За гранью отражений

Тишина. Лишь звенящая тишина и неровное потрескивание пламени в факелах на стенах — больше ничего не нарушало покой древнего зала. Никто из нас не решался сделать шаг к телу директора, словно всё ещё не закончилось и он мог в любую секунду очнуться, подняться и произнести очередную загадочную фразу. Но минуты текли, а ничего не происходило. Первым двинулся Снейп. Каждый его шаг гулким эхом отдавался от сводчатых стен зала, который когда-то, вероятно, служил ритуальной комнатой для обитателей замка. Палочка в его руке едва заметно подрагивала — единственное проявление эмоций декана, когда он переступил границу защитного круга. Магическая черта потускнела и рассыпалась серебристой пылью. — Поднимайтесь, — жёстко приказал Снейп, встав надо мной подобно надзирателю. У меня хватило сил лишь поднять взгляд. Смотреть на него снизу вверх казалось даже правильным. Меня стоило отправить на отработки не просто до конца года — до окончания школы вообще. Одно дело подвергать опасности себя, и совершенно другое… — Простите, — голос прозвучал тускло и устало. Я была полностью измотана и только сейчас осознала, насколько ритуал выпил из меня силы. В глазах декана что-то вспыхнуло. Он резко наклонился и грубо поднял меня за руки, заставляя встать, несмотря на то что ноги подкашивались. Видимо, ему хотелось встряхнуть меня так, чтобы зубы застучали или голова свалилась с плеч, но даже это не помогло бы. — Мне надоело слушать ваше нытьё, — процедил он сквозь зубы. — Либо возьмите себя в руки, либо убирайтесь отсюда. — Я не могу идти. — Тогда ползите! Мне глубоко безразлично, каким способом вы это сделаете. — Я не могу, — это была чистая правда: одного неуверенного шага хватило, чтобы пошатнуться и тут же прижаться бёдрами к каменному алтарю, удерживая равновесие. — От вас одни проблемы, Поттер. Мой взгляд невольно притянулся к неподвижному телу директора. — Думаю, в этот раз проблемы возникли не из-за меня. — Я помедлила. — Это ведь вы сделали? — Сделал что именно? — Голос Снейпа стал опасно тихим. — Убил Альбуса Дамблдора? Это не в моих силах. Он подошёл к бездыханному телу и осторожно извлёк палочку из безвольных пальцев. По древку пробежала слабая искорка и погасла. Возможно, мне просто показалось. — Вы лжёте. — Вы переходите все границы, — голос декана стал угрожающе низким. — Я видела, как вы колдовали. — И вы, разумеется, решили, что я убивал директора?! — В его голосе прозвучало нечто похожее на возмущение. — Нет. Я ничего не говорила об убийстве. — Я попыталась собраться с мыслями. — Он умер сам. Но всё остальное… — Поттер, о чём вы вообще говорите?! — О призраках предков. Об Ариане. О Фоуксе. Холодный тон Снейпа и его искреннее недоумение в очередной раз за этот проклятый вечер выбили меня из колеи. — Фоукс был фамильяром директора — только сам Дамблдор мог его призвать, — проговорил декан, словно разъясняя азы магии. — А призраки? — Он окинул взглядом пустой зал. — Здесь никого нет. Он даже не отвлекался на разговор, лишь слегка хмурился, стягивая с тела Дамблдора мою мантию и что-то проверяя с помощью диагностических чар. Артефакт уже покоился на его коленях рядом с директорской палочкой, когда Снейп достал небольшой флакон и капнул какое-то зелье в приоткрытый глаз покойного. Затем пробормотал под нос заклинание, недовольно покачал головой и принялся снимать кольцо с пальца директора. — Тогда… что именно вы делали? Декан не торопился с ответом — а может, вовсе не собирался отвечать. Он застыл с кольцом в руке, уставившись прямо перед собой невидящим взглядом. Я проследила направление его взгляда и поняла, на что он смотрит. Вернее, на кого. — Мама? — с губ сорвался лишь хриплый выдох. — Папа? Мне потребовались неимоверные усилия, чтобы полностью развернуться, цепляясь пальцами за шершавый камень алтаря. Но это не спасло от падения на колени перед родителями. Они смотрели на меня с такой безграничной любовью, что сердце разбилось в тот же миг. Теперь сомнений не осталось — они действительно мертвы. — Моя малышка, — мама протянула призрачные руки, и лёгкое дуновение её прикосновения коснулось щёк. Глаза мгновенно наполнились слезами. — Ты так выросла. Стала взрослой и очень красивой. — И сильной, — добавил