Игрушечный переполох

На ужин были макароны с сыром — лучшее завершение хорошего дня. И это даже без учёта знакомства с говорящим игрушечным гномиком. Билли, правда, хотелось бы знать, для чего ему все те вещи и куда они пропадают, пока его нет рядом. Особенно теперь, когда потребовались спички. Их Билли трогать не разрешали, даже прятали подальше! Но он знал, где искать, — надо только дождаться, пока на кухне никого не будет. Увы, момент всё не наступал, и, решив отложить вылазку до ночи, Билли направился к себе в комнату. Не успев даже дойти до двери, он остановился. По полу коротко пробежал голубой отблеск, затем послышались голоса. Кто-то незнакомый был в его комнате, и его прихода Билли не видел. Первой мыслью было спуститься и позвать маму, но Билли сразу её устыдился. Что он, трус или маленький? Нет уж! Он взрослый и храбрый. Сам зайдёт и сам всё узнает. Набрав полную грудь воздуха, он взялся за дверную ручку. — Всё, ребята, это последняя… Дверь открылась, и голоса разом умолкли. На вошедшего мальчика уставилось множество глаз. — Привет, — смело поздоровался Билли, делая шаг внутрь. — Эээээ… — невнятно послышалось в ответ из-под ёлки. — Привет, малыш, — дружелюбно раздалось уже выше, и навстречу ему шагнул дядя с седыми волосами. — Как тебя зовут? — Билли, — важно произнёс Билли. — Это моя комната. А вы кто? Незнакомцев оказалось много. Мальчик заморгал, пытаясь быстро всех рассмотреть. Рядом с седым дядей стоял гоблин в крутой шляпе, прижимая к себе бумаги, из-под ёлки выглядывал гном с забавными голубыми усами и бородой, а у стены, едва не задевая гору игрушек, расположились два великана, аж до самого потолка, — один сонно покачивающийся, с бородой и рогами, другой с… тоже с рогами, но другими, и крыльями, совсем как у дракона! Билли восхищенно замер, сравнивая их рост со своим. Может, и он так вырастет? — Видишь ли… — снова заговорил седой дядя и тут же замялся, стоило Билли повернуться к нему. Теперь уже совсем ни капельки не боясь, мальчик подозрительно прищурился. Дядя был седой и немного старый, в странной серо-голубой одежде, с добрыми синими глазами и большим резным посохом, прямо как у волшебников. Билли вдруг пробило осознанием. Старичок, появление из ниоткуда… — Вы Дедушка Зима? — выпалил он, во все глаза глядя на незнакомца. Тот моргнул. Со стороны ёлки послышалось частое покашливание. На мгновение весь мир словно застыл в ожидании вместе с Билли. Широко улыбнувшись, седой дядя рассмеялся и закивал. — Угадал, угадал! И как только смог? — Выпрямившись во весь рост, он с важным видом опёрся на посох. — Но ты прав, Билли, я — Дедушка Зима. А это, — указал он на гнома с гоблином, — мои маленькие… и не очень… — добавил он, показывая на двух великанов, — помощники! — Здоооорово, — восхищенно протянул Билли, глядя на него большими глазами. — А почему у них рога?.. — Иногда они не слушаются и мне приходится на время превращать их в оленей, — развёл руками Дедушка Зима. — Побочные эффекты. Один из «оленей» возмущённо вскинулся. Продолжавший укрываться под ёлкой гном странно закашлялся, поглядывая в его сторону. — А рога потрогать можно? — с надеждой спросил Билли. — Нельзя, — прорычал «олень» с крыльями. — Можно! — возразил Дедушка Зима, строго глядя на него. — Дедушка разрешает. — Можно, — согласился другой «олень», добродушно улыбнувшись в бороду. Довольно кивнув, Билли снова посмотрел на Дедушку Зиму. — А почему у вас нет бороды? — Была раньше, — пробурчал Дедушка себе под нос. — Неудобно с ней… — Тряхнув головой, он улыбнулся и заговорщически подмигнул