Code red

      Смех альф привлекает внимание Феликса, и он наконец останавливается перевести дыхание. В нем пара бокалов просекко и ни крошки еды. Голова немного тяжелая, но омега привык к нагрузкам и решение возникающих проблем всегда ставил выше, чем свой комфорт.       Но, оглядевшись вокруг, Ли понимает, что основная часть праздника осталась позади, и гостям совсем не важно, что столы уже не могут к этому часу похвастаться разнообразием закусок. На первом месте – алкоголь, а его в клубе предостаточно, так что омега решает плюнуть на все и немного отдохнуть. Он направляется к альфам, которые что-то бурно обсуждают за баром, потягивая виски со льдом.       Его появление не остается незамеченным, и мужчины одновременно поворачивают голову, прерывая свой разговор.       Сначала Феликс чувствует неловкость, потому что мог помешать важной беседе, но все сомнения уходят на второй план, когда Хенджин встает со стула и усаживает его на своё место. Альфа пододвигает к юноше закуски и молча просит поесть.       Феликс даже не сопротивляется и, выбрав самую, на его взгляд, аппетитную брускетту с ломтиками красной рыбы, с хрустом отправляет в рот. Мычит от удовольствия, прикрывая глаза, и, не спрашивая разрешения, отпивает из бокала Хенджина, мысленно представляя, как мужчина касался губами этого же места.       Бан Чан же, в свою очередь, сканирует омегу без стеснения и улыбается хищно: такого кроху хочется пригреть, накормить и завалить на ближайшую горизонтальную поверхность. Выглядит очень вкусно.       – И как же зовут вас, прекрасное создание? – спрашивает Крис, водя большим пальцем по своим пухлым губам, привлекая внимание. Не то чтобы он позарится на чужое, но побесить друга все же решает.       Юноша отвечает на многообещающий взгляд и произносит строго:       – Для вас – Ли Феликс.       – Как официально... – не отстает Чан и пододвигается к омеге как можно ближе, нагло нарушая личное пространство, – котенок.       Омега давится виски и переводит злой взгляд на Хенджина. Вот же гад! Растрепал всем уже, что ли? Не порядок. Но правила игры приняты, и юноша, ухмыльнувшись, возвращает взгляд к гостю. Поза расслабленная, а красивые озорные глаза смотрят с вызовом.       – Могу быть и «котенком», только в постели, но вам этого не светит. Так что – Ли Феликс.       Раунд! Омега наблюдает за вытянутыми лицами и продолжает смаковать виски.       – Кхм-кхм, – наконец придя в себя, откашливается Хенджин. – Крис, тебе, наверное, уже пора? – пытается разрядить обстановку альфа.       – Я передумал и уже не спешу. Мне и тут хорошо, – отодвигаясь от омеги, произносит мужчина. – Такая компания не часто собирается: бывший партнер по танцам и очаровательный заместитель.       Хван кидает осторожный взгляд на Феликса после слов друга и ждет реакции, но ее нет. Совсем никакой. Омега расслаблен, будто Чан не сказал ничего нового. Подумаешь: всего лишь еще один из бывших стриптизеров, что выступал на сцене, демонстрируя свое подтянутое тело для омег разного возраста, которые хищно сканировали совсем молодого альфу, представляя его рядом с собой. Или над собой.       От этих мыслей Хенджина передергивает, он забирает стакан у Феликса, а тот лишь надувает губки и наконец выходит из своих мыслей, переводя внимание на Хвана. Их взгляды встречаются, и Хенджин, кажется, все понимает: омега знает о его прошлом, и ему не мерзко от этого. В немного осоловелых глазах плещется лишь беспокойство и миллион вопросов.       – Мне кажется, ты очень устал и меньше всего хочешь слушать пьяные байки ветеранов корейского стриптиза. Могу я вызвать машину и проводить тебя до дома? – спрашивает Хенджин, совершенно не понимая, на что надеется.       Сегодня не хочется отпускать от себя омегу, только любоваться его непослушной челкой, что постоянно лезет в глаза, слушать этот потрясающий голос и чувствовать присутствие. Сегодня вечером хочется вскрыть конверт с недомолвками и уже объясниться. Да, терпение на исходе, и разговору быть.       Феликс только кивает мужчине и просит подождать на улице, пока он возьмет вещи из кабинета. Через каких-то пятнадцать минут двое садятся в машину и едут по городу туда, где откроют секреты, туда, где, возможно, позволят себе прикоснуться друг к другу душой.

