Сама непосредственность

С усталым, но удовлетворенным вздохом Джейс опустился на кушетку. Пусть ему и не впервой, а все же публичные речи и обхаживание гостей отнимали тонну сил, да и к тому же требовалось приглядывать за организацией всего вечера. Сегодня, однако, все прошло достойно – гости остались довольны, никто не был обделен вниманием, и даже Виктор, кажется, остался в хорошем расположении духа. По крайней мере, он не стал рассыпаться в ругательствах, едва они перешагнули порог дома, а это уже что-то. Джейс улыбнулся, откидываясь на спинку и прикрывая глаза. Виктор сегодня был чудо как хорош. Поскорее бы он вышел из ванной… Раскрыв позолоченную застежку, Джейс откинул с плеч мантию, расстегнул пару пуговиц на вороте рубашки и вытянул ноги, гудящие от долгого простаивания на одном месте. В мыслях царила легкость, а перед глазами, словно лопающиеся пузырьки игристого, проносились яркие образы с минувшего приема: вот Виктор совсем рядом, на его губах скромная улыбка; вот он увлеченно общается с преподавателями из колледжа, скрывшись от толпы в сторонке, вот он у фуршетного стола, придирчиво осматривает закуски, а вот его силуэт на балконе. Выхватив его на фоне темнеющего небосвода, Джейс на мгновение замер, разрываясь между изначальным намерением подойти поскорее и желанием оставаться на месте, откуда он мог любоваться на открытую спину Виктора, украшенную этим роскошным ожерельем. От сладостных грез Джейса пробудил приближающийся к нему знакомый стук трости. Он не спешил раскрывать глаза, тщательно запечатлевая в воспоминаниях все важные детали сегодняшнего вечера. Когда Виктор остановился напротив, Джейс поднял голову и посмотрел на него, не скрывая улыбки. Виктор уперся руками в бока и теперь смотрел на него в ответ как-то озорно. Похоже, он ждал, что тот что-нибудь скажет, но очарованный своим любимым Джейс потерял дар речи. – Ты сегодня сама непосредственность, Джейс, – наконец усмехнулся Виктор. – Что, прости? – Джейс оторопело моргнул, силясь сосредоточиться на словах Виктора. Тот несдержанно цыкнул, как делал всегда, когда приходилось объяснять очевидные вещи. – Да ты же лапал меня весь вечер, не прекращая. Джейс почувствовал, как к щекам приливает жар. Что-то он не припоминал ничего подобного… Но от вида такого Виктора – уверенная поза, сияющее лицо, игривый блеск в глазах – мозги у него отшибло напрочь. Он прочистил горло, поднеся кулак ко рту. – Не совсем понимаю, о чем ты, – честно признался он. – Я ведь обещал, что буду рядом, и… Виктор хмыкнул. Он развернулся и направился к зеркалу, открывая тем самым Джейсу прекрасный вид на свою спину. – То есть, быть рядом и распускать руки у меня под рубашкой – это у нас одно и то же? Так и запишем, – он принялся расстегивать пуговицы одну за другой, – Еще с этой подвеской все никак не мог наиграться… Весело тебе было? – Ви, я… – И ты, кажется, даже этого не замечал, – Виктор наградил его темным, обжигающим взглядом через плечо. – Да, – Джейс сглотнул. – А я-то думал, это и был твой план. Сбежать домой пораньше, закрыться в спальне, сорвать с меня все, кроме твоего подарка и… Что, разве нет? – Нет, – безропотно прошептал он. – Хм. Жаль. Шелковая ткань соскользнула с плеча, обнажая светлую кожу. Взору Джейса явились знакомые острые лопатки, худая спина, на которой его руки и губы знали каждую родинку наизусть, ямочки над поясницей. А венчали эту величественную картину золотые нити сотуара – они обвивали плечи Виктора, ниспадали, сверкая, а жемчужный кулон слегка покачивался над поясом брюк, будто гипнотизируя Джейса. Внутри него проснулось что-то животное. Одним размашистым рывком он вскочил на ноги и метнулся к Виктору, жадно, но мягко сгребая его в объятия, наклоняясь за поцелуем через плечо. Тот ухмыльнулся прямо ему в губы, довольный произведенным эффектом, но быстро сдался под напором Джейса, что хозяйничал у него во рту