Подопечная

В марте парк преображается в удивительное пространство, наполненное жизнью и радостью. Красные флаги гордо развеваются на ветру, создавая атмосферу праздника. На стенах домов пестрят большие плакаты с изображениями советских ученых, вдохновляющих жителей своим примером и достижениями. Множество людей прогуливаются по аллеям, напевая и улыбаясь. Здесь царит дух веселья: пары танцуют под открытым небом, уносясь в ритме музыки, которая обволакивает практически все улицы. Звучат мелодии, которые создают атмосферу единства и веселья. На улицах трудятся роботы-лаборанты Вовчики, аккуратно подметая дорожки и заботясь о чистоте парка. В то же время роботы Рафики предлагают прохожим мороженое, вызывая радостные улыбки у детей и взрослых. Изредка над головами пролетает робот Сипуха, привнося в мир современных технологий ещё больше волшебства. В этом марте парк становится местом встреч, радости и вдохновения, где сосредоточены традиции и инновации, создавая уникальную атмосферу для всех его гостей. — Шах и мат! — радостно воскликнул старик, широко улыбаясь своему другу, на что тот лишь закатил глаза, придерживая рукой трость. — А я говорил тебе, что партия будет моей, а ты не верил. — Ой, да иди ты, Петрович. Каждый раз меня обыгрываешь в шахматы и радуешься, как ребенок. — усмехнулся он, снимая свои широкие окуляры, мужчина протер платком толстые линзы. — Но соглашусь, партия была очень интересной. Кристина прошла вдоль аллеи, позади шел Вовчик, неся в руках небольшую коробку. Остановившись около скамеек, она присела на нее, прикрывая глаза от легкого дуновения теплого ветра, чувствуя, как волосы едва колышутся. Робот смиренно встал рядом с лаборанткой, осматриваясь вокруг. — Погода сегодня располагающая, что скажешь Вовчик? — Кристина перевела свой взгляд в его сторону и слегка улыбнулась уголками губ. Металлическое тело издало скрежет, поворачиваясь лицом к ней. — Вы хотите узнать больше о погоде на сегодня, товарищ? У меня в системе есть доступ к данным гидрометцентра, могу рассказать о прогнозе на неделю. — Нет, спасибо. И так понятно, что сейчас тепло, на небе ни облачка, а значит дождя не будет. Ладно, пойдем дальше. — Кристина встала с места, поправляя подол своего платья и пошла вперед. Сегодня очень важный день и стоило подготовиться заранее. Дорога занимала от силы минут двадцать до комплекса «Павлов». Роботы работали в штатном режиме, пчелы летали по небу, жужжа своими пропеллерами одна из них опустились вниз к вышедшему из строя «АМУ-68» (робот-разнорабочий, сконструирован для животноводства). Выпуская из маленького отсека «жало», пчела принялась проводить анализ поломки. Массивные ворота были закрыты, а стоявшие по разным сторонам КПП охранники, наблюдали за периметром. Рядом с ними прокатывались молниеносно «Вертушка» (робот моноцикл с универсальными разведывательными функциями), отправляя ежеминутно информацию в главный центр предприятия. На высоких столбах висели камеры «Ромашки», их стало гораздо больше, чем было раньше. Комплекс представлял из себя два служебных входа, один из которых проходил в самой больнице, другой находился на задней части территории, с погрузочным лифтом (перемещения крупногабаритных вещей и научных приборов). Осмотрев все беглым взглядом, Кристина задумалась, пока вытаскивала свой пропуск из сумочки. Она редко выходила на улицу, так как часто ночевала на работе, за что получала словесный выговор от своего руководителя. «Вы понимаете, что трудоголик в этом комплексе должен быть один? И тем более лаборатория, это не ночлежка, Кристина Викторовна»— вспоминала девушка слова Захарова. Мысленно закатив глаза, лаборантка улыбнулась уголками губ и взглянула на Вовчика. — Как думаешь, почему так усилили охрану? Раньше такого не было, по крайней мере я не замечала. — начала Кристина, не торопясь в сторону КПП, хотела побыть на свежем воздухе еще немного, прежде чем вновь опуститься в это подземелье. — Такими данными я не обладаю, товарищ. Но мой анализ показал, что с вероятностью одного процента кто-то сможет сюда пробраться. Камеры «Ромашки» сразу передадут всю информацию в главный центр и после роботы незамедлительно придут и надают по жопе всем тем, кто нарушил… — проговорил холодным металлическим голосом робот. — Чего? Тебя кто такому выражению научил? — с любопытством спросила Кристина, усмехаясь, но после кашлянув, серьезно посмотрела на лаборанта. — Вовчик, не употребляй больше такие слова, понял? Ты же знаешь, что они означают, верно. — «Жопа» — это