Code red

      Праздничная суета всегда проходит в приятных хлопотах. Но для альф, что целый день в заботах, она в этот год оборачивается катастрофой. Чонгук, Намджун и Юнги только и делают, что выполняют указания своих неповоротливых омег, которые милыми шариками перекатываются по пентхаусу Мина, порыкивая на своих мужей.       Один Хван расслабленно сидит на диване и пьёт неразбавленный виски, ухмыляясь. Похоже, он один знает, как пользоваться защитой, в отличие от своих друзей. И это его пока радует. Он очень хочет деток, но с Феликсом они ещё это не обсуждали. Поэтому он пока не упускает возможности подшучивать над взрослыми альфами, что бродят по пятам за своими любимыми, словно щенки. Рядом, привалившись к альфе, посапывает Феликс. Омега в последнее время проводит много времени на работе: перед Рождеством количество тематических вечеринок удвоилось, так что неудивительно, что в предпраздничный вечер его сморило от тёплых объятий и чашки облепихового чая. По мнению Хенджина, гадость редкостная, но котёнку нравится эта витаминная бомба, а остальное не важно.       Омеги же, наконец, натоптавшись вдоволь, присаживаются на свои места. У каждого оно свое. Чимин располагается в кресле качалке, где его сразу же накрывают пледом и дарят нежный поцелуй в висок. Тэхён ложится бочком на вторую сторону дивана, требуя чтобы ему помассировали спину; он самый большой из тройки беременных, потому что совсем скоро должен родить, но его это не пугает. Даже на то, что Намджун предлагал остаться дома или лучше отправиться сразу в больницу, он лишь махнул рукой. Ну уж нет.. До полуночи он протянет, а потом поднимется в одну из спален и отдохнёт. Грех пропускать такой вечер из-за беременности.       Хосок же, с ещё совсем маленьким животиком, пододвигается ближе к камину. Ему нравится как они проводят это волшебное время: в тесном кругу друзей, практически семьи, в заботе и любви.       Феликс сонным воробушком осматривает тёплую компанию и вдруг выдаёт:       – Нас сегодня покормят? Почему так долго?       – Да, скоро будет готов ттоккук и манду, потерпи... – ворчит Юнги. Он заметил, что младший брат в последнее время стал особо капризным и прожорливым. Куда смотрит Хван? Почему бедного Мина везде окружают омежьи капризы? Дома – Хосок, на работе – Феликс... Феликс?! А вот это интересно... Кажется Юнги знает какой подарок ждёт Хёнджина в Рождество. Наконец-то Доберман перестанет скалиться на своих друзей.       Мин довольно ухмыляется:       – Ликси, может пока начнёшь с токкпоки? Они вроде уже готовы, будешь?       – Буду! – буркает Ли брату.       – И кимбап с тунцом..       – И кимбап.       – И клубники там целая корзина... – Юнги, уже не сдерживаясь, сверкает улыбкой.       – О, и клубника есть?! Что ж ты молчал, жадина? – глаза Феликса вспыхивают алчным огнём.       – Так я-то как раз говорю без умолку, а вот кто-то обзавёлся секретами, – Мин надеется, что не зря устроил этот показательный перфоманс. Не хотелось бы выглядеть глупее, чем сейчас Хёнджин, который переводит абсолютно непонимающий взгляд с любимого мужа, на не менее любимого босса.       – Что, блять, происходит?       – Кажется, в отряде «слюнявых щенков, которые только и могут, что тыкаться мокрыми носами в омежьи коленки» – ведь именно это мы слышим от тебя ежедневно – грозит прибавление. И, судя по аппетиту твоего омеги, твой отчаянный скулёж не за горами, дружище! – а это уже Чонгук от всей души хохочет, поглаживая прилично выпирающий живот Чимина.       Феликс, окончательно растеряв остатки сна, кажется, вообще забыл, как дышать. Глаза, и без того большие, сейчас казались на кукольном лице просто необъятных размеров.       – А ну успокоились! – прерывает безудержное веселье Чимин. – Ликси, милый, ты в порядке? Это, наверное, был сюрприз? Прости этих идиотов, у них же вообще тормозов нет, когда начинают друг друга стебать.       – Какой сюрприз? – лопочет Феликс, пытаясь схватить шустро ускользающую мысль. Всё-таки не надо было столько работать, голова совсем отказывается функционировать. Ещё и гребаная клубника сбивает мыслительный процесс. И токкпоки..       – Оо, Хосок-а? А у тебя не завалялась случайно волшебная палочка? Ты вроде говорил, что на нервах, все аптеки в округе выпотрошил, – тон Тэхёна спокойный, но глаза предвкушающе блестят. Он готов поспорить на свой новый внедорожник, что пришёл на смену любимому суперкару, что тест будет не иначе, как положительный.       – Какая волшебная палочка? Зачем? – Феликс бы сейчас предпочёл волшебные пуннопаны. Да что ж у него одна еда в голове? Неудивительно, что там ни одна мысль не помещается. Не помещается..       – Джинни, я толстый? – от Феликса прилетает так неожиданно, что все беззвучно замирают.       – Господитыбоже, что, блять, происходит?! Вы зачем мне мужа сломали? Котёнок, ну какой ты толстый? – если честно, Хвану уже не до смеха.       – Ликси, милый, пойдём в ванную. Пошепчемся, а мальчики пока на стол горячее подадут. Мы все уже проголодались, некоторые даже вдвойне, – воркует Хосок и тянет Ли за ладошку в сторону ванной комнаты.       Спустя пару десятков минут, за которые Хёнджин порывался вскочить с бесячего дивана несколько раз, но был остановлен бескомпромиссным «сидиблятьбезтебяразберутся» от Юнги, в проёме гостиной показалась заплаканная мордашка его любимого омеги.       – Кажется, мы беременны, Джинни... – робко промурлыкал Феликс.       – Ох... Иди ко мне, родной, – глаза Хёнджина вмиг подернулись искристой влагой неожиданного счастья. Феликс, не задумываясь ни на секунду, влетел в самые крепкие и тёплые объятия на свете.       – Пиздец тебе, Хван... – голос Чонгука так и сочился предвкушением.