Горечь померанца: уничтожение и вожделение в пунцовых тонах

      «Приложу к голове подорожник

Или съем его, чтобы достал до души»

@ Дайте танк (!) - Профессионал

      Душераздирающие женские крики наполнили каждый уголок дворца семейства Роялхолли. Десятки красиво разодетых в кружевные фартуки прислуг суетливо бегают из одной комнаты в другую, то и дело таская разные тряпки, стаканы воды, да окровавленные простыни. Со стороны может показаться, что прямо сейчас происходит жестокое убийство, но это не так. Жена императора, Эвилин, рожает. Началось все внезапно, посреди ночи. Девушка с золотистыми волосами вскочила со своей кровати, истошно вопя и хватаясь за живот. Отошли воды. Горничные уже подоспели с врачами, попутно выпроводив ничего не понимавшего сонного Тиаго, мужа Эвилин, из комнаты. Мучения продлились до самого утра, и вот, долгожданный ребенок уже лежал, ревя во всю глотку, на руках матери, которая бережно баюкала сына. Это мальчик! Тэнно заходит в комнату к своей жене, улыбка шире некуда, и нежно, со всей теплотой целует ее в щеку, приобнимая за талию и прижимая поближе к себе. Ребенка решили назвать Калианом. Родители радостно, с любовью, смотрят на малыша. Первенец. Наследник. Будущий коронованный принц и наверняка отличный император. По-настоящему счастливая семья.       Время шло очень быстро. Словно кролик, убегающий от хищника в густом лесу. Мальчик рос не по годам, а по часам, вместе с ним — его любознательность к миру и желание узнать все вокруг себя. Наследному принцу всего семь, а он уже один бегает по всей территории замка! Заглядывает в каждую комнату, в каждый дальний уголок, разговаривает со всеми, кто попадется под руку, закидывая вопросами, вечно путается под ногами, пытается убежать за ворота в город, даже успел подружиться с ребенком одного из дворецких. Это был рыжий мальчишка, менее гиперактивный и довольно спокойный, по сравнению с принцем, но всегда соглашающийся на все странные затеи друга.       Слуги быстро подметели тягу Калиана к знаниям, унаследованную от матери, и общительность, напоминающую отца. Калиан даже внешне похож на сразу двух родителей. Невозможно не заметить его чарующую красоту, даже в столь юном возрасте. Угольно-черные, слегка волнистые, волосы достались от Тиаго, а самая завораживающая деталь его внешности — глаза цвета Атлантического океана. Такие же глубокие и насыщенные, пленящие и неизведанные. Точная копия его матери. Идеальный синий. «Вырастет — отбоя от девушек не будет» — шептались между собой горничные.

