Who is the killer?

— Бей сильнее. Черт. Какой же он. Минги делает попытку ударить Юнхо, целясь прямо в лицо. Кулак, разрезая воздух, проскакивает мимо умело уворачивающегося Чона старшего. Уже как битый час Сон пытается ударить своего близкого друга, а Юнхо, тем временем, смотрит на него с каждым разом все с большим вызовом в янтарных хитрых глазах. Подначивает, выводит на эмоции, словно искусный манипулятор-кукловод. У овечки должен прорезаться голос. Иначе овечка станет добычей. Минги же с каждым разом все сильнее злится. Не на Юнхо. На себя. За то, что не может врезать своему сопернику. А если сделает больно? У блондина от ярости и переполненных эмоций ноздри то расширяются, то сужаются до невозможности. — Ты долго ещё жалеть меня будешь? — строго произносит Юнхо, пронзая Минги пытливым взглядом. Сон вновь делает попытку, уже с большим напором, налетает на Чона старшего, усмехающегося себе под нос, а тот, в свою очередь, делает захват, обвивая своей ногой ногу блондина и валит его на холодный пол с глухим ударом, раздающимся по всему залу. Юнхо стоит над Минги, осматривая того сверху вниз. Расплывается в победной улыбке, словно чеширский кот, поймавший мышку в свои огромные мохнатые лапы. — Ты такой хорошенький, когда снизу. — шутит брюнет, протягивая руку недовольному и оскорбленному другу. — Минги, ну в самом деле! — с другого конца зала кричит Уён, сидя на матрасе и переводя дух. — Я вообще-то на тебя ставил! — Ты вообще молчи. — фыркнул Юнхо, не переставая улыбаться и протягивать руку помощи. — Пошли нахуй. — Минги вытер краем футболки пот и медленно встал, чтобы отойти в сторону. Он взял с подоконника бутылку воды и принялся жадно пить то ли от досады, что проиграл, то ли от жажды. — Не расстраивайся, принцесса, — пролепетал Сан, подходя к другу и выхватывая у него бутылку, чтобы сделать пару глотков, — еще поработаешь, и, глядишь, окажешься сверху. — Боже блять, завались. — Минги дернул губой и сложил руки на груди. — Просто не бойся сделать мне больно. — Чон обернулся на друзей, смотря прямо на Минги, который продолжал хмуриться как обиженное дитя. — И все получится. — Ага, очень легко сказано. А ты встань в пару с Саном. Там даже сильное желание сделать больно не поможет. — Уён подошел ближе и покосился на Сана, складывая руки у груди. Пот стекал с его лба, по его шее и дальше — по груди, спрятанной за черной майкой. — Там в принципе мало, что поможет. — рассмеялся Юнхо, прикрывая рот ладонью. — Так и не вставайте со мной, что жалуетесь, — Сан закатил глаза и поставил бутылку на стол, а потом вытер пот махровым полотенцем, которое висело у него на плече, — так и проще будет, на пары странные делить не придётся. Мне не обязательно. — Сколько гонора, — Минги закатил глаза, — искусно ты хвастаешься своими умениями, придурок. — А ты не завидуй. — Чхве показал другу язык. Он покосился в сторону на Ёсана сидевшего на матах. Кан сидел сложив ноги перед собой и массировал свои лодыжки в монотонном движении параллельно кивая и слушая Хонджуна, который ему что-то говорил. — А у этих двух, что там за собрание? — Сан кивнул на друзей. — Сходи проверь. — Уён повел бровью, смотря на Сана. — Видимо, Хон опять свои отцовские нравоучения читает. — С чего бы это? — Юнхо вопросительно взглянул на Уёна, склоняя голову чуть к плечу. — Я не знаю. — Чон младший фыркнул. — Лишь предполагаю. — Ты не с той ноги встал? — Он не с той ноги родился. — Сонхва подошел ближе. Вальяжно положив руку на плечо Уёна, он продолжил. — Как у вас тренировка проходит? — В тотальном умиротворении. — усмехнулся Юнхо. — Да я сейчас откинусь, — Минги запрокинул голову к потолку и упер руки в свои бока, — вот как. Сан зевнул оглядывая друзей: — Ну что, долго ещё трещать будем или продолжим? — Тебе больше всех надо, а? — Блондин фыркнул. У него явно не было настроения. Ёсан покосился на столпотворение друзей и выгнул бровь. Он снова посмотрел на Хонджуна и кивнул в сторону, намекая на кучку людей. Ким