От регистрации до господства над миром

Как по-настоящему богатый представитель второго поколения, Дун Дун, естественно, имеет больше одной машины. Сегодня он приехал не на Porsche 911, а на Mercedes-Benz G500. У этой машины слава автомобиля для развратников. Он имеет квадратную форму. Он оснащен 5,5-литровым двигателем V8, мощностью 382 лошадиные силы. Он оснащен коробкой передач с внедорожным передаточным отношением, воздушным амортизатором и ненагружаемым подшипником. Каркас кузова, прочная рама шасси и даже бампер изготовлены из чистой стали. Сидя в нём, люди могут почувствовать превосходство. Конечно, если сравнивать его с Koenigsegg, который находится не так далеко впереди, то он определенно не в том же классе. В это время в G500 ехал Дун Дун, а рядом с ним сидела Цзян Синь. Никто из них не разговаривал. Атмосфера была довольно унылой. Во время учебы они часто общались, но сейчас они, конечно, другие. Дун Дун не знал, почему она решила сесть в его машину, но он предположил, что это как-то связано с Чэнь Ляном. Если быть точным, это должно быть связано с изменениями в Чэнь Ляне. Всем известно, что Чэнь Лян окончил колледж только благодаря студенческим кредитам, но, видя, что теперь он ездит на суперкаре ограниченной серии стоимостью в десятки миллионов, многие люди сейчас не находят себе покоя. «Ты теперь с Гун Цзышеном?» Дун Дун не может молчать всё время. В любом случае, он мужчина и должен вести себя как-то по-человечески, Дун Дун всё равно проявил инициативу и заговорил. «Нет». Цзян Синь быстро объяснила: «Не слушай Цзоу Дэ, Гун Цзышэн и я просто друзья». Дун Дун повернул голову и взглянул на неё. Хотя она уже не так невинна, как тогда, нельзя отрицать, что эта женщина действительно красива от природы, с гладкой и нежной кожей и правильным сочетанием черт лица. Она принадлежит к тому типу, который заставляет людей невольно оглядываться, проходя мимо по улице. Но её характер... «Так и оказалось». Дун Дун кивнул и снова замолчал. «Вы и Чэнь Лян... вы часто связываетесь после окончания университета?» Цзян Синь заговорила. Глаза Дун Дуна забегали. Конечно же, она здесь из-за Чень Ляна. «Ну, вроде бы». Он ответил кратко, несколько небрежно. Даже если она не была с Гун Цзышеном, её отношение, когда она бросила Чэнь Ляна, не следует игнорировать. Как близкий друг, Дун Дун очень четко понимает свою позицию. Цзян Синь, казалось, не заметила безразличия собеседника и продолжила спрашивать: «Я давно с ним не связывалась, чем он сейчас занимается?» Действительно запоздалое беспокойство. Когда она в прошлый раз отвозила Гун Цзышэна со встречи выпускников, почему она всё ещё была в неведении? Уголок рта Дун Дуна слегка дернулся, а выражение лица стало непроницаемым. «Разве Цзоу Дэ не сказал тебе? В прошлый раз Цзоу Дэ специально спросил брата Ченя. Теперь он работает в Shunfeng Express». «Дун Дун, если ты не хочешь говорить, забудь об этом, зачем ты лжёшь?» Голос Цзян Синь был тихим, как чистый родник. «Я просто спросил его о его жизни и не имел в виду ничего другого». Дун Дун улыбнулся. «Я не лгал тебе, брат Чень действительно работает в Shunfeng Express». «Тогда какую должность он занимает? Директора? Или президента?» Цзян Синь открыла пару все еще ясных глаз, посмотрела на Дун Дуна и сказала: «Как давно мы закончили обучение? Не говорите мне, что обычный рабочий Shunfeng Express действительно может иметь автомобиль стоимостью в десятки миллионов». Нужно признать, что Цзян Синь спокойнее обычных женщин. Независимо от того, что она думает в своем сердце, по крайней мере, увидев изменения Чэнь Ляна, она вела себя спокойно. Дун Дун на мгновение замолчал. «Я говорю правду. Если вы мне не верите, я ничего не могу с этим сделать». На самом деле, вопрос Цзян Синь не связан с честностью Дун Дуна. Вопрос в том, действительно ли Чэнь Лян работает в Shunfeng Express, и правда ли, что Koenigsegg является его машиной. Спекуляции, подобные тем, что предположил Цзоу Дэ, могут быть заподозрены только не знающими и посторонними людьми. Не то чтобы не было людей, которые арендуют роскошные автомобили, чтобы сохранить лицо, но Дун Дун знает, что Чэнь Лян определенно не такой человек. Они были лучшими друзьями в вузе, и он очень хорошо знает личность Чэнь Ляна. Однако из-за