отец, опускаясь рядом на колени. Больше никто не смотрел на декана. Я жадно впитывала их образы, пыталась запечатлеть каждую черточку, каждое движение, отпечатать в памяти навсегда. Возможно, они не были безупречными людьми, но они были хорошими родителями. — Мама… Слов не находилось. Хотелось рассказать, как мучительно я по ним скучала, как вспоминала каждый год в этот день с тех пор, как узнала правду об их смерти. Хотелось поделиться новостями о крёстном, о том, что Питера Петтигрю изобличили и Сириуса оправдали. Рассказать о Люпине, который тоже скучает. Рассказать даже о тёте… Но горло перехватило, и я не смогла произнести ни слова. Лили тем временем повернулась к бледному как смерть Снейпу, одарила его печально-нежной улыбкой и едва заметно кивнула. — Береги её, — её голос прозвучал как молитва. — Я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть. После этих слов она растаяла, даже не дождавшись ответа. Отец нежно поцеловал меня в макушку — я почувствовала это по лёгкому холодку, — задержал тяжёлый взгляд на декане и тоже исчез, так ничего не сказав. Снейп медленно сжал кольцо в кулаке, но я уже ничего не видела — слёзы застилали глаза, превращая мир в размытое пятно.

———————————————

Не знаю, что именно произошло за месяц моего отсутствия на собраниях Пожирателей, но что-то определённо изменилось. После того как Снейп великодушно дождался конца моей истерики, законсервировал тело Дамблдора с помощью сложных защитных чар и тщательно зачистил ритуальный зал от всех магических следов, мы отправились на встречу с Тёмным Лордом. А Лорд встретил нас с улыбкой и музыкой. Это могло бы показаться даже милым, если бы не выглядело столь подозрительно и зловеще. Мелодия была мрачной, похоронной, а улыбка — холодно-торжествующей. — Теперь все в сборе, — Лорд медленно повёл рукой, приглашая присутствующих занять места за длинным столом. Я уже собиралась сесть рядом с деканом, но Мор перехватил меня под руку, решительно усадив возле себя — слишком близко к главе стола для моего душевного спокойствия. — Сегодня особенный день, не так ли, Люциус? — В голосе Волдеморта звучала опасная сладость. Люциус Малфой словно окаменел. Было отчётливо видно, как он боится своего господина, и я готова была поклясться — он его ещё и ненавидит. Лишь один человек в этом зале источал трепет и щенячий восторг — Беллатриса Лестрейндж. Остальные были не более чем добровольными пленниками, связанными страхом и обстоятельствами. — Да, мой Лорд, — ответ прозвучал сдержанно, но покорно. — Тогда чего же мы ждём? — Голос Лорда обволакивал мягким шёлком, но под этой сладостью пряталась смертельная опасность. — Скорее, порадуй нас. Люциус поднялся и под аккомпанемент мелодии, которую оценила бы разве что Плаксивая Миртл, направился к дальней двери зала. Я всегда думала, что она ведёт на кухню или в подсобные помещения, но за ней оказалась массивная деревянная лестница, источавшая запах гнили и плесени. А прямо на верхних ступенях стояли трое моих друзей. Сердце пропустило удар, а потом забилось так быстро, что в ушах зазвучал гул. Разве их время уже пришло? Разве это не должно было случиться позже, намного позже? На месте меня удержала только железная хватка Мора — его пальцы болезненно впились в запястье, не давая сорваться с места и натворить непоправимых глупостей. — Дети ближайшего круга присоединятся к своим родителям, чтобы продолжить их славное дело, — торжественно возвестил Лорд, поднимаясь с кресла и окидывая взглядом своих будущих последователей, словно оценивая породистых щенков на выставке. — Вы — гордость своего поколения. Результат его осмотра, видимо, удовлетворил, потому что губы растянулись в хищном оскале. Мои друзья сохраняли невозмутимые лица, но я видела их напряжение насквозь: лицо Блейза начинало блестеть от выступившего пота, Тео из всех сил сдерживался от желания бросить взгляд в мою сторону, а пальцы Драко мелко дрожали, хотя он не позволял себе сжать кулаки. — Закатайте рукава, — приказ прозвучал почти ласково. Первым шагнул вперёд Теодор, обнажая левое предплечье. На нём была лишь простая белая рубашка и тёмные брюки — никаких театральных мантий с капюшонами. Насколько мне было известно со слов Мора, подобные эксцентричные