повернулся, поправляя хвостик на затылке. — Эй, базар-вокзал, чего столпились? — Хонджун начал подниматься на ноги и затем протянул руку Ёсану, чтобы помочь тому встать. Кан оступился на ноющей ноге и сделал хромой шаг, но тут же встрепенулся и улыбнулся. — А как же «серьезное обучение»? — Ёсан быстрым шагом подошел ближе к друзьям и завалился на Минги, хватая того за плечо. Если ходил быстро, то даже было не заметно, что он вывихнул лодыжку в последнем спарринге. — Я уже серьезно унижен, Ёсан, — Минги закатил глаза, — можно другую пару? — Возьмешь Сана? — Хонджун усмехнулся и потянулся руками к краю майки, чтобы вытереть ей лоб. — Тогда сразу в Ад, нет, спасибо. Мне Юнхо хватает. — Тогда не ной. — Ёсан ударил друга по груди. — Иди в зад. — Сам иди. — Я уже скоро обижаться начну, что вы меня туда-сюда шпыняете, — Сан махнул рукой в сторону стоящего болванчика для бокса, — этот друг и то дружелюбнее будет, даже если ударит. — Это комплимент, Сан, вообще-то. — недовольно протянул Уён, скользнув взглядом по Чхве сверху вниз. — Радовался бы. А он скулит. По секрету, смотреть надо было снизу вверх, с учетом роста Уёна и рядом стоящего Сана. — Ты, Чон, лучше молчи, тебе с ним в спарринге стоять. — Юнхо пихнул Уёна, отчего тот прошипел. Мышцы ныли. А ныть хотелось, на самом деле, Чону младшему. — Давайте уже лучше тренироваться. — Сонхва завязал хвостик на голове и оперся локтями на подоконник, смотря на своих друзей. — Кто следующий? — Сан выгнул бровь и посмотрел на друзей, которые смотрели прямо на него. — Я? — Он показал на Уёна, — он? Мы? — А ты что думал? — Хонджун цокнул языком и сложил руки на груди, — отсидишься из-за своих заслуг? Давай, топай и надери зад мелкому. — Если я его побью, то он ещё неделю не оклемается. — Чхве закатил глаза. — А может это Уён сейчас его накидает слева-справа, а? — Минги гордо задрал подбородок. — Ну да, конечно, ты разницу эту видел? — Ёсан кивнул на Сана и Уёна стоявших неподалеку друг от друга. — И че? — И ниче. Нет шансов. — Вы ахуели? Я вообще-то тут стою. — Уён прожигал взглядом друзей, хмуря брови. — А ты тоже, смотрю, ахуел. — Чон медленно перевел взгляд на Сана, смотря исподлобья. Он схватил бутылку с подоконника. — Дело не в силе, а в ловкости и в умении уворачиваться. — Так, ладно, давайте без ссор, хорошо? — Сонхва выставил руки перед собой. — Иначе мы не доживем до столкновения с культом. — Пусть, пусть. — Юнхо с ухмылкой на лице наблюдал разворачивающуюся перед ним картину. — Гнев сейчас очень на пользу. — Ну готовься, я тебе голову откушу. — Сан пошёл вперёд на маты и развернулся лицом в сторону друзей, продолжая ход задом и заведя руки за спину. — Я очень хочу, чтобы Уён уложил его на лопатки. — Шепнул Минги на ухо Ёсану. — Думаю, он только притворяется крутым и в итоге поддастся, че думаешь? — Кан усмехнулся. — На кого ставишь? — Хочу на Уёна, но здравый смысл говорит — Сан. — Прошептал блондин в ответ. Уён, прежде чем уйти на верную смерть под Чхве Саном, покосился на друзей, слыша как те ставят ставки похлеще чем те самые проныры и джентельмены в казино. — Я вас убью. Только дайте время. — прошипел Уён, а затем сделал тяжелый выдох, и проследовал за Чхве, разминая шею. Он и сам, если честно, понимал, что это конечная станция. — А вы что стоите оба? Минги, сейчас второй заход будет. — Юнхо метнул строгий взгляд в сторону Минги, переставшего вмиг шептаться с Ёсаном. Ишь какой. Стоит он, смеётся. — Какой ты противный, — Минги отпустил плечо Ёсана и повертел рукой перед своим лицом, упираясь большим пальцем в нос, — иду я, иду. Сан посмотрел на Уёна. Чхве облизал сухие губы и оценил ситуацию: патовая. Брюнет сложил руки на груди и несколько раз обдумал вообще, что следует, а что не следует делать. — Ты если что говори, ладно, не хочу тебе больно случайно сделать, — Сан убрал волосы со своего лица, — давай, ты должен победить меня, сможешь? Он поймал на себе взгляд Уёна, который буквально говорил: «ты себя и меня видел?» Сан