In the reflection of fake

***

Хан сидел на краю дивана, стуча пальцем по коленке. Взгляд метался по небольшой кухне, исследуя, по его мнению, слишком мрачные стены комнаты. Они выглядели так, словно были потёрты временем и взглядом своего хозяина. В углу кухни стояла плита, дальше столешница и небольшие деревянные ящички, изготовленные из чёрного дерева. Холодильник был чуть ниже самого Джисона. Он тихо гудел, но в непривычной тишине эти звуки были слышны отчётливо. Хан заметил на дверце холодильника несколько фотографий с магнитами. Одна из них была неровно разорвана. Любопытство взяло вверх, и Джисон с почти неслышным скрипом поднялся с дивана и подошёл ближе, чуть наклоняясь. Он принялся рассматривать старые фотографии, где на одной из них был запечатлён мальчик явно младше четырнадцати лет. В руках он держал призовой кубок, а на шее висело несколько золотых и серебряных медалей. Губы растянуты в широкой улыбке, а в глазах горели радостные огоньки. Сам того не заметив, Хан слегка улыбнулся маленькому Минхо, а в душе стало так тепло, что в теле появились диковинные ощущения, которые для Джисона всегда были так чужды. Решив не зацикливаться на чувствах внутри так сильно, Хан продолжил рассматривать фотографии. Глаза наткнулись на тот самый снимок, что вызвал в нём сильное любопытство и интерес. На нём была изображена молодая женщина, около тридцати лет с мягкой и нежной улыбкой на губах и тёплым, почти сияющим взглядом. Она держала в руках, по всей видимости, Минхо, только он был намного меньше, нежели на предыдущих фотографиях. Её ладонь нежно обхватывала его плечи, словно защищая от всего мира. Джисон изначально узнал Минхо на этих фотографиях. Он был так похож на свою маму: те же большие глаза, тот же разрез, светлая кожа и тёмные волосы. Всё осталось таким же, за исключением цвета волос – Минхо перекрасился в блонд, правда корни уже отросли, и натуральный цвет сильно выделялся. И небольшого пирсинга на левой брови. Джисон взял в руки фотографию, словно пытаясь найти ответ, почему левая сторона снимка небрежно оторвана. Виднелась лишь крупная мужская рука на женском плече. Ответа не нашлось, и Хан вновь посмотрел на фото, пытаясь уже сам представить лицо мужчины. Однако, чем больше он вглядывался, тем холоднее становилось у него внутри. Тело Минхо реагировало так, словно всё понимало, а вот сам Джисон – нет. Фотография, которая могла быть хорошим семейным воспоминанием, стала чем-то мрачным и тягостным.

***

Джисон следил за тем, как морщинистые руки бабушки неспешно разливали чай по небольшим кружкам. На кухне витала неловкость, либо одному Хану так казалось. Он не знал, как вести себя с родственниками Минхо, боясь сказать что-то лишнее или неуместное. Он, по сути, ничего не знал о Хо. Лишь сегодня понял, в каких условиях проживал его одноклассник, и это вызвало ещё одно множество вопросов. – Твоя мама до сих пор в больнице. Но врачи говорят, что её состояние улучшилось, – на губах была приятная улыбка, с которой, глядя в глаза напротив, она подала небольшую кружку с чаем. – Думаю, завтра её уже выпишут. Хан не понимал причины, по которой мать Минхо госпитализировали в больницу, но тело заметно расслабилось. Подходящих слов Хан найти не мог, и даже не знал, какая должна быть реакция у Минхо? Что бы он ответил в этот момент? – Как ты себя чувствуешь? – из потока мыслей вывел нежный голос, в котором действительно ощущались забота и тепло, а Джисон всё никак не мог привыкнуть к этому. – А... Я в порядке, спасибо, – Хан сразу отпил горячий чай, отводя взгляд в сторону и продолжая рассматривать кухню. На подоконнике он увидел коробку с тетрадями и книгами, что были сложены не совсем аккуратно. – Ну, вот и славно. Когда мне позвонили из больницы и сказали, что ты с крыши школы прыгнул, у меня чуть сердце не остановилось, – в голосе читалась искренность и до сих пор оставшаяся тревога, – Боже мой, я так рада, что ты цел… Джисон сглотнул, сжимая руки в кулаки. Эти слова вошли слишком глубоко, заставляя его душу разрываться от непривычных, слишком ярких и острых эмоций. Хан почувствовал как к глазам подступили слёзы, от чего он замер, напрягаясь всем телом. «Да что за…» – пронеслось в голове, подавляя слёзы и обжигающее душу чувство. – Спасибо… – тихо выдал Джисон, не поднимая своего взгляда. Он смотрел на отражение не своего лица в кружке, ощущая, как уже знакомое чувство охватило его на долю секунды. Зависть.