наряды надевали только по особо торжественным случаям. В обычное время мантию с капюшоном носил исключительно сам Лорд. — Прекрасно, — шипяще промурлыкал Волдеморт, неторопливо водя кончиком палочки по бледной коже. Брови Теодора нахмурились, он закусил нижнюю губу, когда под палочкой начал проступать тёмный силуэт рисунка. Я поняла — это причиняет боль. Очень сильную боль. — Можешь сесть рядом со своим отцом, — милостиво благословил Лорд своего нового верноподданного. К моему несчастью, Тео оказался с моей стороны стола, но я не осмелилась поймать его взгляд — лишь болезненно сжала пальцы на подлокотниках кресла до побелевших костяшек. — Сиди смирно, — внезапно прошептал мне на ухо Мор, его дыхание обожгло кожу. Драко проявил меньше самообладания, чем Тео. Он сжимал губы до тонкой белой полоски, а в уголке рта выступила алая капелька крови от прокушенной кожи. Его место оказалось на противоположной стороне стола, лица не было видно — Драко склонил голову так, что платиновые пряди скрыли выражение, пока Люциус что-то шептал ему на ухо. Блейз сначала коротко зашипел от боли, но быстро взял себя в руки и дальше держался так, словно вообще ничего не чувствует. Его взгляд был неотрывно прикован ко мне, будто я служила ему якорем в этом кошмаре. Забини усадили где-то в конце стола — здесь не было его матери, она предпочитала избегать подобных церемоний. Когда всё закончилось, воздух в зале стал ещё более напряжённым. Три моих друга теперь навеки были связаны с этим местом, с этими людьми, с этой тёмной магией. И я ничего не смогла сделать, чтобы их защитить. — Теперь мы можем перейти к более… интересным вопросам, — протянул Волдеморт, и его голос обещал новые испытания. Только теперь Мор отпустил мою руку и поднялся со своего места. Он неторопливо обошёл стол, и под пристальными взглядами всех собравшихся вышел за дверь, чтобы через мгновение вернуться, левитируя по воздуху тяжёлый мешок из грубой мешковины. На ткани проступали тёмные влажные пятна. — Наша дорогая мисс Блэк успешно прошла своё испытание? — с невинным любопытством уточнил Лорд, словно не знал ответа на собственный вопрос. Мор только самодовольно ухмыльнулся, а затем вытряхнул прямо на каменный пол три волчьи головы. Головы оборотней… они выглядели так, словно их попросту оторвали от туловищ грубой силой. С обрывков позвоночников свисали ошмётки уже подгнившего мяса, а запёкшаяся кровь чёрными сгустками размазалась по холодному камню. — Я принёс лишь малую часть трофеев, — с нескрываемой гордостью заявил Мор, его глаза сияли триумфом, когда он посмотрел в мою сторону. — Иначе не хватило бы и дюжины мешков. Меня подташнивало от этого зрелища, желудок болезненно сжался. — Твоя подопечная поистине прекрасна, — с удовлетворением произнёс Лорд, в то время как перед моими глазами мелькали сцены той битвы. Короткой, но бессмысленно жестокой. — Поднимись, дитя, — велел Волдеморт, и я, не раздумывая, выполнила приказ. Тон его голоса не оставлял места для сопротивления, даже при всём желании. — Подойди ко мне, — продолжил он, и я покорно исполнила и это. Одного взмаха его палочки хватило, чтобы я рухнула на колени — они мгновенно заныли от удара о камень, и я крепче стиснула зубы, подавляя болевой стон. — Руку, — коротко приказал он. Я протянула левую руку. — Нет, — внезапно резко сказал Мор, и все разом обернулись в его сторону. Лорд же замер, медленно и хищно переводя змеиный взгляд с меня на дерзнувшего прервать его. — Ты хочешь что-то мне сказать? — прошипел Волдеморт, но Мор не дрогнул под этим испепеляющим взглядом. Он улыбнулся и неспешно подошёл ближе, склонился к плечу Тёмного Лорда и что-то прошептал ему на ухо. Я смогла расслышать лишь обрывок: «не там», больше не разобрав ни слова. Волдеморт сначала нахмурился, потом морщинки на лбу разгладились, а к концу тихой речи губы растянулись в зловещей усмешке. Мне категорически не нравилась эта смена эмоций на его лице, но никто из присутствующих не осмелился произнести ни звука. Лишь Беллатриса скрипела зубами и царапала когтями подлокотники своего кресла. Мор выпрямился и взглянул на меня. Сначала улыбнулся, но, увидев выражение моего лица, внезапно стал серьёзным, даже обеспокоенным. — Я сам это сделаю, — твёрдо