Все пошло не по плану.

      — С самого раннего детства, я принимала решение, взевешила все "За" и "Против" — Начала Дженни наливая себе в янтарный коньяк. — Но был один минус. Я не могла огласить эти решения,или дать команду. За меня это делал отец. — Дженни закончила свою рассказ, также как закончила наливать коньяк. Она аккуратно поставила бутылку рядом и отпила немножко содержимое стакана.       Лиса медленно отпустила кулаки, её мысли метались, как дикие звери в клетке. Она вспоминала каждую деталь, каждую минуту, когда ее семья испытывала страдания, как оказывается из-за Дженни. В её глазах вспыхнула решимость, как искра в темноте, озаряя тьму вокруг.       — Ты монстр, — прошептала Лиса, её голос был едва слышен. — Ты забрала у меня всё.       Дженни медленно кивнула, её улыбка стала ещё холоднее. — Твой отец был слаб. Он не смог вернуть долг, а я не терплю неудачников. Твоя мать… она просто оказалась не в том месте и не в то время.       Дженни встала с дивана, её       фигура была стройной и уверенной, словно охотник, готовый к нападению. Она медленно подошла к Лисе, её шаги были тихими, но уверенными, будто она знала, что контроль в этой комнате был в её руках. Когда Дженни наклонилась к лицу Лисы, в её глазах светилась играющая холодность, от которой мороз охватывал душу.       Она мягко положила руку на подбородок Лисы, заставив ту взглянуть вверх. — Знай, — произнесла Дженни, её голос был тихим, но полным угрозы, — сила не в жертве, а в том, кто диктует условия.       Дженни резко приблизилась и, не ожидая ответа, прижала губы к губам Лисы. Поцелуй был неожиданным и настойчивым, словно она пыталась отобрать у Нее последние остатки сопротивления. Лиса попыталась отстраниться, но сильные руки Дженни удерживали её, а алкоголь в крови лишь разгорал внутренний пожар. Всё вокруг затихло, оставаясь в фоновом режиме, пока она погружалась в этот непривычный водоворот.       Лиса закрыла глаза, чувствуя, как Дженни углубляет поцелуй, будто погружая её в мир, где не было места боли и потере. Внутри неё разгорался конфликт: одно мгновение она хранила ненависть к ней за все страдания, а в следующем — её руки сами нашли путь к шее Дженни, притягивая ближе. Это было так странно, так противоречиво.       Ким, чувствуя победу, осторожно укусила нижнюю губу Лисы, оставляя за собой холодный след наслаждения и опасности. Лиса ответила на этот жест, её губы дрогнули, и в этот миг всё изменилось — ненависть смешалась с неожиданным влечением, заставив её забыть о том, что было раньше.       Дженни с нежностью коснулась губами кожи Лисы, начиная нежно посасывать ее,оставляя красные следы. Сначала легкие прикосновения, почти не ощутимые, плавно переходили в более настойчивые, вызывая в Лисе внутренние терзания. Она пыталась сохранить себя, но каждый новый поцелуй заставлял её вновь и вновь усомниться в своих чувствах. В шепоте и дыхании Дженни чувствовался ледяной расчет, в то время как Лиса боролась с волнением, сдерживая стон.       — Ты, сука, — вырвалось у Лисы, словно в порыве упрека и страсти. Она ощущала, как слова, полные ненависти, разбиваются о холодный взгляд Дженни, которая лишь усмехнулась.       — Я знаю, что тебе это нравится, — произнесла Дженни, её голос был полон самодовольства. Каждое слово словно подчеркивало власть, которую она заявила рядом с Лисой.       И снова губы Дженни скользнули по шее, вызывая дрожь, словно проводя перед ней границу между ненавистью и искушением.       — Прекрати... Джен.. — Заговорила Лиса, пытаясь оттолкнуть ее. Но Дженни уже было все равно до слов Лисы, она смогла сесть на ее колени и зафиксировать положение.       — Тут ты просишь прекратить, а с Сохи в баре ты была совсем другой. — Ее голос становится все более грубым и твёрдым, в нем слышится нока зависти, но Лиса не может понять, что она означает       — Откуда... Блять, не важно. Ты... Не могу.. — Тихо произнесла Лиса откидывая голову назад. Ее дыхание сбивалось, а в глазах все двоилось.       — Да ладно Лиса, неужели есть причина? — Дженни как будто специально издевается над ней. Конечно же есть причины, Лиса может назвать их сотни и каждая из них, будет правдой, которую к сожалению она не сможет принять.       — Я не могу из чувства совести.       — Ты давно ее потеряла.       — Джен, все не так просто. — Проговаривает Лиса и возвращает голову в обратное положение. Она встречается с холодным взглядом Дженни. — Ты — убийца и человек который подставил моего друга. — Снова начинает Лиса, а она лишь закатывает глаза и аккуратно ложится свои руки ей на плечи.       — Послушай меня сюда, Лиса. Твои родители умерли за долги, за огромные. Они умерли, но наследство оставили тебе, потому что так захотела я. На мои деньги ты купила казино. — Начинает она. — Бэм с самого начала все знал и согласился. Все эти двадцать два года твоей жизни, я знала о тебе все. Как ты переехала и так далее.       — Это совершенно не успокаивает.       — Я не успокаиваю тебе. Я говорю тебе так, как есть, ты истратила много моих нерв за этот вечер. — Дженни заканчивает предложение но как-то странно улыбается.       Дженни, чувствуя, как Лиса теряет контроль, продолжила свои ласки, её губы скользили по шее, оставляя следы, которые жгли кожу. Лиса сжала зубы, пытаясь подавить стон, но её тело предательски отзывалось на каждое прикосновение. Руки Дженни опустились ниже, обхватывая талию, притягивая Лису ближе, пока их тела не слились воедино.       Она попыталась оттолкнуть её, но руки дрожали, а сердце бешено стучало. Она ненавидела себя за то, что поддавалась, но её тело, казалось, забыло о прошлом. Дженни, словно чувствуя это, улыбнулась, её пальцы легли на запястье Лисы, мягко, но властно.       — Перестань бороться, — сказала она, её голос звучал как приказ. — Ты знаешь, что хочешь этого.       Лиса закрыла глаза, чувствуя, как её дыхание сбивается, а мысли путаются. Она хотела ненавидеть, хотела кричать, но её тело отвечало на ласки Дженни с неожиданной покорностью. Внутри неё бушевала буря противоречий, но каждый новый поцелуй, каждое прикосновение заставляли её забыть о прошлом.       Дженни лишь усмехнулась, её губы снова нашли шею Лисы, а руки опустились ниже, вызывая новый приступ дрожи. Она почувствовала, как её сопротивление тает, а мир вокруг сужается до этого момента, до Дженни, до её холодного дыхания и жгучих прикосновений. Неожиданно руки Дженни начинают залазить под майку, ее холодные пальцы соприкасаются с горячей кожей Лисы, что заставляет ее вздрогнуть.       Подушечки пальцев заходили все дальше и дальше, гуляя по голому торсу и Лиса боялась, что Дженни найдет тот проклятый шрам, который она смогла получить еще в детстве. И вот, когда она натыкается на него, Дженни лишь останавливает свои пальцы и задерживается на этом шраме, но потом ее рука стремительно начинает приближатся к груди, но Лиса не против.       — Он будут мешать — Тихо и на ухо проговаривает она, расстёгивая застежку лифчика и откидывая его назад.       Ее рука переместилась на мягкую грудь, где уже от возбуждения затвердели соски. Она аккуратно принимается сжимать грудь, перемещая еще и вторую руку. Дженни лишь видела, как Лиса начинает постанывать от ее действий. Мочки пальцев окружают сосок и нежно массируют его, возвращаясь в обратное положение.       — Дже... Джен.. — Голос Лисы начал надрываться, она закатывает глаза и тяжело дышит.       