Шепот улицы

Утро выдалось тяжёлым. Мысли о ночном разговоре родителей не давали мне покоя. Я встал с кровати, волоча ноги, словно цепи, и подошел к окну. Асфальт на улице, блестящий и влажный после ночного дождя, отражал ясное, безмятежное небо. День начинался так же, как и все остальные, но какое-то непонятное чувство тянуло меня на улицу. Я никогда не любил проводить время вне дома, предпочитая тишину и одиночество, но сегодня мне по особенному хотелось прогуляться, хотелось сбежать от собственных мыслей. Закончив утреннюю рутину быстрее обычного, я вышел из дома, стараясь ни о чем не думать. В воздухе витал запах свежести, перемешанный с ароматом кофе из ближайшего кафе. Ветви деревьев, сверкающие от капель дождя, ласкали взгляд. Здесь, в этом городе, жизнь бурлила, словно река, все дышало энергией и движением, в отличие от нашего старого места. Там не было ничего интересного: лишь заброшенные дома, покосившиеся заборы и маленькие, пыльные киоски. Я вдруг понял желание Греты сбежать из того унылого городка, где, казалось, время остановилось. Иронично, что я, заядлый противник всего нового, с какой-то детской радостью изучал это новое место, с его шумными улицами и незнакомыми зданиями. Я, тот, кто не хотел ничего менять в своей жизни, в итоге повернул ее с ног на голову. Наконец, я подошел к воротам школы. Дети, словно стая испуганных птиц, спешили внутрь, стараясь не опоздать на первый урок. Я прошел внутрь здания, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, и направился вверх по лестнице в сторону класса. Зайдя, я сел за парту и принялся доставать учебники, стараясь отвлечься от мыслей, которые настойчиво лезли в голову. В тот же миг краем глаза я заметил знакомый силуэт. Это был Тео. Он снова подсел ко мне и ухмыльнулся. – Слушай, Яков, не хочешь сока? – он протянул мне свою бутылку. – Я хочу лишь, чтобы ты ушел с моего места, – ответил я, стараясь сохранять спокойствие. – Не будь таким занудой, слышишь, – отмахнулся Тео, словно от назойливой мухи, и его наглая ухмылка стала еще шире. – Скажи честно. Что тебе от меня нужно? – спросил я, не скрывая своего раздражения, глядя ему прямо в глаза. – У нас с самого начала всё как-то не заладилось, – протянул он, делая вид, что искренне сожалеет об этом. – Видишь ли, я хочу помочь тебе освоиться в нашем дружном коллективе. – Поверь, я обойдусь без твоей помощи, – отрезал я, давая ему понять, что его игра меня не интересует. – Ну как же? Вон, Вольфганг, бегает к своим защитникам с параллели. Дорис клеится к мажорчику. А ты проводишь всё своё время в одиночестве. Я хочу помочь найти тебе друзей. – Давай начистоту, – я повернулся к нему, глядя прямо в глаза, и в моем голосе прозвучала неприкрытая ирония. – Ты меня раздражаешь, и я еще раз *прошу* тебя уйти с моего места. Тео, явно не удовлетворенный таким ответом, быстро изменился в лице, и его самодовольная ухмылка сменилась раздражением, словно я посмел нарушить его тщательно выстроенный план. – А ты забавный, – он наклонился ко мне ближе. – Рад, что нравлюсь тебе, – ответил я. Тео встал из-за парты, словно сдаваясь, и было хотел уйти, но, внезапно, остановился. В тот же миг содержимое бутылки с соком вылилось на меня, и липкая, противная жидкость растеклась по моей одежде. Тео хотел что-то сказать, но его улыбка дрогнула, когда он увидел мое лицо. Я лишь усмехнулся, стряхивая капли сока с рукава. Он явно не ожидал такой реакции, и его глаза сузились от злости, словно он не понял, как так вышло, что его выходка меня не задела. – Ну и что это было? – сквозь зубы выдал я, стараясь сдержать свой гнев, но мой тон звучал скорее насмешливо, чем раздраженно. – Я ведь предупреждал, тебе стоило быть более приветливым со мной. Мой взгляд медленно скользнул по его “друзьям”, которые явно были удивлены происходящим. Я улыбнулся, видя их растерянность. – Мне не за чем лобызаться перед таким скотом, как ты, – сказал я с презрением и, оттолкнув его в сторону, направился к выходу, чувствуя, что еще немного, и я действительно потеряю контроль над собой. Стиснув зубы, я поспешил в уборную, стараясь не думать о том, что только что произошло. Так или иначе Тео понял, что его выходки на меня не подействуют. Зайдя в туалет, я подошел к раковине и, с досадой сняв толстовку, принялся ее застирывать. В тот же момент дверь со скрипом отворилась, и за мной зашел Вольфганг. – Яков? – тихо произнес он. Его голос прозвучал как-то неуверенно, словно он не знал, как начать разговор. Я обернулся на него. – Это снова Тео? – спросил он. В его глазах я заметил отблеск сочувствия, но мне не хотелось его жалости. – Неважно, – ответил я, стараясь держаться отстраненно. Он подошел к соседнему умывальнику и включил воду, словно повторяя мои действия. – Он тоже издевался надо мной, – тихо произнес Вольфганг. Я дрогнул. – Знаешь, тебе не нужно терпеть его выходки, – продолжил он, глядя в зеркало. – Он издевался надо мной почти два года. Если бы я смог вернуться назад, то дал бы ему по морде в первую же нашу встречу, – его слова звучали с горечью, но в них я услышал твердость. – Зачем… зачем ты мне это говоришь? – спросил