Фонарь

      Праздник Середины осени — событие, поражающее своим размахом и грандиозностью на Небесах, а потому Небесная столица сегодня действительно блистала во всём своём великолепии. Чего стоил только огромный массивный стол, ломящийся от вкусной еды и напитков. В воздухе витал аромат лучших вин, а лепестки цветов покачивались на лёгком ветру, словно снежинки. Небожители веселились от души, наблюдая за блуждающей по рукам чаркой вина, и хохотали над пьесами, но все с предвкушением ждали следующей игры.       Состязание фонарей — вот самое желанное событие этого вечера. В том, что на первом месте будет владыка Цзюнь У, не сомневался никто, а потому предстояла борьба за второе место. И было два небожителя, которые соревновались вовсе не за победу.       — На пятом месте дворец… Сюаньчжэня, пятьсот семьдесят три фонаря! — объявил диктор победителя в их маленьком состязании. — На шестом месте — дворец Наньяна, пятьсот семьдесят два фонаря!       Разница — всего в один фонарь, но даже так один из них возвысился над другим, и теперь он мог дразнить второго сколько душе угодно. Му Цин за столом победно смотрел на Фэн Синя, словно спрашивал: «Съел?» Но небожитель, вопреки чужим ожиданиям, никак не реагировал и лишь спокойно продолжал трапезу на пару с Хэ Сюанем.

***

      — Фэн Синь, а почему ты ни капли не расстроился? Ты ведь проду-у-ул, — ехидно протянул Му Цин, но в его голосе всё же промелькнула нотка заботы. Они встретились в каком-то безлюдном переулке, и некому было разнять забияк.       — Му Цин, не беси меня, — пробормотал генерал Наньян больше устало, чем злобно.       — Нет, стой… А-Синь.       Последнее слово Му Цин произнёс совершенно искренне, будто и не обзывал того все эти столетия самыми низкими ругательствами. Фэн Синь, собравшийся было уйти, действительно остановился.       — А-Синь? Это ещё что такое? — пробормотал он, с удивлением ощутив, как в груди нашло отклик это обращение.       — Скажи… Это ведь ты поднёс мне последний фонарь? Я видел, как ты спустился с Небес и купил его… Зачем это сделал?       Фэн Синь покачал головой, одновременно с этим пожав плечами. Вряд ли он очень хорошо понимал, что происходит.       — Я… Да, я… Или не я…       Наконец до Му Цина дошло.       — Да ты ведь пьяный… Как умудрился-то?       Ответа он, понятное дело, не дождался, зато получил лёгкий подзатыльник. Можно было бы подумать, что просто так, для профилактики, но нет. Му Цин взял пьянчугу на руки и понёс в свой дворец.       — Господи, помоги! Какой же ты тяжёлый… — Вот только на этом моменте Му Цин вспомнил, что он сам — «Господи», и притих.       Наконец небожитель со своей странной ношей дошёл, словив попутно несколько не особо удивлённых взглядов. Во дворце Фэн Синь благополучно полетел на кровать самым бесцеремонным образом, а Му Цин присел рядом, судорожно пытаясь что-нибудь придумать.       «Сейчас нужно дать этому придурку… Стоп, о чём я вообще думаю? Нужно дать ему поспать. А потом? Тряпочку мокрую на голову класть? Да как он, будучи небожителем, вообще смог захмелеть? И как это лечится?..»       Поток мыслей прервал Фэн Синь, который обхватил талию Му Цина руками и прижался к ней головой.       — И что ты творишь?! Фэн Синь, я тебя сейчас прибью!       — Прибивай… Только не уходи, — прошептал могущественный генерал с огромным количеством магических сил, смешно причмокнув губами.       Му Цину не оставалось ничего, кроме как смириться с этим. На самом деле, хоть вся эта ситуация и была абсурдом, но что-то заставляло его сердце трепетать в груди. «В сердце словно фонарик зажёгся… — подумал Му Цин, начав рассматривать крепкие руки на своей талии. — Обычно этими кулаками Фэн Синь меня дубасил, а теперь, надо же, обнимает». Именно в этот момент Фэн Синь сполз немного ниже, удобно разместив ладони на заднице Му Цина. «Да что мне со всем этим делать, чёрт возьми?! Так, всё. Пойду схожу… Схожу хотя бы за водой». Небожитель резко встал, хотя и немного хотелось остаться в этих своеобразных объятиях.       Когда Му Цин вернулся, пострадавший уже очухался и немного глупо смотрел в одну точку на стене.       — На, держи воду. Даже не отравлена.       Фэн Синь как-то странно на него посмотрел, но ничего не сказал, приняв стакан. Пить он, однако, не торопился.       — Что произошло? — наконец спросил генерал.       Му Цин фыркнул и закатил глаза:       — Что случилось? Ты напился вдрызг, а мне пришлось тебя тащить сюда!       Он бы и дальше возмущался, но Фэн Синь прервал его вопросом, причём весьма логичным, а оттого и смущающим:       — А зачем ты меня тащил?       Ответа Му Цин не знал, но в голову пришло самое дурацкое и нелепое объяснение в его жизни:       — Это тебе за фонарь.