***

      Солнце только взошло над горизонтом, даже петухи не успели проснуться в своих птичниках, а Калиан уже бодрячком на ногах. Одетый в свою легкую и растянутую розовую пижаму с золотой вышивкой, он бегал вприпрыжку по саду. Зачем вообще переодеваться, если ему и так удобно? Мама с папой не разрешали мальчику одному уходить вглубь сада, поэтому он решился встать пораньше, чтобы узнать что же там такого запретного прячут родители. Они с другом договорились сделать это вместе. Ребята пробирались через громадные заросшие кусты. Разве слуги не должны за ними следить? Почему они не подстрижены? Проклятая кочка запуталась в ногах одного из мальчиков, и принц упал прямо на землю носом вниз. Маленькая ручка зацепила колючий стебель розы, царапаясь и проливая тонкую струйку крови. — Ай, глупая! Что ты тут вообще забыла?! — завопил Калиан, пиная в отместку цветок. Вторая рука обиженно потирала место ранения, а язык высунулся наружу, чтобы позлить розу.       Рыжий мальчишка быстро подбежал к нему, помогая встать. Он пытался предложить Калиану вернуться обратно во дворец, но тот никак не соглашался и уперто стоял на своем. Ему слишком хотелось зайти на запретную территорию. Это же так интересно! Калиан покрепче хватает своего друга за запястье и тащит к зарослям роз.       За кустом обнаружился заброшенный колодец, весь поросший мхом и высокой травой. Любопытство одолело мальчика, и он подобрался поближе. Заглянув внутрь, ничего не обнаружилось. Самый обычный колодец, разве что осыпающиеся вниз со стенок потрескавшиеся камни. Только на поверхности тухлой воды что-то недобро блеснуло. А может просто показалось, или это солнце выглянуло из-за туч. В общем, ничего интересного. — Что там? — раздался где-то издалека голос второго мальчика с небольшим трепетом, ему явно слегка некомфортно находиться здесь, но и жутко волнительно одновременно. — Да колодец обычный! Походу тут реально просто забытая часть сада. Скукота! Пойдем отсюда, — с грустью и ноткой разочарования ответил принц, возвращаясь к другу.       Вот только с этого дня что-то поменялось. Калиан становился все отстраненнее, нелюдимие, даже агрессивнее. Отказывался разговаривать с кем-либо, мало ел и пил, сутками сидел в своей комнате, общался только со своим другом, а тот детский голубой блеск в глазах, что был с ним с самого рождения, с каждым днем увядал и терял свой свет. Глаза — зеркало души человека. А что вы скажете про человека с красными глазами? Да-да, именно красными. Цвет глаз принца поменялся, а это означало только одно — он одержим екаем. Обнаружилось это только к совершеннолетию парня.       До этого перемены характера списывали на его эдакую детскую капризность, позже на переходный возраст, пубертат и тяжелый характер, а проблемы с глазами на редкую, но не опасную болезнь. Никто в замке не знал, что люди могут быть одержимыми, поэтому не обращали особого внимания на происходящее, лишь изредка водили к разным врачам и пичкали какими-то таблетками. А зря.       Демон внутри Калиана пробудился очень резко и без предупреждений. В день его рождения, в день, когда он должен был быть коронован, а именно в ночь. Из спины принца вырвались длинные черные щупальца, похожие на осьминожьи, но идеально гладкие, без жутких присосок. Тонкая кожа сильно пострадала, разорвалась как тонкий лист, свежей кровью и криками боли залилась вся спальня. Контроль над телом пропал, гадкие отростки судорожно ощупывали пространство вокруг, голова не соображала и гудела, а ноги сами вели куда-то. Парень ощущал себя беспомощным мешком с мясом и костями, неспособным даже думать. На всхлипы Калиана прибежали служанки, хотелось прокричать им, чтобы те убирались прочь из его спальни, но было слишком поздно. Хруст. Ужасно неприятный и чем-то напоминающий хруст десятки сломанных веток. Но это кости. Человеческие кости. Кровь принца смешивается с кровью несчастных служанок. Две оторванные головы валятся на деревянные доски с глухим стуком. Тела обмякают и падают, словно тряпичные куклы, рядом. Оторванные конечности катятся в ноги, пачкая красным цветом все вокруг себя. Смех. Это не смех Калиана, он не мог так смеяться, но почему-то улыбка не хотела сходить с лица, как бы он ни старался подавлять ее порывы. Невозможно остановиться. Некоторые щупальца обвиваются вокруг торса, оставляя на и без того мокром от крови туловище склизкие следы, напоминающие дорожки из гадкой слюны голодного хищника, остальные — все также метались по воздуху без цели. Тело само идет к родительской спальне. На полу остаются отпечатки крови, напоминание об произошедшем. Нет, нет, нет, нет. Калиан пытается зажмуриться, убежать подальше — не получается. Ноги не хотят слушаться, даже не пытаются и не собираются. Они просто идут. Принц медленно поворачивает дверную ручку. Он этого не хочет. Подходит к кровати. Он этого не хочет. Одно щупальце обвивается вокруг шеи мирно спящей матери, та спустя несколько мгновений начинает дергаться, отчаянно пытаясь ухватить воздух ртом, пока ее лицо постепенно краснеет, а позже синеет. Хочется плакать от безысходности и отчаяния, но с уст срывается лишь вопль, нежели похожий на крик безумного одичавшего животного, чем на плачь человека. Он больше не человек. Из глаз ни одной слезы. Предательски сухо. Просыпается отец. Первое, что он видит: собственный сын, обмазанный в спекшийся крови с головы до пят, жуткая улыбка исказила его лицо, скрытое в полумраке, глаза полыхают злобным алым цветом, а за спиной — огромное множество отростков, ищущих за что бы ухватиться. Император повернул голову на бок и нашел бездыханное тело своей жены. Ее лицо посинело и отвратительно опухло. Склеры налились кровью. Рот широко раскрыт. На шее - синяки и растяжки. Резко воздух стал тяжелым, ядовитым, давящим на грудь. Не нужно быть детективом, чтобы понять кто виновник сего торжества. Моральные принципы отлетели в миг словно их и не было вовсе. Тиаго схватился за первый попавшийся ему под руку предмет — табурет, стоявший возле кровати, и начал безжалостно бить принца. Бил он с невероятной яростью и силой. Бил не переставая. Мужчина сам не знал, что способен на подобное. Адреналин кипел в крови, как вода над костром. Он и был костром. Пальцы сжимали табурет до побледнения костяшек. Он не успокоился пока Калиан не упал без сознания на пол, рассеченый лоб сочился темно-красной жидкостью. Лишь тогда Тиаго осознал, что натворил. Нанесенный ущерб уже не исправить.       В эту безлунную ночь королевство потеряло сразу двух монархов. Состоялись похороны императрицы Эвилин Роялхолли и наследного принца Калиана Роялхолли, а также еще двух погибших служанок. Все списали на несчастный случай, неудавшийся вражеской набег с целью уничтожить императорскую семью и захватить трон. Сколько же слез было пролито на светлых могилах этих четверых невинных людей, еще полностью не вкусивших всю сладость жизни. В честь такой трагедии объявили официальную выходную неделю во всем королевстве. Неделю скорби.       На самом деле, принц не умер, его объявили таковым для безопасности граждан. Калиана заперли в специально построенном для него доме глубоко в лесу, из которого он не мог выбраться из-за магической печати. Теперь парень один. Лишь демон в голове сопровождает его, наполняя тишину глуши звуками.