я, стараясь скрыть свое замешательство. – Не хочу, чтобы над тобой тоже издевались. Только сейчас я понял, что стою в одной футболке. Я быстро прикрыл запястья мокрой толстовской, в надежде, что Вольфганг ничего не заметил. – Ты ведь общался с Элиасом? – вдруг спросил он, нарушая тишину. – Откуда ты знаешь? – Я... слышал ваш разговор вчера. – Мы знакомые. – Вот оно как, – Вольфганг выключил воду и направился к выходу. – Ты знаешь Элиаса? – спросил я, решившись нарушить молчание. – Да. Это он мне помог избавиться от издевательств. Сказав это, Вольфганг вышел из уборной, оставив меня наедине со своими мыслями. Элиас действительно помог ему? **** Наконец я отмыл рукава от липкого сока. Хорошо выжав ткань, я снова надел толстовку, чувствуя, как она неприятно прилипает к коже. Выйдя из уборной, я услышал звонок и направился в класс, стараясь сохранять хоть какое-то подобие спокойствия. Я вернулся на свое место. Впереди меня уже сидела обеспокоенная Дорис. Она нервно тыкала пальцами по экрану телефона, пытаясь кому-то дозвониться. – “Абонент недоступен. Перезвоните позже”, – произнес автоматический голос. – Ну почему ты не берешь трубку? – растерянно проговорила она, и я понял, что ее беспокойство связано с кем-то конкретным. Только сейчас я заметил, что место рядом с ней пустовало. Вальтера сегодня не было. – Дорис, ты дозвонилась ему? – спросил Вагнер, проходя мимо ее парты и заглядывая ей через плечо. – Нет. Он не отвечает, – с явным беспокойством ответила она, и ее голос дрогнул. – Обычно Вальтер предупреждает о том, что его не будет, – пробормотал Вагнер.– Что ж, возможно, он просто опоздает, – он пожал плечами, но я видел, что он тоже немного обеспокоен. Урок прошел как обычно. Вагнер увлеченно рассказывал о новой теме по истории, но меня лишь клонило в сон. Наконец прозвенел звонок. Дорис снова начала набирать номер Вальтера. Ее пальцы нервно бегали по экрану телефона, но он так и не отвечал. – Да что с тобой случилось? – с ноткой раздражения, больше обращенной к самой себе, произнесла она. Я лег на парту, закрыв глаза, и просто ждал окончания перемены, стараясь не думать ни о чем. Вдруг ко мне подошел Вагнер, сжимая в руках какие-то бумаги. – Яков, можно тебя на пару минут? – произнес он, и его голос прозвучал как-то утомленно. – Да, конечно, – ответил я. – Мне нужно дать тебе некоторые бумаги, чтобы твои родители в них расписались, – Вагнер тяжело вздохнул. – Ненавижу эту бумажную волокиту. Пройдем за мной, я дам тебе ксерокопию, – сказал он, и развернулся, направляясь в сторону учительской. Без лишних слов я встал из-за парты и последовал за ним. Учительская представляла собой довольно унылое помещение: ряды книжных шкафов, забитых учебниками и методическими пособиями, столы, заваленные бумагами, и унылый запах пыли. – Где же они… – пробормотал Вагнер, начиная рыться на полках, перебирая какие-то листки. Наконец он вытащил нужные бумаги, с облегчением вздохнул. – Подожди тут, я сейчас. Он подошел к старому принтеру и начал делать несколько ксерокопий. Я же, не зная, чем себя занять, стал смотреть в окно. Мой взгляд притянула знакомая фигура. – Вальтер? – с удивлением произнес я, подойдя ближе к окну. Он сидел на скамейке, в одной помятой рубашке, в тени деревьев. Его волосы были растрепаны, а на щеке красовался огромный синяк. От этого зрелища мне стало как-то не по себе. – Вот, держи, – Вагнер протянул мне несколько листов с заявлениями. – Принесешь завтра, хорошо, – он улыбнулся, и, казалось, не заметил моего удивления. – А? Да, конечно, – растерянно выдал я, не отводя взгляда от окна. – Больше не буду тебя задерживать, – сказал Вагнер, кивнув в сторону двери. Я слегка потупился в пол. Может, рассказать ему про Вальтера? Но я тут же отбросил эту мысль. Нет, сначала нужно разобраться в том, что вообще происходит. – Извините. Мне… – я сделал паузу, думая, что ответить. – Мне плохо. Я могу пойти домой? Вагнер обернулся, и его взгляд стал обеспокоенным. – Плохо? Тебя что-то беспокоит? – Да… э, голова болит сильно. Я идиот. – Вот оно как, – Вагнер нахмурился. – Подойдем к медсестре, – предложил он, и я понял, что нужно срочно что-то предпринять. – Не стоит, – ответил я, пытаясь говорить уверенно. – Это побочный эффект от… от таблеток, – я выпалил первое, что пришло мне в голову. – Врач выписал мне валиум, но иногда от него бывают головные боли. – Я тебя понял, – Вагнер кивнул. – В таком случае, конечно, ты можешь идти, но если тебя беспокоит что-либо еще, то… – он сделал паузу. – Нет, все в порядке. Спасибо, – перебил его я, стараясь скрыть свое волнение. Я быстро вышел в коридор и, не дожидаясь ответа, направился в класс. Собрав свои вещи, я поспешил к выходу. Дорис все еще сжимала свой телефон, и, обернувшись на меня, она одарила удивленным взглядом. – Ты куда? – спросила она, и в ее голосе прозвучало беспокойство. Возможно, стоило ей сказать, что я увидел Вальтера, но что-то остановило меня. – Домой. Голова болит. – А, понятно, – тихо произнесла она. Мне было стыдно, что соврал ей. Я взглянул на Тео, который лишь бросил на меня косой взгляд. Я вышел из класса и направился к выходу.