***

      Останавливая BMW у парадного входа, Чимин выходит на воздух, подходя к капоту, и присаживается на него, скрестив ноги. Перед ним великолепное зрелище: чертовски сексуальный пьяный альфа в мятой полурасстегнутой рубашке курит и сверкает своими черными глазами. Взгляд оценивающе облизывает омегу, и Чон сам себе завидует. Он не понимает, как можно выглядеть так: кукольное личико с пухлыми губами, тонкая талия и – о, боги, эти бедра! – пышные бедра уносят мысли мужчины вообще не в те степи. Хоть Чонгук и пьян, но руки при себе держать умеет, поэтому, отбросив остатки истлевшей сигареты, засовывает их в карман. «Так явно будет надежнее», – уговаривал он себя и своего зверя, что безостановочно скулит на привязи и уже готов сорваться к своему новому хозяину.       Этот омега за пару встреч его приручил, привязал к себе сногсшибательной красотой, страстью и харизмой. Сейчас приближение гона чувствуется все сильнее, и Чонгук уверен, что он наступит раньше положенного, и тогда альфа сдохнет в номере отеля. Взорвется от тестостерона, не оставляя и шанса на выживание, ведь лишь одно присутствие омеги разжигает неописуемые ощущения. Хочется прижаться ближе, забраться руками под одежду и вновь услышать несдержанный стон. Дать волю своим губам и языку: жарко, красноречиво показать этой наглой куколке, кому должна принадлежать, а после утопить в своей страсти.       Омега и Альфа. Глаза в глаза. Каждый из них как открытая книга. Их потаенное влечение не спрятать и не убить. Оба горят в пламени вожделения, а где-то на подкорке сознания разум шепчет: сорвись, докажи, допусти эту ошибку. Пусть все проклянут, пусть мир сгорит дотла, но не упускай эту возможность. Вдруг она будет последней, вдруг она будет счастливой?       Зверям так легко приспособиться в любой стихии, найти свое и не отпускать, а людям нужно жить дальше, следовать правилам и воздвигать личные границы. Чимин и Чонгук это сейчас понимают и мирятся со своим положением. Надевают намордник на свои внутренние сущности и душат, душат их чувства.       – Прокатимся? – наконец предлагает Чимин. Знает, что зря. Уверен, что это их последняя встреча, но в предвкушении ждет согласия от альфы.       – Прокатимся, – соглашается Чонгук и проходит к пассажирскому сидению.       Звездная ночь создана для любви, для громких признаний и томных поцелуев. Но в машине лишь играет Teflon Sega – Closure и просит успокоения для этих отчаявшихся. Омега выезжает на трассу и гонит, не смотря на спидометр. Адреналин – лучшее лекарство от боли. Введите его внутривенно и лучше двойную дозу. Сейчас как никогда лучше впасть в беспамятство, забыться на несколько часов или дней, чтобы не чувствовать боль в нуждающемся сердце. Чимин слишком хрупкий для этого.       Чонгук осязает их обоюдное напряжение в воздухе и все-таки позволяет себе мягко прикоснуться к руке омеги. Стать тем самым источником утешения, показать, что сейчас рядом. Чимин переводит на него взгляд на секунду и возвращает его на дорогу. Альфа сделал шаг навстречу, показал свое участие, и омеге хочется ответить, хочется быть ближе и начать гореть в пекле страсти, но мозг все еще пытается потушить ответные чувства. Чимин связан на долгие годы контрактом, он не будет свободен никогда. Вся семья надеется, что брак с Ыну будет счастливым, у них появятся дети, и они наконец заживут душа в душу.       Больно, очень больно осознавать, что собственная жизнь не принадлежит тебе. Ее расписали уже давно, еще до твоего рождения, а у тебя нет сил снять удавку, взбунтоваться и вырвать глоток свободы. Неожиданно Чимин тормозит на обочине трассы и выходит из машины, маня пассажира следовать за ним. Дверь с водительской стороны открыта и сейчас из нее слышно, как играет Limp Bizkit – Behind Blue Eyes.       – Потанцуй со мной, – молит Чимин и тянется к альфе. Чон не отказывает, прижимает к себе самое ценное и укрывает в своих объятиях, убаюкивая. Гладит своими сильными руками хрупкое тело и зарывается в мягкие волосы, прикрывая глаза. Оба покачиваются в такт музыке и запоминают каждое ласковое прикосновение и ощущение. Это не повторится вновь. После они разъедутся в разные стороны и пропадут из поля зрения друг друга. Потому что так правильно, потому что жизнь испытывает людей на прочность, и, кажется, здесь они проигрывают, сдаваясь без боя.