сказал он и подошёл ко мне, помогая подняться с пола. Колени ныли, но я не подавала виду, лишь остро ощущала, как много пар глаз сейчас следят за каждым моим движением. Не смотрел только один человек в этом зале — Снейп. — Делай что пожелаешь, — небрежно махнул рукой Лорд, словно я была какой-то вещью. — Она твоя. — Я сделаю всё, что потребуется, — ответил Мор, вновь расплываясь в улыбке, усаживая меня рядом с собой. — Яксли, как обстоят дела в Министерстве… — Волдеморт переключился на деловые вопросы. Остальная часть собрания прошла в обсуждении текущих дел — кто-то получал новые поручения и задания, кого-то удостаивали похвалы, а кого-то ожидала честь быть высеченным огненной плетью от ликующей Беллы. Верная псина получала садистское удовольствие от пыток. Она дрожала от восторга, а я заставляла себя не отводить взгляда, стараясь ожесточить собственное сердце. Известие о пропаже Дамблдора не произвело на Волдеморта никакого впечатления, кроме презрительной усмешки. Похоже, он был уверен, что старик просто затаился, набираясь сил для последнего наступления, даже не подозревая, что остывающее тело бывшего директора покоится прямо под школьными подземельями. — Как дела в Ордене, Северус? — Орден установил круглосуточную слежку за домом Поттера и стягивает все силы в Лондон, — покорно отрапортовал декан, так и не удостоив меня даже косым взглядом. — Им уже известно о планируемом нападении на Министерство, мой Лорд. — Ожидаемо, — вздохнул Волдеморт, задумчиво покачивая палочкой между пальцев. — Они охраняют дом мёртвого героя, видимо, всё ещё надеясь на его возвращение. Так не ведут себя с покойниками, — резко и холодно закончил он. Лорд поднялся и прошёлся по залу, о чём-то размышляя. Затем остановился за спинкой кресла Снейпа и положил костлявые ладони ему на плечи. Кончик палочки замер прямо перед лицом декана, а Тёмный Лорд склонился, переходя на шипящий шёпот — такой, что его слышали все присутствующие. — Найди мне мальчишку, Северус, — в голосе звучала смертельная угроза. — Найди и притащи к моим ногам. Можешь даже доставить его не вполне целым — я не возражаю против небольших… развлечений. Но доставь живым. Мои плечи пронзила острая боль, и я поняла — это боль декана, потому что пальцы Волдеморта впивались в его плечи словно стальные когти. Но Снейп оставался невозмутимым — ни один мускул на его лице не дрогнул, не выдал страдания. — Я сделаю всё возможное, мой Лорд. — Нет, — протянул Лорд угрожающе, усиливая давление. — Ты доставишь его мне. Без вариантов. — Да, мой Лорд, — покорно согласился Снейп. — Превосходно. Удовлетворённый ответом, Волдеморт переместился к той части стола, где сидели мои друзья. Я напряглась всем телом, ожидая чего угодно. — В прежние времена, — начал Лорд размеренно, — мои последователи доказывали верность, прежде чем получить Тёмную метку. Вас же эта участь миновала благодаря заслугам ваших отцов. Лорд остановился за спинкой кресла Блейза. Его отец определённо не вносил никакого значимого вклада в дело. — Я считаю это несправедливым по отношению к старшему поколению, — продолжил Волдеморт. — Преданность сыновей должна выражаться более… наглядно. Он взмахнул рукой, и массивные двери распахнулись. Пара мерзких приспешников втащили в зал трёх девушек, волоча их за волосы. Те отчаянно вырывались, но рты открывались беззвучно — словно их лишили способности говорить с помощью магии. — Я не терплю слабаков в своих рядах, — Лорд многозначительно взглянул на потного Яксли, который нервно вытирал лоб носовым платком, — или бесполезных элементов. Беллатриса? — Да, мой Лорд! — почти простонала эта психопатка, мгновенно вскакивая со своего места. — Продемонстрируй Драко, как следует обращаться с грязнокровками и магглами. Но не переусердствуй — я хочу, чтобы он лично убил одну из них. В горле встал тугой ком. Я могла оправдать свои действия с оборотнями — те дикие твари уже не имели в себе ничего человеческого, их не стоило жалеть. Но люди… живые, беззащитные люди… — Мой Лорд… — осторожно подал голос Люциус. — Замолчи, — холодно оборвал его Волдеморт. Голос старшего Малфоя тут же смолк, и он покорно опустил голову. Драко медленно поднялся, старательно избегая взгляда на Беллатрису, которая