Билли. — Это для маскировки, малыш. С бородой-то меня всяк узнает, а? — Точно, — согласно кивнул Билли. — То-то же. — Дедушка Зима весело прищурился. — А ведь день подарков ещё не наступил! Поэтому мы, хм, тайно ходим по домам и проверяем послушных детей. Вот ты был хорошим мальчиком в этом году, Билли? — Конечно! — Билли гордо вскинул подбородок. — Я слушал старших, ел кашу и ни с кем не дрался! Ну, почти ни с кем, — добавил он, шаркнув ножкой. — И ещё кормил птичек! — Молодец! — провозгласил Дедушка Зима и ласково потрепал его по голове. — Можешь быть уверен, тебя ждёт куча подарков. — Он кивнул гоблину и тот, спохватившись, старательно принялся что-то записывать. — И я наряжал ёлку! — Билли указал на свою главную гордость. — Правда, красивая? — О, весьма! — Дедушка Зима с интересом осмотрел сверкающее дерево. — Ты потрудился на славу, малыш… — А она самая-самая красивая во всём мире? — с надеждой заглянул ему в лицо Билли. — Хм… — Дедушка принял серьёзный вид и ещё раз внимательно оглядел ёлку с верхушки до самого низа. — Да… да, несомненно! Уж можешь мне поверить, — улыбнулся он Билли, — я за сегодня повидал ооочень много ёлок. Билли важно кивнул. Он знал! И даже сам Дедушка Зима подтвердил. И теперь никто не сможет этого отрицать. — А почему ваш помощник пытается на неё залезть? Дедушка Зима покосился на гнома. Тот застыл меж двух ветвей с большими яркими шарами, смешно встопорщив усы. — Ээээ… — Она настолько сильно ему нравится, — с чувством произнёс Дедушка Зима. — Но лазить на чужие ёлки нехорошо, поэтому он спустится прямо сейчас, да, Миллхаус? — Ээээ, да! Конечно же! — Гном заулыбался. — Всё как прикажешь, Дедушка! — И перестанет наговариваться, если не желает превратиться в мышь, — добавил Дедушка Зима, грозно сдвигая брови. — Понял, слезаю! Ёлка глухо затрещала, и через мгновение гном, шипя и охая, шлёпнулся на пол. Наблюдавший за этим великан с драконьими крыльями оскалился, блестя множеством острых зубов. — А ещё на ней говорящая игрушка, — заявил Билли. — У меня таких раньше не было. Это вы её сделали, да? — Он показал на посох Дедушки Зимы. — Вы же волшебник? — Волшебник, конечно, — кивнул Дедушка, присаживаясь перед ним на одно колено. — Игрушка, значит? Мы, хм… собственно, из-за неё мы здесь… — Я всё делал, что она просила. — Билли принялся загибать пальцы. — Принёс печенье, гвозди, три полена, сделал рисунок углём… Только спички взять не успел. Но я потом принесу! — горячо заверил он. — Не надо, — замахал Дедушка, смущённо улыбаясь. — Ты, э… ты большой молодец, Билли. Скажи, твои мама и папа знают про эту игрушку? — Пока не. Она сказала, что это секрет. — Он указал на игрушечного гномика, странно молчащего всё это время. — Вы пришли за ней? Чтобы выполнить моё желание? — А какое у тебя желание, Билли? — серьёзно спросил Дедушка Зима. — Вы не знаете? — удивлённо покосился на него Билли. Дедушка обескураженно улыбнулся. — Желания, Билли, имеют свойство меняться. Лишь самые заветные продолжают жить в наших сердцах ото дня ко дню. Уверен ли ты в своём желании? — Конечно! — Билли выпрямился во весь рост, отчаянно пытаясь стать выше. — Я всегда хотел быть рыцарем! — Похвально, — кивнул Дедушка Зима, одновременно махая своим помощникам. — Это можно исполнить. Но для того, чтобы стать хорошим рыцарем, нужно много трудиться. Потребуется не один год для отточки мастерства. Готов ли ты стараться? — Готов! — горячо закивал Билли. — Я буду стараться изо всех сил! — Умница! В таком случае… — Дедушка Зима потянулся к кожаной сумке на поясе и, принявшись в ней рыться, заговорщически