Забвение

Он сидел на кровати и смотрел немигающим взглядом в стену. В его голове просто не укладывалось то, что он только что узнал. Но об этом поподробнее… Джинни ушла незаметно, даже слишком тихо. Он только открыл глаза, а её след уже простыл. Словно мимолётное видение, будто этого поцелуя и не было. Но он был и вызывал в парне смешанные чувства. Что это правильно, нормально. Но при этом так, будто он предатель. И эти эмоции не могли ужиться в его неспокойном сердце. Оно попросту противоречило само себе. Гарри тяжело вздохнул, взъерошив волосы на затылке. Он просто не знал, что ему делать. Джинни ему нравилась, она была хорошей девушкой, очень привлекательной и бойкой. Но она была ему как младшая сестра. Как бы он ни пытался понять весь этот учебный год свои чувства к ней, он убедился в том, что ничего больше не будет. И всё из-за одного поцелуя. Парень думал, что тёплые чувства к ней сделают его нормальным, правильным. А не тем, кем он является уже несколько лет. Поттер ощущал себя отвратительным, поломанным, тем, кем его всегда считали Дурсли. Что он неправильный, ненормальный. Что он бесполезный и лишь занимает место. Он был обузой своим родственникам, своим друзьям и знакомым. Гарри знал, что Дурсли никогда не примут его, что он так и останется мальчиком из чулана под лестницей. А его друзья не говорят, но им явно бывает тяжко с ним. Он постоянно вовлекал их в неприятности, и если Гермиона отмалчивалась и не говорила всей правды, то Рон взрывался и не разговаривал с ним. А все знакомые, да хоть вся Британия, ждали от него спасения. Он же Избранный, он должен одолеть Волан-де-Морта… Но Гарри ещё подросток, который всегда должен быть стойким и не показывать свои переживания. Он круглая сирота, где домом ему был только Хогвартс. Он ещё так молод. Совсем одинок. У него были только друзья, что были хрупкой опорой. Он мог потерять их. До конца остаться одному. Быть неправильным и одиноким… Парень дёрнул себя за волосы, пытаясь привести в чувства. Ему нельзя было унывать. Хоть слёзы обиды так и хотели упасть с его глаз. Он так устал от вечного одиночества, которое сковывало его сердце в тиски. Такие тревожные и тяжёлые мысли не раз посещали его, и с каждым годом их становилось всё больше и больше. Его состояние оставляло желать лучшего. Как бы он ни пытался себя убедить, у него всё было не в порядке. Целый год брюнет пытался закрыться бронёй неприступности, но лишь терял часть себя. Со смертью Сириуса он потерял надежду на будущее. Он лишь жил жаждой мести. За родителей, друзей, которые часто страдали от всего этого, за крёстного и многих тех, кого он не знал лично, но они тоже пострадали из-за них. Из-за Пожирателей Смерти и их Тёмного Лорда. Гарри жил только ради того, чтобы стереть их с лица земли. Чтобы они больше не бесчинствовали и не вредили его друзьям и Магической Британии. И даже когда он это сделает, а он это сделает при любом раскладе, хоть из кожи вон вылезет, у него не остаётся планов на будущее. Гарри настолько погрузился в эту цель, что даже не думал о том, что будет дальше. Может, он и вовсе не выживет после столкновения с Волан-де-Мортом, кто его знает. Но если чудо произойдёт, то он, может быть, станет аврором, как думал до смерти крёстного. А так он даже уже не задумывался о другом исходе. Будучи ребёнком и ещё не побывавшем в волшебной школе ни разу, маленький Гарри хотел семью. Крепкую и большую. Чтобы у него закрылась эта дыра в груди, где у него самого этого не было после ухода родителей. Но сейчас этого не будет. Он же не нормальный… Нижняя губа предательски задрожала, а глаза он зажмурил ещё сильнее. Его мозг старательно не давал ему успокоиться. Лишь сильнее подбивая