не смог сдержать смеха и схватился за живот, но потом махнул рукой и мгновенно собрался. — Нападай. — Он поманил Уёна ладонью на себя и встал в твердую стойку. — Блять, где тут кнопка «сдаться», сука? — Уён повертелся по сторонам, будто бы глазами ища ту самую маленькую красную хуйню, нажав на которую можно скипнуть бой. Он тяжело вздохнул, возвращая взгляд на Сана, который выглядел одновременно горячо и очень угрожающе. — Ну ладно, от твоих рук можно умереть. Уён закусил нижнюю губу, поправил майку и приподнял кулаки в неуверенной стойке. — Ох, зря ты это сказал, — Сан ухмыльнулся, перекатывая плечи. Его мышцы перекатывались под кожей, будто готовясь к охоте. — Теперь умирать будешь красиво. — Можно без особых эффектов? — пробормотал Уён, но уже поздно. Сан двинулся первым — без предупреждения, без разминки, как разъярённый зверь. Уён едва успел пригнуться, когда кулак просвистел в миллиметре от его уха. В груди вспыхнул инстинкт самосохранения, и он, не думая, шагнул вперёд, пытаясь вклиниться в защиту соперника. Сан на миг приподнял бровь, но тут же перешёл в контратаку. Локоть — резко, вниз. Уён чудом подставил предплечье, но удар всё равно отдался звонким эхом по рукам. Чёрт, больно. — Ты мне руку сломать решил?! — возмутился он, пятясь назад. — Ты ж сам сказал — от моих рук можно умереть, — Сан склонил голову набок, словно оценивая следующую точку атаки. — Я пошутил! — Уён рванул вперёд, делая ставку на внезапность. Он нырнул под боковой удар, сместился влево и сжал кулак, целясь в пресс противника. Сан даже не дёрнулся. Удар пришёлся в его стальной пресс, и Уён почувствовал, как его собственный кулак дрогнул от отдачи. — Ага, — Сан наклонился вперёд, ухмыляясь. — Теперь моя очередь. В следующую секунду Уён летел на пол, громко выдохнув весь воздух из лёгких. — О да, души меня накаченный Чхве Шкаф. — пробубнил Уён, пытаясь отдышаться. Сан протянул ему руку, на которую Уён некоторое время смотрел с прищуром. Чхве усмехался. А Чон с каждой секундой вскипал все больше, краснея от злости. Он протянул руку в ответ и потянул Сана на себя. Тот, не ожидая такой подставы, повалился на пол из-за резкого рывка. Уён оказался сверху, умело перевернувшись через упавшего Чхве. Он сидел на его бедрах. Теперь уже Сан оказался прижатым к полу, а Уён завис над ним, одной рукой удерживая его запястья, а второй упираясь в его грудь. — Урок номер один, — Чон склонился ближе, его дыхание горячим призраком скользнуло по коже Чхве. — Если видишь протянутую руку — думай, прежде чем хвататься. — А ты быстро учишься, — Сан усмехнулся и облизал сухие губы, а затем одним движением освободил свои запястья из хватки, которой не было достаточно, чтобы удержать его. Чхве схватил Уёна за талию и обернул их обоих, оказываясь над Уёном. Он уперся одной ладонью над головой Чона, держа его запястья, а второй продолжал крепко держать парня. Брюнет задал бедра Уёна ногами в стальной хватке. Обездвижил полностью, — урок номер два: меньше болтай и гордись, чтобы не потерять бдительность. Уён усмехнулся, даже не пытаясь сопротивляться. — А если нет? — с вызовом бросил Уён, приподняв бровь. Сан смотрел так, что по спине пробежал холодок. Уён дёрнулся, пытаясь хотя бы ослабить хватку, но тот только сильнее сжал запястья. — Сука… — прошипел он, рывком подаваясь вперёд. Хоть бы лбом врезаться, хоть как-то достать. Их взгляды встретились — карие глаза Уёна метали молнии, но Сана это, казалось, только забавляло. Как же хочется его укусить! — Я не сдамся так просто, Чхве Сан. — Уён сморщил нос, дуя губы. — И что ты сделаешь? — Сан глухо посмеялся. — Ты зажат и ничего не можешь сделать. Чхве наклонился чуть ближе и обдал лицо Уёна горячим воздухом. Он наклонился вбок и опустил нос к шее Чона, но затем отстранился назад и сжал свои колени ещё сильнее и взглянул на зажатые запястья над головой Уёна. — Вы, двое! — Хонджун показал пальцем в сторону Сана и Уёна. — У нас спарринг, а не брачные игры, рассоситесь