прошептал: — Это — моя очень волшебная сумка. Даже я не всегда знаю, что там! — Правда? — зачарованно произнёс Билли, во все глаза наблюдая за ним. Определённо, лучший день в его жизни. Ребята ни за что ему не поверят. Ну и пусть! Кого ещё из них вот так навестил Дедушка Зима? — Меч, чтобы защищать слабых… щит, чтобы сдерживать натиск врагов… — Дедушка Зима выдержал паузу, щуря смеющиеся глаза. — Что ещё полагается рыцарю? — Верный скакун?.. — выдохнул Билли, прижимая к себе новенькое, совсем как настоящее оружие. — Правильно! — кивнул Дедушка. — И, поскольку рыцарь ты начинающий, выбирать его нужно соответственно. Что ты думаешь о пони, Билли? — Рыженьком? — округлились глаза мальчика. — Конечно, рыженьком, — тепло улыбнулся Дедушка Зима. — Но в сумке пони кончились, так что дай Дедушке время до дня подарков, договорились? — Конечно, — кивнул Билли. — Дедушка Зима? — Да-да? — А что они делают? — указал Билли ему за спину. Дедушка Зима обернулся. Его возившиеся у ёлки помощники тут же застыли, оставив в воздухе светящийся шар с игрушечным гномиком. Покачав головой, Дедушка повернулся обратно и внимательно посмотрел на Билли. — Видишь ли… Есть одна тайна, Билли, которую мне нужно тебе открыть. Обещаешь прислушаться и хорошенько всё запомнить? — Обещаю! — Билли весь взволнованно встрепенулся. Никогда ещё раньше взрослые не доверяли ему секреты, тем более такие важные. — Тогда слушай. — Голос Дедушки Зимы звучал необычайно серьёзно. — В этом мире очень много волшебства. Но далеко не всё оно бывает добрым. Есть и те, кто использует его во зло. — Как некроманты? — Как некроманты… И, что важнее, отличить одно от другого бывает не так-то легко. Особенно когда злые чары стараются выдать себя за добрые. Билли кивнул, сосредоточенно сдвинув брови. Вдруг его осенило. — Так это… это не ваша игрушка, да? Думаете, её сделал… — он нахмурился, вспоминая имя, — Омерзительный Гринч? — Какой ты всё-таки смышлёный, — улыбнулся Дедушка Зима. — Да, это вполне возможно. Но с первого взгляда и не скажешь, правда? — Правда, — согласился Билли. — Вот почему с волшебством нужно обращаться очень-очень осторожно. — Подумав, Дедушка Зима снова порылся в волшебной сумке и выудил оттуда лист бумаги, на котором тут же принялось писать возникшее из ниоткуда перо. — Поэтому, Билли, слушай всегда маму с папой… и, если вдруг когда-нибудь ты столкнешься с чем-то, что обычно с тобой не случается, с какой-нибудь странностью — скажем, говорящей игрушкой или шепотом из колодца, — не спеши делать то, что они велят, и обязательно сообщи об этом вот сюда. — «Даларан, А-ме-тис-товая цитадель», — прочитал вслух Билли и восхищённо поднял глаза. — Это же летающий город? С магами? — Ага. — Дедушка Зима лукаво прищурился. — Они никому ни за что не признаются, что работают на меня. Если что случится, пиши им, и мы обязательно всё проверим и выясним. Договорились? — Договорились, — закивал Билли, прижав волшебный адрес к груди вместе с подарками. — Я буду за всем-всем следить! — Прекрасно, — улыбнулся Дедушка Зима и, потрепав его по голове, поднялся. — Нам пора, Билли. Мы же не хотим опоздать к главному дню Покрова? — Не хотим, — процедил за его спиной великан с крыльями. Не обращая на него внимания, Дедушка Зима взмахнул рукой. — Значит, решено. — Воздух вокруг них засветился голубым. — Счастливого Зимнего Покрова, Билли! — И вам счастливого! — прокричал Билли. В этот миг, глядя на полупрозрачные снежинки, оседающие там, где только что стояли неожиданные гости, он чувствовал себя самым счастливым мальчиком на свете.