к истерике. Он последний раз плакал, когда не стало Блэка. Ну и те редкие кошмары, которые снились ему после, что доводили до судорожных всхлипов и трясучки. Больше никогда. Просто не было времени, чтобы побыть одному и высвободить этот комок в груди, который ещё больше усугубился, когда он навредил ему… Поттер дёрнул себя за волосы ещё раз, открывая слезящиеся глаза. И тут же замер на месте как вкопанный, боясь даже вздохнуть. Ему, наверное, мерещилось, по-другому не сказать. Ведь перед ним, буквально в нескольких метрах, стоял человек. Бледный, с усталыми глазами и болезненным видом. И только Гарри был причиной этому. Своим глупым поступком, который совершил сегодня и который и привёл его сюда вместе с Уизли. Малфой стоял возле горы мебели, бледный и одетый в чёрный костюм. Глаза были пустыми и сосредоточенны на Поттере, который вот совсем не ожидал его увидеть здесь. Парень даже начал подумывать, что ему кажется и Выручай-Комната просто издевается над его мозгом. Но нет, это явно был наследник рода Малфой. И он не нападал на Гарри, как совсем недавно при их стычке. Просто стоял и смотрел на него. Ни посыпал грязью, ни кидал в него заклинания. Просто стоял. Гарри отвёл взгляд в пол, закусив внутреннюю часть щеки. Ситуация была неловкая, у него даже румянец выступил на лице. Буквально час назад он изранил Малфоя заклинанием, из-за которого блондин валялся на полу заброшенного женского туалета в луже собственной крови. А теперь он стоит перед ним и даже не сыпет в него обвинениями. Просто смотрит на него и молчит. От этого было ещё тревожнее. Обычно бы слизеринец грозился тем, что расскажет отцу, мог бы кинуть в него пару болезненных заклинаний. Но, чёрт, почему он молчит?! Парень вновь глянул на блондина, сглатывая слюну. Нужно уладить ситуацию прямо сейчас, иначе это в будущем точно выйдет боком для Гарри и его друзей. – Прости… – Брюнет сказал это на выдохе, пытаясь вложить в это извинение искренность. Он и вправду хотел извиниться. Он поступил дерьмово, ранил Малфоя почти смертельно, а перед этим обвинил почти во всех смертных грехах. Ну, последнее было обоснованно, но тоже не скрашивало ситуацию. Но Поттер виновен, он поступил как полный идиот, и ему нужно было отвечать за свои поступки. Гарри осмелился заглянуть в чужие глаза, тут же сбитый с толку. В серых омутах было много эмоций, и из них выделялось сразу несколько основных. Тоска, обида, прощение и… надежда? Почему она? Почему не ярость? Гарри в буквальном смысле чуть не отправил его на тот свет. – Ты серьёзно, Поттер? – Его лицо приобрело недовольное выражение. Он хмурился, не понимая, почему сам Избранный извиняется перед ним. Драко же этого не достоин! – Ты сейчас извиняешься передо мной? За то, что сделал? – На его лице появилась ядовитая улыбка, а в глазах было неверие в эти извинения, – Ты, наверно, шутишь. Тот самый Избранный извиняется передо мной! – Хмыкнул он, смотря с подозрением. Он выглядел неубеждённо. Гарри сжал губы, стараясь не быть грубым. Ему нужно просто извиниться за то, что он ранил сероглазого, и он со спокойной душой и совестью уйдёт отсюда. Даже не спросит, зачем больной Малфой пришёл сюда почти сразу же после покушения на свою жизнь. Не спросит, почему тот смотрел на него с тоской и надеждой, будто ждавший чего-то другого. Не спросит его, почему этот скользкий змей такой… красивый? Твою мать, Гарри, о чём ты думаешь?! Совсем головой поехал?! Или это из-за того, что ты не нормальный, и это уже проявляется твоё истинное нутро? – Мне жаль. Мне правда жаль, Малфой. – Это извинение вышло чуть агрессивнее, потому что сдерживать себя было сложно. Гарри и так был в неловкой ситуации, а путей отступления не