грубая форма… — начал выдавать информацию робот, но девушка его остановила. — Стоп. Просто удали это слово из своего словаря, хорошо? — строго ответила Терехова, подавая свой пропуск охраннику КПП, её пропустили вперед, но перед этим осмотрели коробку у лаборанта. Новый протокол безопасности как ни как. Металлические ворота со скрежетом открылись, пропуская их внутрь комплекса. Пройдя еще один пост охраны уже внутри комплекса, Кристина вызвала лифт одним нажатием кнопки. Пока они стояли около дверей, она обратила внимание не стену, где голограмма Захарова проговаривала свой текст раз за разом, рассказывая о том, как наука продвинулась вперед. Вспоминая этого «лысого чудака», девушка невольно улыбнулась уголками губ, прикусив нижнюю. Её щеки слегка покраснели, а сердце немного забилось быстрее. «Да уж, Кристина, ты точно героиня какого-нибудь книжного романа»— подумала про себя лаборантка, зайдя в лифт, который открыл свои двери для них. Вовчик встал рядом, держа в руках коробки, изредка посматривая на Терехову, проводя анализ. Промычав что-то, металлический голос прервал молчание. — Товарищ, мой анализ показывает, что у Вас немного повышена температура тела, пульс 100 ударов. Вам нужно пройти обследование. — Что? Нет, не переживай. Все нормально, просто…кхм…волнуюсь о предстоящем исследовании. — протараторила быстро Кристина, скрещивая руки на груди. «Даже робот понимает то, что ты влюбилась в своего руководителя…» — проскользнуло в голове девушки. Лифт издал короткий дзинь, выпуская находящихся внутри на нужный этаж. Дойдя до своего кабинета, Терехова открыла двери и вошла внутрь, снимая с вешалки белый халат, методичным движением накидывая тот на себя. Робот осторожно поставил коробку на стол и получив распоряжение от девушки, покинул помещение, отправился работать. Натянув на кисть тонкую резинку, она осторожно собрала волосы в пучок, на макушке головы. Взяв в руки коробку, Кристина пошла в сторону лаборатории, закрывая за собой кабинет. Воодушевленные эмоции били у нее через край, и она молилась про себя, чтобы этот эксперимент удался, и никто не помешал ей. Все исследования подходящих образцов давали девушке тонкий намек на то, что можно проводить эксперименты на людях, но вот только где их взять? Не подойдешь же ты к любому незнакомцу и не увезешь его на черном воронке, как делали это НКВД. Приложив ключ карту к сканеру, металлическая дверь открылась, запуская лаборантку внутрь. Вот она любимая ею лаборатория и вроде бы за её отсутствие здесь ничего не поменялось: техника работала исправно, Захаров сидел на своем месте, что-то увлеченно набирая на клавиатуре. Поставив тяжелую коробку на свой стол с характерным звуком, который привлек мужчину, и он с удивленным взглядом посмотрел в сторону шума. — Все же поинтересуюсь у Вас спросить, Кристина Викторовна, к чему вся эта… — он указал пальцем в сторону коробки. — Нелепица. Вроде бы я не просил пополнять запасы пробирок. — Это? Я не хотела Вам говорить, но раз Вы мой руководитель, то обязаны знать, чтобы мне потом не попало от Вас. — с улыбкой ответила Терехова, облокачиваясь локтем на коробку. — Я решила провести эксперимент по моей кандидатской, чтобы понять в правильном направлении иду. Харитон хмыкнул и поджал губы, кивнул, соглашаясь с девушкой. В принципе он не видел в этом ничего зазорного. — Хорошо, что Вы захотели провести эксперимент. Ну так и где подопытный или он уже находится в операционной? — мужчина устало потер пальцами глазницы, стараясь как-то снять напряжение после ряби монитора. На его словах, Кристина замолчала и легко постучала ноготками по картону, прикусывая нижнюю губу, обдумывая как преподнести новость в хорошем ключе. — Подопытный готов, да. И…он стоит перед Вами. — неуверенно прошептала она. Захаров ненадолго замер, прокручивая слова в своей голове и после посмотрел на лаборантку серьезным выражением лица. — Просто, не брать же мне живых людей с улицы, а на животных или погибших экспериментировать это не даст нужного результата, как…как на живых. — Я правильно понял, что Вы хотите провести исследование на самой себе? В своем уме вообще? Мой ответ нет. Категорическое нет. А так как Вы не понимаете всей опасности, могу объяснить, чем это чревато будет. Во-первых, опыты проходили на животных, соответственно у них другая работа системы органов и крови. Во-вторых, если Вам удалось приблизить показатели воспалению и разрушению тканей животного, то это не означает, что пройдет все гладко с человеческой