Прошу, назови меня Винс

      С какого момента Лололошке перестало везти? Он уже второй день подряд просыпается примерно в одном состоянии и ничего не может поделать с этим.       Хотя отличия всё-таки есть. Сегодня его тело ломает на части, голова раскалывается, но хотя бы его не выворачивает наизнанку. И он всё же проснулся на своей кровати — хоть что-то никогда не меняется.       Впрочем, сейчас Лололошка был в комнате не один. Возле двери в спальню стоял человек в чёрном плаще с оранжевыми полосками и чёрно-фиолетовых штанах. Комиссар не сразу понял, кто это и что он делает в его доме, но воспоминания о вчерашнем вечере быстро вернулись к нему. Сука.       Брат Кейт стоял и смотрел в свой телефон, который выглядел совсем иначе, чем обычный гражданский. Гаджет был более массивный и тяжёлый на вид. Однако это всё не имело никакого значения.       Чуть оклемавшись, Лололошка взглянул прямо в глаза Калеба. Тот почувствовал его пристальный и кричащий взгляд и посмотрел в ответ. Напряжение нарастало с каждой миллисекундой. Их взгляды буквально боролись, прямо как в комиксах, только там обычно были молнии, а сейчас — простая агрессия.       — Где Кейт? — первым подал голос комиссар. Он готов был рвать и метать, если с его подругой что-то случилось.       Калеб никак не отреагировал. Совсем. Его каменное лицо не пошевелилось ни на сантиметр. Он положил свой нано-телефон в карман плаща и сложил руки на груди.       — А ты очнулся даже раньше, чем я предполагал. Скажу сразу: я не знаю, кто ты такой и откуда. Но предупредить тебя хочу лично. Будешь помогать Кейт решать её хотелки: подталкивать там, мотивировать… — Калеб выдержал паузу. — Я сотру и её, и тебя. Организую всё в лучшем виде, — он смотрел на Лололошку довольно-таки угрожающе и, скорее всего, не шутил. — Ах да, на будущее. Не стоит оставлять своего дружка-идиота вот так, на улице. Иначе он не сможет отделаться обычным штрафом. Я надеюсь, ты меня услышал. Пока.       Калеб закончил свой длинный монолог и вышел из комнаты. Лололошка даже не успел ничего сказать ему вслед. Он хотел догнать его, но входная дверь хлопнула, а значит, этот напыщенный братец ушёл.       «Блять. Что за чудное начало недели?» — Лололошка буквально кричал эту фразу у себя в мыслях. Дни стали слишком неадекватными по сравнению с прошлой размеренной жизнью. Теперь для КРЛ есть угроза, и эта угроза — Калеб.       Комиссар минут через пять, после того как дверь хлопнула, образумился. Он взял телефон и набрал Радана, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Пара гудков, и на другом конце раздалось простое:       — У аппарата Радан. Чем могу быть полезен?       — Эй, Радан, ты как там? Тебя выпустили? Сколько ты заплатил? — Лололошка завалил вопросами своего друга. На фоне слышались чужие голоса и громкие звуки машин. Можно выдохнуть: Радан сейчас в мастерской.       — Лололошка, я уж думал, ты там умер. Всё норм, да, меня выпустили, и я ничего не заплатил, хе-хе. У меня один друг есть, он мне помог. Ты-то сам как? Я до Кейт ни дописаться, ни дозвониться не могу. Она рядом? Что вообще вчера произошло?       — Хух, хорошо, что ты в порядке. Насчёт Кейт — не знаю. Я сейчас дома, а где она — неизвестно. Скорее всего, у себя. Слушай, может, встретимся и обсудим, что вчера вообще произошло? Там история на пару часов, — нервно засмеялся Лололошка. М-да, история-то на «пару часов», но она слишком неприятная.       — Да, ок. Давай. Через час у Кейт. Надо узнать, в порядке ли она вообще, — ответил Радан и сбросил звонок, так как его ещё с момента «Лололошка, уж думал, ты там умер» дёргал Кавински.       Он отложил телефон экраном вниз на стол и повернулся к другу. На лице Кавински были нечитаемые эмоции, его очки чуть ли не спадали, а руками он слегка теребил плечо Радана.       — Господи, Винс, да что? — спросил друг с лёгким возмущением.       — Ну, этот твой Лололошка в порядке? Ты просто… Ну… — Кавински супер неуверенно спросил про предмет своего обожания у Радана. Тот, в свою очередь, слегка обалдел от того, что его дружок-наблюдатель так себя ведёт. Ему Лололошка что, мёдом намазан?       — Да что он тебе сделал-то? Вы знакомы, и ты выискиваешь о нём информацию? Ты себя так в последний раз вёл, когда…       — Так! — перебил его Кавински. — Мне просто интересно. И вообще никогда больше не вороши прошлое, хорошо? — в ответ наблюдатель получил кивок.       Да, поведение Кавински даже для него было странным. Он уверял себя, что это просто интерес, который, скорее всего, угаснет, если они ещё раз переспят, но мозг отказывался думать нелогично. Невооружённым имплантом глазом всё было предельно ясно. Но пока наблюдатель себя в чём-либо уверяет, он не может смотреть на вещи объективно, такова уж природа.       Кавински стоит быть чуть менее эмоциональным, как обычно, а то в последние два дня эмоции так и льются через край, что совсем на него не похоже. Этот чёртов Лололошка слишком запал ему в душу. Но запал ли наблюдатель ему? Вот новый вопрос для размышлений, пока Радан собирается на встречу с примечательным комиссаром. Не сказать, что Кавински был совсем не заинтересован в делах Радана. Да что уж там, он просто изнемогал, как хотел узнать, что вчера произошло у этих троих. Друг не рассказал почти ничего толкового о его приключениях на пятую точку.       Но сейчас не время расспросов — это может задать ещё больше вопросов, так что Кавински остался наедине со своими мыслями, буквально. Радан быстро свалил, даже не попрощавшись. Вот же ж.