было. Драко перекрыл собой единственный более-менее свободный проход. Поттер мог бы попытаться уйти вправо, но была высокая вероятность, что он застрянет. Тем более он не любил убегать как трус, если не завершал дело. – Тебе жаль? Что, правда, Поттер? – Малфой двинулся к нему, на лице у него было странное выражение. Вроде бы его обычная маска яда, но под ней что-то скрывалось. Гарри пытался понять, но решил, что это сейчас не важно. К нему приближались и загоняли в ловушку. Он мог бы достать палочку, защититься или и вовсе сбежать. Тогда это будет ещё хуже. Только пытался просить прощения, а тут сразу же вновь бросается в атаку. Поттера и вправду совесть загрызёт, если он ещё раз ранит кого-то. Особенно его… – Может мне ещё и на колени встать, чтобы принять извинения, Малфой? – Всё, он не выдержал, тоже выплюнув яда. Не может он просто стоять столбом, когда его тут пытаются прессовать. – Было бы неплохо. Я бы на это посмотрел! – Блондин улыбнулся нахально, сокращая расстояние между ними ещё стремительнее. Он буквально был в метре от Гарри, который остался стоять на месте. Если он отступит назад, то это будет трусостью, и он лишь загонит себя в угол. Тогда вообще не получится уйти от этого разговора. – Я не буду унижаться перед тобой! – Гарри задрал голову, смотря на блондина снизу вверх, когда тот приблизился слишком близко. Буквально на расстояние вытянутой руки. Слишком близко. Слишком. – Не ты ли просил прощения, Поттер? – Выплюнул он в лицо брюнета. Гарри отвёл глаза, ведь не мог смотреть в чужие серые. Стоило сразу же уходить отсюда вслед за Джинни, тогда бы он не попал в эту ситуацию. Не стоял бы перед Малфоем с дрожью в каждой мышце и с дрожью в сердце. Он бы был нормальным, если бы не он. Избранного резко схватили за подбородок, заставляя смотреть в чужие глаза. Гарри был ошеломлён такой наглостью. Его так никто не трогал никогда! Из-за этого кровь вскипала в жилах. И даже не понятно, от чего именно. От ярости или волнения. Брюнет схватился за чужое запястье, отталкивая от своего лица. Нужно заканчивать с этим и уходить отсюда как можно скорее. – Мне правда жаль, что я тебя ранил, Малфой. Я этого не хотел, – Он смотрел в серые глаза парня, который не ожидал его прямоты и раскаяния в голосе, – Я знаю, что поступил по отношению к тебе отвратительно. Поэтому и извиняюсь за это… – Гарри так хотелось назвать его по имени, чтобы уж точно показать свою искренность, но не мог. Это было слишком лично, слишком интимно. Они были не в тех отношениях, чтобы называть друг друга по именам. Они оба враждовали всю их школьную жизнь, и вот такой переход станет слишком неожиданным. Но Поттер был человеком противоречий, хоть и очень редко. Так что… – … Драко. – Всё-таки вырвалось с его губ, из-за чего лицо начало пылать. Чужое шокированное лицо лишь сильнее заставляло его щёки гореть. Вот теперь, когда он это сказал, было сожаление. Гарри чувствовал себя ещё больше идиотом, чем он был. И пора бы делать ноги, раз не получается бороться с проблемой. Поттер отпустил тёплую руку, огибая блондина справа, чтобы уйти. Он сделал только шаг, когда его схватили за левую руку и притянули обратно. Теперь Гарри был в непозволительной близости к Драко, который чуть ли не держал его в своих объятиях и был лицом к лицу с ним. Это было слишком близко! Лицо зеленоглазого вспыхнуло как спичка, пока в него всматривался блондин напротив, будто что-то выискивая. Ложь, правду, может даже скрытый подтекст. Смотрел своими серыми омутами с тревогой и опять с надеждой? Гарри уже просто не знал, куда деваться от его взгляда и того, что в нём таится. Ещё чуть-чуть, и он поддастся искушению. Совсем станет неправильным. Может, за это