тканью. Терехова слегка приоткрыла губы и ее взгляд стал серьезен, брови нахмурились, а руки она скрестила на груди защищаясь от «нападок» руководителя. Ну а что ей делать? Брать других людей для эксперимента? Это не гуманно. Да и тем более девушка уверена в себе. — Харитон Родионович, я знаю, что делаю. Поверьте, мне и моему опыту… — начала возражать Кристина, но профессор резко оборвал попытки объяснения. — Я верю только в то, что вижу. Эксперимент на себе — это верх глупости. И да, если Вы меня ослушаетесь, то вылетите с должности лаборантки по щелчку пальцев, Вам это ясно, товарищ Терехова? И Вы отправитесь домой, не имея возможности работать на предприятии даже уборщицей. Захаров облокотился локтем о край стола, наблюдая за поведением своей лаборантки «Господи, ну не будь ты такой дурой. Я же говорю правильные вещи, почему она такая упрямая? Прямо как я, аж бесит.»— подумал про себя мужчина, поправив очки. Следя за тем, как Кристина берет свою коробку и уходит прочь из лаборатории, Харитон тяжело вздыхает, откинувшись на спинку стула. Его взгляд был направлен в потолок, и он погрузился в свои мысли. Заботится о ней, как о лаборантке? Несомненно, да. Кристина очень умная девчонка, старается учиться у него и впитывает словно губка важную информацию. Конечно действует не разумно, принимая из ряда вон выходящие решения. Захлопнув за собой двери кабинета, лаборантка впилась пальцами в ребра коробки, облокотившись о твердое дерево. Она пыталась восстановить своё дыхание, но это не получалось. Почему именно сейчас, когда они были так близки к успеху и новому научному прорыву, Харитон дал заднюю. Как ученый он же должен понимать, что это самое важное. Ведь так? Нижние веки наполнились слезами, скатываясь тонкой линией по щекам девушки, оставляя за собой след горечи и негодования. Свободной рукой Кристина вытерла мокрое место под глазами и выпрямившись, вышла из кабинета. Она знала на что идет и какие последствия после этого будут, но не может остановиться, когда была проделана такая долгая и трудная работа. Терехова была на столько погружена в свои мысли об эксперименте, что даже и не заметила, как оказалась около двери свободной лаборатории, открыла помещение ключ картой. Оставив коробку на столе, лаборантка принялась подготавливать все к началу эксперимента, не забывая проверить по несколько раз записи сверяясь с показателями компьютера. «Я просто хочу продвинуться дальше. Так, для начала нужно взять правильно подобранные соответствующие полимеры, которые обладают биосовместимостью…»— проговаривала про себя девушка, расставляя собранную пробирку из герметичного шкафа, поставив тот на стол. Следом пошел шприц на 5 кубов, жгут и сыворотку. Кристина стянула с себя лабораторный халат, откидывая его в сторону пустого стула, после присела на край кресла. Трудности составил для нее жгут, так как одной рукой его не затянуть. Закатив рукав платья, она завязала резину на бицепсе, после дотянувшись до ватки, промоченной в спирте несколько раз провела ею вдоль выступившей вены. Девушка подняла шприц с уже набранным веществом и мельком глянула на второй, который лежал на подносе. Экспериментальный антидот на случай, если все пойдет по одному интересному месту. Сделав глубокий вдох и выдох, она ввела иглу под кожу, попадая в вену, медленным нажатием выпрыснула из шприца вещество, после отложив использованный инструмент в сторону, приложила ватку к месту укола. — Так, сейчас нужно записать показатели и подключить датчики для анализа к себе. — Кристина встала с места и подошла к компьютеру, включая программу, она ловким движением руки провела датчики под платье, присоединяя присоски к грудной клетке и одну к правому виску. Монитор толком ничего не показывал и решаясь посмотреть на источник проблемы, лаборантка сделала один шаг и в глазах слегка помутнело. Першение поступило к горлу, заставляя девушку кашлять до тошнотворного рефлюкса. Еле как Кристина дошла до стола, чтобы взять шприц с антидотом, но по одному щелку настигла темнота и она рухнула на пол, сметая за собой поднос, который с характерным звоном упал около тела девушки. Лаборатория Захарова (за несколько минут до происшествия) Мужчина сидел за столом, разбирая бумаги в папке, искал нужную ему информацию. Хлопнув ладонями по краю стола, он тяжело вздохнул, осматривая на несколько раз свое рабочее место. «Да где эта чертова папка! Я же не давно её видел.»