по сторонам и начинайте заново, разлеглись. — Ким убрал прилипшие волосы со своего лица и вытер пот футболкой. Сан вернул внимание к Уёну и пересекся с тем взглядами, а затем ослабил хватку и слез с парня. Он сел на свои ноги и сложил руки перед собой, делая слегка глупое лицо и поджимая губы. — Ещё раз? — Чхве приподнял брови. — А ты не завидуй, Хонджун-а! — Уён запрокинул голову и прокричал старшему, а затем, вздохнув, вернул взгляд к Сану. Чон приподнялся на локтях и пихнул аккуратно Сана в низ живота носком. — Как мне с тобой бороться, когда я тебя съесть хочу, а? БДСМ какой-то. Где стоп слово? — Держи себя в руках Чон Уён, — Сан усмехнулся и слегка прищурил глаза, — а стоп слово… выбирай любое, малыш. — Чхве рассмеялся от лица, которое состроил Уён и поднялся на ноги, опираясь на свое колено и затем протянул руку Чону, чтобы помочь ему встать. Сан потянулся по сторонам, вытягивая руки над головой. Он покосился на Уёна, который причитал себе под нос и слегка улыбнулся. Мысль проскочила у него в голове и он не стал противиться ей. Чхве сделал резкий выступ в сторону Чона и тот аж вскрикнул, когда Сан обвил его руками за талию. Брюнет наклонился вперёд, чтобы добиться внимания Уёна на своем лице. А затем развернул Уёна вокруг его оси и заломил парню руки, держа одной ладонью. Он аккуратно расставил ступни Чона по сторонам и поставил одну свою ногу между них. Сан наклонился вперёд к уху Уёна, продолжая удерживать его спиной к своей груди. — А теперь… выпутайся. — Прошептал Сан на ухо брюнету и увидел, как по коже Уёна побежали мурашки. — Новый урок. — Ты что делаешь такое… — прошипел едва слышно Уён, пытаясь взглянуть на Сана, вертя головой. — Блять, я просто в ахуе. Я просто в ахуе, Чхве Сан! Я же отомщу тебе! Дерьмо. Чон так сильно зажат, что будто бы совсем не имеет шансов на спасение. И что делать? Молить о пощаде? Нет. Это выше его сил. «Давай, малыш, покажи, чему научился.» витало в воздухе, пока Сан крепко сжимал запястья Уёна. Чон дёрнулся вправо — без толку. Попробовал влево — ещё хуже, Сан словно намертво врос в пол. Брюнет стиснул зубы, чувствуя, как тепло противника прожигает кожу даже сквозь одежду. Немного поёрзав, Уён прижался своими бедрами к бедрам Чхве. Этот жест мог сделать только хуже, если честно. И пока непонятно кому именно. — Это вообще законно? — процедил он, откидывая голову назад и сталкиваясь затылком с подбородком Сана. Он мог бы просто сдаться… но не в этот раз. Резко сместив вес, он притворился, что падает, заставляя Сана на секунду потерять баланс. Воспользовавшись моментом, Чон дёрнулся вверх, освобождая одну руку, а затем локтем толкнул противника в бок. Сан выругался, но всё же ослабил хватку, и Уён, не теряя ни секунды, резко вывернулся, разворачиваясь к нему лицом. Он приблизился к лицу Сана и поцеловал того в нос. — Ты подлый! — Уён вновь сморщил нос, потирая запястья. — А ты молодец, — Сан усмехнулся и упер ладони в бока, — хорошо и быстро учишься, а так переживал сначала. Чхве задумался, а затем вытер пот со лба футболкой и посмотрел по сторонам. — Хочешь ещё захват? — Я смотрю, тебе это нравится. — Уён хитро глянул на Сана. — У тебя новое развлечение. А за похвалу спасибо. У меня же такой учитель. — протянул Чон, подходя ближе и обходя Сана, задевая бедром и расплываясь в наглой улыбке. — Но пока я выберу все-таки отдохнуть от твоих захватов, Сан-и. — Да ну тебя, — Сан закатил глаза и махнул рукой, делая вид, что не заметил кокетства Уёна, — пойду найду себе тогда другую жертву. Чхве проследил глазами за Уёном и затем отвернулся, осматриваясь по сторонам. Он приметил Ёсана, который опять сидел на матах и побежал в его сторону. — Чхве Сан! — Хонджун вскрикнул, когда Сан перепрыгнул его на всей скорости. — Блять, да я тебя… ублюдок! Ким упал спиной на матрас и приложил ладонь к груди. Он и так тяжело дышал после очередного раунда спарринга, а тут ещё всякие летают. Нет, чтоб обойти. Хонджун зло повернул голову в сторону