Сплетники. Начало

— Как же жаль! — произнесла Кира, погружаясь в мечты. — Любовь способна на такие сильные чувства, что люди готовы пойти на всё. — Я слышал другую историю, — заметил директор, заваривая чай. — В смерти Марины был замешан Михаил. Роман предложил ему деньги, и, не в силах отказать, Михаил запер дверь. Поджёг, конечно, устроил не он… — Да, его увлекли деньги, — вмешалась бухгалтер, доедая пирожное. — Человек — гордое существо, но его жадность может погубить всё на своём пути. — Точнее, власть и страх людей, которыми можно завладеть, — уточнил Евгений Давидович.       Тут бухгалтер встала и, опершись кулаками о стол, произнесла с явным вызовом: — Позвольте с вами не согласиться.       Евгений Давидович, в свою очередь, встал напротив и принял такую же позу: — Да что вы говорите?       Напряжение между Мариной и Евгением нарастало, и Настя, чтобы разрядить обстановку, решила отвлечь их. — Ой, посмотрите, что пишут! «Наследники состояния Илиева негодуют. Новое судебное разбирательство заставило многих родственников подать жалобу на Джейсона Илиева, правнука графа Константина Илиева, который решил забрать наследство». А ведь мне когда-то давно рассказывали про его семью…

