Кислая клюква, острый розмарин

      Из крана потекла вода. Хенджин помыл руки, вытер их о бумажные полотенца и посмотрел на себя в зеркало. Лицо было бледным — он волновался перед третьим рабочим днем на новом месте и никак не мог найти покой. Сердце продолжало биться так же учащенно, как и прошлые несколько смен, а руки слегка потрясывало.       — Эй, милашка Хван Хенджин, надеюсь, ты не решил смыться в канализацию со страха? — за закрытой дверью прозвучал насмешливо-мягкий голос Бенхо, студента со старшего курса и по совместительству наставника Хенджина, который работает здесь уже два года.       — Сейчас выйду, — Хенджин хлопнул себя по щекам, еще раз всмотрелся в накрашенные ресницы и искусанные от нервов губы, достал из кармана гигиеническую помаду и улыбнулся. Ничего страшного. Сегодня все будет хорошо.       С рыжеволосым альфой по имени Бенхо он познакомился еще при поступлении в университет, когда потерялся в огромном холле и отбился от своих однокурсников. Хенджин, конечно, не мог сказать, что у них завязалась дружба, но все-таки они стали хорошими приятелями, а чуть позже, когда в одном из разговоров Хенджин упомянул, что уволился с работы и хотел бы подыскать новое местечко, Бенхо рассказал ему про пекарню в самом центре города. «SHU-SHU» — такое название носит небольшая пекарня на одной из главной улиц Сеула. И, по правде, пока что Хенджину здесь нравится, ведь он знаком как минимум с одним человеком из коллектива.       — Ты так трясешься, как будто идешь на смертную казнь, — заявил Бенхо с улыбкой, но в ней не было ни капли злорадства или насмешки. Хенджин затянул черный хвост завившихся волос потуже и вытащил пряди отросшей челки из-за ушей. От кондиционера в зале край тонкого шарфа на шее колыхнулся, и Бенхо обратил на это внимание, по инерции принюхиваясь. — Ты же знаешь, что я всегда тебе помогу, зачем так волноваться?       Хенджин в ответ лишь закатил глаза и встрепенулся, завидев покупателя. Он даже забыл посчитать кассу.       В этом году Хенджину исполнилось девятнадцать и он поступил на второй курс университета на переводчика иностранных языков. Его жизнь никогда не была сладкой: родители не зарабатывали много, поэтому семья Хенджина жила скромно и не имела возможности обеспечивать его всеми важными ресурсами для учебы и жизни в целом. А получение высшего образования стоило достаточно дорого, так что Хенджин решил взять часть ответственности на себя и начал работать. Поначалу было тяжело совмещать учебу с работой, он часто не высыпался, проезжал лишние остановки и забывал материал, но со временем смог влиться в ритм жизни обычного бедного студента. Ведь выбора не было.       В пекарне раздалась мелодия музыки ветра, Хенджин волнительно вздохнул, и в его рецепторы проник островатый травяной аромат вошедшего покупателя. Альфа, одетый в официальный костюм в такой ужасный жаркий день, не отрывая взгляда от телефона, пробормотал:       — Здравствуйте, мне как обыч... — и запнулся, все-таки посмотрев на Хенджина. Наверняка тоже почувствовал незнакомый запах. Хенджин испытал легкое смущение от внимательных глаз за линзами очков и почесал пахучую железу.       — Простите, я вижу вас впервые, поэтому не знаю, что вы обычно заказываете.       — О, Феликс! — за спиной раздался веселый голос Бенхо, который принес запасы посуды из картона и поставил ее на мраморную столешницу рядом с кофемашиной. Хенджин обернулся, выгнув бровь. — Хенджин, этот крутой программист без ума от брауни и четырехсот миллилитров моккачино.       — Это правда, — с улыбкой сказал альфа. Хенджин обратил внимание на дорогой телефон, идеально выглаженную одежду и в целом довольно презентабельный внешний вид, который совершенно не сочетался с серой спортивной сумкой на плече. Должно быть, этот альфа пришел с тренировки. И почему в такую жару он одет настолько официально? — Знаете, положите мне две порции брауни.       Хенджин моргнул и быстро сориентировался в названиях блюд.       — Две порции брауни и большой моккачино. Желаете заказать что-то еще?       Улыбка альфы стала еще шире. Он поправил указательным пальцем очки, аромат травы показался Хенджину более насыщенным, чем несколько секунд назад. Через приоткрытое окно в помещение забежал легкий ветерок, прошедшийся по растениям в маленьких горшках, стоящих на барных стойках.       — Нет-нет, спасибо. Оплата картой, — покупатель постучал ребром карты по кассе, а Хенджин, обратив на этом внимание, постарался спрятать свой шок за ответной улыбкой — все еще дежурной, но уже более теплой.       — Хорошо.       Это был первый раз в жизни Хенджина, когда он увидел черную карту Кореи воочию. Настоящую черную карту, которая есть у некоторых известных айдолов. И, кажется, нужно тратить около ста двадцати тысяч долларов в год, чтобы иметь право ею пользоваться. Черная карта. Сто двадцать тысяч долларов. Ох, это потрясно.       Не без помощи Бенхо Хенджин попробовал впервые сделать моккачино. Он сварил эспрессо, пока Бенхо, внимательно за этим наблюдая, добавил шоколадный сироп на дно стакана и принялся взбивать молоко. Затем Бенхо передал инициативу в руки Хенджина, изредка помогая советами, и вроде бы все вышло не так уж и плохо. На верхушке напитка появилась шапочка из взбитых сливок.       — Феликс любит корицу на взбитых сливках, — прошептал Бенхо Хенджину на ухо, тот усмехнулся и глянул в сторону покупателя — взгляд альфы вдруг приковался к его взгляду, поэтому Хенджин тут же смущенно отвернулся и принялся искать корицу.       Только что вытащенный из духовки брауни Хенджин упаковал в фирменные коробочки с логотипом пекарни и поставил на выдачу вместе со стаканом моккачино. Феликс плавно подошел к столешнице, убрал выпавшую прядь своих блондинистых волос за ухо и подвинул одну коробку с брауни к Хенджину.       — Это вам.       — О, что вы, не нужно, — Хенджин нервно сглотнул и вернул блюдо на противоположный край столешницы. — Вы ведь купили это для себя.       — А если для вас? — с прищуром и усмешкой спросил Феликс. Хенджин не успел ответить — Феликс забрал одну коробочку пирожного и моккачино и, подмигнув, отправился на выход. — Хорошего всем дня и адекватных посетителей!       В светлом зале вновь прозвучала музыка ветра.       Удивлению Хенджина не было предела. Он покосился на брауни и на Бенхо, который, сложив руки на груди, стоял около кофемашины. Проколотая бровь коллеги дернулась вверх, губы образовали ухмылку, но под кожей отчетливо проступили желваки, и пока было не совсем ясно, обрадовался Бенхо или расстроился. В любом случае Хенджин не стал зацикливать на этом свое внимание.       — Кажется, сегодня у кого-то приподнятое настроение, — пробормотал Бенхо и указал взглядом на пирожное, разглаживая складки на белой футболке. — Съешь за обедом.       — И часто у вас такое... бывает? — Хенджин почесал шею и притронулся к щеке — горячая. По неоднозначному взгляду Бенхо он понял, что подобное в принципе в этом заведении не случается.       Только что незнакомый привлекательный альфа с низким голосом и приятными феромонами купил Хенджину пирожное. Что ж, ладно.