— думал про себя Харитон, поглаживая пальцами колкую щетину. Обратив внимание на стол Кристины, он встал с кресла, направляясь к её рабочему месту. Да уж, она любит порядок и чистоту. Все разложено по стопочкам и так аккуратно, что не прикопнёшься. Открыв ящик, профессор вытащил папку и пролистал несколько исписанных листов. Черт и здесь её нет. Поставив руки в боки, носок ботинка медленно отстукивал ритм, помогая думать мужчине, где найти эту папку. Покинув лабораторию, Захаров огляделся по сторонам, подмечая робота Рафика и окликнув того, подозвал к себе. — Рафик, ты не видел Кристину Викторовну? — бесстрастно спросил Харитон, подойдя в сторону кабинета девушки. Благо все находилось в шаговой доступности и не пришлось витать по всему отделу. Открыв дверь, он заглянул внутрь, но её там не было. — Товарищ, в последнее время я видел то, как она зашла в кабинет и потом ушла. — протянул робот, скрежа своими руками, тот клацнул металлическими пальцами. — Но, товарищ следую заметить, что лаборатория номер 2 начала свою работу, Вы как руководитель должны знать. — Вторая лаборатория работает? Ладно, спасибо. — Захаров уже хотел вернуться обратно к себе, но услышал, как что-то упало и звук был на столько звонким, что заставило мужчину вздрогнуть. Ринувшись на шум, профессор приложил ключ карту к сенсору и двери открылись перед ним. Пройдя внутрь лаборатории, его взгляду пало тело Тереховой, которое без сознания лежало на кафельном полу. Подбежав к ней, Харитон встал на колени и повернул Кристину лицом к себе, обхватив ладонями щеки, он пальцами нащупал пульс на шее. — Твою мать! Какого хрена ты натворила, скажи мне?! — внутри него все кипело: от злости, до отчаяния и страха. Найдя шприц, который валялся неподалеку, профессор еле как дотянулся до него и внимательно прочитал этикетку. «Экспериментальный антидот». — Какая же ты дурочка, боже мой. Пальцем несколько раз щелкнул по цилиндру, сбивая воздух и после нажал на поршень, выпуская небольшую струйку. О чем она только думала, когда ослушалась его и ведь наглости хватило. Захаров впервые почувствовал дикий страх и отчаяние, которое окутывало с головы до ног, такое он испытывал только тогда… Когда был в больнице после того, как жена и дочь умерли от тифа. Но в тот момент мужчина ничего не мог сделать, сейчас же время на его стороне, и он успеет её спасти. Должен. Пока Харитон вводил антидот, он внимательно смотрел на бледнеющее лицо Кристины, сжимая свои зубы до скрипа, что аж стало больно в скулах. «Нет-нет, ты не умрешь у меня на руках, поняла меня? Я не допущу этого как тогда… Не позволю.» — мысли крутились у него в голове. Прошлое пыталось опять напомнить о себе, но мужчина яро отбрасывал это. Не сейчас. — Черт, почему не действует! — приложив пальцы к пульсу, мужчина тяжело выдохнул. В лабораторию зашел робот Рафик, по протоколу, он обязан помочь в любой ситуации и его сенсоры почувствовали опасность. Захаров краем глаза посмотрел на помощника и после продолжил. — Блять, пульс становится еле ощутимым. Рафик, живо свяжись с Сеченовым, пускай он как можно быстрее едет сюда! ЖИВО! Подняв на руки Терехову, мужчина быстрым шагом вышел из лаборатории, собирая за собой некоторый персонал, что сможет подготовить операционный стол. Занося девушку в комнату для подготовки к операции, он приказал медсестрам подготовить её как можно скорее. Харитон даже не заметил, как оказался уже в операционной, надевая на себя защитный халат, маску и перчатки. Когда Кристину подвезли на каталке к столу и переложили её тело на прохладный металл, профессор тяжело и протяжно выдохнул, прикрывая глаза, ожидая пока подключат основные датчики. Операция пошла. Захаров никогда не был таким напряженным и сосредоточенным. Орудуя скальпелем и шприцами, показывал свои отточенные и методичные движения, лишь бы Дима успел, без него будет гораздо сложнее, но он оттянет время, сделает все что угодно. Обязан. Капельки пота появились на лбу профессора, мужчина старался себя успокоить и у него немного это получилось. «Соберись, Захаров. Это всего лишь простая операция и это твоя работа. Я должен помочь ей. Сделать то, что не сделал тогда» — он даже не понимал о ком думает больше. Видя в её лице Тамару, Харитон хмурился еще сильнее, стискивая зубы. «Должен… Должен её спасти.» Буквально через пол часа в операционную зашел Сеченов, уже готовый к предстоящей операции и заметив кто лежит на столе обомлел, но тут же откинув от себя лишние эмоции, встал за стол, чтобы помочь другу. — Что у нас здесь, Харитон? — серьезно проговорил академик, принимаясь за дело. — И