Крестоносцы

1

      Людям бывает тяжело признать, что есть другие люди, сильнее, но еще труднее иногда понять, что эти сильнейшие тоже не всесильные: у них есть свои границы и они не могут решить всех проблем. Воля была ворожеей — она слышала богов, но только тогда, когда те с ней разговаривали, умела тлумачить знаки, но только при условии, что эти самые знаки будут, и конечно же она могла немного поколдовать, навести порчу или вроде того… Но опять же таки, ее силы не были безграничными.       В тот день, когда крестоносцы напали и пробили дамбу, служительница Перуна проснулась от дурного видения. Она видела, как река затопила все их село, а тогда с этого новосозданного болота выглянули идолы и постепенно вода начала сходить. Ей в голову не могло прийти, что все будет так буквально, но именно так и случилось.       Как оказалось, лидера их села убили, так что ворожея была вынуждена взять на себя эти обязанности. Боги послали ей испытание. Наверное, самое сильное из всех, какие у нее были. Конечно, провидица была девушкой умной и знала несколько языков, среди них был и английский, на котором говорили чужаки. Кто-то мог подумать, что она предательница — так сразу пойти договариваться с врагом, что же, у них было право на свое мнение.       Но в первую очередь Воля думала о сохранении тех жизней, которые остались. Она послала Светлодару собирать тела и искать выживших после потопа, а сама пошла отвлекать крестоносцев. Складывалось впечатление, что с этими нелюдями можно как-то договориться. Они же пришли сюда за чем-то. Деньги, скот, еда — село отдаст все, оно возродится позже, но как же сильно ворожея ошибалась! Врагам была нужна земля, их души.       С первого взгляда на их лидера она поняла: добра не будет. Тот смотрел на нее как на кусок мяса, чего в их селе ни один мужчина себе не позволял не то что к служительнице богов, даже по отношению к обычной женщине. Возможно, где-то они были более развитые, эти английцы, но не умом, ум у них был как у малых детей, очень злых и жадных, которым некому дать прутяры.       Воля согласилась отдать несколько хат, в которых жили холостяки, всех их временно приютив в своем доме. Со временем они перебрались к родственникам, а кто-то пошел в лес, в подполье, но первые дни контовались у нее. Так же девушка приказала своим отдать врагу еду, одежду, все, что попросят, чтобы они только не натворили больше горя, чем уже сделали.       Это все работало где-то неделю, пока крестоносцы боялись, что могут прийти подкрепления не со стороны речки, но там никого не было, и когда чужаки это поняли, они обнаглели. Начали забирать себе все новые и новые хаты, цепляться к девушкам, ломать то, чего не могли забрать.       Люди негодовали, говорили: как та можна, сделай что-то, ворожея. Она и делала. Все время молилась Перуну, бог не хотел отвечать.

2

      Когда крестоносцы потянули свои руки к детям, терпеть уже не было сил. Что могла сделать Воля? Она продолжала учить подростающее поколение грамоте, обычаям, которые сама переняла от предков, а крестоносцы смотрели на это как на игру, неудачную шутку. Они считали, их Англия займет то место в сердцах, где раньше была родина, потому что Англия лучше — более воспитанная, развитая и все такое.       Детей стыдили, когда они пытались говорить или писать на родном языке, называли его варварским, сельским, диалектом. Герои их сказок были выдумками, которые откуда-то одолжили, а вот те, которые рассказывал англиец, это что-то для взрослых, развитых, интеллектуальных.       Он говорил с ними ласково и приветливо, тоном старшего брата, который пытался научить глупых малышей. «И это самое страшное — думала Воля — что они свои преступления прячут под маской братства».       Но дети были не такими глупыми, как про них думали взрослые. В конце концов, чего-то они от старших да научились, к тому же, даже малыши понимают, что такое чужак, который пришел с мечем на твою землю. Конечно, не так, как старшие, но тоже осознают, что это такое.       Потом к Воле обратились беглецы, те, что жили в лесу, подальше от села. Они сказали ей то, про что она не хотела бы знать, но это знание догоняло ее: крестоносцы вывозят детей в Англию, чтобы уже там перевоспитать. Они не были уверены, поможет ли им такая ворожея — она все еще не призвала гнев Перуна на врагов, но все же было не к кому обращаться.       И жрица согласилась. Она не только тайно приносила еду повстанцам (по это даже селяне не знали) а еще и планировала нападение. Более того, написала письмо скандинавам, только как его передать — тот еще вопрос.       В конце концов это обернулось трагедией, когда увидев врагов захватчики решили, что дети никому не достанутся и просто перестреляли их. И все же, двум из них удалось сбежать, и теперь они так же прятались в лесах.       Воля продолжала молиться Перуну, а заодно и всему пантеону, чтобы они помогли с этой бедой. Но никаких ответов, все знаки говорили только об одном — боги не слышали.