***

      — Здесь используется настоящее совершенное время, а не длительное.       Хенджин вздрогнул и уронил тетрадь по английскому языку на пол.       — Ох, простите, я не услышал, как вы вошли, — сказал он Феликсу, который пустил смешок в ответ, и шустро поднял красную тетрадь, чтобы спрятать ее под кассу. Сегодня брючный костюм на альфе сменила повседневная одежда: большая темно-зеленая футболка и белые шорты. Однако на лбу все равно выступила испарина, ведь погода за окном с каждым днем становилась, кажется, еще более жаркой.       — Ничего страшного. Вы учитесь?       — Да, на переводчика. Правда я поступил в университет ради французского языка, но без английского, как я понял, никуда, — хихикнул Хенджин, вызвав у Феликса улыбку.       Наступил шестой день на новом рабочем месте, а до этого у Хенджина были своеобразные выходные, во время которых он ездил на учебу, и продлились они три дня. Постепенно Хенджин начал привыкать к приготовлению кофе, мытью кофемашины и оформлению ценников. Да, таковы правила этой пекарни: все ценники пишутся от руки, и эта участь настигла Хенджина, когда за обедом он делал домашку по английскому, а Бенхо забежал на склад за соломинками. «Теперь ты отвечаешь за ценники», — так сказал коллега, с восторгом глядя на почерк омеги.       — Один брауни и большой моккачино? — с улыбкой спросил Хенджин, теребя на запястье белую резинку для волос. Феликс вздернул брови в приятном удивлении.       — Даже не мог представить, что я настолько запоминающийся.       У Хенджина не получилось сдержать еще одной улыбки, он потер родинку под глазом и кивнул — да, Феликс очень даже запоминающийся.       Сегодня Хенджин впервые обратил внимание на яркие-яркие веснушки, разбросанные по лицу Феликса. В прошлую встречу из-за волнения все было как в тумане, а сейчас веснушки на щеках и веках стали особенно заметными. Это удивительно, ведь Хенджин раньше не встречал корейцев с веснушками, хотя за время работы здесь повидал кучу людей.       — Могу взять два брауни, — прищурившись, сказал Феликс.       — Если для себя, то берите.       — Ладно, — вздохнул Феликс, — тогда один. И еще... — задумчиво закусив губу, он пробежался по меню, висящему на противоположной стене, и склонил голову в вопросе. — Какой кофе понравился бы омеге?       — Не знаю, у всех разные вкусы. Омеге может понравиться даже двойной эспрессо без сахара, раз уж на то пошло, — не зная, что сказать, Хенджин сжал губы в тонкую полоску и зацепился взглядом за ладони Феликса: не такие большие, как в основном бывает у альф, но видно, что сильные. К удивлению Хенджина, он не обнаружил никаких украшений, но зато ногти у Феликса оказались ухоженными и подстриженными. — Но я бы взял фраппе.       — Тогда я беру фраппе. Большой, — привычно оплатив заказ черной картой, Феликс вдруг спросил: — а где Бенхо?       — На обеде, — не отрываясь от приготовления моккачино, ответил Хенджин. И стоило только упомянуть Бенхо, как тот появился в зале, принося с собой свой природный феромон пряного тимьяна и вытирая мокрые руки о штанины черных брюк. У Хенджина приятно защекотало в носу, и он инстинктивно повернул голову, улыбаясь. — А нет, уже не на обеде.       — А ты когда пойдешь? — кивнув Феликсу в качестве приветствия, Бенхо нашел его заказ в кассе — на данный момент он был единственным — и подоспел к Хенджину на помощь. На подтянутом теле завязался коричневый фартук, до этого лежавший на табуретке под столом. Хенджин сдул мешающую прядь с лица.       — Когда доделаю заказ.       — Отдай его мне.       — Но это же... мой заказ, — расстроился Хенджин, сам не зная почему. Бенхо забрал из его рук почти приготовленный моккачино и, усмехнувшись, подмигнул. Острота феромонов усилилась.       — Иди, пока народу нет, — тон стал более настойчивым, и Хенджин инстинктивно подчинился. Обернувшись на Феликса, который скучающе разглядывал простенький интерьер в коричневых и синих тонах, он улыбнулся на прощание и сжал завязки фирменного фартука в теплых пальцах. — Вода в чайнике только вскипела.       — Хорошо.             По правде, Хенджин не до конца понял, из-за чего так расстроился и зачем Бенхо отобрал у него заказ. Они, конечно, договорились о том, что в случае сложных заказов коллега будет помогать, но в чем была сложность приготовить фраппе? Может быть, Хенджин слишком много болтает на рабочем месте, поэтому его отправили на обед?       Опустившись на стул, Хенджин передразнил Бенхо и раздраженно надул губы. Впереди его ждала домашка уже по французскому и две темы по лингвистике, с которыми нужно ознакомиться уже к следующей неделе.       И все-таки почему Бенхо так агрессивно настроен в сторону Феликса?