ты можешь объяснить, что произошло? — А ты не видишь? — ответил грубо профессор, даже не подняв взгляда на Диму. — Кристина вколола себе экспериментальный образец и вот результат. Он даже не прошел исследования на людях, а она…даже не удосужилась. — Захаров посмотрел на показатели, которые запищали и матюкнувшись, он взял один из шприцов, введя вещество в капельницу. — Твою мать. — Харитон, где был ты и почему позволил это ей сделать? — не отрываясь от дела спросил Дима. — Дима, давай не здесь. Хорошо? Нам надо стабилизировать её и удалить этот образец из тела, пока он не начал разлагать ткани. Дальнейшая операция проходила в полной тишине, только лишь были слышны приказы от мужчин и мелкие переговоры. Им удалось стабилизировать Кристину и по показателям все было в норме. Постепенно закругляясь, они закончили, позволяя медсестрам отвезти девушку в палату и проводить дальнейшее наблюдение. С плеч Захарова как будто камень упал, покинув операционную, он прижался спиной к стене, облокачивая голову на прохладный бетон. Ему удалось спасти её, черт возьми. Дима подошел к другу, снимая с себя окровавленный халат, маску и перчатки, за его примером последовал и Харитон, выкидывая все в ведро. Он устало провел своими ладонями по голове, обдумывая все то что произошло. — Ну теперь ты мне можешь ответить? Почему это произошло и как ты позволил этому случиться? Ведь это не простой случай с неисправностью роботов или же другой техники, это серьезное дело. — с серьезным тоном начал наседать на него Дима. — Ты думаешь, что я ей разрешил? Я строго на строго ей запретил это делать, но она решила все сделать так как сама посчитала нужным, наплевав на мои запреты. — огрызнулся Захаров, смотря на друга. — Очнется, ей богу уволю её. — Ну, с увольнением ты изрядно переборщил. Нужно строго наказать её, выговор тут не поможет. — задумался Дима, ведя профессора к комнате отдыха, чтобы тот немного перевел свой дух и выпил кофе. Подойдя к горячему чайнику, мужчина разлил кипяток по кружкам и добавил несколько ложек кофе, помешивая. — Тебе нужно передохнуть и потом только пойти с ней разговаривать. Так что даю тебе право слова, наказать её сможешь только ты. В палате, где лежала девушка медленно пищали приборы, которые следили за жизнедеятельностью организма. Грудь ей поднималась то опускалась медленно и равномерно, вбирая в себя как можно больше воздуха. Город «Н», **** год Парень зашел в комнату, где сидела Кристина, пытаясь как-то сообразить над своим докладом. Времени оставалось мало, поэтому она решила все эти выходные усердно заниматься. Денис подошел в два шага к её столу и облокотился слегка на его угол, скрещивая руки на груди. — Ну что, как успехи в докладе? — поинтересовался парень, искоса поглядывая на Терехову. — Могу сказать, что к вечеру закончу. Ты знаешь, как ******* относится к моим работам, он словно специально занижает мои оценки. — устало прошептала она, зарываясь пальцами в волосы. Он улыбнулся слегка уголками губ, отталкиваясь от края стола, встал за спиной девушки. Ладони увесисто улеглись на хрупкие плечи, пальцы сжали ощутимо мышцы Кристины. — Слушай, ну для чего тебе это все? Ты и правда думаешь, что тебя после института возьмут на «Предприятие 3826»? У них таких как ты целая толпа. — начал Денис, приближая свои губы к уху девушки, зарываясь носом в её волосы. — Мой отец сможет тебя определить в педиатрию, и ты будешь здесь рядом со мной. — Денис, мы уже это обсуждали много раз. — она ловко выкрутилась из его объятий и встала со стула, оказываясь перед ним лицом к лицу. — Я хочу быть ученой и работать вместе с великими светилами науки СССР. Это такой шанс открыть что-то новое. Парень лишь оскалился, приоткрывая уголок губы, сквозь зубы был слышен едва громкий рык. Пальцы крепко ухватились за щеки Кристины сжимая челюсть так, что та чуть приоткрылась вниз. Ему было все равно на мольбы о том, чтобы он отпустил её и то что она испытывает боль. — Если ты не передумаешь, то я скажу своему отцу, и он тебя вышвырнет из института. Ты никогда не сможешь сделать то, что хочешь, пока я мать твою тебе этого не разрешу. Поняла меня? — прошипел он, впиваясь своим злым взглядом в лицо Кристины. — Не слышу. — Да, поняла… — тихо ответила девушка, ухватываясь за его руку как за спасательный круг. — Отпусти пожалуйста, мне больно. — О, тебе больно? — с усмешкой ответил Денис, сделав еще один шаг ближе к ней, он загнал ее в угол. — А ты обо мне подумала, что своим поведением вынуждаешь меня так с тобой