***

Сгустившаяся вокруг темнота была пугающе живой и подвижной, из болотно-вязкой становясь тяжелым дымом и снова перетекая в бесконечную космическую синеву. Говорят, что в космосе должно быть тихо, и охотно верилось, что здешняя тьма была способна поглотить любой звук, — и всё же посреди неё можно было различить глухой гул, тихий перестук и голоса куда более древние, чем могло показаться поначалу. — Признаться, поначалу я был заинтригован, — произнёс мертвенно-бледный мужчина, передвигая одну из белых фигур. — Но в итоге испытываю лишь… недоумение. — Это естественно, Зоваал. — Изящный сиреневый палец лениво переставил чёрную пешку. — Когда строишь далеко идущие планы, результат может проявить себя очень нескоро. — Я не вижу здесь результата. — Зоваал взмахнул рукой, обводя пространство вокруг себя. — Ты сумела взять часть смертных под свой контроль, посеяла хаос — и ради чего? Какой тебе прок от всего этого? Украшенный костями стол окружали сотни различных предметов. Бутыльки, книги, пакеты с едой — всё это медленно вращалось в пустоте по одной им известной закономерности; по соседству пролетало целое и не очень оружие, инструменты, бомбы, дальше проплывали руины зданий и куски мёртвых деревьев — бездна вмещала в себя всё. — О, поверь, я чему угодно найду применение. — Похожая на эльфийку женщина оттолкнула в сторону расколотый череп. — Что-то сгодится сейчас, что-то сберегу на грядущие годы… — Просто признай, что просчиталась, — перебил её Тюремщик. — Смертные раскрыли твои планы слишком быстро. Ты могла устроить множество катастроф, а в итоге лишь насобирала мусор. Твоя маленькая схема не сработала, Ксал’атат. — Не думаешь, что мне виднее, Зоваал? — холодно произнесла женщина. — У нас обоих давние планы и свои интересы на этот мир. Только я освободилась от своих цепей, а вот про тебя, — кивнула она на закованную бледную руку, — того же сказать не могу. Зоваал поджал губы и, злобно пробормотав что-то под нос, переставил очередную фигуру. Вокруг стало ощутимо холоднее — разве что ощущать это здесь было некому. — Всему своё время. — Ксал’атат усмехнулась, провожая взглядом обломок ёлочной игрушки в виде дерева. — Как ты и сказал, возник хаос. Смертных никогда не бывает лишним немного расшевелить. Задеть, когда они мнят себя в безопасности. Это забавно. — Забавно? — выгнул бровь Зоваал. — Столько усилий ради пустой забавы? — Я умею веселиться. В отличие от тебя. — Ксал’атат взяла печенье с пролетавшей мимо тарелки. — Поэтому я куда лучший злодей, чем ты, Зоваал. Без обид. — В каком это смысле? — нахмурился Тюремщик, исподлобья наблюдая за ней. — Скоро узнаешь, — усмехнулась Ксал’атат, довольно жуя крекер. Тот был щедро покрыт слоем перца и соли. Всё-таки смертные такие доверчивые. Очаровательно. — Кстати, — добавила она, глядя на чёрно-белую доску, — тебе стоит перестать мнить себя великим кукловодом. Ты и в шахматы-то не особо умеешь играть.

***

— Какого демона это было, Кадгар?! — прорычал Иллидан, гулко стукнув копытом по даларанской брусчатке. — Чудо, — мечтательно произнёс Кадгар. — Чудо Зимнего Покрова. — Я на это не соглашался. — Тебя никто и не трогал. Не заводись. — Собирались, и ты дал на это добро! — Уймись, Иллидан, — пробасил Малфурион, недовольно глядя на него. — Надо быть добрее к детям. — Не до такой же степени, — огрызнулся Иллидан. — Поэтому из вас двоих женат не ты, — ехидно прокомментировал Манашторм, тут же прячась за Кадгара. Тот лениво поднял руку, останавливая поток Скверны. — Не угомонитесь — в овечек превращу. Фарфоровых, чтоб драться не смогли. Иллидан сквозь зубы прошипел пару ругательств, всё же отступаясь под неодобрительным взглядом Малфуриона. Гвоздезуб последний раз что-то пометил в бумагах и поправил шляпу. — Дело сделано. Производство уничтожено, все игрушки собраны, и нигде даже ничего не взорвалось. Если повезёт, получится засудить кого-то из Торговой компании, но на сегодня всё. — Он поднял взгляд на Кадгара. — Приятно было с вами работать, Верховный маг. — Взаимно. — Сморгнув мечтательную дымку, Кадгар остановился. — Знаете что? Сейчас вечер Покрова, и мы все для него очень славно потрудились. Предлагаю отметить это яблочным сидром. Отказов не принимаю! — Сразу бы так! — воскликнул Манашторм, опасно вырвавшись вперёд, в зону досягаемости Иллидана. — Почему нет? — задумчиво произнёс Малфурион, заставив брата озадаченно остановиться на полпути к гномеубийству. — Звучит привлекательно. — Согласен, — кивнул Гвоздезуб, пряча записи. — Стаканчик чего-то горяченького был бы сейчас очень кстати. — Значит, решено, — улыбнулся Кадгар. — Потом тоже не расходитесь — поможете мне выбрать для малыша пони. — Может, ещё и себе возьмёшь? — скептически поинтересовался Иллидан. — А, может, и возьму! Могу я себе позволить? — В детстве не хватило? — выгнулась надбровная дуга. — Иллидан, я был средним ребёнком в строгой кул-тирасской семье, — наставительно пояснил Кадгар. — Само собой, пони мне никто не дарил. Иллидан фыркнул — на удивление, сочувственно. Через мгновение он чихнул и возмущенно задрал голову. Кадгар последовал его примеру и, улыбнувшись, вытянул руку. С неба на ладонь ему опустилась крошечная снежинка.