3

      Несколько раз Воля все-таки не выдерживала и пременяла свою магию. Чем больше проходило времени, тем наглее становились мародеры, ответа с того света не было, так что пришлось самой со всем разбираться.       Был среди крестоносцев один любитель поухаживать за девушками — полапать их, рассказать несколько анекдотов про женщин легкого поведения, пообещать кого-то изнасиловать, а тогда сделать вид, что ничего такого не было, просто шутки не поняли. Конечно, к ворожеи он не лез, боялся злых чар, но это не значило, что они обошли его стороной.       Однажды днем тот человек шел себе по лесу и лег отдохнуть под деревом, как вдруг бах! На него свалился улей с пчелами. Жалили они его знатно, не обошли и того места, коим он постоянно угрожал, с тех пор насильник вроде бы притих.       Другой очень любил проучать неверных: срывал их обереги, плевал на знаки, всюду тыкал свои католические кресты. Светлодара даже хотела нарисовать большой знак кровью ему на дверь, но наставница отговорила — кто знает, как он решит отомстить, надо действовать так, чтобы не догадался.       Все необходимые ритуалы она сделала в своей хижине, как настоящая ведьма — так, чтобы про то никто не знал. Через несколько дней, когда враг очередной раз проповедовал про своего бога, прилетел в него горшок с маринованными огурцами, разбив голову. Кто с толпы на такое осмелился — неизвестно, виновного не нашли, хоть как селян запугивали, но после того случая проповеди прекратились.       Приходилось и менее приятными вещами заниматься: доступа к кладбищу больше не было, спаливать тела не разрешали, поэтому Воля хоронила их, закапывая в землю. Более того, крестоносцы не давали зарыть в поле или где-то под деревом — заставляли копать ямы во дворах и у дороги. «О, Марена, подари им покой» — говорила в своих молитвах ворожея.       Вот так понемногу и проходили дни той ужасной, новой жизни. Воля пыталась насолить врагу, но этого было недостаточно, и тогда она решила: пришло время для великого ритуала.

4

      И хотя некоторые сомневались в силе Воли, на большой ритуал пришли все без исключения. Детей к тому времени в селе не осталось, но взрослые — все, даже древнии старики и совсем юные особи. Они так же принесли дары, и кто б что не говорил про предательский народ, но никто из них не рассказал врагам, где и когда это действо проходит.       Наконец-то ворожея могла обратиться к Перуну показав ему, что все просят о помощи, это не ее личная просьба. Они предложили щедрые дары, одна женщина даже отдала собственную кровь, и наконец-то служительница богов получила ответ.       Вмиг ее молитва затихла, а сама девочка оказалась на месте капища — там, где в этом новом мире уже стояла новая церковь, достроенная. Она уже было хотела что-то сказать, когда на пороге того здания появился седой дед. Воля сразу почувствовала, что это ее бог.       — Май терпіння, вірно моя ворожеє, я чую вас, я пам’ятаю про вашу обітницю і виконаю свою.       С этими словами он исчез, а тучи сгустились. Пошел дождь, ударили молнии, и все как одна в церковь, постепенно разрушая ее. В тот раз Воля вышла из транса сказав людям лишь то, что видела добрый знак, но когда то будущее станет, непонятно.       Она ходила и до построенной церкви, но не для того, чтобы покреститься. Когда строительство уже было закончено, ворожея не выдержала. Она обратилась к своим людям, которые теперь жили под пятой воина, того самого врага, что все глубже пускал корни и ее доме. Ведьма сказала, что от храма, который они так старательно строили, даже камушка не остантся, и с того самого дня, как проклятая святыня падет, земля начнет возвращаться к хозяевам.

5

      И вот она стоит тут, если это можно назвать Волей, от нее ничего не осталось. Изнасилованная, убитая, только тело, что разложилось до костей, спит под старой елкой. Она уже больше не ворожея, теперь это место заняла Светлодара.       Поменялось и родное село девушки: хаты спалены, часть затоплена, всюду валяются трупы крестоносцев, а тела ее соотечественников зарыты в земле. Это больше не благословенная земля: она полна разгневаных духов, кровавых видений и разрушений. Наверно, не одно столетие пойдет на то, чтобы это исправить.       Но все же вот она, Светлодара - идет с группой повстанцев, выходя вперед викингов. Они подходят к капищу богов, с ужасом оглядываясь, а юная ворожея смотрит просто на нее.       — Ми нікуди не підемо. — Говорит Воля от своего имени и имени всех духов, которые были замордованы тут. — Неможливо отак просто піти, бо на цій землі ще не віджили своє, наші життя забрали. — Знаю. — Спокойно отвечает новая духовная лидерша. — Та ми ж не хрестоносці, поладимо. Зрештою, це наша земля, де як не тут нам бути щасливими?