поступать? Ведь это все из-за твоих глупых мечтаний, хочешь меня бросить и уехать из «Н»? Развлекаться и раздвигать ноги перед другими? Кристина заставила посмотреть себя в глаза парня, тяжело вдыхая ртом воздух, ей казалось, что он постепенно его забирает у него. Когда парень опустил руку на колено девушки, проскальзывая вверху, она уперлась своими ладонями в грудь Дениса. — Нет, я не оставлю тебя. Пожалуйста, не говори так. Лоб лаборантки покрылся легкой испариной, брови хмурились, голова чуть шевелилась в разные стороны, чтобы отогнать это паршивое воспоминание. Хриплым шепотом она проговаривала эти слова словно мантру, стараясь защитить себя. — Пожалуйста не делай так… Не делай, не оставлю. — шептала она. Почувствовав теплую ладонь на своей кисти, Кристина еле как открыла глаза, вздрагивая. — Вася? — Тише, все хорошо. Тебе дурной сон приснился. — ответила девушка, присаживаясь на табуретку, рядом с кроватью Тереховой, её взгляд был полон серьезности смешанной с волнением. По виду Васи, подруга поняла, что та хочет что-то ей сказать и она начала. — Кристина, объясни мне пожалуйста, как можно быть такой дурой и экспериментировать на себе то, что не прошло проверку? Ты ведь назло Захарову решила это сделать, верно? Кристина молча продолжала лежать на кровати, смотря на Василису, она внимательно слушала её пламенную речь. Конечно, девушка понимала, что довольно глупо поступила, но это не назло Харитону. Возможно она хотела доказать ему, но вот только к чему все привело. «Она первая кто так сильно заботиться обо мне… Вася, не волнуйся.» — подумала про себя лаборантка, немного улыбаясь уголками губ. — Ты вообще меня слушаешь? Ну чего ты улыбаешься? Если честно, устроить бы тебе порку и в угол поставить, как маленькую. — с тяжелым выдохом произнесла Василиса, заправляя пальцами непослушные волосы. — Захаров там чуть с ума не сошел, ведь ты у него на руках фактический умирала. — Прости меня пожалуйста. Я поступила глупо… Но и бездействовать не могла, ты же знаешь. — устало прошептала Кристина, отведя взгляд в сторону. — Просто…всю свою жизнь, я доказываю всем, что чего-то стою и могу сделать. Это было и с… — она не смогла произнести слова дальше, ком в горле не позволил. Прикрыв глаза, девушка сжала слегка руку подруги, ментально извиняясь перед ней еще раз. Светлова видела, что дальше Кристине не хотелось продолжать свой рассказ, ладонью она погладила кисть подруги, тем самым успокаивая её. — Не знаю, Кристин. Я тоже человек, который «за» рисковые идеи. Но риск должен быть оправдан! А чего добилась ты? — Василиса серьёзно посмотрела на Терехову. Кристина была ещё бледна, рука была холодной, а лицо девушки было покрыто лёгкой испариной, от беспокойного сна. «С ней бесполезно сейчас разговаривать»,— подумала Светлова. Она глубоко вздохнула и продолжила: — Благодари удачу, что во время того, как тебе приспичило положить свою жизнь на алтарь науки, мы с Сеченовым были неподалёку, и мне удалось быстро его привезти. Они вдвоём с Захаровым тебя чуть ли не из могилы доставали. Поэтому, когда тебе в следующий раз придёт в голову настолько безумная идея, ты предупреждай, — усмехнулась Василиса, смотря на подругу. — Ладно, рада, что ты очнулась, пойду скажу остальным. Терехова посмотрела в сторону подруги, которая уже подходила к двери и тихо выдохнув, остановила её слабым голосом. — Вася… Спасибо. И обязательно я буду предупреждать о своих безумных идеях. Может, попьем чаю в «Челомее», я еще не все там увидела. Надеюсь, что Дмитрий Сергеевич не сильно…разозлен. Мне говорили, что в гневе он страшен, это без преувеличений. — слегка усмехнулась девушка, опуская свою голову на мягкую подушку, так как держать её было тяжело, сразу накатывала тошнота. — Конечно он зол на то, что ты с собой натворила и поэтому…но не волнуйся. Лучше о Захарове подумай, твой руководитель в большей ярости, чем Сеченов. С этими словами Светлова улыбнулась уголками губ и кивнула, скрываясь за дверьми палаты, оставляя лаборантку в одиночестве. Взгляд Кристины устремился в белую стену, спать совершенно не хотелось, да и не было желания после всего того что она вспоминала. «Я доказала тебе, Денис что могу. И я свободна от тебя, сукин сын.»