Малфой тут же с ним расправится, чтобы Герой не страдал. Какая же всё-таки дерьмовая ситуация… – Ты… – Малфой не мог подобрать слов, поэтому замолк и смотрел на брюнета, которого схватил за плечи, с розовеющим лицом. Гарри лишь сильнее жалел, что всё-таки назвал того по имени, а не по фамилии. По имени он блондина очень давно не называл, лишь кидался безликой фамилией. Как же неловко получается… – Я правда раскаиваюсь за свой поступок. Я не думал, что это так обернётся, – Гарри замолк, отводя взгляд и лицо к полу. Вот бы сейчас вернуться в гостиную факультета и не выбраться оттуда, – Но и ты виновен в той или иной степени. – Колкий комментарий всё же сорвался с губ, как и острый взгляд. Всё-таки не стоит забывать, что Драко тоже виноват в той ситуации. Хоть и не так сильно, как Гарри. – Ах ты…! – Малфой от такого порозовел ещё больше, но теперь ещё и из-за гнева. Явно не хотел признавать ошибок со своей стороны. Хватка блондина усилилась, а лицо было в слишком большой близости к Поттеру. Парень из-за этого начал нервничать ещё больше, а его лицо приобретало алый цвет. Почти как цвет его факультета, это уж точно. Можно было спорить на запас Рона в виде шоколадных лягушек, которых тот бережно хранил и думал, что их никто не нашёл. Но как бы не так. Гарри нашёл их ещё когда они заселялись в свою комнату в начале семестра. Но сейчас не о сладком. Сейчас его пытают нарушением личного пространства и разрушением последних разумных стен. – Отпусти меня, – Гарри дёрнулся, пытаясь вырваться из чужих рук. Но это вообще не помогло. Малфой лишь сильнее сжал его в своих объятиях, словно всегда хотел пообниматься со школьным врагом. Это даже звучит странно, на деле ещё хуже, – Отпусти меня! – Парень вновь шевельнулся, но на этот раз больше. И это повлияло на блондина. Тот сразу начал оглядывать его лицо с тревогой в глазах, словно хотел сказать что-то такое, от чего Гарри будет не в восторге. Ну или что-то, что шокирует Избранного, и он потеряет связь с миром и своим телом. Настолько были тревожны его глаза. Гарри готов был поставить галеон на то, что никогда не видел Малфоя в таком состоянии и быть этому причиной. – Прекрати! – Малфой встряхнул его немного, будто приводя в чувства и чтобы паника в брюнете отступила, – Я просто держу тебя, придурок! Не пытаю! – После слова о пытках он замолк, уходя в себя чуть-чуть. Словно вспомнил не самый приятный момент в его жизни. По лицу было понятно. Гарри из тысячи узнает его недовольство только по сдернутому носу и чуть приоткрытой верхней губе. Ох уж эти мимические морщинки возле носа. – Тогда отпусти меня! Я уже извинился и пойду к себе в гостиную факультета! – Гарри почти кричал это в лицо напротив, даже находя в себе силы, чтобы посмотреть в чужие глаза. Можно ли было утонуть в серых омутах, похожих на туман, отдающий голубизной? Скорее всего да. – Ты придурок, Поттер… ! – Драко сжал его руку, ещё раз встряхнув парня. Только блондин не успел договорить, ведь его перебили. – Я хотя бы не щеголяю с красивой и кислой мордой… ! – Брюнет заткнулся моментально, ведь понял, что сказал. Гарри Поттер, ты кретин! Только ты мог так обложаться! – Что? – Блондин смотрел на него с открытым ртом, будто вообще ожидал другого. Гарри тоже, но он просто болван, который не может держать язык за зубами и ляпнуть то, что крутилось у него в голове уже не первый год. – Забудь. Просто отпусти меня! – Избранный занервничал ещё больше, когда Малфой приблизился к его лицу настолько, что губы и подбородок ощущали его тёплое дыхание. А красная лампочка тревоги мигала у него в голове, когда эти глаза смотрели прямо в его и на его губы. Краснее факультетского флага ему не быть, но может быть