***

Джисон уже второй раз подорвался с дивана этой ночью, с жадностью глотая воздух. Светлые пряди волос прилипли ко лбу от холодного пота, а на кухне стало душнее обычного. Хан сжимал тонкое одеяло в руках, до сих пор чувствуя бешено колотящееся сердце и лёгкую дрожь по всему телу. Джисон откинул одеяло, принимая сидячее положение. Босые ноги соприкоснулись с холодным полом, чуть успокаивая Хана. – Сколько можно... – хрипло произнес Джисон, проводя пятернёй по взлохмаченным волосам и судорожно выдыхая. Хан подошёл к окну, отодвигая в сторону шторы, тем самым впуская слабый свет позднего осеннего утра. За стеклом виднелись те же голые деревья, покрытые инеем и мрачное, словно в пыли, небо. Не раздумывая, он открыл окно, впуская холодный, обжигающий кожу воздух в комнату. Джисон глубоко вдохнул, позволяя ледяному потоку наполнить лёгкие, вытесняя остатки кошмаров. Хан завис взглядом на деревьях, то ли до сих пор пребывая в сонном состоянии, то ли пытаясь позволить организму расслабиться после ужасной ночи. Джисон не помнил те кошмары отчётливо, но отрывки до сих пор кружились в мыслях, будто он пережил эти моменты прямо сейчас, в настоящем времени. Они будто показывали разуму чужие настоящие страхи, о которых Хан даже не догадывался.

***

Поток учеников оживлял ранее пасмурное утро, предавая тихим улицам шуму и живности. Школьники, укутавшись в тёплые шарфы и натянув шапки, спешили по делам, идя по тротуарам небольшими компаниями. Они активно переговаривались с улыбками на лицах и что-то обсуждали, а кто-то сонно шёл вперед, опустив голову. Лужи, замершие за ночь, чуть поблескивали на дороге, а последние высохшие листья хрустели под ногами. Хан шагал чуть в стороне от остальных, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания. Холодный воздух кусал щёки, из-за чего Джисон уткнулся носом в ворот чужой куртки. Та пахла довольно приятно, он это ещё дома заметил. От него исходил аромат горьковатого кофе, едва уловимые древесные ноты и что-то слегка сладкое, как не успевший выветриться запах недорогого, но приятного парфюма. Хан вновь уплыл далеко со своими мыслями, смотря себе под ноги. Он даже не услышал, как другой человек подошёл к нему, поэтому вздрогнул, когда тот положил свою ладонь на его плечо, чуть сжимая. – Вот ты скотина такая, Хо, – с яркой улыбкой произнёс Сынмин, усмехнувшись, – На звонки не отвечаешь, ни слуху ни духу от тебя почти три дня! – Ким нахмурился, показывая своё недовольство и переживание. Ему пришлось перегородить Джисону путь своим телом, дабы тот остановился, – Знаешь как я распереживался, когда узнал, что ты попал в больницу! Дурак, хотя бы сообщение можно было оставить, в какой ты больнице… Сынмин отвёл свой взгляд. Тёплый шарф скрывал половину его лица, но Хан всё равно заметил небольшой румянец то ли от утреннего мороза, то ли от сказанных слов. Джисон стоял как вкопанный, не зная, как себя вести. Он то и делал, что всматривался на юношу, подмечая детали, которые