— промелькнуло в её голове. За все это время в палату заходили только роботы медики, чтобы поменять капельницы, сканировать и проводить анализ самочувствия девушки. Медленно размяв свои конечности, лежа на койке, она посмотрела на «Мед-6» и подозвала того к себе, осторожно махнув кистью. — Так, давай чуть разомнемся, хорошо? Твоя задача…хоть у тебя нет рук, а игла… Помочь мне встать. — начала Кристина, потихоньку поднимаясь в сидячее положение, спустила ноги на прохладный кафель. Улыбнувшись от маленькой победы, девушка кивнула роботу. — Видишь? Не так все и плохо. — Товарищ Терехова, я Вам советую лечь обратно. Хоть и данные по Вашему самочувствию показывают норму, все же Вы перенесли двухчасовую операцию. — Не нуди. — отрезала Кристина, похлопав слегка ладонью «Мед-6» по металлической макушке, подбадривая тем самым. — Все будет хорошо. Двери палаты открылись и в нее зашел Захаров. Вид у него был довольно уставшим и вымотанным, как будто он не спал целую неделю. Он посмотрел на девушку строгим взглядом и после переведя внимание на робота, отправил его работать дальше по планировке. — А я вижу, что Вы никак не успокоитесь Кристина Викторовна, может мне стоило удалить шило в Вашей пятой точке, чтобы не было глупых затей в голове? — мужчина серьезно проговорил, усевшись на табуретку, он вытащил блокнот из своего кармана и щелкнул колпачком ручки, включая её. — Я пришел осмотреть Вас. Конечно, роботы хорошо справляются с работой, но раз Вы умудрились исполнить такой наитупейшую выходку, то и возможно меня стоит приставить к Вам как няньку. — Харитон Родионович… — начала Кристина, но профессор её осек, от чего она вздрогнула. — Я не закончил еще, так что извольте не перебивать своего научного руководителя. Какого хрена и каким местом ты думала, когда ослушалась моего приказа не экспериментировать на себе? Если хочется помереть побыстрее, то лучше бы стала подопытным кроликом в «Павлове», а не шла в науку для исследований. — продолжил свою тираду Харитон. Он даже не заметил, как перешел на «ты». — Что ты хотела мне этим доказать? Тем что умнее меня или какая была мать его причина для такой тупости? Терехова сидела на койке, опустив глаза в пол, пальцы сжимали тонкую наволочку от чего та из-за такого напряжения могла порваться в любой момент. Она не могла ничего придумать лучше, как слегка покачнуться и показать вид, что её стало плохо, лишь бы не слушать его ругань. Захаров внимательно посмотрел на лаборантку и ухватился ладонями за хрупкие плечи, помогая ей улечься на койку. Нащупывая в нагрудном кармане халата фонарик, одним щелчком он включил его, преподнёс руку к лицу Кристины. Осторожно приоткрывая глаза девушки, мужчина рассматривал её реакцию зрачков на свет. — Тошнит и испытываешь головокружения? Тебе нужен покой на день два, чтобы организм восстановился от такой…встряски. — уже более спокойно проговорил профессор, выдыхая. — Приподними пожалуйста края халата, я осмотрю швы. — девушка выполнила то, что хотел от нее мужчина и щеки слегка покраснели от такого предложения, но все же он ученый, а не простой прохожий. Продезинфицировав руки спиртом, Захаров натянул на кисти рук белые перчатки, после дотронулся до правого бока Кристины. Она могла почувствовать тепло исходящее из его пальцев и эти медленные аккуратные поглаживания, вводили лаборантку в некий транс. — Неужели экспериментальный образец успел проникнуть настолько глубоко? — шепотом спросила Терехова, смотря на профессора. — Да. И мы едва успели его удалить и обеззаразить органы от действия образца. Могу сказать, что дай месяц и шрам пропадет. Но я сюда пришел не только по поводу осмотра, Кристина Викторовна. — мужчина выпрямился и уже более строгим взглядом посмотрел на девушку. — Приняв решение по этой ситуации, мне ничего не остается сделать, как уволить тебя с должности и отправить домой. Это заявление заставило Кристину замереть, а по телу расползлись мурашки, пока вся кровь хлынула к ногам. Она не могла поверить его словам, ухватившись за руку Харитона, девушка посмотрела ему в глаза. — Вы шутите, Харитон Родионович? Скажите, что да. Тем более Дмитрий Сергеевич… — Дмитрий Сергеевич дал мне возможность решить Вашу судьбу, Кристина Викторовна. И я принял это решение, так что после полнейшего выздоровления, Вы покинете комплекс и «Предприятие 3826». Скажите спасибо, что возвращаетесь домой, а не находитесь на том свете. Приказ будет подписан завтра, а пока отдыхайте и пожалуйста, не делайте глупостей. С этими словами Харитон встал с табуретки и пошел в сторону выхода из палаты, оставляя Кристину совершенно одну с этой ужасной новостью. Дыхание сперлось, воздух словно выкачали из легкий, она не могла сделать вдох, цепляясь пальцами за ткань матраца, как за спасательный круг. «Нет, нет…это не может быть