Девушка улыбается от такой реакции Лисы, одна рука также остается на груди и медленно массирует её. Одна рука аккуратно начинает спускать к поясу, подушечками пальцев давая на пресс, от чего Лиса только томно вздыхает. Дженни аккуратно расстёгивает ширинку синих джинс и слегка приспускает их. Ее улыбка возрастает, как она видит на Лисе чёрные кружева. Приспуская нижнее бельё, она одним пальцем проводит по локону, что у Лисы сжалось сердце и она стльно садала своб ладонь в кулак.       — Всего несколько приёмов и ты уже мокрая сидишь у меня на диване. — Усмехается Дженни.       — Закрой рот.. — Лиса находит в себе силы, чтоб произнести без каких либо запинок.       Дженни начинает ускорять свои движения, но играется с Лисой, не давая проникнуть своими пальцами внутрь, лишь водит круговые движения, что очень сильно начинают выматывать и напрягать.       — Джен... — Тихо стонет Лиса, как бы прося большего.       — А ты попроси. — На ее лице появляется улыбка, которую невозможно скрыть. Дженни приближается ближе к ее уху и тихо произнесла. — Попроси так, чтоб я согласилась.       — Пожалуйста... Дженни.. — Снова проговаривает Лиса и ее рука не спадает с ее шеи.       — Ну Лиса, ты плохо просишь. — Она отдаляется от ушной раковины и останавливает свои действия пальцами.       Неожиданно Лиса, набравшая смелости целует её. Дженни не ожидала этого, но ей понравилось, специально для Лисы она отвечает на поцелуй. Язык Лисы скользкий и проходится по ее деснам, также как и язык Дженни. Они сплетаются в убийственном танце, как в последний раз. Она же, сдержав своё обещание, резко и без каких либо предупреждений проталкивает одну фолангку внутрь, что Лиса аж стонет в поцелуе.       Отдалившись друг от друга. Лиса снова о скидывает голову назад и из ее уст вырываются тихие стоны. Пока Дженни ускоряет свои действия. Лиса чувствует, что скоро настанет ее пик, но она даже рада.       — Не думала я, что все таки это произойдёт так рано. — Произносит Дженнине сбавляя темпа.       — Джен.. Я...       — Я знаю-знаю, поверь, это будет самый лучший оргазм в твоей жизни.       Она чувствует как стенки начинают пульсировать, а природной смазки становится все больше и больше. Ее улыбка как змея, ползет по её лицу и она решает добавить второй палец и ускоряет свои движения, Лисе приходится издать громкий стон.       И когда час пик настал и она почувствовала, как белая смазка начинает капать на ее диван, ее взгляд переместился на Лису, которая прогнулась спиной до больного хруста. На ее лбу была видна испарина от пота, а сама она прерывисто дышала.       — Это был прекрасный вечер. — Тихо проговаривает Дженни. Но Лиса уже не слышит так хорошо, ее сознание начинает мутнеть, а глаза потихоньку закрываются.

***

      Лиса медленно открыла глаза, и резкая вспышка света заставила её зажмуриться. Голова пульсировала от боли, словно кричащий оркестр, наигрывающий зловещую мелодию. Она попыталась сесть, но мир вокруг закружился. Она повернула голову и замерла: мягкий белоснежный потолок, минималистичная мебель и, главное, чужая спальня. В воздухе витал легкий запах лавандового масла, и ей стало не по себе. Лиса нахмурилась, стараясь собрать разрозненные мысли, как детские пазлы. Воспоминания начали всплывать: как Дженни, с улыбкой наливала ей коньяк, как громко звучал их крик, за которым прятались тайные уколы злобы.       Вспомнила, как Дженни рассказала о Бэме — о том, как он предал Лисы и переступил на ее сторону. Слова летели, как стрелы, пронзающие её сердце. Лиса ненавидела Дженни, была готова к разрушению. А теперь, как ни парадоксально, она лежала здесь, в её постели, окруженная тишиной, которая казалась ещё одной формой предательства. С каждым вдохом чувство подавленности нарастало — как же она оказалась в таком абсурде?       