всё же получится. А ещё у него получится потерять последние границы и просто впиться в чужие губы как пиявка. – Повтори, – Сказал блондин, бегая от глаз к губам и обратно своими глазами, – Ты назвал меня красивым… – Боже, этот слизеринец начал улыбаться. И не как обычно, а с какой-то добротой во взгляде и улыбке. Или Гарри настолько тупой, что никогда не замечал его улыбок. Скорее второе. Очкарик впал в ступор, забывая обо всём на свете. Его окончательно сломали. Теперь он точно не нормальный до конца. Во всём виноват Малфой. Гарри за это подаст на него в суд, если сейчас не сгорит со стыда. – Не было такого… Тебе показалось… – Мямлил он, отводя взгляд и отворачивая голову вправо. Он чувствовал, как чужой взгляд сверлит ему лицо, а висок опаляет чужое дыхание. – А я думаю, что… – Закрой рот! – Гарри зажал ему рот своими руками, с паникой смотря в чужое лицо. Вот теперь он точно обложался. Он не только выдал себя дрожью в голосе, но ещё и тем, что потрогал его в ответ. Прикоснулся и чувствовал чужие губы под своими трясущимися руками. Просто кошмар, – Просто заткнись… – Голос дрожал, и это было больше похоже на просьбу, а не приказ. У Гарри голова сейчас начнёт кружиться от тревоги и паники. Драко смотрел на него с весельем в глазах. Ему явно было смешно от его тряски. Но ещё сильнее ему нравилось чужое красное лицо, что своей красотой заразило шею и уши. И его можно было понять. Зрелище и вправду было любопытным и интригующим. Блондин отвёл от своего лица его руки, не отпуская чужие запястья из своих рук. Гарри только и мог смотреть на него в шоке, ведь связь с реальностью была почти полностью потеряна. Он просто не понимал, как это так всё обернулось. Вот Гарри ранил Малфоя, а теперь тот сам жмётся к нему, словно приклеенный. Такое даже в его бредовых снах не было, хоть иногда и снились сны с участием Хорька. Гарри испуганно вздохнул, когда к нему наклонились и поцеловали в левую щёку. Шок на его лице был настолько огромным, что Малфой, который отстранился от него немного, издал смешок. Вот он, Избранный всей Британии, стоит с краснеющим лицом, лохматыми волосами и открытым в удивлении ртом. Так ещё и с зажатыми запястьями в чужих руках. Картина маслом. – Какого… – Его заткнули. Самым неожиданным способом для Гарри. Чужие губы были мягкими на его собственных, а слова, которые он хотел сказать наглому блондину, превратились в удивлённое мычание, – Зачем ты… – Только он отстранился, как его тут же утянули в новый поцелуй. Парень, который целовался-то всего ничего, такая настойчивость была неожиданной. Внутри него взорвалось всё. Его мир исчез, а после встал вновь. От радости хотелось плакать. Он даже не думал, что Малфой вот так сломает вражду между ними. Правда ведь сломал? Это же не будет разовой акцией? Его же не бросят разбираться с этим одного? Он отвечал на поцелуй неуверенно, даже не сопротивляясь чужим губам. Гарри ждал этого несколько лет и теперь не мог потерять этот момент. От переизбытка эмоций у него в теле была лёгкость. В хорошем смысле. Он думал, что взлетит хоть сейчас, без помощи магии или метлы. – Ты придурок… – Вырвалось у Поттера, когда от него отстранились, чтобы глотнуть немного воздуха. – Ты не лучше, Поттер. – Драко вновь прильнул к чужим губам. В его движениях была нежность и плавный темп. Словно этот момент их откровения он хотел растянуть подольше. Гарри смог высвободить свои руки и просто закинул их на чужие плечи, притягивая блондина ближе к себе. Всю свою любовь он отдавал через этот поцелуй, стараясь быть не таким бревном, как он думал. Опыта как-никак у него почти не было. – Я хотя бы не пишу записки, как это делал ты на третьем курсе. – Он улыбнулся, надеясь, что