Как жить с ним?

Свет солнца проникал сквозь шторы и падал на лицо мальчика. Гарри Поттер медленно приподнялся с постели, когда вокруг уже начали раздаваться разговоры — парни в комнате просыпались и собирались на завтрак. Он оглянулся и увидел Рона, который застёгивал пуговицы рубашки. Гарри нехотя встал и тоже начал собираться. Он выглядел усталым, будто всю ночь не спал, а занимался учёбой. Уизли это заметил. — Доброе утро, Гарри. Всё хорошо? — спросил он. Гарри резко поднял голову и замер на мгновение. — Доброе. Всё отлично, просто сон странный приснился, — буркнул он. Рон ничего не ответил, только проводил его задумчивым взглядом к шкафу. Гарри лениво натянул школьную форму и вместе с другом отправился в Большой зал. — Заметил, да? — проворчал Рон, поправляя волосы. — Гермиона в последнее время реже с нами тусуется. Гарри нахмурился. Они шли по коридору в сторону зала. — Заметил. Интересно, в чём дело? — Уверен, всё из-за её парня. Они теперь неразлучны, — Рон сказал это тихо, чтобы никто лишний не услышал. Поттер нахмурился ещё сильнее, не понимая, о каком парне идёт речь. Рыжий быстро понял это. — Она вроде встречается с Седриком. После святочного бала, наверняка. Гарри с открытым ртом остановился на секунду. — Закрой рот, а то муха залетит, — усмехнулся Рон. Они вошли в Большой зал. Повсюду шумели голоса: кто-то смеялся, кто-то выглядел без настроения , как, например, Северус Снейп. Друзья сели за стол Гриффиндора. Гарри устроился напротив Рона и Гермионы. Рон наклонился к нему и шёпотом добавил: — Смотри сейчас, она будет всё время поглядывать на Седрика. Гарри кивнул и принялся за еду. Прошло несколько минут. Гермиона разговаривала с Роном, а Гарри вот настроения общаться не было. Он поднял голову и бросил взгляд на преподавательский стол. Снейп сидел, склонив голову, и ел что-то без особого аппетита. Гарри тут же почувствовал, как по коже пробежали мурашки, он вспомнил свой сон, в котором был Северус. *** Перед глазами Гарри всплыло тёмное помещение, освещённое лишь слабым светом.Много людей сидели за длинным столом, опустив головы, будто в страхе. Он видел это как будто своими глазами, словно сидел во главе стола. Гарри не успел осознать, что происходит, как рядом с ним Снейп стиснул зубы и выгнулся в судороге. Раздалось чёткое заклинание: — Круцио! Гарри хотел вскочить и помочь, но тело ему не подчинялось. Он лишь беспомощно наблюдал, как Снейп страдает от боли. Он вдруг вырвался из чужого тела, теперь наблюдая всё со стороны. Взглянув на того, кто сидел во главе стола, Гарри увидел вместо лица лишь размытое пятно. Всё было неясным, кроме одного: выражение на лице Снейпа. — Хватит, прошу! — закричал Гарри. Он попытался пошевелиться, но будто был прикован к месту. Снейп снова вздрогнул от новой волны боли.Его никто не слушал. Только в конце на него взглянул Снейп, с глазами которые реально боятся. Он никогда не видел такого Северуса. Гарри стиснул зубы, не зная как помочь профессору, в то время как люди вокруг одновременно уставились на него. В реальности Гарри сжимал простыню в руках, покрытый холодным потом. Размытая фигура подняла палочку, вновь направляя её на профессора. В этот момент Гарри резко проснулся с тяжёлым вздохом. Оглянувшись, он увидел, что все соседи по комнате спали мирно. Он сел на край кровати, провёл рукой по лбу, пытаясь отогнать видение. Перед глазами всё ещё стояла картина страдающего Снейпа. *** Гарри встряхнул головой, отгоняя тяжёлые мысли. Снейп наконец поднял голову и посмотрел на зал, но Гарри не смог разглядеть его лицо, ведь преподавательский стол был слишком далеко. — Опять смотришь на него? — усмехнулась Гермиона. Гарри только отвернулся, угрюмо молча. Девушка переглянулась с Роном, вопросительно приподняв бровь. Рон лишь пожал плечами и продолжил болтать с Невиллом. Последний урок был