Древние записки Хогвартса. II

После одиннадцати Поттер, как и обещал, начал разгонять студентов по спальням, активно поддерживая Лили и Римуса. Когда последний поток третьекурсников ушёл под присмотром Римуса, Лили раздражённо повернулась к Сириусу. Он сидел на спинке дивана, болтая ногами и поочередно отпуская язвительные комментарии в адрес уходящих. — Если ты сейчас не замолчишь, Блэк, я отправлю тебя в спальню, — бросила она с ноткой угрозы. Сириус изобразил преувеличенный поклон, словно был настоящим принцем: — Мисс Эванс, умоляю, мне понадобится сопровождение! Иначе я никогда не найду путь к своей кровати! Джози тихо хихикнула, но тут же отступила, заметив, как Сириус бросил на неё выжидающий взгляд. — Даже не думай озвучивать эту шутку, — предупредила она, подняв палец. Сириус поднял бровь, бросив на неё заигрывающий взгляд, но затем смирённо отвел глаза. Когда, наконец, гостиная опустела, шестеро друзей остались в уютной тишине. — Ну что, теперь частная вечеринка? — спросил Джеймс, плюхнувшись в кресло и оглядев остальных. — Ты хоть когда-нибудь думаешь о чём-то, кроме квиддича и вечеринок? — фыркнула Лили. — Конечно! — воскликнул он с энтузиазмом. — Например, о тебе! Лили закатила глаза, но Джози заметила лёгкую улыбку, мелькнувшую на её губах. — Я предлагаю тост! — неожиданно заявил Питер, протягивая всем бутылки сливочного пива. — За то, что мы снова в Хогвартсе! Бутылки тихонько чокнулись, и на мгновение установилась приятная тишина. — Ну, как вам первый день в роли старост? — спросила Джози, прислонившись к камину. — Нелёгкая эта работёнка, — признался Римус. — А я теперь знаю вторые имена всех студентов нашего факультета, — засмеялась Лили, игриво подмигнув Джеймсу и Сириусу. — Ну и? — Джози лениво подняла бровь, не отрываясь от углей в камине. — В волшебных семьях старшим сыновьям обычно дают имя отца как второе. Девочек хоть щадят. — А вторым сыновьям? — не унималась Лили. Питер нервно поправил очки: — Другие родовые имена. Хотя сейчас многие отказываются — слишком пафосно. Сириус бросил взгляд на Джози, которая что-то шептала домовому эльфу. Его губы непроизвольно дрогнули. — Арз... Аркт... — Лили закусила губу, пытаясь вспомнить. — Чёрт, а у Джози второе имя ещё причудливее первого! Сириус невольно переместил взгляд туда, где его девушка переговаривалась с эльфом. — А у тебя есть второе имя? — спросил Джеймс у Лили. — Ммм... ну да, — пожала плечами Лили, продолжая искать в воспоминаниях имя подруги. — Артемида! — вдруг выпалила она, когда Джози подошла поцеловать Сириуса в щёку. — Мимо, Лили Джейн. — с ухмылкой бросила Джози, не оборачиваясь, — Попробуй эллинистический период. Так за подколами и шутками закончился первый день в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Но для шестерых друзей вечер не заканчивался, они ещё долго болтали, пока Питера не стал клевать носом и случайно не уронил стакан, а Римус своим властным указанием не отправил всех спать. Один Сириус чувствовал странное умиротворение, перебирая пальцами локоны волос Джози и повторяя про себя с улыбкой: "Артемизия". *** По пути на завтрак Джози заметила, что на неё бросают любопытные взгляды, но она пропустила это мимо, сосредоточившись на одной мысли: застать хоть кого-то из друзей. Однако Джози обнаружила, что большая часть студентов уже разбрелась по занятиям. В этом году для безопасности были заблокированы камины и точки с Летучим порохом, из-за чего дорога до классов стала занимать больше времени. Но столь быстрая адаптация к неудобствам удивляла. За столом Гриффиндора сидело несколько учеников. Джози сразу приметила угрюмого Сириуса и задумчивого Джеймса, которые не принимали участия в общем обсуждении. Когда она подошла ближе, ей весело помахал семикурсник Фрэнк Долгопупс. Однако Джози решила сначала разобраться с друзьями. — Доброе утро! Вы какие-то хмурые, — начала она, опускаясь на скамью. — Долго ещё болтали в комнате вчера? Джози хотела слегка коснуться руки Сириуса — это был максимальный жест, который они себе позволяли на людях, чтобы не вызывать гнев преподавателей. Но он быстро спрятал руку под стол. Джози удивлённо подняла глаза — это было совпадение... или... Её размышления перевал Фрэнк, который оказался совсем рядом. Он взволнованно протянул газету Джози. — Это правда?! — спросил он, его глаза горели восторгом. Прежде чем Джози успела ответить, Сириус резко перегнулся через стол, вырвав газету из рук Фрэнка. Его взгляд метнулся к заметке на первой полосе Пророка. — Это правда? — повторил Блэк, сжав газету так, что края листа смялись. Его палец упирался в уголок фотографии на первой странице, где виднелась прическа, подозрительно похожая на её собственную. Джози подняла бровь: — Это не я. Это была аврор с оборотным зельем. — А, ну конечно, — с сарказмом ответил Сириус, бросив газету обратно на стол. — Не ты задержала четверых пожирателей смерти. — Да, это не я, — хмуро повторила Джози. Сириус хлопнул по столу газетой и встал из-за стола так резко, что