Я старше тебя

Это невыносимо. Всё, что он делает с Феликсом, просто невозможно. Он уже не так часто корит себя за это, а когда они вместе — так и вовсе нет. Он всё ещё скрывает от всех это и не рискует рассказать даже лучшему другу. Он всё так же прячет глаза от дочери, когда та заводит разговор о том, что увидела у Феликса засос. Ей интересно, кто это, и она разговаривает с отцом об этом, потому что они друзья. Потому что Йеджи доверяет ему и всё рассказывает. А он... не может. Он старается поддерживать разговор, но всякий раз, когда девочка делает предположения о том, кто это может быть, Хёнджин чувствует, как в груди что-то неприятно сжимается. Феликс с ним. И ни с кем другим он его не видит. От Йеджи удаётся скрывать свои отношения. Но когда Феликс рядом... это трудно. И с каждым днём всё труднее и труднее. Он его хочет. Хочет видеть его, касаться его, целовать. Хёнджин ловит себя на мысли, что теперь даже пробкам рад, ведь это ещё один повод побыть рядом. Вместе с ним он другой. Вместе с ним всё абсолютно другое. Вместе с ним он теряет страх, и абсолютно плевать, где они. Как сейчас. Сейчас, когда он кусает его, гладит это тело, периодически сжимая в руках. Его всегда хочется трогать. Руки, как магнитом, тянутся к этому человеку. Его губы хочется целовать. Хочется посмотреть, как эти губы припухнут и станут ещё алее, чем обычно. А ещё эти стоны. Господи, как же он стонет. Хёнджин не сдерживается с ним. Делает всё, как хочет, потому что знает: парню это нравится. Знает, что Феликс попросит "ещё". Попросит быстрее. Он обхватывает его ногами, прижимая ближе. Его руки на плечах оставляют всегда яркие следы. Хёнджин шипит от боли, но это лишь сильнее заводит. В голове туман, вообще мыслей ноль. Они оба только стонут и отдаются друг другу. Где-то на задворках сознания он понимает, что хлопнула дверь. Хёнджин слышал шаги и кашель. Слышал, как дочь звала его, но... Феликс цепляется за его руки и выгибается в спине, сильно прикусывая губы. - Папа? Он плохо соображал, в его голове только Феликс и полный кайф. Он приподнял его и, сев на кровати, усадил на себя. Глаза Феликса были так же затуманены, и тот явно не соображал, что происходит вокруг. От этой картины не удерживается от новых сильных толчков. Феликс старался не стонать громко, а Йеджи все так же звала его и стучала в дверь. Ликс запрокинул голову, и когда Хёнджин посмотрел на него, медленно сполз обратно, смотря на него мутным взглядом. Мужчина смотрел на него так же. Как же не хочется прерываться. Он делает ещё пару движений, и Феликс всё же не выдерживает и стонет, не громко, но слышно было. Хёнджин смотрит на парня и прикладывает палец к его губам. Нехотя отстраняется, набрасывает халат и всё же приоткрывает дверь, стараясь не давать полный обзор на свою комнату. - Йеджи? Что случилось? - Я... Эммм... С тобой все нормально? - Со мной? Да. - А чего ты такой красный и дышишь тяжело? - А ну... Это... Я... И тут у девушки округлились глаза, рот приоткрылся, и она сделала шаг назад. - А, так ты не один. Да? - Эммм... Блять. - Я, видимо, не вовремя. Я могу погулять ещё. Мне погулять? Хёнджин сглотнул, но понимал, что выкрутиться в его состоянии сейчас не выйдет, поэтому он смущённо улыбается и лишь сильнее краснеет. - Да, - тихо срывается с его губ. Йеджи также смущенно улыбается, кивает и уходит. Хёнджин возвращается к Ликсу и, забравшись на кровать, обнимает его. - Надо заканчивать с этим. Ликс кивает и удобнее устраивается на его бёдрах. Только вот с чем конкретно заканчивать: сейчас с сексом