не прогадал с своими догадками. – Так ты понял, что это был я? – Блондин улыбнулся в ответ, сжимая его талию в своих руках и прижимая к своей груди. – Только ты мог написать о том, какой я придурок и что я очень симпатичный. – Он посмеялся с последнего слова, ведь тогда он совсем не понимал, кто так решил над ним пошутить. Кажется, тогда он и начал обращать внимание на Малфоя. Всё-таки был совсем юным и впечатлительным, особенно когда рядом ошивается интересный блондин, который так и хочет его внимания. – И то правда… – Прошептал Драко в его губы, вновь целуя. Его руки исследовали чужое тело, забираясь под одежду. У обоих от такой близости сливалось дыхание, а возбуждение от долгих поцелуев лишь сильнее распаляло их… Их эмоции слились в единый коктейль, заставляя обоих плавиться друг от друга. Каждое прикосновение, поцелуй, трение и толчок было спусковым крючком к ошеломительному оргазму. И оба достигли своего пика, стремясь довести друг друга до грани удовольствия… Гарри был вялым. Только что он кончил и был липким везде. Его дыхание только приходило в норму, пока разум пытался догнать суть. Они только что переспали. Он и Драко. И это было очень жарко и ошеломительно, что у него ещё было ощущение внутри себя чужого члена. Странное, но захватывающее чувство. Драко сел на полу, застёгивая ширинку и накидывая рубашку. Он попытался поднять Поттера, что растёкся по полу звездой, ведь холодный камень под спиной остужал кожу, и одеть его. Но лишь вызвал этим недовольный стон и слабое сопротивление. – Давай вставай, иначе простудишься. – Блондин всё же смог усадить его, опустить задранную футболку и застегнуть чужую рубашку, что до этого висела на нём тряпкой. Гарри поддался его манипуляциям, сам надевая своё бельё и джинсы. Всё-таки тело начало остывать после страсти, и холод начал сковывать его конечности. – Какой заботливый. – Фыркнул Гарри, закатывая глаза. Но в этот момент он чувствовал себя влюблённым и любимым. И это приносило ему радость. Драко притянул его ближе, прижимая к своему левому боку. Он молчал, словно не решаясь что-то сказать, а Гарри не хотел заставлять его говорить. Лишь бы просто сидеть рядом, чувствуя себя в безопасности. – Ты был прав… – Тихо сказал блондин после долгих минут молчания, – Я и вправду проклял то ожерелье, отравил медовуху… – Малфой тяжело вздохнул, чуть поворачивая голову к замершему Гарри. Тот лишь слушал чужую исповедь с перехваченным дыханием, – Я… должен… – Он совсем замолк, а его лицо начало бледнеть. А в его глазах стояли слёзы, – Убить его. Гарри встрепенулся, понимая, к чему тот клонит. Он надеялся, что это неправда. Весь год надеялся, если честно. Но тут всплыла неприятная правда, которой он боялся. – Ты… – Поттер отстранился от него ещё немного, чтобы была возможность смотреть в чужое лицо, – Ты не должен, Драко. – Он сказал это уверенно, стараясь не потерять лицо. Его нижняя губа так и норовила затрястись от переживаний. Иногда ему не хотелось быть догадливым, ведь слова возлюбленного об убийстве в сторону директора школы явно не были шуткой. Драко ведь пытался убить его почти весь учебный год, и оттого ситуация не лучше. Его рука легла на бледную щёку блондина, поглаживая кожу. Парень старался поддержать, успокоить и переубедить. Хоть и не словами, но действиями. Гарри иногда не знает, как поддержать человека, но старается показать, что он рядом. И этот навык тактильного контакта у него пока работал на ура. – Ты не должен, Драко. Ты никому ничего не должен, – Голос чуть дрогнул под конец, но он смог сдержать себя от дрожи. Чужая тёплая рука легла поверх его, согревая похолодевшие пальцы брюнета, – Я защищу тебя. Сделаю всё возможное, чтобы