Сана, который присел на корточки возле Кана и начал уговаривать его подраться с ним. Вот же шило в заднице у кого-то. Хонджун повернул голову и посмотрел на Сонхва, который стоял над ним: — Все? Перерыв окончен? Блин… — Вставай давай, Джун-и. — Сонхва мягко улыбнулся, но в его глазах мелькнул огонёк. — Надеру тебе твой зад, любимый. Пак усмехнулся и, развернувшись на пятках своих белых кроссовок, отошел от матрасов, скучающе изучая спортивный зал. — Давай-давай. — он вновь обернулся на Кима. — Я соскучился. Хонджун пробурчал себе что-то несвязное под нос и поднялся. Он прочистил горло и встал в стойку, чтобы приготовиться. Он немного уже подзаебался, но сдаваться был не намерен. Ким выставил руку вперёд и поманил Сонхва ладонью. — Ну начнем, что ли? Сонхва усмехнулся, стоя ровно и держа осанку. Он наклонил голову набок, обдумывая каждый свой шаг. Заметил, что Хонджун уже устал, но сдаваться не собирался. Это восхищало. — Нет, любимый, сейчас твоя очередь нападать. — Пак провел кончиком языка по сухим губам, не отрывая свой взгляд от парня напротив. — Хорошо. — Хонджун сделал несколько наступательных шагов вперёд и сделал вид, что собирается нанести удар, Сонхва сделал шаг в сторону, но Ким обвил его вокруг и заломил одну руку за спиной. Сонхва посмотрел на парня через плечо и оценил ситуацию. Хонджун подставил колено ему под ногу и Пак немного прогнулся вперёд, но затем перенес вес и второй ногой обвил бедро Кима, а затем перевернул его, освобождая руку. Хонджун повалился на пол спиной и зажмурился. Хва стоял над ним и победно улыбался, но Ким в ту же секунду схватил парня за лодыжки и потянул со всей силы на себя, заставляя того свалиться вниз и больно удариться копчиком. Хонджун продолжал держать его за лодыжки и находился уже на своих коленях между ног Пака. Но Хва не собирался сдаваться. Он выдержал взгляд Хонджуна и присел, наклоняясь вперёд, а затем перевернул Кима, и оказался поверх него, садясь сверху и зажимая ногами бедра парня. Хонджун недовольно закряхтел и попытался вырываться, но Сонхва прижал его руки к матам и победно улыбнулся. — Сука, опять я проиграл, — Хонджун закатил глаза, — ты слишком прекрасен, чтобы с тобой драться. Я хочу тебя целовать, а не вот это вот всё. — Оправдывайся, давай. Ты делаешь это слишком хорошо, Джун-и. — Пак влюбленно смотрел на Кима из-под полуприкрытых длинных ресниц. Он отпустил руки Хона, но продолжил сидеть на его бедрах. — Ты все равно молодец. — Сонхва провел рукой по щеке парня. — Я уже устал, — простонал Чон на весь зал. Канючит, как малое дитя. — Давайте заканчивать. Пак отвел взгляд от Хонджуна, опуская руку с его лица на грудь. Он посмотрел в сторону Уёна и нравоучительно произнес: — Уён, в бою не получится так сдаться. — Да я их так заебу, что они сами передумают нас в жертву приносить. — Уён плюхнулся задницей на матрас, снимая майку и накидывая её на плечи. — Я сейчас умру от жары здесь. — Скорее всего, они просто отрежут тебе язык. — Юнхо усмехнулся, открывая воду и, вылив немного себе на ладонь, прошелся по волосам, а затем по лицу. — Да уж конечно. — фыркнул Уён. — А я им пипиську. — Что? Покажешь? — Отрежу, идиот. — А ножи метать когда? — Минги сделал вид, что кидает бутылку, а потом перебросил её из руку в руку и открыл крышку, чтобы сделать глоток. — Завтра? — Сон Минги, думаю все заебались настолько, что не будут в силах этим заниматься сразу после спаррингов, — Сан закатил глаза и потом повернулся к Ёсану. Он протянул другу руку и помог ему встать, — и вообще, я отведу Кана в комнату. Он вывихнул ногу. — Ты же сказал, что все в порядке, — Хонджун повернул голову, параллельно кладя руки на бедра Сонхва, — обманул меня? — Переоценил себя, думал все будет в порядке. — Кан встал на ноги и позволил Сану закинуть ему руку на плечо и придержать его. — Пиздец, минус один получается, — Минги сжал губы в тонкую линию, — тогда точно сворачиваем лавочку нахуй. — Ёсан, как давно у тебя вывернута нога? — Сонхва в миг стал