со скучающим видом методично пытала каждую девушку по очереди. Ей явно не доставляло удовольствия безмолвная пытка — девушки не могли кричать, лишённые голоса магией. Я дёрнулась вперёд, но меня снова удержал Мор. А ещё — взгляд Снейпа. Он буквально пригвоздил меня к креслу невидимыми цепями, не позволяя даже вздохнуть свободно. Его эмоции просачивались под кожу через нашу связь, разливаясь по венам коктейлем из острого гнева, горького разочарования и кислой тоски. Мне был непонятен этот хаос чувств, но я перестала двигаться и едва дышала. Одна из девушек, корчась в агонии, доползла до отрубленных голов оборотней. Ослеплённая болью, она вцепилась пальцами в первую попавшуюся опору — но те лишь погрузились в гнилые глазницы с отвратительным хлюпающим звуком. — Какая мерзость, — брезгливо пролепетала Белла и одним небрежным взмахом палочки отсекла девушке руку по локоть. К горлу подкатила волна тошноты. Я ощущала её привкус на корне языка и отчаянно сглатывала, борясь с желанием согнуться пополам. Больше не могла смотреть на это, но заставляла себя — это было всё, что я могла сделать для Драко. Для моего друга, чьи плечи мелко дрожали, а палочка трещала от силы, с которой он сжимал рукоять. — Достаточно, — равнодушно бросил Лорд, и Белла мгновенно замерла. Выражение её лица напоминало голодную собаку, перед которой размахивают куском мяса. Она сглотнула слюну, но не посмела шевельнуться без команды. — Избавь нас от этих… мучений, Драко. Избавь её от мучений, — мысленно молила я, отчаянно желая научиться телепатии. Только так можно было договориться с собственной совестью. Драко словно не слышал приказа. Он просто стоял и смотрел на то, как толчками из обрубка руки вытекает кровь, как лужа становится всё больше, а девушка медленно обмякает в алых потёках. У неё не осталось сил даже для предсмертных судорог. — Драко, — тихо произнесла я. Он услышал. Вздрогнул всем телом, напрягся и тяжело выдохнул. Затем направил палочку на практически мёртвую девушку. С его губ сорвалось заклинание, но это была не Авада Кедавра — а чары «спящей красавицы», погружающие в глубокий сон без сновидений, из которого невозможно выбраться без посторонней помощи. Заклятье было почти безвредным, но для истекающей кровью девушки стало одновременно избавлением и смертью. Она вздохнула ещё не более пяти раз, прежде чем её грудь окончательно замерла. Слёзы подступили к глазам, но я упрямо продолжала смотреть. Мне нужно было видеть его лицо — и чтобы он видел, что я смотрю. — Что это было? — опасно тихо произнёс Волдеморт, когда Драко обернулся. — Я убил её, мой Лорд, — бесцветно проговорил мой бледный друг. Он буквально сливался по цвету с платиной своих волос. В серых глазах стояли непролитые слёзы. Лорд молча изучал его, явно ожидая другого ответа или хотя бы объяснений, но снова вмешался Мор. — Позволь ему сесть, пока не упал в обморок, — спокойно заметил он, не отрывая взгляда от алых глаз Волдеморта. — Первое убийство всегда ложится тяжёлой ношей на юные плечи. Между ними словно происходил безмолвный диалог. Лорд презрительно хмыкнул и небрежно махнул рукой. — Убери здесь всё, Грейбэк. И этих двоих тоже утащи — можешь делать с ними что хочешь, они мне наскучили. Грейбэк оскалился в хищной улыбке, хватая оставшихся девушек за лодыжки. Те больше не сопротивлялись — безвольными куклами волочились по каменному полу. Волосы одной из них оставили за собой кровавые полоски. — А ты, — Лорд указал кончиком палочки в мою сторону, — возьмёшь следующую партию и отведёшь в лес. Я уже открыла рот, чтобы согласиться, но Мор снова вмешался. — Тёмнолесье больше не пригодно для охоты, — невозмутимо заявил он. — Харриет там ничего не оставила. Глаза Лорда вспыхнули алчным блеском, когда он снова посмотрел на меня. Я тут же опустила взгляд. Как же хотелось вырвать у него из груди сердце — если подобный орган вообще имелся в этом искажённом теле. — Тогда отложим это до следующего раза, — неохотно согласился Лорд. Он по-прежнему смотрел на меня, и я это чувствовала кожей. Но мои ментальные щиты не выдержали бы его вторжения, поэтому взгляда не поднимала. Без зрительного контакта проникнуть в чужое сознание гораздо сложнее. — Все свободны, — наконец произнёс Волдеморт.

