Code red

      Черный, внушительных размеров джип, тормозит у университета Сеула и из него выходит альфа, по пути поправляя солнцезащитные очки. Тело мужчины спрятано в элегантном темно-синем костюме, идеально подчеркивающем каждую мышцу. Улыбка не покидает лицо альфы в этот светлый день. Мужчина располагается у пассажирской двери и изредка посматривает на часы. Вот наконец минутная стрелка оказывается ровно на двеннадцати, и из здания напротив, начинают выходить люди. Они, как муравьи, спешат по своим делам, иногда поглядывая на небезызвестного гостя. Не то, чтобы альфе было до них дело, кажется, просто все уже привыкли к этой картине: шикарный альфа, дорогой автомобиль и вокруг никого. Нет толп поклонников в лице красивых и изящных омег, нет приставучих альф, все время желающих сделать фото на память у приметной машины. Все это в прошлом. Потому что Ким Минхо давно установил личные границы и все негласно их соблюдают.       - Безотцовщина! – неожиданно слышит мужчина голоса неподалеку и поворачивает голову в сторону звуков. Несчастное, проклятое, ядовитое слово, лишь на секунду вырывает мужчину из своего образа пока он наблюдает развернувшуюся картину перед собой.       Двое первокурсников толкают парнишку, что выглядит хрупко, к дереву и пытаются привлечь его внимание. Но юноша не сдается. Его кулаки наполнены силой и яростью. Поэтому один из них сразу же получает в нос, а второго он валит подножкой, прямо перед своими ногами.       Минхо на это старается не реагировать бурно, но неимоверно рад, что альфа постоял за себя. Иногда слова - это просто слова. Через действия и боль, почему-то, люди понимают лучше.       Он встречается глазами с юным альфой, и Ким кивает подростку, что гордо подняв нос, направляется дальше. А мужчина провожает его взглядом и проваливается в воспоминания. Старшая школа для Кима была адом. В какой период он стал грушей для битья, он не понимал. Но то, что в обиду себя не даст, стало понятно сразу. Разбитые костяшки, порванная одежда и причитания дедушек. Все это пролетает перед глазами и воспоминания уносят в злополучную ночь, когда он узнал, что папа погиб в автокатастрофе, а через три года и отец отдал свою жизнь на службе.       Первое время подрастающий альфа плакал в кровати. Обнимая дедушку – омегу, звал Джина назад. Ведь на облаках, куда по его словам отправился отец – холодно и одиноко. А со временем, его боль обрела очертания. Кладбище стало привычным местом поразмышлять и получить молчаливую поддержку, а соленые слезы, что подросток, не скрываясь дарил пустоте – очищали и приносили покой.       – Давно ждешь? – нежный голос возвращает в реальность, и мужчина притягивает в свои объятия самого лучшего омегу на свете.       – Нет, – альфа зарывается носом в темную копну волос и вдыхает запах своего же шампуня. Чха Джисон, окольцовывая шею мужчины, тянется оставить порхающий поцелуй на скуле, а после трется об нее носом. Это их маленький ритуал, чтобы показать наглядно, как скучали друг по другу.       – Да разойдитесь вы уже. – подойдя к парочке, фыркает Ким Сону, скрещивая руки на груди. Омега сегодня выглядит как звезда. Как и всегда. И все для одного беспардонного альфы, что выбил с ноги дверь в сердце Кима, вальяжно расположившись. Чон Минки, наглый слизняк, притянул в сети своими татуированными пальцами, на которых выбиты инициалы, понятные только этим двоим.       – Завидуешь, принцесса? – Чон появляется как из воздуха, протягивая руку Минхо, и бесстыже осматривает Сону. Омега сводит с ума многих альф лишь своим появлением. Гены Тэхена, будь они неладны, передались омеге на все сто процентов, а ум Ким Намджуна добавил щепотку сарказма и уверенности.       – Пф, еще чего! – Сону не обижается. Минки за это еще поплатится и омега уже представляет как. Вечером сильные татуированные руки будут блуждать по его стройным ногам, и тогда альфе придется сильно попотеть, а может даже поскулить, чтобы вымолить прощение за свои слова и получить нечто большее. Сону знает, что Минки прекрасно будет смотреться на коленях. Без футболки.       – Вы такие милые! – Близнецы-омеги Хван: Мура и Ники, подходят к образовавшемуся кругу и хихикают.       Ослепительные милашки покоряют не только сердце бедного отца, но и подиумы. Омегам уже исполнилось по восемнадцать лет, а Хван Хенджин до сих пор оберегает их, изредка рыча, как Доберман, на потенциальных женихов. Невыносимо. Невыносимо быть отцом таких привлекательных крошек.       – Ну что, все готовы? – альфа Мин Уен, появляется самый последний и замыкает круг. Сын владельца клубной империи выглядит уверенно. В руках он крутит ключи от новенького Porsche, что выиграл недавно в нелегальных гонках, и подмигивает близняшкам. Уен обожает своих кузенов и всегда приходит на помощь. Сердце альфы пока свободно, и всю свою любовь он отдает родным и близким людям, а там… а там обязательно появится тот, кто заставит скулить зверя в груди.       – Тогда по коням. – произносит Чон и играет бровями, намекая Сону сесть в свою машину. Омега демонстративно отворачивает свой маленький напудренный носик, но в машину садится.       Все остальные тоже следуют их примеру и направляются за город. Пока позволяют время и молодость: адреналин, азарт и скорость - верные спутники трудоёмкой учёбы, дружбы, первых отношений. Богатые детки умеют себя развлекать. Но они никогда не забывают, что родители вложили им в руки не только возможность ярко жить, но и выбрать правильный путь к своим мечтам.