или... Думал Хёнджин о том, что надо прекращать общение с Феликсом? Да. Хочет ли этого делать? Нет. И не будет уже. Просто не сможет. Раньше ему было противно от себя. Он даже думал пойти к батюшке, покаяться в грехах и всё такое, но потом они поговорили. Потом Феликс не смотрел на него, как на насильника. Он смотрел на него, как на человека, который нравится. Поэтому мысли о прекращении всего этого "убежали" от него. Или, скорее, он сам их выпроводил, и даже не помахал на прощанье. Но дома так "встречаться" опасно. На следующий день Хёнджин всё же решает поговорить об этом. - В смысле "закончить"? Ты же не хочешь, чтобы мы расстались? Ты же не бросишь меня? Феликс паникует, аж голос повышает. Хёнджин видит, как тот боится, и сам начинает нервничать. Хотя, хрен пойми почему. Феликс обнимает и с надеждой и страхом смотрит на мужчину. - Нет. Конечно, нет. Я имел ввиду, надо тут прекращать... Эээ... Встречаться, - Хёнджин обнимает в ответ и гладит по спине. Феликс заметно расслабляется, но руки всё равно нервно сжимают его кофту. Хёнджин трётся своим носом о его и оставляет лёгкие поцелуи. Нет, он не бросит его. Но аккуратней надо быть. *** Долгожданное свидание свалилось на Феликса внезапно. Но он не думал, что будет настолько спокоен. Почему-то складывалось ощущение, что они не в первый раз идут куда-то вместе. И вообще, они лет десять в браке, так-то, ага. Хёнджин подобрал идеальное место, где было немного людей, и некоторые столики были ограждены от соседних, создавая уединение. То, что им нужно. При этом обстановка была приятной, хорошая музыка и вкусная еда. Идеально. Хёнджин красивый. Даже простая одежда выглядит на нём, как на модели. Он был в простых джинсах и в рубашке, которые, казалось, он надевает уже машинально, но закатанные рукава и расстёгнутые верхние пуговицы творят с Ликсом хрен пойми что. У него чуть слюни не текут, серьёзно. - Я, надеюсь, тебе понравится здесь, - кивнул Хёнджин на меню, - мы сюда с друзьями часто ходили во время университета. Феликс в удивление приподнял брови и обвел взглядом это место. - Тут? Серьёзно? Хёнджин засмеялся. - Не смотри на обстановку. Здесь дёшево. И еда вкусная. И... Нам постоянно делали скидки. Он рассказывал о универе, говорил, что он обожал это время. Не из-за учебы, конечно. - Я так понимаю, до Йеджи? Хёнджин улыбнулся. - Нет. С Йеджи тоже. Когда Лана сказала, что беременна, я, конечно, испугался, но, когда она сказала, что не хочет ребёнка, испугался ещё больше. - Погоди, что? - поперхнулся Феликс. - Только не говори мне, что она хотела... Феликс не договорил, но по медленному кивку и поджатым губам понял, что не ошибся. - Никогда её не любил. Сука. - Я отговорил её. И даже предложил выйти за меня. Но... Всё равно счастливой семьи из нас не вышло. - Не говори так. Йеджи счастлива с тобой. Она любит тебя. Разве этого мало? Хёнджин тяжело вздохнул. - Каждой девочке нужна мама. - Каждой девочке нужен хоть один любящий родитель, который не заставит собственного ребёнка ждать час, тупо забыв об этом, - Феликс потянулся через стол и погладил мужчину по руке, - ты хороший отец, Хёнджин. И не смей жалеть, что Лана не с вами. Мужчина погладил его руку в ответ и прикусил губу. - Угу, как бы тогда у меня появился ты? - Жалеешь об этом? - Нет. Разговоры ни о чём, долгие взгляды, маленькие, но такие желанные касания рук... Феликс и мечтать о таком не мог. И в какой-то момент в его голове что-то щелкнуло, и он решил разбавить атмосферу. Он долго смотрит на мужчину перед собой, прикусывает губы и пытается подавить