языком. – Доиграешься сегодня, по-моему, здесь ты, – прервавшись, выдохнул ему в шею Джейс. Виктор издал странный сдавленный звук – не то рассмеялся, не то всхлипнул – и наверняка нашел бы какую-нибудь колкость в ответ, но Джейс его опередил. Обхватив узкую талию, он в мгновение ока повернул любимого на себя, спустился руками ниже и сжал его ягодицы. – Можно?.. Джейс спросил разрешения – Виктор крайне редко позволял носить себя на руках, только в самых исключительных случаях. Однако же он сам вцепился в Джейса так сильно, что, казалось, не отпустит ни за что на свете. У него горели лицо и шея, грудь часто вздымалась и опадала, алели зацелованные губы, а глаза заволокло от возбуждения. Секунду-другую Виктор раздумывал, пока Джейс пожирал его глазами, но в конце концов он согласно кивнул. Скользнув ладонями еще ниже, под бедра, Джейс подхватил Виктора и крепко прижал его к себе. Каким бы нестерпимым ни было желание, он не спешил, когда нес его. Слишком уж дорожил оказанным доверием. Да и, чего греха таить, было приятно, когда Ви скрещивал ноги у него на поясе и обвивал руками его плечи, становясь еще ближе. Добравшись до спальни, Джейс бережно уложил его на кровать и тут же вжался в объятие всем телом, не в силах оторваться. – Удобно? Нога не болит? – Все нормально, – смазанно пробормотал Виктор, касаясь губами скачущего пульса на шее. Джейс сладко содрогнулся. – Хотя нет, – узкая ладонь уперлась ему в грудь, и он тут же остановился, отодвинулся немного. – М? Что такое? – Ты все еще одет почему-то, – улыбаясь, произнес Ви. – Ох, черт… Необходимость вернуть Музею эти треклятые костюмы в потребном виде напрочь вылетела у Джейса из головы. Он поспешно встал и начал расстегивать пуговицы пиджака под хищным взглядом Виктора. – Может, в следующий раз пропустим прием и сразу перейдем к самому интересному? – спросил тот с усмешкой. Обнажившись, Джейс вновь припал к любимым губам, торопливо расстегивая парадные брюки Виктора. – Заманчивое предложение, – сказал он, аккуратно стягивая одну штанину за другой. Кончиками пальцев он с благоговением провел по всей правой ноге Виктора – от ступни до щиколотки, от лодыжки к колену, собственнически сжал его бедро. – Но тогда я бы не увидел тебя в этой рубашке. А ты в ней выглядел бесподобно. Прохладная ладонь коснулась пылающей щеки Джейса, и тот прикрыл веки, наслаждаясь моментом нежности. – Если тебе хочется поэкспериментировать с открытыми нарядами, то это можно и дома попробовать, – скромно, будто невзначай отметил Виктор. – Серьезно? – Джейс удивленно распахнул глаза. Хитро улыбаясь, Виктор пожал плечами, как бы говоря: «Почему бы и нет?». Окрыленный новыми идеями, Джейс с наслаждением впился в его губы поцелуем. Приглушенный сладостный стон Виктора жаркой волной отдался у Джейса внизу живота. И как только ему повезло отхватить такого потрясающего мужа? – Разверни меня, – хрипло произнес Виктор. Кажется, он немного поплыл – дышал заполошно, взгляд расфокусировался, волосы разметались по покрывалу. Насладившись видом, Джейс молча кивнул, и, обхватив его одной рукой, осторожно повернул Виктора к себе спиной, ловко подкладывая подушки ему под живот и под колено. Пока Джейс отлучился на минутку за смазкой, Виктор с довольным кряхтением вытянул вперед руки и прогнулся, растягивая мышцы. – Заколебался весь вечер спину прямо держать, – посетовал он. Пристроившись сзади, Джейс ласково провел по ней ладонью, расправил съехавшие цепочки ожерелья, огладил выпирающие позвонки. – Хочешь массаж? – Потом. После. Я вообще-то ожидал, что ты мне кое-что другое помассируешь, – едко бросил в ответ Виктор. – Гм… – Джейс подавился. Виктор нетерпеливо толкнулся бедрами назад, ему навстречу. – Ох, да чтоб тебя. Не томи, Джейс. Я ведь не железный, – тихо признался он, не поворачивая головы. – Ви… Джейс крепко обнял его, вжался всей грудью. Покрывая поцелуями спину, поднялся выше, уткнулся