зельеварение. Класс был наполнен усталыми учениками. Гарри целый день оставался задумчивым, и друзья решили, что он снова размышляет о Снейпе. В класс зашёл Северус. Его походка была необычной: медленной и менее резкой, чем обычно. Это было странно, ведь Снейп всегда двигался быстро, решительно. Но сегодня он будто бы был истощён. Гарри выпрямился и внимательно за ним наблюдал. — Откройте страницу двести девяносто пять. Напишите эссе по теме, — приказал Снейп почти обычным голосом, только чуть более хриплым. Ученики тяжело вздохнули, эссе никто не любил. Гарри всё время украдкой смотрел на профессора. Он не мог избавиться от мысли: «А вдруг его действительно пытали Круцио?.. Он выглядит хуже, чем обычно. Но кто..» Поттер задержал взгляд чуть дольше, чем следовало, и вдруг Снейп поднял глаза на него, как будто почувствовал пристальный взгляд. — Работайте, Поттер, — сухо бросил он. Гарри вздрогнул, быстро опустил голову к пергаменту и уткнулся в учебник, чтобы никто не заметил лёгкий румянец, вспыхнувший на его щеках, как у маленькой девочки. *** Вечер. Гарри сидел в кресле у камина, лениво переворачивая страницы учебника. Ничего не запоминалось, буквы сливались в одно пятно перед глазами. Всё ещё вспоминался сон, тревожный и тяжёлый, и весь день казался каким-то серым. Когда в окно влетела сова, Гарри даже вздрогнул. Маленький свёрток опустился прямо ему на колени. Почерк на пергаменте он узнал сразу. Сердце застучало быстрее. Он нетерпеливо развязал шнурок, развернул письмо. «Гарри, скучаю по тебе.Очень хочу увидеться.Как будет возможность, напиши. Я всегда рядом. Твой крестный, Сириус.» Гарри застыл, не сразу сообразив, что всё ещё сжимает письмо в руках. Словно кто-то тёплой рукой коснулся его сердца. Он несколько раз перечитал строчки. Они были простыми, короткими, но такими настоящими, что Гарри хотелось засмеяться и заплакать одновременно. Он так давно не слышал от кого-то, что тот его ждёт. Что тот скучает. Гарри аккуратно сложил письмо, будто боялся повредить что-то важное, и спрятал в карман мантии. Чувствовал, как по телу разливается странная лёгкость, будто груз с плеч внезапно исчез. Рон спросил что-то сбоку, но Гарри только кивнул и отвернулся к камину. Он сидел молча, смотрел в огонь, улыбался и думал только об одном, что он обязательно увидит Сириуса. Очень скоро. Гарри поспешно сел за стол где-то в углу гостиной, где тихо и спокойно. Взяв перо, начал писать. «Привет Сириус, я тоже очень скучаю. Скажи когда и где увидимся, я приду с радостью. Гарри Поттер.» Он чуть поднял листок и снова перечитал, с улыбкой до ушей. Он аккуратно запечатал его и дал Хедвигу, поглаживая его. — Отнеси Сириусу *** Северус заварил себе чай и сел на диван, чувствуя некоторое облегчение в своей комнате, но его тело всё ещё отзывалось болью. Крестраж был опасным артефактом, и последствия его воздействия ощущались в нём тяжким грузом. Камин потрескивал, разбрасывая мягкий свет по комнате. Он откинул голову назад, закрыв глаза, и позволил себе на мгновение забыться, наслаждаясь тем, что сегодня четверг. Нужно было всего лишь пережить завтрашний день, а затем два дня отдыха, которые обязательно принесут облегчение. Через некоторое время у камина вспыхнуло зелёное пламя, и в комнате появился Люциус. Его холодное и высокомерное выражение лица сразу же уступило место лёгкой мягкости, когда он увидел друга. Он не сразу заметил его усталость, но Снейп, не поднимая головы, сразу понял, кто вошёл. — Добрый вечер, герой. Люциус, не спеша, сел в кресло рядом, закинув одну ногу на другую. Его волосы были собраны чёрным бантом и такой образ был одновременно элегантным и красивым. Он поставил трость рядом с собой и терпеливо ждал, когда Снейп ответит. — Добрый, Люциус. Северус произнёс это холодно, вновь принимая свою привычную позу: ноги широко расставлены, руки