***

      – Как насчет кофе? – предлагает Феликс, когда они уже подъезжают к его жилому комплексу. Если честно, он очень устал и готов рухнуть в постель, даже не приняв душ, но такой шанс упускать нельзя: ему хочется узнать Хенджина поближе. Пусть даже и просто за беседой и горячим напитком. Разве самые душевные разговоры не ведутся под утро в чужой квартире и глаза в глаза?       – С удовольствием. А если еще и со сливками, то совсем хорошо, – улыбаясь, принимает предложение альфа и, когда такси тормозит, оплачивает поездку.

The Weeknd - High For This

      Квартира омеги встречает их уютной темнотой. Запах цитруса и вербены, пропитавший все пространство, создает ощущение свежести и покоя. Хенджин сильнее вдыхает аромат любимых духов омеги и помогает тому раздеться. Феликс проходит вглубь квартиры и начинает возиться с кофеваркой. Хван торопливо снимает свое пальто и, вымыв руки в ванной, следует на звук.       Кухня оказывается миниатюрной, под стать хозяину и обставленной с душой. Альфа присаживается на удобный стул и сразу же получает в руки чашку и коробку конфет. Феликс, извинившись, что на пару минут покинет гостя, спешит в ванную. Он переодевается в шорты и длинную футболку, смывает макияж. Почему-то омега уверен, что мужчина оценит его естественную красоту. Наносит только увлажняющий крем и возвращается на кухню, присаживаясь рядом так, чтобы коленками упираться в мощные бедра альфы. «Всего лишь согреться», – думает он и берет одну из конфет, запивая ее черным кофе.       – Так ты знаешь о моем прошлом? – все же задает вопрос Хенджин, решая наконец разрушить звенящую тишину.       – Да, – склонив голову и прячась за челкой, признается Феликс. Но после вздрагивает, чувствуя нежное прикосновение. Мужчина убирает волосы за ухо и продолжает ненавязчивое прикосновение, ведя кончиками пальцев по идеальной коже.       Омега прикрывает глаза и мысленно позволяет себе перейти на новый уровень доверия. Ему не страшно рядом с Доберманом. Кажется, что именно этот альфа должен быть сейчас здесь, касаться так нежно, увеличивая количество ударов сердца.       – Как давно? – продолжает интересоваться Хенджин, приподнимая лицо омеги.       Феликс собирается с силами и, распахнув глаза, отвечает:       – Пару недель.       – И тебя это не отталкивает?       Омега лишь машет головой в отрицании и опускает глаза к губам мужчины. Как завороженный наблюдает за мягкой улыбкой на чужом лице, и альфа больше не медлит – притягивает к себе и накрывает желанные губы. Прикусывает, зализывает, избавляет от неловкости. Феликс же зарывается пальчиками в черные длинные волосы и сжимает их у корней, не давая отстраниться, что радует Хенджина.       Тихая ночь, переходящая в утро, кажется бесконечной. Альфа и омега разделяют это время на двоих: переплетают пальцы, души и получают долгожданное тепло. Им хочется тихо улыбаться, шептать о таившихся чувствах, не сомкнув глаз до рассвета.       P. S. Кажется, сегодняшний день слишком приторный и сладкий? Если вы думаете, что все хорошо, то не забывайте: райская птичка на свободе, а притаившийся охотник совсем рядом.