Когда цветут лилии.

      Продукты ждут. Хочу я этого или нет, но пришлось их забрать.       Она мучительно долго открывает дверь. Может, ещё спала? Вряд ли. Но этим утром у меня не было сил наблюдать за ней, чтобы дать себе ответ на этот вопрос.       Спустя несколько минут дверь приоткрывается, разговор выдался коротким, и вскоре пакет с продуктами уже у меня.       — Прости ещё раз, вчера вечером забыла отнести их тебе, — искренна ли она? Хочется верить, что да.       — Всё нормально. — устало оглядываю её. — Хромаешь.       — Да, тело болит. Работа, сама понимаешь. — «конечно, "работа".       — Конечно. Кстати, Джимин... — опираюсь на дверной проём. — В качестве благодарности, хочешь поужинать у меня сегодня?       — Сегодня? Нет, не смогу, прости. — она задумывается. — Завтра.       — Хорошо. У тебя есть аллергия на что-нибудь? — знаю же, что нет, но спрашиваю ради приличия.       — Нет.       — Тогда жду завтра, — улыбка выдаёт моё счастье.

***

      Я упустила один момент. Она, похоже, всё ещё не может забыть бывшего. Уверена, он редкостный мудак, который снова её предаст. Разве я хочу, чтобы она плакала? Нет.       На мониторе — страница Ли. Ничего нового. Но на этот раз я попробую найти, чем он увлекается и куда ходит каждый день.       Я избавлюсь от него. Она будет мне благодарна.       — О? Он каждый вечер в одном и том же клубе. Каждую пятницу, — довольная улыбка появляется на лице. — Всегда один. Неужели ищет быстрый перепихон?       А сегодня пятница. Идеально. Беру тёмную одежду и кепку. Даже если болею — вынуждена найти его. И избавиться от этого мерзавца.       Накинув капюшон, отправляюсь в клуб. Искать долго не пришлось. Но как подобраться? Об этом я не подумала. На больную голову вообще трудно думать.       Пока он с какой-то девушкой, можно подождать.       Громкий бас, мигающие огни. Ненавижу такие места. Толпы людей, но, к счастью, никто не пристаёт.       Я до сих пор не понимаю, как она могла полюбить его. Гуляющий идиот, не более. Даже дворняжка была бы вернее.       Он исчезает быстрее, чем я успеваю среагировать. Куда?       «Крыша», — догадываюсь я.       Но кому может понадобиться крыша? Лень выйти на улицу?       Оказалось, всё хуже. Гораздо хуже. Он наркоман. Конечно. Тупой наркоман. Колется прямо здесь. Кому в голову придёт такая глупость?       Не удивлюсь, если у него нестерильные иглы.       — Эй! — он даже не реагирует. — Ли Джуэк?       Трясущийся, с бешеными глазами, он смотрит на меня. Как животное, заражённое бешенством. Это пугает.       Мой опекун говорил: "Животные чуют страх". Значит, нельзя показывать его. Аккуратно приближаюсь, но держу безопасную дистанцию.       — Ли, нам надо поговорить.       — О чём? — Кажется, он немного приходит в себя. Или мне кажется.       — О Джимин. Ты же её бывший?       Его взгляд звереет. Давлю на больное?       — И что ты хочешь услышать? Джимин — избалованная сука и ебанутая дура!       — Что она сделала? — ему нужно выговориться. Он скажет мне всё. Должен.       — Она хочет, чтобы всё было так, как ей удобно, — он опирается на край крыши и смотрит куда-то вдаль. — Ебанутая, потому что посылала слежку. А когда мы расстались, меня чуть не убили!       — Вот как... — слабо верится, но его слова задевают и остаются в памяти.       — Да. Она просто тупая шлюха, — он шипит. — А её родители — ахуевшие в край. Подумали, раз у них есть деньги, им можно всё.       Но я не верю. Она выше этого. Сжимаю руки в кулаки и подхожу ближе.       — Может, это ты придурок? Ты же ей изменял.       — Это другое, — он отмахивается. — Она тоже не святоша.       — Джимин, в отличие от тебя, верна. Она до сих пор тебя любит! — приближаясь, толкаю его в грудь. — Ты — ничтожество. Неверный козёл, вот кто ты.       Будучи не в себе, он не успевает среагировать. Я толкаю его ещё раз, заставляя перевалиться через низкое ограждение.       Я не эксперт, но... Я же в перчатках. Это меня скроет, да?       Напряжение накрывает волной. Я бегу. Быстро, как можно быстрее. Исчезнуть. Спрятаться.       Одежду придётся сжечь. Избавиться от всего.       Теперь моя душа спокойна. По крайней мере, на какое-то время.