Невеста Полоза: Сердце Змеиного Царя.

Дни шли, и Марена всё больше времени проводила в библиотеке дворца. Её измученное тело иногда не слушалось, но она заставляла себя читать, искать. Каждая янтарная табличка, каждый текст был наполнен тайнами. Она пыталась найти что-то о сердце Рая, о том, где оно может быть спрятано. Но чем больше она читала, тем больше понимала, что его сердце — не просто предмет или орган. Это была его сущность, его жизнь, его утерянная душа. Однажды вечером, когда они сидели в тронном зале, она решилась спросить его. — Ты говорил, что твоё сердце спрятано. Но ты действительно не знаешь, где оно? Или просто не хочешь говорить? Он сидел на троне, опершись локтём на подлокотник, и смотрел на неё с лёгкой усталостью. — Я не лгу, Марена, — тихо ответил он. — Я действительно не знаю. С тех пор как его забрали, я стал тем, кем ты видишь меня сейчас. Я не помню ни того, как его спрятали, ни того, кто это сделал. Всё, что я знаю, это то, что оно далеко, за пределами Нави. — Тогда зачем ты надеешься, что кто-то найдёт его? — спросила она, с трудом сдерживая гнев. — Ты даже не можешь сказать, куда идти! Он улыбнулся, но в его улыбке не было радости. — Может быть, я уже давно перестал надеяться. Эти слова обрушились на Марену, как камни. Она вдруг поняла, что Рай — не всемогущий царь, каким она его представляла. Он был сломленным существом, которое давно утратило всё, кроме своей роли. Время шло, и Марена чувствовала, как её тело всё больше ослабевает. Навь вытягивала из неё силы, превращая её кожу в бледный камень, а дыхание — в тонкую струйку пара. Иногда она с трудом вставала с кровати, иногда змеи свивались вокруг неё, будто пытаясь согреть. Она знала, что если ничего не изменится, до зимы она не доживёт. Её глаза стали тусклыми, а волосы потускнели. Даже Рай замечал это. — Ты слабеешь, — сказал он однажды, когда они сидели в тишине. Она устало посмотрела на него. — Это Навь. Она забирает у меня жизнь. Но ты и так это знаешь. Он не ответил. Лишь в его глазах мелькнуло что-то, похожее на тревогу. — Ты можешь отпустить меня, — тихо сказала она. — Это спасёт меня. — И ты никогда не вернёшься, — ответил он, его голос был резким и холодным. — Я не могу этого сделать. Да и тебе больше нет места в мире Яви. Она хотела ответить, но не смогла. В её сердце росло странное чувство: может быть, он действительно не может её отпустить. Эти мысли не давали ей покоя. Она знала, что у неё мало времени, и ей нужно найти ответ, прежде чем её силы окончательно иссякнут.