правдой. После всего того, что было, чего достигла…»— нервно думала про себя Терехова. Несколькими часами ранее Захаров ходил в комнате от стены до стены, меря шагами расстояние, заведя руки за спину, сжимал их в замке. После операции прошел час, лаборантка отдыхала в палате, а он не мог себе места найти до сих пор. С психом стукнув ногой около стены к которой подошел, мужчина посмотрел на Сеченова, тот сидел на диване и спокойно пил кофе, изредка поглядывая на профессора. Он понимал, что Харитон сейчас в крайней степени злости и вот-вот вспыхнет, как вулкан, извергая ядовитые пары магмы на него. Дима осторожно поставил чашку, замечая, что друг вновь начал ходить туда-сюда, маяча перед его лицом. — Харитон, прекрати маячить, у меня уже голова кругом идет. Да и так дырку в полу сделаешь. — попытался как-то пошутить академик, но словил недовольный взгляд Захарова. — Ну что ты психуешь? Сам понимаешь, что сделано уже не вернешь назад. — О, я прекрасно это понимаю, Дима. У меня просто в голове не укладывается, чем она думала и какой жопой! — вспыхнул Харитон, сжимая ладони в кулаки. — Я говорил ей о последствиях и что будет, но она как назло сделала по-другому! Сеченов нахмурился от выражения своего друга и уже было хотел возразить, урезонить его, но передумал. Конечно он имел право злиться, ругаться и выражать недовольства. — Харитон, не говори так о девушке, что за выражения. Но с одной стороны я согласен с тобой. Поведение Кристины было крайне глупым и не разумным. — вздохнув, мужчина облокотился о спинку дивана, замечая, как в комнату зашла Светлова. Его губы тронула легкая улыбка, но все же вспоминая начало разговора, он принял серьезное выражение лица. — Как бы это цинично не звучало сейчас, но опыт показал, что образец, который Вы с Тереховой создали не подходит пока что испытаний на людях. — Солидарен, но не об этом речь, Дима. — Харитон коротко бросил взгляд на Василису и после перевел внимание на друга. Его мало волновала девушка, которая следовала за академиком по пятам, но здесь он должен был отдать ей должное. Если бы она не поторопилась, все бы закончилось печально для Кристины. — Василиса Андреевна, спасибо Вам за то, что быстро привезли Дмитрия Сергеевича в «Павлов». Львиная доля пользы досталась Вам в этом случае. Светлова лишь махнула рукой, кивнув профессору молчаливо в ответ. По ней было видно, что она сильно переживала и помогала чем только могла. Захаров остановился около стены и прикрыв глаза издал протяжный выдох, скрещивая руки на груди. В его голове созрел небольшой план, чтобы проучить эту наглую девчонку, ведь нужно дать ей понять, что слово руководителя имеет вес. — Я её уволю. Вот как очнется, вылетит отсюда. — прошипел Харитон. От его слов встрепенулся академик и Вася, с удивлением смотря на профессора. — Что? Надо же её как-то проучить. Я не хочу её увольнять, но она должна понять, что нельзя со мной так поступать… Я имею ввиду как с руководителем. — Ты хочешь запугать её увольнением, Тоша? — спросил у него Сеченов, облокачиваясь локтем о ручку дивана. — Скажешь ей, что увольняешь, а на самом деле просто дашь повод для волнений и раздумий над своим поведением. — подытожил мужчина, покачивая головой. Решение очень жестокое, но все же лучше, чем увольнять в реальности такого хорошего специалиста. Дима обратил внимание на слова друга «Нельзя так со мной поступать», слегка улыбнулся уголками губ, но подавать виду не стал. Светлова заметила переменчивое настроение академика и тут же перевела взгляд на профессора. «Значит волнуется за нее. Холодный айсберг дает трещину от тепла и чувств? Интересно» — подумала про себя девушка, усевшись на стул, взяла какую-то колбу в руки, вращая ту в своих руках. — Вот именно, Дима. Надеюсь она усвоит урок. — заключил Захаров, кивнув. — Василиса Андреевна, об этом разговоре, Кристина Викторовна ничего не должна знать, иначе урока не выйдет для нее. — Играете Вы на чувствах девушки, профессор Захаров. — ответила она, но и спорить не стала. — Хорошо, Кристина не узнает об этом, хотя будет в бешенстве, если поймет, что я была в курсе…плана. — чуть задумавшись, девушка вспомнила, о чем хотела сообщить. — Кстати, Кристина очнулась, можете пойти проведать её. Сеченов посмотрел на друга и поднявшись с места, перегородил ему дорогу, положив ладонь на крепкое плечо. — Харитон, только пожалуйста, сохраняй здравый холодный рассудок. И да, потом нужно обдумать, как мы все замнем в отчетах по этому случаю и вышлю тебе экземпляр для подписи.