этого он еще больше запутался. Другие не понимают нынешнего положения Чэнь Ляна, но он сам это знает. Не так давно он также ходил в арендованный дом Чэнь Ляна. Даже если он ездит на Koenigsegg, ему всё равно нужно делить квартирку с другими людьми? Дун Дун почувствовал подозрение и был озадачен. «Какое отношение эта женщина имеет к Чэнь Ляну?» Словно видя, что она не может получить удовлетворительный ответ, Цзян Синь сменила тему. Естественно, она имела в виду Гу Хэнбо. «Это, должно быть, его подруга». Рассеянный Дун Дун ответил неопределённо. Цзян Синь замерла и замолчала. Через двадцать минут несколько автомобилей прибыли к месту назначения — караоке под названием Yinlang. Само собой разумеется, что обстановка здесь типично элитная. Это место выбрал Гун Цзышэн. Первоначально он намеревался покрасоваться, но появление Koenigsegg Чэнь Ляна полностью разрушило его общий план. В этих обстоятельствах даже самая дорогая комната не сможет заставить этих людей смотреть на него в восхищении. «Чэнь Лян, ты самый выдающийся выпускник нашего курса, если бы не ты, я бы даже никогда не увидел Koenigsegg». Чжун Тунли заговорил. Эти двое разговаривали и смеялись во время встречи выпускников, но в это время он говорил с Чень Ляном сдержанностью. Хотя они и ровесники, глядя на Чэнь Ляна, ему на ум приходит только одно слово. Подавляющий! То же самое касается и других людей. Чэнь Лян, который раньше не проявлял интереса и оставался всегда в стороне, внезапно оказался в центре внимания, и эти выпускники бросились к нему, чтобы поговорить. Внимание к Чэнь Ляну стало даже выше, чем к жениху. Что касается Гун Цзышэна, который всех пригласил... он и Цзоу Дэ сидели в стороне, словно стали незначительными посторонними. Выпивая пиво, он все еще не мог сдержать жар своей крови. Глядя на Чэнь Ляна, находящегося в центре внимания, выражение лица Гун Цзышена было мрачным, и он чуть не плевал кровью от гнева. «Эй, спой песню!» Гу Хэнбо, сидевшая рядом с Чень Ляном и слушавшая других, вдруг сказала: «Я ещё не слышала, как ты поёшь». Обязательно ли ему нужно петь, если она просто хочет это услышать? Чэнь Лян не колебался. «Я не буду петь». Гу Хэнбо была полна недовольства. «Какая разница, умеешь ли ты петь? Разница лишь в том, что это звучит хорошо или плохо, чего ты стесняешься? Что ты хочешь спеть? Я включу песню». «Я действительно не умею петь». Гу Хэнбо бросила на него пустой взгляд, но, несмотря на это, встала, подошла к станции с песнями и сама выбрала песню. Песня «Смертные»*. *凡人歌 — песня 1996г. в жанре мандопоп, так же известная как песня обычного человека в исполнении Джонатана Ли. В это время Цзян Синь, только что закончившая петь песню, собиралась положить микрофон. «Одолжи микрофон». Гу Хэнбо подошла, грациозно и дружелюбно улыбаясь. Цзян Синь посмотрела на неё и передала микрофон. «Спасибо». Гу Хэнбо взяла микрофон, повернулась и пошла обратно: «Сюда». Другие тоже начали подбадривать. «Чэнь Лян, просто спой одну песню. Скучно приходить в караоке и не петь». Дун Дун также повторил: «Правильно, брат Чень, ты можешь прийти сюда, я так же могу спеть с тобой». Трудно отказаться под всеобщим вниманием. Чэнь Ляну оставалось только взять микрофон. Прозвучала прелюдия к песне «Смертные», критикующей мир. Увидев, что это действительно эта песня, Дун Дун взглянул на Гу Хэнбо, которая что-то напевала, а затем на Цзян Синь, сидящую рядом с ней, выражение его лица стало немного странным. Чень Лян не умеет петь, и он от природы скромен. Но страха сцены он не имеет. Он взял микрофон и начал петь. «Мы с вами все смертные. Мы заняты целый день, и у нас нет свободного времени. Поскольку мы не бессмертны, неизбежно возникают посторонние мысли. Моральная справедливость помещена по обе стороны от выгоды, помещённой посередине». Гу Хэнбо удивилась. Она не ожидала, что этот парень будет петь лучше, чем она думала. Он был полон эмоций, чтобы петь эти превратности жизни, которые не подходили для его возраста. «Сколько людей в гневе превратились в искусство. Сколько лесных птиц превратились в летающих ласточек. Жизнь так коротка, почему мы должны так страдать, кому жаловаться, что любимого человека больше нет...» Пение Чэнь Ляна продолжалось. В меняющемся свете выражение лица Цзян Синь было неясным.