никогда не замечал, будучи в своём теле. Его тёмные волосы, слегка растрепавшиеся на холодном ветру, придавали Сынмину дерзости, на половину описывая его характер. Глубокие глаза с тёмно-карими радужками с искренним переживанием осматривали тело Минхо, ни чуть не скрывая в них своих чувств и эмоций. На потрескавшихся от холода губах красовался пирсинг лабрет, который раньше Джисону и в глаза не попадался. Шарф то и делал, что спадал, чуть приоткрывая смуглую шею. – Времени не было, – Хан стоял прямо, не зная куда и руки свои деть. А в голове царил хаос из множества мыслей и наплывших вариантов ответов, которые можно было бы вставить после заданного вопроса. Только вот о них Джисон подумал поздно… Сынмин опустил взгляд, промычав на ответ друга. – Я замёрз. Пойду внутрь, – не дождавшись Кима, Джисон пошёл дальше, поправляя на плечах свой рюкзак. Коридоры уже были заполнены школьниками, занимающимся своими делами. Неизвестные лица то и делали, что махали ему, здоровались, но Хан лишь выдавливал улыбку, желая поскорее дойти до класса, пока его снова не подловил очередной друг Минхо и не затянул в разговор. Джисон, конечно, привык к вниманию окружающих, с ним здоровались не только ученики, но и учителя, но эти улыбки отличались от тех, к каким он привык. Те были наигранными, льстивыми и натянутыми, а эти вызывали такие странные эмоции, что хотелось убежать и скрыться, но в то же время улыбнуться им в ответ. Но как же сложно это давалось, если знать, что они предназначены не Хану – серьёзному и отстранённому, а Минхо – дружелюбному и искреннему. В чьих глазах видна не пустота и холод, а свет и глубина. От подобных мыслей в груди образовалась тяжесть, словно застрявший комок, сдавливая сердце изнутри. Джисон старался избавиться от удушающих мыслей и чувств внутри себя, прежде чем войти в класс. Ноги не двигались, будто приклеились к полу. Сердце от чего-то сильно забилось, а некогда появившееся диковинное чувство в груди заменилось другим - более ярким для Джисона. Все эти эмоции были для него слишком сложными и резкими. Он не понимал, что делать, дабы заглушить их, спрятать подальше от себя и окружающих, но не получалось. Тело противилось и не поддавалось Хану, от чего он терялся, не зная, что делать. – Джисон? – Хан сразу понял, кто это мог быть. И не по голосу ведь понял. Он поднял свой взгляд с пола на ужасно знакомое лицо. – Ты в класс заходить будешь? Или со звонком зайдешь, дабы было уже точно похоже на меня? – Минхо не усмехнулся, даже не улыбнулся, но в голосе читался стёб. – Нет, я уже вхожу. Просто задумался. Ли посмотрел ещё несколько секунд на свой профиль, поджимая губы. Его явно что-то волновало. Возможно, тело и противилось это показывать, но взгляд Минхо никуда не делся. – Как ночью спал? – Ли чуть отошёл в сторону, давая проход другим школьникам. – Кошмары снились. Минхо лишь промолчал и вошёл в класс, перед этим вкинув тихое «извини», но Джисон почти не расслышал из-за шума и галдежа.

