Жемчужина. Рождество Христово

Дом на окраине Чикаго, 25 декабря                   Э л и о т Пойдём же к ним. Элиот и Рита возвращаются к ёлке       П е р в ы й      р е б ё н о к       (показывая им что-то)                               Смотрите, мне орешек Достался!                   Р и т а                   Да? Ну, загадай скорей Желание. Ребёнок что-то беззвучно шепчет, прикрыв глаза. Неловко переступив, он задевает стоящую рядом с ним девочку, и она роняет свои конфеты       Т р е т и й      р е б ё н о к             (разражаясь слезами)                   Упали! Я случайно... Элиот спешно собирает конфеты с пола                   Р и т а       (прижимая девочку к себе) Не плачь, родная.                   Э л и о т       (доставая ей рог с одной       из верхних ветвей)                               Вот, возьми ещё. Ребёнок потихоньку успокаивается, прижимая к себе рог Здесь хватит всем.       В т о р о й      р е б ё н о к                               Так, значит, это чудо? И каши часто не хватало нам, А здесь конфеты...                   Э л и о т                               Верно, это чудо.       В т о р о й      р е б ё н о к Так, стало быть, как этот день пройдёт, Всё будет вновь, как прежде?                   Э л и о т                                                 Я надеюсь, Вернётся чудо к вам.       П е р в ы й      р е б ё н о к                                     Я буду ждать!       В т о р о й      р е б ё н о к И я!       Т р е т и й      р е б ё н о к             И я!             П о с ы л ь н ы й                   Нет, чуда...*       (поспешно перебивает себя)                                     ...видишь редко. Двери вновь открываются. Две женщины с порога манят к себе детей             Х о з я й к а             (заметив их) Уж ваши воспитатели пришли. Дети жмутся к Рите и Элиоту, явно не желая уходить                   Р и т а (ласково, едва сдерживая слёзы) Христос детей не любит непослушных, Идите же.             П о с ы л ь н ы й       (направляясь к дверям)                   Увидимся ещё!                   Э л и о т             (стараясь улыбаться) Увидимся, конечно.             Х о з я й к а       (торопя детей к дверям)                                     Ну, скорее. Повинуясь указаниям, дети уходят, поминутно оглядываясь на Элиота и Риту. Те провожают их до дверей. Двери закрываются                   Э л и о т Как счастье мимолётно...                   Р и т а                                           Счастье — да...             Долгое молчание Но не любовь, что пребывает вечно.                   Э л и о т Да, ты права.                   Р и т а                         Её нельзя убить, Ничем. Лишь ложью... Элиот бледнеет и почти застывает                                     Умоляю, милый, Не обмани меня.                   Э л и о т (с трудом, после долгого молчания)                               Люблю тебя, И в этом я не лгу. Поверь, что сердце Открою я тебе и в остальном... Рита в недоумении смотрит на него. Элиот прижимает её к себе Лгать не могу тебе. Тихая и печальная музыка вальса. Гости снова начинают танцевать                   Р и т а                               Опять играют Тот нежный вальс... ты будешь танцевать?             Х о з я й к а       (громко, на весь зал) Последний танец!                   Э л и о т                   (в сторону)                               Верно же — последний. Признаться вскоре должен буду ей И с ней навек расстаться — да, навеки! Страстно приникнув к рукам Риты, целует их, не в силах оторваться                   Р и т а (смущаясь, пытаясь отнять руки) Ну будет, будет, Элиот...                   Э л и о т                   (Рите)                                           Пойдём. Ведёт её в круг танцующих. Они кружатся среди других пар                   Р и т а Лечу в руках твоих!                   Э л и о т                                     Да, словно птица! И страшно мне тебя не удержать Здесь, на земле... Как хрупко, мимолётно Всё то, что есть! Какой здесь яркий свет...                   Р и т а Да, яркий.             Молчаливый танец                   Только свечи догорают Уже на ёлке.                   Э л и о т                         Мишура на ней Не так блестит... Музыка стихает. Танцующие останавливаются                   (очень тихо)                         Всё. В этот день Рождённый, Господь да будет милосерден к нам... Музыканты собираются и покидают свои места                   Р и т а Уходят музыканты...                   Э л и о т                               Кончен вечер. Гости начинают расходиться. Хозяйка идёт провожать их             Х о з я й к а (подойдя к Элиоту и Рите) На свадьбу позовёшь? Элиот краснеет, Рита тоже смущена                   Э л и о т                                     Привёл бы Бог! Я обо всём, Элиза, непременно Вам сообщу.             Х о з я й к а             (улыбаясь)                         Что ж, буду ждать вестей. Меня теперь ты редко вспоминаешь... Храни тебя Господь! Элиот склоняет голову, она благословляет его                                     Да, и тебя!             Благословляет Риту Пойду уж я. Спасибо вам за помощь. Элиот и Рита кланяются, хозяйка уходит в дальнюю комнату                   Р и т а Как хочется ещё побыть с тобой, Но не могу... Едва домой успею: У брата нынче гости и Жаклин — Быть к девяти я твёрдо обещала... Пойду. Хочет идти, Элиот удерживает её                   Э л и о т                   Ещё минуту, я молю, Побудь!                   Р и т а             Идти должна я.                   Э л и о т             (склоняясь перед ней)                                     В этот праздник Один лишь поцелуй я твой прошу. Рита смущена. Элиот продолжает стоять, низко склонившись перед ней                   Р и т а Ну хорошо. Но, Элиот, не в губы!                   Э л и о т Конечно, нет. Рита целует его в голову, в густые волосы надо лбом                         Спасибо!                   Р и т а                                           Да... прощай! Поспешно уходит. Элиот смотрит ей вслед. Свет медленно гаснет                   Э л и о т             (касаясь лба рукой) Как обожгло! Как в старину преступник, Твоим я поцелуем заклеймён. Кто обманул тебя — тот недостоин Взглянуть на небо. Что же сделал я! Слышно, как он поспешно уходит в темноту