грязные мысли в своей голове. Но... Желания оказываются сильнее. Он подсаживается ближе на стуле и смотрит на Хёнджина. Тот усмехается и двигается так же. Понимает, что ли? Феликс не удивится, если да. Парень скосил глаза в сторону зала, но, во-первых, перегородки хорошо спасают, а во-вторых, всем явно не до них. Ну, это и к лучшему. Ликс аккуратно и тихо снимает правый кроссовок, и тянет ногу под столом вперёд. Он старается отогнать краску с лица, но получается ужасно плохо, поэтому ставит руку на стол и, опираясь на локоть, старается менее беспалевно прикрыть лицо руками, но получается только рот. Его носок касается ноги Хёнджина, и тот еле заметно вздрагивает, но этого хватает, чтобы глаза Ликса довольно заблестели. Он увереннее поднимает ногу и уже касается колена. Взгляд мужчины темнеет, не отрывая глаз от Ликса, он тянется за напитком и делает глоток. После прищуривает глаза и склоняет голову набок, ожидая дальнейших действий. И они не заставляют себя ждать. Феликс также медленно переходит на внутреннюю часть бедра, а когда касается ширинки, то чувствует, как сердце ускорило ритм. Хёнджин облокачивается на спинку стула и медленно, будто жалея, что лицо парня пропадает с поля зрения, опускает глаза вниз. Туда, где шалит нога, этого, казалось бы, скромного парня. Он смотрит недолго, а после резко хватает его за лодыжку, заставляя Феликса задохнуться от неожиданности. - Это что такое? - спрашивает Хван, поглаживая большим пальцем кожу парня. Феликс облизывает губы, но отступать поздно. Да и не хочется. Обстановка этого места, атмосфера в этой чёртовой кабинке, мужчина перед ним — это всё дико заводит. - Ничего, - отвечает Ликс и тянет ногу, делая вид, что хочет убрать. Ведётся ли Хёнджин? Не-а. - "Ничего"? Уверен? - Угу, - хитро улыбается Ли. Хёнджин прикусывает губу и снова смотрит на ногу. Он всё так же поглаживает кожу и пробирается руками под джинсы. Он смотрит на парня, который не отводит от него глаз и облизывается, так хочется поцеловать. Но поиздеваться над ним хочется больше. И Ликс видит это. Только вот он даже не догадывается, что тот собирается делать. Хёнджин проводит пальцами по ноге и аккуратно снимает носок, убирая его в сторону. А после тянется к своей ширинке и расстёгивает её, пододвигаясь ближе, чтобы ещё больше спрятаться от посторонних глаз и камер. А они тут есть, он в этом уверен. Скатерть играет огромную роль лучшего помощника и ещё лучше скрывает их игры. Хван чувствует, как сам начинает гореть, но останавливаться не хочет, да и не сможет. Феликс его точно доведёт когда-нибудь. Мужчина тянет его ногу к своему члену и давит ею туда. Реакция приходит незамедлительно. - Ты что творишь? - шипит Ликс, дергаясь и оглядываясь по сторонам. - Что Я творю? Ты первый это начал, детка. А я... всего лишь делаю интереснее твою игру. Хёнджин довольно лыбится и заставляет надавить сильнее на вставший орган. Феликс ерзает на стуле и старается подавить стон. Он чувствует его. Прекрасно чувствует, как горит член мужчины и чувствует, как горит от стыда... и дикого желания. Ликс прикусывает губу и старается не отрывать глаз от Хёнджина. Между ними начинается игра в "гляделки", только вот не совсем обычные. Ликс сам уже давит на член Хёнджина, меняя силу нажатия и к собственному удовольствию чувствует, как хватка на его ноге усиливается, и видит, как тот тяжело сглатывает. Хёнджин едва держится, ибо кончить вот так, прям за столиком, ну совсем не хочется. Он жмурится, то опускает, то поднимает голову и ужасно пошло облизывается. Ликс сам чувствует, как