***

Тетради Минхо были пустыми. Лишь несколько дат, начало заданий — и то, если повезет. Джисон закатил глаза, принимаясь за конспекты нового материала. Было непривычно сидеть на последней парте и ловить удивленные взгляды учителей, которые явно не ожидали, что такой лодырь, как Минхо, возьмётся за учёбу. Эти взгляды ещё можно было перетерпеть, но вот вечные вопросы одноклассников, которые поворачивались к нему почти всё время, подбешивали. Хан лишь глубоко дышал, пытаясь унять нарастающий пыл. Второй урок был окончен, но Джисона никак не смутил звонок. Он продолжал что-то выписывать из книги, не отвлекаясь на посторонние голоса. Чужие руки с тяжестью опустились на его плечи, из-за чего рука дёрнулась, и на пол-листа образовалась кривая линия. Джисон с силой сжал ручку, чувствуя, как сгорают его последние частички терпения. – Какая муха тебя укусила, что ты так резко принялся за учёбу? – спросили его с усмешкой. Джисон развернулся к юноше, прожигая того разъярённым взглядом. Он прикусил свой язык, дабы не наговорить лишнего и не развязать конфликт, зная, насколько этот парень вспыльчивый, и зная, сколько раз они с Минхо устраивали разборки прямо в классе. До кулаков никогда не заходило, но нецензурную брань можно было слышать до следующего звонка, либо до прихода учителя. Но несмотря на это, они с Минхо, вроде как, общаются. Но даже так, Хан не знал, как себя с ним вести. – Чего тебе, Сон Хо? – Раздражение не уходило, как бы Джисон не пытался его подавить. Тело из раза в раз противилось, вгоняя Хана в тупик. Он в очередной раз запутался и всё не мог понять, что делать с этими эмоциями. Куда их выливать, и в какой момент будет более уместно это сделать. – Вот это взгляд, – юноша усмехнулся, делая шаг назад, – Убить меня им собираешься, Ли Минхо? Джисон слегка прищурился, хмуря брови. Он не понимал, что им всем от него нужно. – Игнорировать меня вздумал целый день или чё? До тебя не достучаться и не дозваться. Чё за дела? – засунув руки в карманы, Сон Хо толкнулся языком в щеку, прожигая одноклассника яростным взглядом. Атмосфера в классе изменилась. Некогда стоящий гул в миг исчез, оставив за собой лишь напряжённую тишину и еле слышный шёпот одноклассниц, которые собрались вместе в одну кучку, наблюдая за происходящим. Джисон не понимал, почему такое внимание обращено на них двоих. Это лишь обычная перепалка между одноклассниками. Но напряженные лица не давали ему покоя. – Сон Хо, тебе настолько мало внимания, что решил развести драму из ничего? – на удивление, Хан говорил уверенно и громко, наблюдая за тем, как юноша напротив него кипел от ярости. Шёпота стало больше, одноклассники переговаривались между собой, ещё больше выводя Сон Хо из себя. Он тихо прошипел «конченый мудак», что только позабавило Джисона. Тело оказалось сильнее разума. Встав со стула, Хан не сдержал кривой улыбки на лице, которую частенько видал у Минхо, когда тот в очередной раз вступал в спор с кем-то из школы. – Что ты сказал? Я не расслышал, – Джисон подставил к уху руку, – Чего ж так неуверенно, Кан Сон Хо? – Ну всё, допизделся, – Кан хотел было налететь на своего одноклассника с кулаками, но Сынмин не дал этого сделать, быстро подскочив со стула и встав между парнями. – Эй, ты! Обороты свои сбавь. Хорош спектакль тут разыгрывать, – парировал Сынмин, не отступая ни на шаг. Голос звучал спокойно, но уверенно. – А ты куда лезешь? С дороги уйди и дай мне набить ему морду, – сквозь зубы процедил Сон Хо, – Ты разве не видишь?! – парень уже не сдерживался, повышая голос и размахивая своими руками, – Он вечно строит из себя невесть что! А ты, как его подсосник, будешь следующим, кого он кинет! – Сынмин словно не слышал слова парня, продолжая стоять на месте. Он лишь устало вздохнул, наклоняя голову набок, словно давая выговориться маленькому ребёнку, – Отойди, Ким Сынмин, а не то…– договорить не получилось, его нагло перебил тот, от кого это мало ожидалось. – А не то что? – Минхо, явно недавно проснувшийся, встал со стула, медленно подходя