до тебя не добрались, Драко. Всё, что в моих силах… – Избранный приблизился к его лицу, оставляя лёгкий поцелуй на другой щеке. От столь трепетного жеста Малфой сжал его пальцы в своих и тяжело вздохнул. Блондин сократил расстояние между их лицами, соприкасаясь лбами и запутывая правую руку в чужих волосах на затылке. Тишина между ними была напряжённая, полная отчаянья и всепоглощающей любви. Просто сидеть друг напротив друга на коленях и дышать одним воздухом было упоительным для обоих. Тем более после близости, которую они желали так долго. – Я не могу… – Всхлип со стороны Малфоя для него был неожиданным, из-за чего Гарри даже дрогнул. Как и сердце в его груди, – Если я это не сделаю, он убьёт их, – Блондин зажмурился, пытаясь проглотить слёзы, что подступали к его горлу, – Он убьёт мою семью… – Гарри почувствовал своей левой рукой, как сквозь пальцы прошла дорожка влаги. Его сердце разрывалось за возлюбленного, который был в уязвимом положении прямо сейчас. Хотелось помочь. Расшибиться об землю, но сделать всё, что в его силах. – Я не дам тебя в обиду! Я сделаю всё, чтобы он не навредил ни тебе ни твоим родителям, Драко! – Гарри обхватил его лицо двумя руками, заглядывая в открывшиеся и мутные от слёз глаза. – Это не поможет! – Вскрикнул сероглазый, всхлипывая и капая влагой из глаз, – Он убьёт родителей, тебя и меня! Как ты этого не понимаешь?! – Малфой был испуган, словно раненое животное. Коим он и являлся сейчас. – Я спасу тебя, слышишь?! Спасу, чего бы мне это ни стоило! – Гарри сам сорвался на крик, проливая слёзы вместе с любимым слизеринцем. Его сковывало отчаянье. Он разрывался от тревоги, ярости, тоски и скорби. Парень так хотел спасти Малфоя, что у него дыхание захватывало от всех тех чувств, что нахлынули на него. Драко плакал в его объятиях. Навзрыд, не скрывая своих эмоций, он выглядел так, будто страдал от того, что его загнали в ловушку, лишив выхода. Это горе сводило его с ума. Словно от тебя отрывают кусок чего-то живого, твоего, и на твоих глазах бросают в бездну. — Не надо было тебе говорить… — тихо, охрипшим голосом, шептал аристократ, продолжая всхлипывать даже после того, как слёзы закончились. — Ты бы не знал… Гарри гладил его по макушке, прижимая к шее, как маленького ребёнка. — Теперь ты знаешь и… теперь будешь пытаться помочь. Будешь мешать… Он говорил словно в бреду, будто не до конца понимая собственные слова. — Я защищу и их, и тебя… Чего бы мне это ни стоило, Поттер… Блондин отстранился, глядя в лицо Гарри с разрывающей тоской и болью. Гарри даже не успел ничего сказать, как в его грудь упёрся кончик чужой палочки, а с чужих губ сорвалось единственное заклинание: — Обливиэйт. Поттер рухнул в объятия тяжёлым грузом, постепенно погружаясь в забвение. — Ты забудешь о любви ко мне, эту встречу и разговор… — Драко держал его в руках, как самую драгоценную вещь, с которой ему предстоит расстаться навсегда. Он смотрел, как его возлюбленный — Мальчик-Который-Выжил, герой всей Британии, которого он любил даже тогда, когда сам не признавался в этом, — закрывает глаза. С трепетом наблюдал, как то лицо расслабляется, оставаясь румяным и безмятежным, в помятой одежде. Таким красивым… Гарри словно спал — будто не он только что подарил Драко шанс на взаимность, которую тот сам же и отверг. Но это было ради защиты Поттера. Чтобы тот не лез на рожон и не рисковал собой. Малфой не хотел потерять и его. Нельзя было подвергать Гарри такой опасности. Лучше уж сделать то, что от него требуют, — лишь бы ничто не угрожало его семье и возлюбленному… — Я люблю тебя… — прошептал он, касаясь чужих губ прощальным поцелуем. А в глубине души всё ещё теплилась надежда на счастливый конец.