———————————————

Три дня. Именно столько понадобилось Драко, чтобы прийти в себя после той ночи. Цвет лица всё ещё оставлял желать лучшего, но больше не напоминал трупную бледность. Руки перестали предательски дрожать, а в голос вернулась та знакомая нотка едкой насмешливости, которую я в нём так ценила. Он был тем ещё высокомерным засранцем и частенько выводил меня из себя, но сейчас мне отчаянно не хватало его колких замечаний. Я скучала по нашему надменному павлину. Снейп перед входом в школу велел мне лишь одно — молчать о смерти Дамблдора и не рассказывать даже Мору. С тех пор мы больше не разговаривали — ни с деканом, ни друг с другом. Затем прошло ещё три дня. И ещё. Лорд никого не вызывал — или просто не вызывал нас. Мор не присылал писем. Мы с трудом вылезали из ада того дня. Но время все ставит ра свои места. Постепенно мы вернулись к привычной жизни с учёбой и бесконечными тренировками, от которых приятно ныли мышцы и блаженно пустел измученный разум. — Думаю, в этом году всё же съезжу на зимние каникулы к матери, — внезапно сказал Блейз. Он лежал головой у меня на левом колене, листая учебник по истории магии и пытаясь вызубрить даты всех гоблинских восстаний. На правом колене устроился Драко, проклиная под нос травологию и периодически бормоча что-то неприличное о мандрагорах. За спиной расположился Тео, терпеливо расчёсывающий мои волосы после очередной неудачной попытки их заплести. Не знаю, зачем он вообще упорствовал в этом деле, но не мешала другу — какой бы странной ни была его медитация, она явно помогала успокоиться. Мы все расселись на мягком ковре перед камином в гостиной Слизерина. Только Тео восседал в потёртом кожаном кресле позади меня. В моих руках тоже покоилась книга — по Защите от тёмных искусств, разумеется, ныне строжайше запрещённая. — Она будет дома? — поинтересовалась я, слегка поморщившись, когда зубья щётки прошлись по чувствительной коже шеи. — Понятия не имею, — Блейз пожал плечами и повернулся на бок лицом к пляшущему пламени. — Но если её не будет, то и Мордреда с ней не окажется. Устрою грандиозную вечеринку и буду отрываться по полной программе. Учебник он захлопнул, признав своё полное поражение в схватке с гоблинами. — А я останусь здесь, — спокойно заявил Тео, принимаясь за новую косичку. Волосы отросли уже до бёдер, но я категорически не желала их укорачивать. — Так хочется сидеть за одним столом с розовой жабой? — язвительно поинтересовался Драко, перелистывая страницу. — Лучше уж она, чем мой родной папочка, — сухо хмыкнул Нотт. Мне казалось, что он просто не хотел оставлять меня одну в такие дни, и я была ему за это бесконечно благодарна. — Я, пожалуй, предпочту отца, — так же глухо ответил Драко, с нарочитой громкостью захлопнув учебник и уложив его себе на грудь. Ноги он закинул одну на другую, а серые глаза закрыл. — Тео, — решила я сменить неприятную тему, — а какое у тебя желание? — Желание? — похоже, друг совершенно забыл о том давнем споре, и я уже пожалела, что напомнила. — Я ведь проиграла спарринг. — Ах, это… — протянул он задумчиво, но с ответом не торопился. Тео спокойно доплёл косу, аккуратно завязал кончик тонкой лентой и бережно уложил своё творение мне на плечо. А затем наклонился и устроил подбородок на моей макушке. — Пойдёшь со мной на свидание? — тихо спросил он.