серьезным, наблюдая за тем, как Ёсан опирается на Чхве. — Нужно приложить холодное к ноге. Сан, не относи его пока никуда. — Ёсан, давай я лед принесу? — Юнхо подошел ближе к друзьям и опустился на колени, рассматривая ногу Кана. — У тебя реальное растяжение связок. Нужна ещё мазь и бинт. У меня здесь все есть. Уён тоже подошел ближе, наблюдая за всем происходящим. Ох, как же его съедала ревность каждый раз, когда Сан находился около Ёсана. Но… Ёсан его близкий друг, а Сан? Кто ему Сан теперь? И как же все это было абсурдно, но внутри все равно просыпались тараканы. Это так странно. Чону становилось от самого себя некомфортно. Он выдохнул и заговорил: — Ёсан, правда, давай мы замотаем тебе ногу. Нужно побыстрее восстановиться. Друзья защебетали вокруг Ёсана как заботливые родители. Они начали бегать и переживать, словно он ногу не вывернул, а сломал. — Тогда давай на стул. — Сан отпустил плечи друга и отошел в сторону, а уже через секунду вернулся с железным стулом. — Спасибо. — Ёсан кивнул другу и сел на железную поверхность стула, вытягивая перед собой ноги. Чхве нахмурился и посмотрел на то, как Юнхо побежал за аптечкой, а Минги отправился за пакетом льда на кухню. Все в миг всполошились. И в чем была проблема сразу сказать о том, что ему плохо? Сан теперь чувствовал себя мудаком от того, что не заметил проблему сразу и заставил друга вставать с ним в спарринг. — Прости, — Сан положил руку на плечо друга, — я такой дурак. — Ты за что извиняешься сейчас? — Я не заметил, что тебе больно и продолжил донимать! — Чхве надулся и затем сел возле стула, опираясь предплечьями на свои колени. Он проследил глазами за Юнхо, вернувшимся с аптечкой и вбежавшим в зал Минги. Все так заботились. — Я сам не стал говорить, чтобы никого не беспокоить. Забей. — Кан закатил глаза и зашипел, когда Юнхо приподнял его ногу, хватая за лодыжку. — Все равно… — Сан посмотрел в сторону и теперь уже наблюдал за тем, как Сонхва поднимается с матов и помогает сделать тоже самое Хонджуну, протягивая парню руку. — А ну, терпи. — Юнхо нахмурил брови, снизу вверх смотря на Ёсана и держа его лодыжку в руках. — Сейчас все исправим. — Чон приподнял ткань спортивных штанов и оттянул носок вниз, открывая кожу. — Красная. Минги, приложи лед для начала. Сон мигнул и присел на корточки. Он поднес лед к ноге Кана, из-за чего тот съежился и вздрогнул. — Вот так надо держать минут десять. Хотя бы. — Юнхо встал с колен и отряхнул руки. — Потом намажем мазью и наложим эластичный бинт. Сонхва подошел ближе и встал около брата. Он свел брови к переносице и прикусил щеку с другой стороны. Ох, Ёсан. Такой упёртый баран. — Это неплохо — рассказывать, когда тебе тяжело или больно. Зачем скрывать? Это нормально — просить помощь. Тем более, мы все здесь родные люди. — Пак взъерошил рыжие волосы, приложив руку к голове Кана. — Понял я, хватит меня отчитывать, — Ёсан подул на челку, которая упала ему на лицо, — не маленький. Хонджун закатил глаза и обошел друзей. Он повернулся лицом к окну и задумался о чем-то своем. Погода менялась по щелчку пальцев и тучи менялись на солнце, а затем обратно и так несколько раз уже за день. Удивительно. Ким обернулся снова и заметил, как Сан, сидя на полу, потянул Уёна за икру ноги на себя и тот начал возмущаться, но встал рядом и погладил Чхве по голове, что-то говоря ему тихим голосом, наклонившись вниз. Сан обнял Уёна за ноги и посмотрел в сторону Ёсана, словно все ещё был расстроен и считал себя виноватым. Это было мило. Донельзя мило. Ким в очередной раз словил себя на мысли о том, что. у него щемит сердце от взглядов на близких. Они такие настоящие. Такие родные, пусть и моментами тупые и бесячие, но Хонджун не представляет без них жизни.

