Crazy racing

Как только дверь за юношей закрывается, Акааши наконец-то расслабляется. Ощущая, что весь день до этого был как на иголках, переживая за Бокуто и за исход гонки. Честно, он каждый раз переживает, поскольку Котаро занимается довольно экстремальным видом спорта, где может произойти что угодно. Дабы до конца успокоиться и скоротать время ожидания, юноша подбирает с полу как всегда разбросанные Бокуто вещи. Стоит Котаро вновь появится в комнате, как на долю секунд в комнате повисает неловкая тишина. Однако, Акааши знает, что ему хочется сказать и он собирается это сделать. - Бокуто, ты довольно рискованно начал сегодняшнюю гонку, - начал Акааши, наконец-то подходя к юноше, который так вкусно пах, после принятого душа, и который ни на секунду не колеблясь прижал его к себе. – но ты большой молодец, ты отлично справился. Мне понравилось, как ты уделал Хоушими-сана, это было эпично. Давай договоримся, что в следующий раз ты вновь утрешь ему нос? Потому что именно так и поступают те, кто молодцы. - Ну, Акаааши, - улыбаясь простонал он, отстраняя от себя юношу, чтобы наконец-то ощутить вкус его губ на своих губах

***

Время давно перешло за полночь. Акааши находился в какой-то непонятной дремоте. Он хотел уснуть, но почему-то не мог. Сон никак не становился глубоким. Да и как тут спать, когда находящийся с ним в одной кровати человек без конца вертится? Бокуто не спал и, судя по его копошению и тихому бормотанию себе под нос, у него не было сна ни в одном глазу. Акааши давно знал, что сова - ночная птица. Он это понял еще в начале их дружбы, когда они часто оставались друг у друга с ночевкой. Так уж вышло, что Акааши помогал Бокуто готовиться к школьным экзаменам, поскольку Кейджи изучал программу наперёд. Несмотря на активные тренировки и утомительные вечера, проведенные за учебой, Котаро просто не мог сомкнуть глаз ночью. Именно в это время из него всегда била энергия ключом. Словно в заводную игрушку был вставлен ключ, который прокрутили по максимуму. - Бокуто, почему ты не спишь? – Акааши повернулся в его сторону, опуская на массивную спину свою ладонь. - Не знаю, мне не спится, - он легонько вздрогнул от прикосновения прохладной руки к своей разгоряченной коже, после чего развернулся лицом к юноше. Пара ярко-желтых совиных глаз была четко видна в темноте. И нет, дело не было в падающем свете фонарей с улицы. Просто Бокуто сам по себе яркий и светлый, что его одного может хватить для освещения глубокой ночью. Это Кейджи давно уяснил для себя, как и то, что Котаро - его личная лампочка, которая скрашивает иногда серые будни, наполняя их эмоциональностью. Из раздумий его выдернула рука юноши, что коснулась его ладони, переплетая пальцы и аккуратно сжимая их. Золотистые глаза поймали взгляд сине-бирюзовых глаз напротив, и тихий шепот нарушил тишину: - Знаешь, Акааши, я рад, что ты сегодня приехал, - он притянул чужую ладонь к своему лицу, оставляя поцелуи на костяшках пальцев. - Я скучал по тебе. Мы редко видимся из-за графиков работы. И после таких долгожданных встреч я постоянно не могу уснуть. Правда, сегодня роль сыграли соревнования, но все равно. Я не могу уснуть, потому что хочется каждую совместную минуту чем-то занять, говорить или что-то делать. Неважно что. Даже просто в тишине сидеть друг с другом. Кейджи не ожидал, что на него свалится такой монолог. Просто, он считал, что Бокуто достаточно утомился сегодня и уснет. Вот только все было наоборот. Но Акааши не был против этого. На самом деле, он был рад даже таким идеям юноши. Именно по этой причине во втором часу ночи они уютно расположились на кровати. Предварительно скинув на неё все найденные подушки (несколько штук было утащено из общей гостиной), Акааши уселся между ног юноши, спиной прижимаясь к его груди. Они смотрели какой-то сериал через его компьютер, укутавшись в одеяло и теплые объятия. Вот только сериал был больше для заполнения фона звуками. Кейджи не слушал и не знал, о чем речь с самого начала. Все его внимание было сосредоточено на голосе юноши, который без конца что-то рассказывал. - Акааши, давай куда-то съездим? После этих соревнований у нас будет небольшой отпуск. А ты сможешь взять? Или хотя бы работать на удаленке? Нет, не надо на ней, ты снова будешь ворчать, что ничего не успеваешь, и я шумлю. Ай, не надо щипаться! Я же шучу. Так вот, как насчет того, чтобы съездить на