, но чтобы так… — Да бля, сядь ты, я шучу, — тут же успокоил его Нурлан, а затем вернулся к разговору с Тамби. — Я пока серьёзно не знаю. Мы ничё не обсуждали ещё, даже участие в чём-то. Но на фест я бы съездил с вами. — Я тоже с вами, — Алексей наконец принял сидячее положение, свесив ноги с труб, поправил свой костюм и сделал вид, что поправил причёску. Он был коротко пострижен. С каждым новым мгновением вечер становился всё более волшебным. Горизонт скрывался за плотно раскинувшимися широкой лесополосой деревьями, а за этим горизонтом пряталось уставшее солнце, оставляя за собой последние огни заката. Словно прощальное слово, перед тем, как уступить небосвод ночи и уйти на боковую до следующего утра. Небо постепенно темнело. И маленькие звёзды, раскинувшиеся по всему небу, зажигались с каждым моментом всё больше и больше. — Даже грустно как-то, — Илья вдруг прервал своим голосом мягкую тишину, повисшую в воздухе на несколько минут. — Отчего? — подхватил Эмир, а затем зевнул, прикрыв рот ладонью. — Мы больше не маленькие школьники. Нас ждёт взрослая жизнь, самостоятельность, учёба ещё труднее, — с лёгкой тоской произнёс он и улёгся щекой на макушку друга, всё ещё лежащего на его плече, — а потом ещё и работа. — Пф-ф, мы справимся, — с непоколебимой уверенностью заявил Рустам и поднялся на ноги, придерживаясь за плечо Масаева, чтобы случайно не потерять равновесие и не свалиться с труб. Он набрал воздух в лёгкие, вскинул руки над головой и закричал изо всех сил. — Всё. Будет. За-е-би-сь! Вся их компания одновременно рассмеялась и подхватила этот задор их друга, следом за ним воскликнув радостное «Да!». Через мгновенье в стороне пятиэтажек, откуда они пришли, в небо взмыл и разорвался яркими искрами фейерверк, чего никто из них не ожидал. Смех тут же утих, сменившись сначала удивлением, а потом любопытством. За первой вспышкой тут же поднимались следующие, в одном месте, затем в другом неподалёку. Фейерверк восторженно гремел, рисуя в темнеющем небе красивые картины, за которыми им, увы, приходилось наблюдать издалека, но даже так, они всё ещё были яркими и поднимали настроение. Искры гасли, оставляя за собой лишь легкий дымок и воспоминания о мимолетном великолепии, но тут же вспыхивали новые, еще более ослепительные. Красные, синие, зелёные, золотые огни переплетались в причудливом танце, словно прощаясь с детством и приветствуя новую, полную возможностей жизнь. Он гремел в их честь, в честь их молодости, в честь их будущего. Казалось, само небо поздравляло выпускников с окончанием важного этапа их жизни. Каждый новый залп напоминал им о тех хороших и ярких моментах, которые они пережили и оставили там, позади, в стенах покинутой ими школы. А в будущем их ждали новые эмоции, впечатления и воспоминания. Этот вечер, наполненный радостью и волнением, они точно должны были запомнить на всю жизнь. Пока Сабуров с интересом глядел в небо, Алексей успел подняться с его колен и сесть рядом, чутка поразмышлять над своими маленькими желаниями, а затем он притянул того к себе за пиджак и поцеловал. Тот на несколько мгновений опешил, но довольно быстро понял, что всё происходящее вокруг создавало как раз подходящую для чего-то такого атмосферу, и начал мягко отвечать. Остальные уставились на них, Рустам отвёл взгляд в другую сторону. Эмир резко развернулся к Илье с настолько хитрой улыбкой, насколько только можно, но тот уже был готов, улыбаясь ему в ответ. Они двинулись друг другу навстречу одновременно, зайдясь в нежном поцелуе. Рустам закрыл лицо руками, потому что смотреть больше было некуда. — Я окружён идиотами. Тамби с сочувствием похлопал его по плечу и с неосязаемой тоской посмотрел на Нурлана и Алексея. В огненной феерии в небе был какой-то особый смысл, который каждый, кто, задрав голову, смотрел за этим представлением, толковал для самого себя по-разному. Среди яркого праздника в воздухе ощущалась лёгкая грусть и тоска. Этот вечер был не только моментом нового начала, но и прощанием с теми, кто был частью их жизни на протяжении многих лет с самого детства. Они прощались со своими лучшими школьными годами. Но впереди были новые лучшие их годы.