***

      Домик на окраине Калифорнии с раннего утра не давал спокойного сна соседям. Семья бывшего статского советника Илиева, перебравшаяся в Америку, всегда вызывала интерес даже у самых богатых и знаменитых людей города. Их галантность, исключительная грамотность на английском языке, что редко свойственно мигрантам, и даже родственные связи с царской семьёй привлекали внимание на всех светских мероприятиях. Однако было одно, что они хотели скрыть хотя бы на некоторое время, — их сын, социализация которого оказалась непростой задачей. — Ты никуда не пойдешь! Что задумал, наглец? — крикнул Константин Илиев с первого этажа. — Ты мне не указ, — донеслось со второго, хотя и с меньшим энтузиазмом. — Это моя жизнь, и мне не нужна твоя помощь.       Юра вышел из своей комнаты с сумкой от Луи Витон, одетый в простую, но дорогую одежду. Его внешний вид говорил сам за себя: бледная кожа, трясущиеся руки, мешки под глазами. Это была не первая любовь Юры к представителям низших классов, но нынешняя ситуация была настолько тяжёлой, что и врагу не пожелаешь. Спустившись на первый этаж, он встретился взглядом с матерью. По её печальному выражению лица было видно, что отчаяние давно овладело ею. Она уже не видела надежды на то, что всё наладится. Мать отвела взгляд, и Юра направился к выходу. — Куда пошёл? — Константин Илиев догнал его и остановил сына. Последний оттолкнул отца, и тот, не выдержав наглости, дал ему пощёчину. Вся злость перешла к Юре, и он выбежал из дома. — Ты видела всё. Это невыносимо, — сказал Константин Илиев, обращаясь к жене. — Раньше это казалось подростковым бунтом, но сейчас это влияние его пассий. Может быть, мы зря на него набросились. Может быть, у него проблемы, — ответила она. — Проблемы? Это у нас были проблемы, когда мы были вынуждены уехать из страны в поезде с новорождённым сыном. На каждой остановке нас проверяли и за малейшее сомнение милиции отправили бы кормить червей.       После такого откровения воцарилась гробовая тишина. Возможно, выговориться требовалось ему давно, но чин не позволял откровенных разговоров даже перед прислугой. Он успокоился и обнял жену.       Хотя участок был большим, их дом находился рядом с соседями. Как только всё стихло и Юра вышел из дома, их горящие уши охладились. Юра остановился у ворот участка, обернулся и посмотрел на дом, в который больше никогда не войдёт. Полный решимости и в то же время отчаянья, он прошёл за движущийся в гараж новенький «Кадиллак Эльдорадо», в котором был их шофер, русскоязычный американец Ник Брайсон. Увидев Юру с сумкой, он был крайне удивлён. Уже потом его плохое предчувствие подтвердили служанки. К ужину весь дом был в надежде возвращения сына, но этого не произошло. Где он находится? Это главный вопрос, который их волновал. — Ты не замёрзла? Может, пойдём внутрь? — спросил Юра, нежно обнимая её. — Нет, всё хорошо, — ответила Микка, наслаждаясь его теплом.       В тот день, особенно ближе к вечеру, дул холодный ветер, раскачивая пальмы и заставляя всех сидеть дома. Однако Юра согревал её своим теплом, и их встречи становились настоящим мгновением, которое они не хотели прерывать.       Юра встретил Микку примерно месяц назад на вечеринке своего друга. Она показала ему новую жизнь, где ею управляют не деньги, а обстоятельства и человеческие ошибки. Так Микка перенесла одну из таких ошибок Юре. Тогда она искала деньги на новую дозу. Он помог ей и влился в беззаботный мир в розовых очках. Влияние наркотиков оказывалось всё больше и больше, об этом узнала его семья, вследствие чего после ссоры он и ушёл из дома. Они просидели там ещё минут десять и пошли в дом.       На следующее утро Юлия Илиева проводила мужа на работу и собралась на поиски сына. Константин Илиев, хоть и потерял всё своё состояние, не потерял себя и свои умения зарабатывать. Она надела платок, чёрные очки и спортивный костюм. Слуг она не боялась, но опасалась слухов, которые и так уже распространялись. Аккуратно, чтобы никто не заметил, пробралась к выходу, перебежала к гаражу и, убедившись, что за ней никто не следит, зашла за забор, где столкнулась с шофёром. — Ник, какая встреча! — произнесла она немного нервно. — Разве ты не отвозишь моего мужа на работу? — Я уже отвёз его, он сказал, что я свободен до вечера. — А-а-а… Я решила прогуляться… — выдавила из себя Юля. — Обвязавшись платком в солнечный день? Вы меня извините, но я приехал именно из-за вас, так как боюсь, что вы наделаете глупостей. — И что, ты пойдёшь рассказывать всё Косте? — Я, как и вы, и Константин Иванович, беспокоюсь о Юре. Поэтому предлагаю объединить наши силы.       Юлия Илиева была ошеломлена его предложением, но из-за безнадёжности ей пришлось согласиться. Они подошли к простенькой машине «Форд Майнлайн». — Неплохая машина. — Да, на премию купил. Садитесь, — Ник Брайсон закрыл дверь и завёл машину. — Куда мы едем? — На Джорнал-стрит. Там живёт его друг.       Теодор Бондван действительно был хорошим знакомым Юры. Но, в отличие от Юры, на момент их встречи он был склонен к азартным играм. Его родители давно оборвали с ним связи, оставив ему квартиру и месячное жалование, которое он постоянно спускал в казино. К моменту встречи с Миккой Юра практически не общался с Теодором. — Не знаю я, где он. Он заходил на днях, просил деньги. Бледный, как смерть, что-то бормотал про себя. — Ближе к делу, — Ник прижал его к стене. — Но у меня их не было. Он разозлился и толкнул меня. Я упал, видите, какой шишак остался! — Теодор повернул голову, на затылке которого и вправду красовалась шишка. — Он тебе говорил, куда пойдёт? — Спросила Юлия. — Кажется, он что-то говорил о небольшом магазине костюмов на перекрестке Нормандии и Франклин-авеню.       Туда они и направились. Там, как оказалось, он был должен костюмеру круглую сумму, и за закрытие его долга тот указал, где жила Микка, так как записывал, как старуха-процентщица, каждого должника. — Сейчас бы что-нибудь выпить… — только проснувшись, Микка встала с кровати и подошла к маленькому холодильнику. — Тебе что-то взять? — но, не услышав ответа, взяла банку пива и закрыла холодильник.       В это время где-то в пробке… — Кошмар! — в замешательстве произнесла Юля. — Никогда не видела такой пробки. Как же вы здесь выедете? Вы поэтому так рано уезжаете? — Увы, утром здесь так же очень много людей. Вроде бы неплохой район, но сколько же людей! Удивительно, до чего же может довести социальная политика…       Выбравшись из пробки, они решили сделать круг и через полчаса подъехали к нужному дому.       Микка, сделав несколько глотков, решила разбудить Юру и подошла к его укутанному телу. Несколько раз толкнув его, она не смогла его разбудить, хотя Юра и двигался, но как-то неестественно. Собрав всю свою силу, она перевернула Юру. Но, посмотрев на него, обомлела и застыла на месте. Юра трясся в припадке, изо рта шла пена. Она закричала.       Крики Микки услышали с улицы Юлия и Ник. Они подбежали к двери, из окна которой доносились крики. Это был именно тот адрес, указанный костюмером. Шофёр лёгким движением выбил дверь, и они оба забежали в небольшие апартаменты. Микка стояла на коленях и рыдала, держась за кровать, на которой лежал Юра. Они подбежали. Ник перевернул его на бок, а Юля отвела Микку на кухню. — Успокойся, здесь есть телефон?       Микка отрицательно покачала головой. Юля побежала к соседям, которые предоставили ей телефон. Она позвонила в скорую и мужу. Выйдя от соседей, Юля выдохнула и, осознав происходящее, замерла на месте. Её ноги подкосились, на глаза навернулись слёзы. Она резко потеряла силы.