***

      В восемь часов вечера пошел сильный ливень — этому Хенджин удивился, ведь Сеульское лето всегда было засушливым и жарким. Зонт с собой Хенджин раньше не брал, да и сейчас тоже, ведь и не мог подумать, что пойдет дождь. Телефон пиликнул уведомлением из игры, на экране блокировки выскочило «Первое июля».       Закончилась рабочая смена, и Хенджин собрался поехать домой на метро, как делал это обычно, но погода внезапно испортилась. А вот прическу портить совсем не хотелось — ради легких локонов, которые омега всегда крутил на папин день рождения, пришлось встать за час до будильника. В общем, Хенджин решил переждать этот ужасный ливень, потому что добраться до метро может только пешком — поблизости нет ни одной остановки.       «Метро, автобус, дом, ужин, торт, чай, сон», — Хенджин прокручивал у себя в голове план на сегодняшний вечер уже десятый раз, как будто визуализация мыслей как-то помогла бы с их реализацией. Только вот ливень заканчиваться не планировал, а настроение стремительно брело в сторону нуля.       Тогда Хенджин вздохнул и смирился со своим положением, выйдя из-под козырька. Что ж, если промокнуть суждено, то пусть оно будет так. Однако, похоже, визуализация мыслей впервые сработала на ура, ведь прям напротив остановилась машина, просигналив пару раз, и это наверняка что-то означало. Хенджин напрягся, но, когда опустилось окно, увидел знакомое лицо.       — Феликс? — прикрикнул он, шагнув обратно под козырек, и неловко замолчал, когда мимо прошли люди. Из-за сильного шума ливня и проезжающих машин было проблематично что-либо расслышать, но и подходить Хенджин не хотел — понимал, что промокнет. Он обнял себя за голые предплечья. — Вы собираетесь в пекарню?       Несмотря на ливень, черная BMW Феликса блестела так, словно только-только приехала из автомобильного салона. Может, так оно и было? Хенджин не знал, да и интересоваться не хотел.       — Нет, похоже, подвезти вас до дома, — крикнул Феликс в ответ, широко улыбнувшись. Он вышел из автомобиля, совершенно не обращая внимания на отвратительную погоду, и подошел к Хенджину. — Подвезти?       — О, ничего страшного, я пережду ливень.       — Синоптики говорят, что он закончится только через два часа.       Хенджин сжал намазанные блеском губы в тонкую полоску и опустил голову.       — Я просто не хочу промокнуть под дождем. Сегодня у папы день рождения, поэтому я навел весь этот марафет... — показав ладонью на свое лицо, омега снова вздохнул, но уже более расстроенно. Оголенного плеча коснулась теплая тяжелая ладонь.       — Поэтому я и предлагаю свою помощь, — с мягкой улыбкой сказал альфа.       — Я живу на другом конце города.       — Ну и какая разница?       Похоже, Феликсу и вправду было все равно. Он, продолжая улыбаться, стянул с себя серую вельветовую рубашку и, расправив в руках, поднял ее над головой Хенджина в качестве своеобразной защиты от дождя. Запахло пряной травой.       — Я не уверен, что...       — Мы промокнем и заболеем, если будем стоять здесь дальше, — настойчивым тоном Феликс пресек любые попытки Хенджина отпираться, и тот, драматично вздохнув, направился к машине. По этикету Феликс даже открыл пассажирскую дверь. Хенджин чуть не издал удивленный ах, и, вообще-то, он даже не понял, как так легко доверился человеку, с которым виделся всего-то раз шесть, если не меньше. Может, что-то в воздухе витает?       Хенджин усмехнулся собственным мыслям. Какой к черту воздух? Там одна только сырость.       Салон машины пропах Феликсом — остро-пряным розмарином. Хенджин вдруг подумал о том, что у родителей будут вопросы, когда они учуют на нем этот аромат. И, если честно, Хенджин бы не хотел отвечать на лишние вопросы.       — Какой адрес? — повернув к Хенджину голову, спросил Феликс. С зачесанных блондинистых волос упало несколько капель дождя, да и линзы очков тоже промокли. Хенджин испытал легкий стыд, наблюдая за тем, как Феликс начал протирать очки и просматривать их на свету. — Можешь вбить в навигатор. Ой, ничего, что я на «ты»?       — Да нет, ничего... — пробубнил Хенджин под нос и, пребывая в легком шоке от происходящего, добавил свой адрес в нужную вкладку. Навигатор построил неутешительно длинный путь — сорок шесть минут.       — И зачем работать так далеко от дома?       — Коллектив хороший.       — Бенхо?       Хенджин поскреб ткань на колене голубых джинсов и отвернулся к окну. Щеки покраснели, и он искренне понадеялся на то, что это не было замечено. В принципе сидеть в дорогущей машине с альфой вроде Феликса для Хенджина оказалось очень смущающим опытом. Он никак не мог расслабиться.       — В том числе Бенхо. Мы учимся вместе, но он на курс старше.       — Я думал, вы встречаетесь.       — Нет уж, — с усмешкой ответил Хенджин.       Хотя он был бы не против.       Хенджин встряхнул головой, прогоняя из нее ненужные мысли, и украдкой посмотрел на Феликса. Они уже виделись несколько раз, но это случалось в обстановке пекарни, а сейчас все ощущалось совсем иначе. Да и сам Феликс казался совершенно другим: здесь, за рулем автомобиля, он определенно чувствовал себя комфортно, и Хенджин уловил это в ненавязчивости островатого запаха. Включенный кондиционер приятно дул в омежью шею, спрятанную под тонким шарфом, но некоторую часть феромонов он все равно разносил по салону, заставляя альфу невольно принюхиваться. И это Хенджин тоже заметил. Он также обращал свое внимание на то, как Феликс рассматривал этот шарф и словно хотел спросить, в каких целях Хенджин его использует, но так и не решился.       Не зная, чем занять себя оставшиеся тридцать девять минут поездки, омега решил открыть диалог с папой и сообщить о том, что он уже в пути и зайдет в магазин, чтобы купить торт. К сожалению, в пекарне, где работает Хенджин, торты не пекут, а сам он этим делом ни разу не занимался — приходится выбирать из ассортимента круглосуточного супермаркета. Пытаясь вникнуть в расслабляющую тихую музыку, Хенджин залез в черный рюкзак и достал маленькое зеркало, чтобы взглянуть на себя. Тушь все-таки немного смазалась. А вот прическа осталась в порядке. Хенджин заметил на себе внимательный взгляд, когда машина остановилась в легкой пробке.       — Что-то не так? — спросил он, неловко надув губы. Феликс улыбнулся и вернул взгляд к дороге.       — Не знаю, что ты там пытаешься исправить. По-моему, выглядишь отлично.       — Со смазанной тушью?       — Со смазанной тушью, — Феликс утвердительно качнул головой. Хенджин произнес про себя многозначительное: «Ох...», а на деле решил не отвечать. Но кончики пальцев все равно приятно кольнуло.       «Ох» и в самом деле прекрасно описывало эту ситуацию: ехать по вечерней столице в машине рядом с привлекательным альфой, который к тому же прекрасно пахнет и имеет хорошие манеры — что-то из разряда фантастики. По крайней мере в жизни Хенджина.       — Можешь высадить меня около магазина вот здесь, — Хенджин ткнул пальцем в навигатор и, натянув на плечо рюкзак, расправил складки на белой майке. За окном наконец появились знакомые дома. Хоть синоптики и обещали, что дождь продлится около двух часов, район Хенджина он не затронул, и это было прекрасно. Хенджин мог поскорее выбраться из автомобиля и дойти до дома пешком, освободившись от терпкости феромонов, которые уже, скорее всего, пропитали все его тело.       — Зачем? — Феликс не оторвался от дороги и продолжил следовать проложенному маршруту.       — Я собираюсь в магазин, чтобы купить торт, а потом пойду домой.       — По такой темноте?       — Если я живу в небогатом районе, это не значит, что каждый житель может меня убить.       Темные брови альфы свелись к переносице, и с нее соскользнули очки, позже поправленные костяшкой указательного пальца.       — Альфы должны провожать омег до дома в такое позднее время.       — Никто никому ничего не должен, — заявил Хенджин и скрестил руки на груди. По правде говоря, он был не против доехать с комфортом прямо до подъезда, но понимал, что Феликс, вероятнее всего, тоже сегодня работал и что хотел бы оказаться дома в мягкой постели.       — А я должен и хочу.       