***

День начался как обычно. Серебристый свет Нави лился через полупрозрачные стены, а змеи шуршали вокруг комнаты Марены. Но когда они попытались пробудить свою хозяйку, она не пошевелилась. Её тело было холодным, кожа — бледной, словно в неё больше не текла жизнь. Змеи зашипели тревожно, их шёпот наполнил дворец, дойдя до самого Змеиного царя. Он бросил все свои дела и пришёл к её комнате. Марена лежала на кровати, неподвижная, словно статуя, высеченная изо льда. Её дыхание было слабым, почти неразличимым. Рай долго смотрел на неё, его лицо оставалось каменным, но в глазах вспыхнула тревога, которая сама его удивила. Он протянул руку, провёл пальцами по её холодной щеке. Её состояние потрясло его. Впервые за многие века он почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. — Ты не можешь уйти, — тихо сказал он, больше себе, чем ей. — Я этого не позволю. Марена очнулась в мире, который казался странно знакомым, но совершенно чужим. Она лежала на мягкой траве, которая была тёплой под её пальцами. Над головой простиралось яркое голубое небо, по которому медленно плыли белые облака. Лёгкий ветерок нежно касался её кожи, принося с собой нежный аромат цветов и горьких трав. Солнечные лучи согревали её, и она чувствовала, как жизнь возвращается в её тело. Она медленно повернула голову и увидела его. Рай сидел рядом, скрестив ноги, его золотые волосы сияли в солнечном свете, а янтарные глаза смотрели на неё с выражением, которое она не смогла сразу понять. — Ты… что случилось? — хрипло прошептала она. — Ты умирала, — ответил он спокойно, но в его голосе было что-то, что выдавало внутреннюю борьбу. — Навь забирала твою жизнь, как я и предупреждал. Мне пришлось вынести тебя сюда. — Сюда? — Марена поднялась на локтях, осматриваясь. — Это… это мир людей? Он покачал головой. — Нет. Это место на границе Нави и Яви. Здесь царит солнце, а земля дышит. Это место силы, которое может вернуть тебе жизнь. Она долго смотрела на него, пытаясь осмыслить его слова. — Почему? — наконец спросила она. — Почему ты это сделал? Тебе же не нужна я. Ты мог позволить мне умереть. Он долго молчал, его взгляд блуждал по горизонту, словно он искал там ответ. — Если ты умрёшь… — начал он тихо, а затем замолчал, будто не хотел продолжать. — Что? — настаивала она, прищурившись. — Если я умру, что? Он повернулся к ней, и в его глазах блеснуло что-то, что Марена никак не ожидала увидеть — тоска. — Мне будет скучно, — наконец произнёс он, его голос был тихим, но твёрдым. Она замерла, ошеломлённая его словами. — Скучно? — переспросила она, пытаясь понять, насмехается ли он над ней. — Да, скучно, — ответил он, не отводя взгляда. — Ты — единственная, кто смеет говорить со мной так. Единственная, кто вернулась, кто продолжает искать и бороться. Ты напоминаешь мне о том, что когда-то я тоже был живым. Он отвернулся, будто боялся сказать что-то лишнее. — Я не мог позволить тебе умереть, Марена. Это слишком… тихо без тебя. Она почувствовала, как её сердце дрогнуло. Эти слова, сказанные таким холодным и могущественным существом, казались странно искренними. Она посмотрела на него и тихо сказала: — Ты не скучаешь, Рай. Ты боишься остаться один. Он резко обернулся к ней, его взгляд стал холодным, как зимний лёд. — Остаться один? — повторил он. — Я был один веками. Это не то, чего я боюсь. — Тогда что? — тихо спросила она. Он долго молчал, затем тихо произнёс: — Я боюсь, что если ты умрёшь, я потеряю единственную ниточку, которая связывает меня с тем, кем я был. Её сердце замерло. Эти слова открыли в нём нечто такое, чего она не ожидала. Он не был просто властелином Нави, холодным и бесчувственным. Где-то глубоко внутри него всё ещё оставался человек. Они провели на лугу несколько часов. Марена чувствовала, как тёплый свет возвращает ей силы, словно солнце проникает в её кровь, наполняя её новой жизнью. Рай молчал, сидя рядом, но она заметила, как его взгляд часто задерживался на ней, будто он проверял, в порядке ли она. — Ты мог оставить меня здесь, — вдруг сказала она, глядя на горизонт. — Почему ты вернёшь меня в Навь? — Потому что ты больше не принадлежишь этому месту, — ответил он. — Граница — это не дом. Но и Навь — не твой дом. Ты между мирами, Марена. Как и я. Она долго смотрела на него, осознавая всю тяжесть его слов. — Ты действительно не знаешь, где твоё сердце? — спросила она снова, используя момент. Её голос был мягким. Он покачал головой. — Нет. Но, возможно, ты найдёшь его. Ты упрямая, Марена. Даже сильнее, чем я думал. Она улыбнулась, почувствовав, как слабая надежда теплеет в её душе. — Если я найду его, Рай, — сказала она, — ты вернёшь себе свою жизнь. И, возможно, ты больше не будешь бояться. Он не ответил, но его взгляд стал мягче. В этот миг она поняла, что их судьбы связаны куда больше, чем она думала. Она была не только его пленницей, но и единственным шансом вернуть ему то, что он потерял.