Древние записки Хогвартса. II

Джози зашла в класс последней, краем глаза замечая очередную девчонку, которая с интересом следила за её каждым движением. Это начинало раздражать. Место рядом с Лили было занято Джеймсом, а свободное место было возле Сириуса. Она нахмурилась. Ей это не понравилось, но спорить не стала — молча подошла и села рядом, одарив его лишь слегка приподнятой бровью. Сириус лежал на парте, но бросил на неё быстрый взгляд. Судя по всему, отвратительное настроение у них было на двоих. — Класс, здравствуйте, — сухо произнёс Финеас Гейдж, проходя к преподавательскому столу. Его взгляд скользнул по ученикам, останавливаясь на Джеймсе. — Мистер Поттер, вернитесь на своё место рядом с мистером Блэком. — Профессор Макгонагал запретила нам сидеть вместе, — уведомил учителя Джеймс, поправляя очки. — Наконец-то, — кто-то цокнул языком в классе. — Сядьте тогда с кем-то другим, чтобы позволить более прилежным ученикам сидеть на первой парте, — предложил Финеас. — У меня зрение плохое, — невозмутимо добавил Джеймс, вызывая лёгкий смех среди студентов. Джози закатила глаза. «Какое глупое ребячество», — подумала она и бросила взгляд на соседа по парте. Сириус, заметив её реакцию, чуть пожал плечами, он знал, что ей эта затея не понравится. — Хорошо, — не скрывая недовольства, отозвался Гейдж. — Сегодня разберём заклинание Патронуса. Это продвинутые чары, и не всем удаётся их освоить. Что вы знаете об этом, мистер Блэк? Джози отметила, что Сириус начал вставать с места ещё до того, как услышал своё имя. Значит её догадка на счет мстительности Финеаса была верной. — Патронус — это защитное заклинание, которое создаёт проекцию позитивной энергии для отпугивания дементоров, — произнёс Сириус как по учебнику. — Сегодня выучили на тему вперёд? Жаль расстраивать, но зубрёжка не помогает в реальной опасности, — мрачно отозвался Гейдж. — Знаете ли вы, как вызвать Патронуса? — Да, — коротко ответил Сириус с лёгким вызовом. — Ну что же, попробуйте. Джеймс и Римус переглянулись, скрывая усмешки. Они знали, что Сириус научил Джеймса этим чарам ещё в прошлом году. — Экспекто Патронум! — громко произнёс Сириус. Из его палочки выпорхнул серебристый феникс, вызвав восхищённый шёпот среди одноклассников. — Неплохо, мистер Блэк, — сказал Гейдж, но его голос звучал насмешливо. — Кто вас обучил этому? Ваша мать? Джози наконец подняла голову и взглянула на преподавателя, предупреждая его взглядом, что он переходит границы. — Нет, это была миссис Поттер, — спокойно соврал Сириус. Джеймс чуть дёрнулся, но не выдал друга. Лили, сидя на первой парте, ткнула его карандашом в бок, возмущённая тем, что её в доме Поттеров такому не учили. — Значит, мистер Поттер тоже готов? — с нажимом спросил Гейдж. — Расскажите, что означает телесная форма Патронуса. — Я… не знаю, — неуверенно признался Джеймс. Гейдж не упустил шанса отыграться хотя бы на нём: — Какая жалость. Минус… — Профессор... — перебила Джози, не дожидаясь разрешения ответить. — Да? — Мистер Поттер дал правильный ответ, — начала она, даже не вставая. — Точной причины появления телесной формы Патронуса не существует. Это чары, которые невозможно изучить. Все выводы основаны только на наблюдениях. По сути это миф, нет никаких доподлинных данных. — Вы правы. Но основываясь на мифах, почему патронусы мистера Блэка и директора Дамблдора совпадают? Джози покраснела, класс стал удивленно стал перешептываться. — Потому что мы любим одного человека, — отчётливо произнёс Сириус. Тишина в классе будто сгустилась. Джози перевела взгляд на него — медленно, с тем выражением, которое говорило: "Ты это всерьёз сейчас?" — Что ж, — процедил Финеас, с трудом сохраняя вежливость. — Не самый научный ответ. — Зато правдивый, — отозвался Сириус, не отводя взгляда. — Прекрасно. Раз вы так хорошо подготовлены — никто не выйдет из кабинета, пока не вызовет хотя бы щитового Патронуса. Джози снова подняла руку: — Все присутствующие или все официально учащиеся? — уточнила она. — Все кроме вас, мисс Дамблдор, — сказал он ей. — Повторите заклинание? Возможно, не все рассмотрели движение палочкой, — улыбнулась Джози с невинной вежливостью. Их взгляды пересеклись. Она поняла. Он — тоже. Он знал, что она догадалась. Красивый, харизматичный преподаватель, герой месяца по версии Ежедневного пророка, участник последней операции по поимке Пожирателей — и всё, на что он был способен, это щитовой Патронус. А Сириус, его ученик — вызывал телесного. Молчание прервала сова. Она влетела с чистым пергаментом на лапке. Это означало одно: послание от Ордена. — Поттер, Блэк, расскажите классу о чарам. Остальные — развлекайте себя обучением соседей, — коротко бросил Гейдж и вышел в кабинет. Он вышел в свой кабинет, все обреченно вздохнули — это был последний урок сегодня. Это значило, что эта пытка могла продлиться вечно. — Итак, всем взять палочку и повторять за мной, — внезапно скомандовал Сириус. Он ходил между рядами, помогая одноклассникам с движениями и произношением. Он блистал словно прима, помогая всем, переодически бросая взгляд на Джози будто спрашивая «Ты не сошла с ума от восхищения мной?». Джози играла в эту игру, наблюдая за его движениями и улыбаясь, чтобы поддерживать его действия, однако её всё же беспокоило послание, которое читал Гейдж в кабинете. Джеймс помогал Лили. Девушка раздражённо взмахивала палочкой, но её серебристый дымок пока никак не складывался в форму. На фоне Сириус и Римус, у которого удивительно быстро получилось это заклинание, ходили между рядами и важно давали советы: "Произнеси увереннее", "Чуть заведи палочкой внутрь", "Попробуй другое воспоминание". В общей суматохе и серебряных переливах чар Джози не сразу поняла, что чей-то патронус опустился ей на плечо, и не осознала смысл слов, которые он ей сказал. К Финеасу прилетела вторая сова, и Гейдж немедленно захлопнул дверь. В полоске над полом полыхнул зеленый свет от использования летучего пороха. Она повернула голову. На плече растворялся ёжик. Патронус мадам Помфри. Джози вспомнила договорённость со школьной целительницей — если требуется немедленное вмешательство мадам Помфри в дела ордена, то Джози должна будет дежурить в школьном больничном крыле. Сердце ухнуло — всё было гораздо хуже, чем она предполагала.