Хенджин сделал вид, что пропустил сказанное мимо ушей, и вылез из автомобиля, подъехавшего к магазину, затем быстрым шагом направился внутрь прохладного помещения и вдруг подумал, а с чего он вообще должен торопиться, ведь Феликс сам вызвался довезти его до дома и был предупрежден о том, сколько времени это займет. Хенджин остановился у отдела с тортами, полюбовался своими накрашенными черным лаком ногтями и выглянул из-за стенда с пончиками. Машина Феликса все еще стояла на парковке. Ну и пусть стоит. Сам виноват. Потом не будет подвозить до дома.       Расплатившись за шоколадный торт и три больших пончика с малиновой глазурью, Хенджин вышел из магазина на душную улицу и остановился напротив автомобиля. Феликс моргнул фарами и вылез из окна.       — Ты что, действительно планируешь дальше идти пешком?       — Может, планирую.       — Значит, я буду ехать прямо за тобой.       Хенджин усмехнулся, игнорируя удивленные лица прохожих.       — Это же преследование. Я могу написать заявление в полицию.       — Боже, это так утомительно... — прищурился Феликс. — Просто садись в машину.       Невольно вспомнив о том, как тяжело было противостоять Бенхо, Хенджин провел параллели. Альфы одинаковые: им всегда нужно что-то контролировать. Смутившись, Хенджин забрался на пассажирское сидение.       — Все омеги такие сложные? — в голосе альфы прозвучала усталость, пальцы дернули коробку передач.       — Не знаю, я сложных не встречал, — пожав плечами, омега поставил пакет с покупками на колени и пристегнул ремень безопасности. — Ну что, мы едем?

***

      Если бы у Феликса спросили, сколько омег у него было в жизни, то вряд ли он бы смог назвать это число сразу. Серьезных отношений Феликс застал не так много, потому что для него это казалось слишком энергозатратным делом, а свою энергию Феликс хотел давать исключительно себе. До момента, пока не встретил Хенджина.       Пожалуй, Хенджин — одна из самых странных личностей, когда-либо встреченных Феликсом. То Хенджин смущается, излучая истончающийся запах, то вдруг встает в оборону, то снова становится похожим на истинного омегу, нежного и ласкового. Феликс не любит «горячо-холодно» и прочие игры, но пожар, вспыхнувший из-за случайно брошенной Хенджином спички, потушить почему-то не может. И не хочет.       По этой причине он в очередной раз пришел в пекарню и расцвел в улыбке, увидев стоящего за кассой Хенджина. Тот усердно протирал свое рабочее место серой влажной тряпочкой, нахмурившись и выпятив губы. Челка упала на лоб — Хенджин сдул ее и ругнулся себе под нос, затем отправил в рот жвачку и наконец поднял голову.       — Ой, — почесав шею, он отвел взгляд на витрину с выпечкой. — Мне уже начинать делать заказ?       Феликс улыбнулся, по инерции собравшись поправить очки, но вспомнил, что утром надел новые линзы, поэтому сжал ладонь в кулак и кивнул.       — Было бы славно. Ты все равно знаешь, что я куплю.       — Обычно в заказе возникает еще одна неожиданная позиция, поэтому я и спрашиваю, — с усмешкой сказал Хенджин, намекнув на купленную для него выпечку. Это были и круассаны с шоколадом, и сэндвичи, и кексы — Хенджин уже не считал, сколько денег Феликс на него потратил, да и больше не отпирался, ведь это было бесполезно. Альфы на то и альфы... — На этот раз ничего?       — А ты что-то хочешь?       — Нет, я только пришел с обеда и объелся так, что если еще раз подумаю о еде, то меня точно стошнит, — Хенджин решил не скрывать всей правды и рассмеялся, заметив на лице Феликса удивление. — Если что, я не шучу и правда ничего не хочу.       Заказ был вбит в кассу. Хенджин отошел к кофемашине и начал творить чудеса. Феликс пытался отвести от него взгляд в сторону посетителей пекарни, которые сидели за барными стойками рядом с окнами, но не смог. Сегодня Хенджин выглядел привлекательнее, чем несколько дней назад, да и пах немного по-другому. Подумав об этом, Феликс смутился. Причину он уже понял — скоро наступит течка.       