южный берег? - постепенно во время рассказа голос юноши начал повышаться, становясь все громче и громче. - Тише, Бо, не кричи ты так, - кое-как, но юноша всё же развернулся в этом сплошном хаосе из рук и одеяла. Он сел напротив Бокуто, протянув руку к его лицу и аккуратно прикладывая палец к его губам. — Ты чего кричишь? Я тебя слышу. Ты же не хочешь разбудить всех подряд? Всё-таки в соседних комнатах тоже спят. Не думаю, что Сакуса-сан будет рад такому ночному пробуждению. На лице Котаро расплылась улыбка от слов юноши. Он улыбнулся во все зубы, после чего с его губ сорвался легкий смех. - Пожалуй, ты прав, Акааши. Я не хотел кричать, как-то само получилось. - Я знаю, и никто тебя ни в чем не винит. Так, что ты там хотел предложить? - Ах, да, - он продолжил дальше шепотом, который был громким и вновь норовил перейти в громкий разговор. - так вот, я говорил о том, что нам надо съездить куда-то. Вернемся в Токио, соберем вещи и рванем на море. Всё-таки сейчас как раз сезон. Выкрадем немного солнечных дней друг для друга. Как тебе такая идея, Кейджи? Он редко, звал его по имени, но, почему-то за столь долгое время вместе, юноша так и не привык к этому. По-прежнему его имя, произносимое любимым человеком, заставляло сердце трепетать. Нет, Акааши нравилось, как тот звал его по фамилии, особенно как он протягивал буквы в середине имени. Но от звука имени, произнесенного шепотом или в особо личные моменты, казалось, сердце готово остановиться, сжаться, или воздух в легких закончится. - Думаю, можно. Да, определено можно. У меня есть пара отпускных дней. Давай съездим на море и отдохнем. Бокуто, кажется, готов плясать от счастья. Он тянет свои руки, затягивая в совиные объятия, которые больше похожи на медвежьи. Прижимает к себе до хруста костей, оставляет поцелуи где только может, щекочет кожу своим дыханием и заставляет смеяться. Однако у Акааши есть вопрос, что волнует его с конца заезда. - Котаро, на самом деле, я всё хочу у тебя спросить, у тебя всё было хорошо во время заезда? Ты выглядел слишком поникшим в начале, что случилось? – аккуратно отстраняясь, чтобы устроиться поудобнее в объятиях, спросил он. - На самом деле, я был очень расстроен тем, что тебе не разрешили быть тут со мной, представляешь?! Мне было обидно, что Оми-кун и Тсум-Тсум в одном номере, а к Шоё постоянно бегает Кагеяма! Это же не честно! Вот я и расстроился. Мне было грустно, и я не хотел вообще выходить на заезд! - Бокуто, не кричи! - шикнул на него шепотом юноша. Он понимал, что ничего не может сделать с его столь привычной громкостью, но что поделать, если на дворе глубокая ночь. - На самом деле, это было безответственно. Ты же понимаешь это? Ты мог подвести команду, но в первую очередь самого себя. Ты же потом корил себя за то, что проиграл гонку. - Но, я ничего не мог с собой поделать. Но да, ты прав, это было и правда безответственно, - Котаро поник, упираясь лбом в плечо юноши. - Просто мне необходима твоя поддержка. Мне так лучше, что ли? - Я всё понимаю, но я не могу быть вечно рядом. Тебе пора привыкнуть, что ты часто будешь вот так без меня на соревнованиях. Со стороны Бокуто не было ответа, лишь слышался тяжкий выдох и какое-то неразборчивое бормотание. Акааши начал думать, что перегнул палку и слишком сильно отчитал юношу, с которым всё-таки надо помягче. Однако, оказалось все не так. Пока Кейджи думал, как сгладить ситуацию, со стороны юноши послышалось тихое сопение. Котаро просто уснул на его плече. Такое было не впервые, когда после резкого притока активности он засыпал. Как-то раз, он уснул за столом на кухне в их квартире. Никогда не знаешь, каким будет его следующий шаг. Кейджи аккуратно вылез из его объятий, укладывая эту «тушку» на кровати. Сам же юноша, выключив ноутбук, отправился на кухню, чтобы выпить воды. Конечно, он не забыл взять с собой стакан с водой, чтобы тот на утро стоял на прикроватной тумбочке. В комнате во всю стоял храп юноши, который подмял под себя подушку и занял все пространство на кровати. Акааши не смог сдержать улыбку, укладываясь рядом и ощущая, как сильная рука тут же притянула его ближе к себе. С такими теплыми объятиями даже в самую холодную ночь не нужно одеяло. И им это все нравилось: делить на двоих одну кровать, иногда какие-то вещи, совместные приемы пищи. Делить время на двоих и дарить друг другу частички себя в таких уютных и укромных ночах.