***

— Расчехляй свой саквояж, Чхве Сан. — Сонхва прищурился, вытягивая ноги и откидываясь на спинку дивана. — Я уже не могу терпеть. И вообще… Давайте обсудим то, что, несмотря на всю ситуацию с сектой, мы продолжаем жить и в ус не дуть. — А что теперь, сдохнуть что ли? — Уён скривил губы. — Я не готов отказываться от всех прелестей жизни и вместо этого согласиться на то, чтобы трястись в уголочке. — Нет, просто мы ведем себя безрассудно. — Пак не собирался уступать. — Я считаю, что так нельзя. Остался месяц до обряда. — Месяц? — Юнхо нахмурился, задирая свитер на руке и обнажая запястье с серебряными часами. — Да, я понял, что та самая фаза луны наступит через месяц. И то… Уже меньше чем через месяц. Поэтому давайте не медлить и наконец-то решать эту загадку. — Сонхва закинул ногу на ногу, выпрямляясь в спине. — Блять, я просто хочу быть счастливым… — пробурчал Чон. — А я хочу быть живым. — осадил его Пак. — Потом отдохнем. Как с этим покончим. — Ты так вгонишь нас в депрессию, — Минги закатил глаза, — я хочу смотреть мультики и есть мороженое, можно? — Нет, нельзя, — Ёсан поерзал на своем месте и сложил руки на груди, — тебе пять лет? — А можно вы потом спорить будете? — Хонджун закатил глаза и убрал сырые после душа волосы с лица назад, зачесывая их ладонью. — И куда мне деться-то… — Сан начал вертеться вокруг своей оси и в итоге сел со своим рюкзаком на ковер, посреди гостиной перед диваном. — Окей, предлагаю начать с того, что я достал из шкафчика Бома, где мы думали, что ничего не осталось… — Что там? — Хонджун вытянул шею. Чхве открыл замок рюкзака и первым делом достал фотку с маленьким Хонджуном, который был одет в слегка большую форму для пятилетнего мальчишки. Рядом стоял второй мальчик и широко улыбался. На нем форма уже сидела лучше. Это был Бомджун. — Я нашел вашу фотку, она была приклеена к стенке, — Сан слабо улыбнулся, положил фото на ковер и снова залез в рюкзак, — бархатная коробочка… не ебу, что внутри, затем… какие-то пустые листы в клетку, тоже не ебу зачем… перо и закрытая упаковка чернил неизвестного происхождения и самый важный лот! — Чхве гордо достал фигурку Пикачу и поставил её в середину ковра перед собой, — Пикачу, нахуй! Минги открыл рот от удивления: — Пикачу? Че? Сонхва резко перевел взгляд на Хонджуна, который на мгновение завис в фрустрации. Это же та самая фигурка. Недостающая фигурка для того, чтобы открыть тайник! — Что вы так пялитесь друг на друга? — Уён непонимающе вскинул брови, как тупой рассматривая парочку. — Впервые видите пикачу? — Нет, по их лицам видно, что это что-то значимое, Чон. — Юнхо поддался вперед, чтоб увидеть полноту картины из кресла. — Хонджун, это же та фигурка, да? — Пак будто бы не замечал вопросов друзей, он продолжал смотреть на Кима. — Сан, это все? Или ещё что-то? — Пак глянул на Чхве. — Дай мне, — Хонджун протянул руку к фигурке и задержал свой взгляд на листах, но потом просто взял желтую игрушку в руки и присел рядом с Саном, — это она… Сонхва, это она. — Он даже не заметил, как под конец начал говорить шепотом и обернулся на парня. — Может кто-нибудь объяснить почему пластиковая игрушка так важна? — Минги расставил руки по сторонам. — У нас с братом был тайник, который открывался только если поставить на него фигурку Эша и Пикачу, — Хонджун повернулся к Минги, — но я не знал где она, потому что Бом спрятал что-то внутри и унес свою игрушку, так и не вернув. — Ебать. — Блондин открыл рот от удивления. — Это уже какой-то «Код да Винчи» получается, — Ёсан нахмурился, — а что за листы из тетрадки пустые? — Не знаю. — Сан пожал плечами. — А что такое «Код да Винчи»? — Минги глупо посмотрел на друга, пытаясь понять как это связано с игрушкой. — Фильм такой, придурок. Со сложными загадками и прочим типо. — Все равно не понял. — Забей. Хонджун взял листы в руки и затем посмотрел на Сана: — Ты уверен, что вот так просто это там лежало? Не понимаю… — И чернила эти с пером, он любил ролевые игры? — Чхве выгнул бровь. — Придурок, — Хонджун ударил друга по плечу, — ладно, разберемся. — А! — Сан воскликнул, вспоминая кое-что важное. — Ещё конверт с не вскрытым письмом! — Чхве положил конверт перед собой и выдохнул. — Теперь все, это все, что лежало