носом в вихры на его макушке и прошептал жаркое признание: – От тебя было глаз не отвести. Только на тебя и смотрел весь вечер. Виктор еле слышно чертыхнулся себе под нос, притираясь к напряженному члену Джейса. – Ну вот, распалил, а теперь тянешь… Он продолжал ворчать, пока Джейс, чуть отстранившись, грел смазку в ладони. – Ты что-то очень разговорчивый сегодня, – усмехнулся он, широким движением погладив ягодицы Виктора. На одной из них тоже красовалась заметная родинка – эта у Джейса была одна из самых любимых. – Да чья бы корова… – начал было возмущаться Виктор, но задохнулся на полуслове, когда смазанные пальцы Джейса оказались у него внутри. Виктор редко представал перед ним вот так – обычно он любил командовать, а Джейс любил принимать, и их интимная жизнь устраивала обоих более, чем полностью. Но порою Ви хотелось иначе, и, когда он капитулировал, полностью вверяя власть над собой Джейсу в руки, тот воспринимал это как один из самых ценнейших даров. Как еще одно проявление безграничного доверия, которое он со всей преданностью стремился оправдать. И к каждому из подобных случаев он подходил ответственно, обстоятельно, творчески. Всякий раз искал нужный подход: иногда Виктору хотелось утонуть в его заботе, а иногда ему хотелось, чтобы Джейс побыл с ним немного грубым. Цель у Джейса всегда была одна – мягко подвести Виктора к той черте, где он мог бы отпустить себя полностью. – А ты, значит, только об этом и думал? – понизив голос, спросил он на пробу. Признаться, эта мысль раззадоривала и его самого. – М-хм, – невнятно промычал Виктор, насаживаясь на его пальцы. – Не спеши, – он слегка притормозил его, – Я сам. Он был настойчив, и Виктор покорился, позволяя Джейсу подготовить себя тщательнее. – Честно, я как-то неосознанно… – размышлял он вслух, пытаясь отвлечься от собственного невыносимого, почти болезненного возбуждения. – Я просто люблю тебя трогать, ну, ты и так в курсе. Иронично, учитывая их положение. Джейс глупо хихикнул и второй рукой продолжил гладить его спину, забираясь ладонью под золотые цепочки: – Но кто ж знал, что тебе настолько понравится… Виктор застыл под его руками, и в наступившей тишине Джейс отчетливо слышал его тяжелое дыхание. По виску скатилась капелька пота. – Джейс. Меньше слов, больше дела. Прошу. Внизу живота что-то ухнуло, будто он упал с большой высоты. Джейс сделал бы все, что Виктор скажет – всегда делает – но когда Виктор просит? Становится не до шуток. Джейс плавно, но уверенно вошел в него и тут же поймал Виктора в свои объятия. Тот мелко дрожал, хватая воздух ртом – на секунду Джейс заволновался, притормозил, давая ему привыкнуть. Выдохнул на ухо: – Скажи, когда… – Сейчас, Джейс, – отрезал Виктор, но голос его не был холоден. Скорее, наоборот – слова вышли горячечными, сбивчивыми. – Давай же. Джейс все понял. Коротко мазнув губами по его скуле, он толкнулся внутрь раз, другой, убедился, что все в порядке, и быстро поймал нужный ритм бедрами, не прекращая придерживать Виктора. Тот всегда был тихим, сдержанным на реакции вслух, но его рваные выдохи и те самые крохотные звуки, что срывались с его губ, Джейс неизменно ловил с жадностью и никогда не променял бы их ни на что другое. Кроме того, Виктор очень отзывчив тактильно. За столько лет Джейс научился понимать язык его тела и всегда охотно исполнял желания Виктора, голодного до прикосновений. Очертив его бедро, Джейс скользнул ладонью к паху, обхватил изнывающий без внимания член, но тут Виктор легонько отпихнул его руку. – Не надо. Иначе я… слишком быстро… Джейс послушно убрал ее, не сбавляя темпа. Что ж, пусть он и может по праву считаться экспертом во всем, что касается Виктора, но иногда и ему бывают нужны подсказки. – Тебе хорошо? – Да, Джейс. Восхитительно, – с толикой усмешки ответил Виктор, но его порывистые движения бедрами навстречу были красноречивей слов. Джейс видел, что он уже и