Стоило этой мысли появиться в голове, как Феликсу стало чертовски стыдно. Нет, он не мог размышлять о том, как выглядит Хенджин во время течки, как он пахнет и как себя ведет. Феликс просто не имел права.       — Ты сегодня один? — он подошел к столу выдачи, куда Хенджин поставил заказ, и остановился. По лицу Хенджина стало ясно, что он нашел у фразы несколько смыслов.       — А что конкретно тебя интересует? Один ли я еду домой или один ли я работаю?       «И то и другое».       — Один ли ты работаешь.       Хенджин прищурился, почесал родинку под глазом и обернулся на служебное помещение. Заправленная за ухо челка снова упала ему на лицо, и Феликс мысленно проскулил от понимания, что не может просто взять и поправить ее своими пальцами.       — Бенхо сегодня нет.       — С чего ты взял, что я спрашиваю про Бенхо?       Вздернув бровь, омега улыбнулся.       — Вы не можете друг друга терпеть, вот я и делаю вывод, что ты спрашиваешь о нем.       Ох, если бы Хенджин просто поинтересовался, почему они с Бенхо не могут друг друга терпеть…. Если бы он только спросил.       Феликс всегда был достаточно терпеливым человеком, и даже самые недовольные клиенты на работе не могли заставить его выйти из себя, как это сделал один-единственный альфа. «Просто тотальный пиздец» — так окрестил Феликс сложившиеся обстоятельства. Свербящая в груди злость начинала бушевать еще сильнее, стоило только подумать о Бенхо. Слепым Феликс тоже не был, поэтому прекрасно понимал все эти взгляды и жесты, которые Бенхо дарил Хенджину, чувствовал, как этот придурок выделял все больше и больше своих феромонов, лишь бы перекрыть запах Феликса. Теперь Феликс мог сложить два плюс два: вот почему сотни лет назад альфы вызывали других альф на дуэль.       — Предпочту проигнорировать твои слова, — усмехнувшись, ответил Феликс и осмотрел Хенджина. Вместо бейджа с надписью «Стажер» к фирменному фартуку был прикреплен бейдж с другой надписью, выведенной приятным разборчивым почерком: «Хван Хенджин». — О, и еще… — Феликс закрыл рот и понял, что у него пока не хватает смелости. — Нет, забудь.       — Ну теперь мне интересно, — Хенджин нахмурился и сложил руки на груди, словно обиделся. У Феликса это лишь вызвало желание умилиться. А еще очередную вспышку пожара внутри.       — Как-нибудь я обязательно тебе скажу, а пока… — он ехидно улыбнулся и отодвинул от себя брауни. — Желаю всего хорошего и побольше таких покупателей, как я.       — Не дай Бог, — прокричал Хенджин вслед, но Феликс, не имея возможности спрятать широкую улыбку, уже закрыл дверь с обратной стороны.       Но спустя несколько минут улыбка все-таки сползла с губ сама.       «Господи, неужели ты не можешь просто попросить у него номер телефона?», — спросил Феликс у самого себя, закусив соломинку от моккачино и остановившись перед светофором. Двадцать три года — столько исполнится Феликсу уже в сентябре, а он боится попросить номер телефона у совершенно обычного омеги. Хотя Хенджин не такой уж и обычный, но… Да какая разница? У Феликса никогда не было проблем с самооценкой, и если он хотел омегу, то действовал быстро и уверенно. К тому же в ночных клубах, которые он когда-то посещал, чтобы расслабиться, омегам хватало только оценить внешность — через час Феликс уже надевал презерватив.       А это другой случай. Хенджин — тоже совсем простой омега, забавный, несомненно привлекательный и харизматичный, и, кажется, он ведет себя так, словно не против легкого флирта в свою сторону. Феликс подумал и понял: его пугает, что Хенджин откажет. Может быть, он флиртует в ответ, потому что имеет такой стиль общения, или не может отказать, потому что это как-то повлияет на доход пекарни, или… да много причин.       Феликс ввел пин-код на цифровом экране и зашел в квартиру. Его встретила привычная надоевшая тишина. Послышался вздох. Ладно, Феликс обязательно попросит у Хенджина номер в следующий раз, когда придет в пекарню. Только на ближайшие несколько дней у него многовато работы, потому что в компанию поступил заказ о разработке очередного приложения. Иногда Феликс ненавидел свою профессию, но, пока ему много платили, он был готов продолжать.