собственный член неприятно трётся о ткань одежды, терпеть становится невыносимо. И вот когда он уже чувствует что-то мокрое на ноге, то в последний раз гладит по органу мужчины и всё же убирает ногу. Но есть одна проблема. Хёнджин наводит порядок со своей одеждой и протягивает носок парню, тот трясущимися руками натягивает его и наклоняется к обуви. Ликс видит желание Хёнджина, чувствует собственное и просто готов взорваться от этого. Мужчина нетерпеливо зовет официанта, быстро расплачивается и резко встаёт. Он берёт Ликса за руку и тянет за собой. Тот уверен, что они пойдут домой, ну или хотя бы в машину, но Хёнджин тянет куда-то в сторону. И всё ещё в кафе. - Хёнджин, ты что делаешь? Мы разве не домой? Хван останавливается по середине тёмного коридора, который ведёт к кладовке. Он резко разворачивается и прижимает его к стене. - Я так хочу тебя, - горячий шёпот в самые губы Ликса и тот полностью уплывает. - И я тебя. И этого хватает, чтобы у старшего снесло крышу окончательно. Он берёт лицо парня в ладони и впивается в его губы. Поцелуй горячий, жаркий и до ужаса голодный. Феликс зарывает пальцы в волосы мужчины и тянет ближе. Руки Хёнджина опускаются и начинают бегать по всему телу, парень закрывает глаза и откидывает голову, открывая полный доступ к шее. Хван сразу переходит на неё и уже пробирается горячими ладонями под рубашку парня. - Ах, Хёнджин... Феликс стонет и старается толкнуться бедрами, пытается получить хоть какое-то трение. А лучше вообще избавиться от джинс. И в целом, от одежды. - Феликс... Я не могу терпеть... - Ну так не сдерживайся. Хёнджин подхватывает парня на руки, сам толкается вперёд. Феликс не сдерживает себя, стонет и жмурится на один глаз. Ему так хорошо от этих касаний, но хочется больше. - Джинни, ты... - Блять, Суну, харе. Иди блевать в туалет. Парни оба отрываются друг от друга и смотрят в сторону. Оттуда слышатся шаги и голоса. И они всё ближе и ближе. Хёнджин нехотя отпускает парня и нервно дёргает его рубашку. - Черт, Нот, тот торт сто процентов был испорчен. - Это не торт испорчен, а кто-то пить не умеет. На хуй ты вчера две бутылки текилы выпил? - Ну кто же знал... - Идиота кусок, иди уже в туалет. Два парня проходят мимо Хёнджина и Ликса, а те, как только дверь захлопывается, переглядываются, а точнее пожирают друг друга глазами, и срываются на выход. Они с трудом дошли до машины, но до мотеля, — спасибо Йеджи, которая осталась дома и, которая невольно поставила им табу на это место, — они не могли нормально доехать. Хван даже не завёл её, они оба набросились друг на друга прямо в салоне. Ликс не любил секс в машине из-за неудобств, но сейчас было ваще пох. Так же похуй, как и на понимание того, что он уже может сравнивать, где секс ему больше нравится. Он нетерпеливо снимает штаны и трусы с мужчины и хочет чуть ли не сразу сесть на него, но Хван тормозит его порыв. Ликс стонет громко, царапается и кусается, он видит фейерверки перед глазами от подготовки, а когда всё же член Хёнджина оказывается внутри, то готов умереть прямо здесь и сейчас. Слишком хорошо. Они оба слишком громко стонут, машина шатается и наверняка привлекает внимание, в салоне становится жарко, но им так начхать на это. - Ещё... Джинни, ещё... И Хёнджин даёт, сильнее сжимая бедра и оставляя сотни поцелуев на теле. Они успокаиваются не скоро, и Феликс уверен, знает — это не всё. Он стонет в лифте от касаний мужчины, а потом не спит почти всю ночь, отдаваясь ему снова и снова. Они засыпают ближе к утру, в обнимку, уставшие, но ужасно счастливые.