Лиса тяжело вздохнула, облокотившись на подушку, и закрыла глаза, пытаясь отгородиться от реальности. В этот момент дверь скрипнула, и в комнату вошла Дженни. Она оперлась на дверной косяк, скрестив руки на груди, и смотрела на неё с едва заметной усмешкой. Лиса не повернула голову, будто не замечая её присутствия, но напряжение в воздухе стало ощутимым.       — Ну что, проспалась? — голос Дженни звучал спокойно, почти безразлично, но в нём чувствовался лёгкий сарказм.       — Что вчера было? — наконец спросила Лиса, не открывая глаз.       — О, ничего особенного, — Дженни пожала плечами, — просто хороший секс в гостиной.       Лиса тяжело вздохнула, уже не видя смысла что-либо говорить. Её голова всё ещё гудела, а мысли путались, как клубок ниток. Она медленно открыла глаза и посмотрела на Дженни, которая всё так же стояла у двери, наблюдая за ней с той же едва заметной усмешкой.       — После всего, что произошло, я не изменю своего мнения о тебе, — тихо, но твёрдо произнесла Лиса.       Дженни лишь пожала плечами, словно это её не касалось. Лиса опустила взгляд на себя и заметила, что на ней чужая одежда — мягкая пижама, которая явно принадлежала ей.       — Кто меня переодел? — спросила она, хотя уже догадывалась.       — Я, — ответила Дженни, не меняя выражения лица. — Ты была в таком состоянии, что сама бы не справилась.       Лиса сжала губы, чувствуя, как гнев и унижение смешиваются внутри. Она хотела кричать, но сил не было. Вместо этого она лишь отвернулась к стене, пытаясь скрыть дрожь в голосе.       — Уходи, — прошептала она.       — Ты думаешь, что можешь командовать здесь? — Дженни усмехнулась, шагнув ближе. — Это мой дом, моя кровать.       Лиса сжала кулаки, чувствуя, как гнев поднимается из глубины. — Почему ты не оставляешь меня в покое? — прошептала она, не поворачиваясь.       — Потому что мне интересно, — ответила Дженни, её голос звучал мягко, но с нотками яда. — как долго ты будешь притворяться, что всё это не имеет значения.       — Ты всегда была мастером манипуляций.       — А ты всегда была слишком гордой, чтобы признать, что нуждаешься в ком-то.       Лиса закрыла глаза, чувствуя, как пульсация в висках усиливается с каждым словом Дженни. Она сжала зубы, пытаясь сдержать дрожь, которая пробежала по её телу.       — Уходи, — повторила она, уже почти моля. — Пожалуйста.       Дженни замерла на мгновение, словно взвешивая её слова. Ее глаза гуляли по лицу Лисы, которое выглядело не очень-то и здоровым. Потом, с лёгким вздохом, она отступила к двери.       — Хорошо, — сказала она, её голос звучал почти мягко. — Я буду на первом этаже. Когда придёшь в себя, спустись вниз.       Дверь закрылась с тихим щелчком, и Лиса осталась одна. Она прижала ладони к вискам, пытаясь заглушить боль, которая, казалось, разрывала её череп изнутри. Мысли путались, как будто её разум был затянут в густой туман. Она глубоко вздохнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но сжала губы, не позволяя им пролиться.       Тишина вокруг казалась почти невыносимой, но она была лучше, чем присутствие Дженни. Лиса медленно опустила голову на подушку, закрыв глаза. Ей нужно было время, чтобы собраться, чтобы понять, что делать дальше. Но пока всё, чего она хотела, — это чтобы боль утихла.       Лиса медленно поднялась с кровати, её ноги дрожали, словно под весом невидимой тяжести. Она сделала шаг, и мир снова закружился, заставив её схватиться за спинку кровати, чтобы не упасть. Голова гудела, но она стиснула зубы и двинулась к двери. Второй этаж был просторным, с высокими окнами, через которые лился мягкий свет. Лиса спустилась по лестнице, держась за перила, каждый шаг давался с трудом.       На первом этаже она увидела Дженни, стоящую у окна с телефоном у уха. Её голос звучал тихо, но Лиса уловила нотки раздражения. Она замерла в тени, прислушиваясь.       — Да, я знаю, — говорила Дженни, её голос звучал настойчиво. — Но у нас в компании, похоже, нет адекватной охраны. Уходят одни, приходят другие, а найти кого-то, кто сможет справляться с ситуацией, невозможно.       Она сделала паузу, прокашлявшись, и продолжила: — Я рассчитываю на серьезный уровень безопасности, и я не могу позволить себе провал. Эти акционеры настроены слишком агрессивно, и любой неверный шаг может стоить нам дорого.       Лиса, оставаясь в тени, почувствовала, как холодная волна тревоги накрывает её. Ей стало интересно, о каких именно акционерах речь. Внутри неё вспыхнула искра любопытства, но в то же время ей было страшно от того, что она опять может оказаться вовлечённой в игры Дженни.       — Я понимаю, что ты занята, — продолжала Дженни, её голос становился всё более раздражённым. — Но мне нужно решение, и желательно — быстро!       Внезапно Дженни прервала разговор, её лицо искажалось от ярости. Она швырнула телефон на диван, и тот с глухим звоном отскочил от подушки. — Черт возьми! — прокричала она, и Лиса, не выдержав, сделала шаг вперёд, покидая тень.       — Говори тише , в следующий раз — заметила она, на холодном тоне обращаясь к Дженни.       Дженни обернулась, её взгляд был полон злости и удивления. — И что это за сюрприз? Ты решила подслушивать?       — Я не подслушивала, просто проходила мимо, — ответила Лиса, стараясь сохранить спокойствие. — О чем ты говоришь с этими «акционерами» ?       — Это не твоё дело, — кратко оборвала её Дженни, отвернувшись. Но Лиса уже насмелилась сделать шаг ближе.       — Судя по твоей реакции, это как раз моё дело. Ты впутала меня в свою игру однажды, возможно, сделаешь это снова, — сказала она, не отводя взгляда.       — Научись уважать чужие разговоры, — произнесла она, ставя акцент на каждом слове.Лиса сжала зубы, не желая показывать уязвимость.       Лиса тихо прошла в кухню, её взгляд пробежал по стенам, выложенным светлыми плитками, и блестящим шкафчикам, отражающим мягкое освещение. В центре находилась большая столешница из темного гранита, на которой стояли несколько пустых кружек и недоеденная еда. Дженни стояла у холодильника, открывая его двери с раздражением, пытаясь найти что-то утоляющее её раздражение.       — Мне нужна охрана, — произнесла она, не отрываясь от своих поисков. — Хороший снайпер, но нормальных служб нет. Все продажные или неопытные.       Лиса непроизвольно переглянулась с Дженни, чувствуя, как напряжение между ними нарастает. — Ты заигралась, Дженни. Все эти игры и манипуляции могут плохо кончиться, — сказала она, стараясь скрыть дрожь в голосе.       — Не учи меня, — быстро ответила Дженни, закрывая холодильник с глухим звуком. — Я всегда знала, что делаю. — Постояла немного, затем добавила: — А ты просто играешь в жертву.       Лиса облачилась в холодное молчание, её глаза испытательно сверкали, пока она сжимала ладони в кулаки. Она была на грани срыва, но не могла позволить себе сдаться. — Ты сука, Дженни, — произнесла она тихо, но с таким нажимом, что это слово повисло в воздухе, как острый нож.       Дженни, не реагируя, продолжала исследовать содержимое кухни, будто сама не слышала. Она была погружена в свои мысли, расправляя волосы и пытаясь скрыть недовольство. Лиса почувствовала, как напряжение достигает предела; в воздухе витала нотка агрессии.       — Ты не понимаешь, — наконец произнесла Лиса, поднимая голос, — твои игры раняют людей. Это не игра, а реальная жизнь.       Она повернулась к ней с невозмутимым лицом. — Еще раз повторишь — и я тебя не пожалею — стало финальным аккордом их разговора       Лиса лишь закатила глаза и с ее уст снова вырывается томный вздох. Как бы она не пыталась переубедить Дженни, всё будет бесполезно. — Котись ты к чёрту, Джен. — Усталый голос, все нужно было в этой драме.