к инициатору громкого конфликта. Его тон был едким, который не присущ Хану. В тёмных зеницах разгорался азарт к этой ситуации, показывая всем президента с новой стороны. Джисон задышал чаще. Он смотрел на Минхо, мысленно моля того остановиться и ничего не делать, но Ли даже не взглянул на него, отдавая всё своё внимание Сон Хо. – Что ты собирался сказать сейчас? – Минхо остановился лишь тогда, когда между ними оставалось расстояние лишь в жалкие двадцать сантиметров. Его голос прорезал тишину, словно натянутую струну, готовую лопнуть. Взгляд был тяжёлым, требовал ответа как можно скорее, пока частички терпения не улетучились прочь. – Может то же самое повторишь в учительской? Я могу тебе это устроить, Кан Сон Хо, – Ли чуть опустил свою голову, замолкая, словно давая время на раздумье. – Да пошли вы, – прошипел Сон Хо, выметаясь вон из класса. Все словно выдохнули, давая себе волю на обсуждение. Одноклассники переговаривались между собой, давая свои оценки происходящему. До ушей Хана дошли разговоры. – Надо же, Президент заступился за Ли Минхо! – начала одна. – Нет же! Он вмешался, когда Сон Хо пригрозил Сынмину! Будь внимательнее, – спорила другая. – Как думаешь, если бы началась драка, то кто бы победил? Хан Джисон или Кан Сон Хо? – спросил мужской голос. – Да Сон Хо бы его задавил. Он настоящий шкаф, по сравнению с Ханом. Джисон вообще питается? Кости да кожа… Минхо стоял возле Сынмина, но тот, кажется, немного растерялся от подобного. Джисон подошёл к ним ближе, собираясь поговорить с Хо наедине. – Мин… Джисон, можно тебя? – хмурый вид Хана ни о чем хорошем не говорил, и Ли это прекрасно понимал. Но и у него было, что сказать. – Подожди, Минхо, – Хан почувствовал чужую руку на своем запястье, что не дала поскорее уйти, – А ты… Не хочешь со мной поговорить? – Ким немного замялся, ему явно не просто так давались подобные слова. Джисон заметил, что Ли уже вышел из кабинета, и ему надо бы поторопиться. – Мы поговорим. Но чуть позже, – Хан вновь не дождался ответа Кима и выбежал из кабинета, оставляя того одного. Джисон подошёл к Минхо, который выглядел слишком задумчивым, смотря куда-то вдаль через окно. – Я всё ещё не могу привыкнуть к тому, что вижу себя вместо привычного Ли Минхо, – тихо произнёс Хан, облокачиваясь о подоконник. Он наблюдал за школьниками, которые носились по коридору школы, при этом чувствуя на себе взгляд. Должно быть, Минхо не знал, с чего начать. – То, что произошло недавно… – Джисон не договорил. Его перебили. – Ты зачем продолжил эту сцену? – Минхо явно намеревался его отчитать за подобные действия, ведь по-другому этот взгляд больше никак не назовёшь, – А если бы он налетел на тебя? То ты бы… – Ли замолчал на несколько секунд, словно вовремя затыкая себе рот, но Джисона такой расклад вовсе не устраивал. Он ждал продолжения. – То я бы? – Хан подталкивал Минхо к ответу. – Испортил бы мне репутацию, вот что. Джисон вроде и ожидал такого ответа, а вроде и было неприятно. – Ты не забывай, что всё ещё в моём теле, поэтому постарайся не нахватать проблем. – В таком случае, ты тоже не забывай об этом. Я уж было подумал, что ты начнёшь драку или что-то типа того, — Джисон резко развернулся всем телом к Минхо, который всё это время продолжал смотреть на него. – Собирался ведь, – сказанные слова заставили Хана замолкнуть в ожидании продолжения, – Но тело словно сопротивлялось. Я даже не мог выплеснуть свою злость на этого ублюдка, – Минхо посмотрел на свои руки, – Это тело блокирует все мои чувства и эмоции, делая из меня… – Ли прикусил свою губу, замолкая. Джисон прекрасно понимал, что он хотел сказать, но предпочёл сделать вид, будто не понял. – Я наоборот чувствую слишком много. Словно вот-вот взорвусь, но даже не понимаю самой причины, – Хан вздохнул, опускаясь на корточки. Он закрыл лицо руками, громко выдыхая. – Мыслей в голове ужасно много, будто тысячу голосов переговариваются между собой. Минхо хлопал глазами, пытаясь вспомнить, было ли ему настолько сложно с этим жить. Но его никогда