впрямь на грани. – Ты всегда так стараешься... Самый лучший. Идеальный для меня. Его бархатистый голос резонировал в каждой клетке тела Джейса, проникая глубоко, в самое нутро. Он едва не заскулил, когда Виктор обернулся и с немного садистской улыбкой на губах спросил: – А тебе? – Мне тоже, Ви, – опьяненный похвалой, он склонился, усыпал поцелуями его плечи. – Очень хорошо. – Замечательно. Джейсу всегда будет мало Виктора. Такого красивого и остроумного, чувствительного и властного, такого желанного и самого любимого. Он снова исступленно провел ладонью по его спине. Переплетения золотых нитей и жемчуга завораживали, и Джейс тихо позвал его по имени, которое так сладко перекатывалось на языке. От развязных шлепков и стонов перед глазами темнело, а внутри было так жарко и тесно, что в голове не оставалось ни одной связной мысли, только ненасытное желание. – Ви, я почти… Тот лишь покивал – вероятно, силы были уже совсем на исходе. Еще несколько активных толчков, и Джейс с низким, гортанным звуком согнулся над Виктором, все же снова взял в руку его член и парой отточенных движений довел его до разрядки почти одновременно с собой. Виктор весь дрожал, его мышцы непроизвольно сокращались. Джейс привычно притянул его к груди, приземлил, успокоил. Дал последним судорогам удовольствия пройти сквозь него, не выпуская Виктора из надежного кольца своих рук. Когда Виктора немного отпустило, Джейс бережно уложил его на спину, поцеловал в лоб и метнулся в другой угол спальни, где стоял комод. Скоро он вернулся с маленьким полотенцем – обтер себя и Виктора, пока тот сонно следил за каждым его движением, словно сытый кот. Наконец, Джейс улегся рядышком, накрыл их обоих покрывалом и перекинул руку через Виктора, не прижимаясь слишком уж близко, чтобы не было жарко, но давая понять, что он рядом. Тут Виктор приподнялся, повел плечами. – Поможешь снять? А то оно впивается мне... – Конечно, давай. Справившись с застежкой, Джейс аккуратно сложил украшение на столик у кровати и прижался щекой к груди Виктора. Подушечками пальцев он погладил худой бок, невесомо коснулся шрама, оставшегося от операции. Болезнь отступила уже давно и, к счастью, не грозилась вернуться – Виктор регулярно обследовался – но Джейс до сих пор трепетно прислушивался к его размеренному, ровному дыханию; ценил как самое дорогое, что у него есть. – Будешь молоко свое? – спросил Джейс пару минут спустя. – Угу. – Маньяк, – беззлобно буркнул Джейс, чем заслужил легкий напутственный шлепок, пока вылезал из постели. Смеясь, он отправился на кухню. Там Джейс налил в сотейник молоко, добавил кубик сахара и анисовую звездочку, подогрел и перелил в чашку – привычно, как делал уже сотни раз. Вернувшись в спальню, он вручил горячий напиток Виктору и вновь устроился под одеялом, укладывая голову мужу на грудь. Разморенный Виктор запустил свободную руку в вихры на его затылке, и Джейс замычал, сквозь негу задавая свой извечный вопрос: – Не понимаю, как это можно пить. – Молча, – отозвался Виктор, смакуя свое странное молоко глоток за глотком. Гладить Джейса по голове он при этом не перестал. Чуть погодя он потянулся к столику у кровати, чтобы поставить пустую чашку. Джейс успел приподняться и встретил поцелуем его губы, еще хранившие сладкий вкус, когда Виктор повернулся обратно. Едва уловимо охнув от неожиданности, тот нежно поцеловал в ответ. Совершенно очаровательно. Вот что Джейс был готов смаковать бесконечно. Ладонь Виктора легла ему на грудь, и Джейс отстранился, вопросительно поднимая брови. Судя по выражению его лица, Виктор что-то замышлял. – Не расслабляйся, так легко не отделаешься. Я уже обдумываю твой неприличный наряд для следующего раза, – сообщил он будничным тоном, будто речь шла о планах на ужин. Джейсу пришлось закусить губу, чтобы сдержать стон. – Для тебя – что угодно. Глаза Виктора опасно сверкнули, и Джейс с предвкушением содрогнулся.