у Бома в шкафу. — А если это исчезающие чернила… — Сонхва взял лист бумаги. — Знаете, те, которые нужно осветить огнем. То есть взять зажигалку, подставить под лист, и там будет видно текст… — Что? Такое реально бывает? — Уён обернулся на Пака. — Да. Так раньше передавали тайные послания, чтоб если письмо перехватили, никто не понял, что там написано. — Обалдеть. — Если это действительно так, то скорее всего, он вырвал эти листы из той тетради, что ты нашел в коробочке, Джун. Он не хотел, чтоб ты их нашел если что. — Сонхва вновь взглянул на любимого парня. Хонджун почесал подбородок: — Бомджун рассказывал мне что-то об этом. Об этих чернилах, точно! У них был какой-то прикол с Сухёком и Ёнджуном. Они писали в своих работах ими послания и потом сдавали преподам. — И че смешного? — Ёсан выгнул бровь. — Понятия не имею, но зато теперь я точно уверен, что на листах что-то есть и знаю, как прогреть чернила, чтобы они проявились, а лист на сгорел, — Хонджун вдохнул побольше воздуха в легкие и воодушевленно посмотрел на Сана, — а коробочка? Что в ней? Письмо? — Мы ничего не открывали, — Сан покосился на Уёна. Как же ему не хотелось портить настроение друга следующими находками, уже из другого места, — давайте посмотрим? Уён покосился на Сана в ответ, жуя свою губу. Голова кружилась от всех находок, что они успели отыскать в шкафчиках двух товарищей. Подозрительно. Как же, сука, это все подозрительно. — Может сначала мы посмотрим все, что нашли? — неуверенно подал голос Уён, отвлекая всех от рассматривания конверта. — Точно, вы же лазили в ящике Сухёка. — Сонхва озадаченно нахмурился. — Ага, сухпайка. — кивнул Уён. — Там тоже есть кое-что интересное. — У меня мурашки. — Юнхо облокотился на подлокотник и подпер щеку. — Почему так много тайн? — М, ладно. — Сан посмотрел в темноту своего рюкзака, а потом на Хонджуна, который сложил перед собой ноги и уперся в них предплечьями. Друг улыбался ему. Почему-то Чхве почувствовал себя гадко, но было некуда деваться. Сан залез рукой в сумку и достал фотографию с братьями Ким и Сухёком. Хонджун сразу принял ее из рук Чхве и рассмотрел, мягко улыбаясь. Он отложил ее в сторону и посмотрел на Сана. — Что ещё? — Хонджун выжидающе выгнул бровь. — Помятая записка, но там фиг разберешься, что написано. Поблекло и ещё эти замятости, — Сан пожал плечами, — но я почему-то решил ее взять, не знаю. Может там полный бред написан. — Допустим. — Ким пожал плечами. — Ну и… самое важное. Сан достал телефон из рюкзака экраном к Хонджуну и посмотрел на друга, пока он протягивал ему устройство. Ким часто проморгался, словно не осознавая что происходит. — Телефон? Вы украли у Сухёка его телефон? — Хонджун нахмурился, но почему-то почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. — Нет, Хонджун. — Сан развернул телефон золотым стеклом наверх. Глаза Кима уперлись в корявый смайлик в правом углу, который он с Юнхо и Саном оставил там в качестве сюрприза для старшего. Они так раздражались, что он больше проводил времени с новыми друзьями, что… только в этот момент Хонджун понял. Он резко отполз назад и уперся в диван спиной. Ким помотал головой. — Нет, этого не может быть, — он снова дернулся вперёд и забрал телефон резким движением из рук Сана, — это не его телефон. Хонджун вновь почувствовал как сердце начало ныть. В горле образовался ком, который он не мог сглотнуть. — Это он, Хон… — Чхве выдохнул и осторожно посмотрел на друга, который разворачивал телефон экраном к себе. — Я зарядил его и… убедился, что… это его телефон. Ким смотрел на загоревшийся дисплей. По ту сторону на него смотрел он сам только младше лет на семь, и он обнимал своего брата и маму за шею. Боже. Хонджун прикрыл рот рукой и помотал головой в отрицании. — Сухёк, — он сглотнул, — Сухёк… откуда, блять, телефон у него?! Хонджуна начало трясти. Он ничего не понимал. — Хонджун, дыши. — Сан протянул руку к другу, но тот поднял на него дикий взгляд полный ненависти. — Я прикончу его.