не мучали переполняющие всё его тело эмоции, лишь тревожные мысли, но и они стали ему родными. В голове вдруг вспыхнуло воспоминание о произошедшем в больнице. Они успели поссориться два раза. И если бы задержались там ещё на денёк, то и третьего раза точно было бы не избежать. Из-за накативших флешбэков Джисон снова умолк, продолжая сидеть в той же позе. – Ты чего? – спросил Минхо, замечая, что Хан как-то притих. – Тот день в больнице, – начал Джисон спустя долгой паузы. Его голос звучал чуть тише. Ли тяжело вздохнул, словно собираясь с мыслями, а затем отвёл взгляд в сторону, разглядывая что-то вдалеке. Хан поднял свои глаза на Минхо, пристально изучая выражение лица напротив. – В тот день мы оба были на нервах, и наговорили друг другу много всего, – Хан рассматривал длинные пальцы рук, ощущая на себе взгляд тёмных глубоких глаз, от чего было трудно собраться с мыслями, – Не знаю, ты действительно либо не держишь на меня обиду, либо отлично сдерживаешься, чтоб не наговорить мне пару ласковых, но... – Не держу, – не дослушав, выдал Минхо, пряча руки в карманы школьных брюк, – Но помощь твою я не приму, – сразу предупредил его Ли. – То есть, тебе действительно легче самому разбираться с этой кашей, которая происходит в моей жизни, чем принять помощь, чтобы было легче? В чём проблема помочь друг другу и поскорее понять, что за чертовщина происходит? – Хан с недопониманием наблюдал за Минхо, чётко ощущая, как внутри всё переворачивается, выводя Джисона из себя, – Тебе десять, или что? Ты только и делаешь, что усложняешь ситуацию! Джисон встал на ноги, делая шаг в сторону одноклассника. Дыхание сбилось, шея покраснела от возмущения, внутри будто поднялся шторм. Тон неосознанно стал выше, заставляя несколько проходящих школьников обернуться в их сторону. Джисон старался взять себя в руки, делая глубокий вдох и выдох, но всё тщетно. С этим телом так не работало, это только добавляло дров в разгорающийся огонь. Минхо ничего не делал и не старался перебить Хана, будто давая ему высказаться. Правда, в слова он мало вслушивался, лишь наблюдал за движением рук и тела, которые даже сейчас выглядели скованно и зажато. – Ты сдерживаешь себя, – от вставленных слов Джисон умолк, пытаясь понять, о чём речь. – Чего? – Если уж сраться собрался, то срись нормально, – голос звучал немного грубо, но с оттенком лёгкой шутливости, присущей Ли Минхо. Однако Хан не знал, что сказать. Он до сих пор не осозновал происходящее, но быстро заметил, что от злости не осталось и следа. Негативные эмоции смылись прочь по щелчку пальцев, снимая с него тяжелый груз, поселившийся в районе груди. В голове назрел вопрос: Минхо сейчас дал ему совет? Или как это можно было понять? Зная своего одноклассника и его любовь к подтруниванию над людьми, от него нельзя было ожидать какого-то смысла в короткой шутке. Но этот взгляд, буквально кричащий об обратном, заставил Джисона откинуть эту мысль прочь. Хан открыл рот, дабы что-то сказать, но прозвенел звонок. Он чуть вздрогнул, выбираясь из пучины мыслей и размышлений. Школьники разбегались по своим классам, но Джисон, кажется, никуда не торопился. На его губах была слабая, почти незаметная улыбка. – Ты не идешь? – Хан поднял свой взгляд на Ли, который остановился посередине коридора. – Я… Да-да, иду, – Джисон быстрым шагом пошёл навстречу своему однокласснику, оставив позади ненужный мусор из разъедающих его эмоций. – Что за лыба? – Минхо чуть наклонился вперёд, пытаясь разглядеть чужое выражение лица поближе. Хан поджал губы, даже и не заметив, как на лице расплылась лёгкая улыбка. К щекам прилила кровь, создавая на них незаметный румянец, из-за чего он готов был прямо сейчас зарядить себе мощную пощёчину. Джисон не ответил на заданный ему вопрос. Ответа и не требовалось. Ли знал, что Хан всё поймёт. Его тон, интонацию и шутку, которая дала то, чего он сказать прямо не мог, то, что приведёт их на полшага ближе к истине в их запутанной истории. Минхо готов был принять чужую помощь, даруя свою другому.