между ляжками. — Что с тобой? Малфой, наконец, заметил измученный вид друга. Он наклонился ближе, пытаясь рассмотреть его лицо. — Это последствия крестража, — сдержанно произнёс Снейп, делая долгий глоток тёплого чая. — Пройдёт скоро. Ты лучше скажи, что с Тёмным Лордом? Слова звучали лениво, как будто Снейп был слишком устал, чтобы тратить силы на лишние слова. Люциус сел, как обычно, но его взгляд всё ещё не отрывался от друга, он продолжал следить за ним. — Ты упал? Северус не сразу ответил, прикрыв глаза и повернув голову в сторону. Его голос был тихим, но твёрдым. — Да, Малфой. И хватит, пожалуйста. Я не маленький ребёнок. Люциус вздохнул, явно обеспокоенный, но не став возражать. — Он был не в лучшем состоянии, но, похоже, не подал виду. Снейп, продолжая делать лёгкий массаж своей шеи правой рукой, посмотрел на него, как бы оценивая. — Отлично. Значит, он не подозревает о потерях крестражей, — произнёс он с лёгким раздражением. — А если подозревает? Поспешно выдал Люциус. — Он просто не обратил внимания. Он боится смерти, Малфой. Поэтому, наверное, он проверил всё, что мог, и просто не взял это в расчёт. Люциус медленно кивнул, внимая словам друга. Его взгляд был сосредоточенным, и он поглощал каждое слово, но голос Снейпа был уставшим и хриплым, что заставляло его задуматься. *** Утро пятницы. Северус немного пришёл в себя, но голова по-прежнему раскалывалась. Он поднялся с помятой постели и направился в ванную. На нём были только чёрные штаны. Волосы лежали неаккуратно, но живо. Тело ни худое, ни полное, что-то среднее. Но, взглянув на себя в зеркало, он заметил, что немного похудел. Видимо, из-за постоянных раздумий и стресса. Сняв с себя одежду, он задержался у зеркала, глухо выдохнул и вошёл в душ. Он включил воду, сначала хлынула холодная, отчего Северус вздрогнул. Лишь спустя секунду потекла тёплая, а затем горячая. Пар начал подниматься, окутывая комнату, и вскоре зеркало заволокло белым. Он немного откинул голову назад, поправил волосы. Вода обжигала приятно, струилась по телу, расслабляя. Здесь, в уединённости душа, он мог позволить себе полное расслабление. Во всех смыслах. Его рука медленно скользнула вниз, остановившись на чувствительном месте. Северус наклонил голову, дыхание стало тяжёлым, а вода продолжала стекать по позвоночнику. Он обхватил член ладонью и начал медленно двигать рукой вперёд-назад. Дыхание становилось всё прерывистее. Редко когда он позволял себе такое. Поэтому каждое движение ощущалось особенно. Левая рука упиралась в холодную плитку, голова чуть наклонена вбок. Вода всё так же текла по телу, пар поднимался вверх. Последние движения и он, тяжело выдохнув, остался стоять, дрожа. Облизав губы, несколько секунд просто стоял, будто переваривая произошедшее. Он тщательно вымылся и не спеша вышел из душа, оставив там ту часть себя, которая могла быть уязвимой. Северус взял большое чёрное полотенце и обмотал себя, промакивая бледную кожу. Влажные волосы он слегка подсушил, затем обвил полотенце вокруг бёдер. Протёр зеркало рукой, чтобы увидеть своё отражение, и прочесал волосы пальцами. Палочка в руке, взмах и кожа на лице размягчилась, щетина немного подсветилась. Второй взмах и серебристая бритва плавно взмыла в воздух. Она двигалась неспешно, аккуратно, будто заботливая рука, оставляя за собой гладкую дорожку. Тем временем Северус снова направил палочку на себя, откинув голову. Из кончика палочки вырывался мягкий тёплый воздух, сушивший мокрые волосы. Он был не горячим, но уютным. Когда бритва закончила работу, она медленно вернулась на своё место, беззвучно скользя по воздуху. Северус, перебирая пряди, аккуратно укладывал волосы, пока поток воздуха завершал сушку. Через пару минут тёмные волосы лежали ровно, густо, красиво. Он вышел из ванной, надел свежую одежду и направился завтракать.