сдвинул лавку. Джози отметила, что хоть он вёл себя импульсивно, но все жесты он повторял один к одному как отец вчера. — "Немного увлеклась кое чем", да? — припомнил он ей вчерашний разговор, — Две недели позволять использовать свою внешность в качестве приманки — это точно не немного! — Успокойся, Сириус, — попыталась она воззвать к его разуму. Признаваться в том, что две недели она сама водила за нос пожирателей, было бы опрометчиво. — Я сейчас не Сириус, я Блэк! — резко перебил он. — И пойду попрошу Дамблдора продлить твоё наказание с недели до месяца, потому что это... это... просто немыслимо! — с этими словами он вышел из зала. — Я оберегал Лили от этой информации всё утро, — задумчиво проговорил Джеймс, поднимаясь следом. — Но, боюсь, после занятий тебя ждёт ещё одна взбучка. Он бросил на неё грустный взгляд и пошёл догонять друга. Джози осталась за столом с Фрэнком. — Всё равно, я считаю, что дать свою внешность для такой операции — это очень смело! — искренне сказал он, похлопав её по плечу. Она взяла газету, посмотрела на фотографию. Снимок, на котором изображены трое авроров, руководивших операцией, занимал центральное место. В середине стоял Гейдж — лучшая реклама профессору ЗОТИ в первый учебный день. С краю была маленькая фотография задержания, на которой и засветилась её прическа. Джози сжала газету – только сейчас она почувствовала, как дрожат её руки. — Зачем было включать это фото? — пробормотала она себе под нос. Тяжело вздохнув, она вновь села за стол. Но, взглянув на тарелки, заметила, что еда уже исчезла — завтрак закончился ровно в десять. — Ну, конечно, — простонала Джози, обессиленно уронив голову на руки. *** Шел пятый день её наказания. Художественная литература утомила, покидать Хогвартс было нельзя, в библиотеку нельзя, помогать другим учится нельзя, в крипту нельзя. И хоть она была готова слезно молить директора о помиловании, но решила выдержать этот день. А потом будут выходные. У Лили будет больше времени поговорить. А ещё они решили собираться каждую пятницу в одиннадцать ночи вшестером и обсуждать прошедшую неделю. Хотя, в виду того, что Сириус с ней не разговаривал последние дни, то возможно это мероприятие отменится. Джози шла в сумрачном коридоре башни ЗОТИ, вспоминая, что в прошлом году избегала Сириуса два месяца, пока думала о том, что ей делать. Что-что, а «нетерпеливым» его больше не назвать. Сейчас Джози была готова отдать что угодно, но только бы вернуть его расположение, но он не хотел с ней говорить. Она тихо напевала под нос, чтобы заглушить нарастающее чувство тревоги. Джози понятия не имела, почему оказалась здесь. Она решила свернуть в небольшой потайной коридор. Одинокий, едва слышный скрип раздался впереди. Джози остановилась. Взгляд скользнул по темноте, пока она не заметила что-то странное — серую, бесформенную фигуру, трепещущую у стены. — Кто здесь? — голос её дрогнул, хотя она пыталась говорить твёрдо. Существо повернулось. Медленно и неестественно оно вытягивалось, словно искало свою форму. Джози сдержала крик, когда серая масса начала превращаться в… неё саму. Или в её копию… высокомерную девушку с тонкими чертами и горящими алыми глазами. На ней было изумрудное с серебром вечернее платье, а голос прозвучал ледяным шёпотом, режущим тишину: — Я — Джозефина Мейропа Мракс! — Нет, это неправда! Моя фамилия какая угодно — Дамблдор, Уитмор, но не эта фамилия! — Джози попятилась, споткнулась о неровный камень пола, и упала, ободрав руки. Злая Джози засмеялась. Вокруг её рук обвивались красные змеи, созданные из красной магии боли, которой заигралась когда-то Исидора Маргонак. Глаза лже-Джози заполыхали ярче, а голос, будто капающий ядом, продолжил: — Ты уничтожила всех ради него. Ради Тёмного лорда. «Кровь. Честь. Верность.» Мир дрожит перед тобой, Джозефина. Джози всхлипнула, закрывая уши руками. Она попыталась убежать, но больная нога не позволила ей вписаться в поворот. Она запнулась и оказалась зажата боггартом в углу. Лже-Джози медленно приближалась, наклоняясь к её лицу, посылая картинки жутких разрушений, что были совершены её руками и как все преклонялись перед «Миледи». Боггарт упивался её страхом. — Хватит! — прошептала она, слёзы текли по щекам. Она помнила движение палочкой и заклинание, она помнила, что нужно сделать, но ей было так страшно, что её пальцы словно свело судорогой. Тень лже-Джози склонилась ближе, шёпот разорвал тишину: — Давай, воспользуйся палочкой. Все узнают твой секрет и тогда Тёмный лорд вернет тебя в свою семью. Джози дрожащими руками пыталась нащупать часы, который нужно было активировать, чтобы послать сигнал о помощи, но руки дрожали. Боггарт протянул к ней руки и видения разрушений стали разрушать её сознание, а сердце билось, словно сейчас разорвется. — Альбус Дамблдор, — прошептала она, чтобы отец услышал её зов. Боггарт отшатнулся на секунду, и вновь направился на неё обрушив на неё все страхи. Она закричала. Крик эхом разнёсся по башне и прорезал тишину всего замка.