***

      Ребята стояли около стеклянной двери, которая вела в квартиру Кейт, и рассматривали помещение с улицы. Подруги не было в квартире, и из-за этого у Радана началась паника, а Лололошка слегка заволновался. Не может такого быть, что братец Кейт забрал её куда-то… или же может. Но Лололошка по жизни оптимист, так что здравый смысл взял верх, и Лололошка включил своё критическое мышление, как по щелчку пальца. Стоит пойти проверить канализацию, может, Кейт спряталась там и просто боялась выходить наружу.       Радан до сих пор не знает, что произошло вчера на самом деле. Лололошка отказывался ему рассказывать, ведь он хотел сначала услышать хоть какие-то пояснения от Кейт, но так вышло, что подруги сейчас и след простыл.       Парни пошли в обходной путь, где располагался вход в подземный и очень криминальный мир. Этот вход был общедоступным, так что, возможно, по пути им встретится какой-то знакомый, и они спросят про Кейт. Парни шли в абсолютной тишине, ни слова не проронили. Они оба думали. У Лололошки в мозге было сразу сотня процессов и мыслей: о подруге в первую очередь, о её брате, о том, как давно за ними следили и сколько всего знает власть. Знает ли она, что они пробрались в полицейский участок, что у них подпольная деятельность, и о том, сколько вообще КРЛ знают о Империи? Вопросы и мысли сложные, но комиссар справляется на ура и успевает обдумывать всё, ну кроме поселения — сейчас оно не стоит в приоритете.       Они прошли весь путь и оказались на набережной. Вход в канализацию был вмонтирован в стену, которая открывалась при определённых действиях, однако сейчас вход был опечатан чёрно-жёлтой сигнальной лентой. Радан и Лололошка смотрели то на вход, то друг на друга и так растерянно. Видимо, ночью полиция занялась канализацией и устранением её жителей. Пиздец.       — И что нам делать? — в замешательстве спросил Радан, ожидая, что Лололошка сейчас выдаст самый гениальный план.       — Сначала давай-ка уйдём отсюда к чертям собачьим, — ответил ему комиссар, и они поступили по его совету.       Лололошка и Радан шли быстрым шагом, чуть ли не бежали от опечатанного места. Они лишь надеялись, что их друзья по канализации были живы и с ними всё хорошо. Надежда, конечно, умирает последней. Шанс того, что их товарищей не убили, или хотя-бы не стёрли, был равен нулю.       Радан и Лололошка дошли до Эмпориума. Их дыхание было слегка сбито, а в голове творилась каша. Сейчас у них не было никакого плана, что им делать дальше, но они знали одно — надо найти Кейт, где бы она ни была. Страх, что её стёрли, разъедал дыру в головах этих двоих, и даже никакие импланты не могли бы спасти их мозги от этой страшной участи.       — Как думаешь, где сейчас она? — Радан надеялся, что у Лололошки есть ответ на этот вопрос.       — Я не знаю, — с тоской и грустью ответил комиссар. Ло не знал ответов на многие вопросы, и это его убивало. Даже банальное: «В порядке ли Кейт?» — ставило его в тупик.       Парни решили, что лучшим вариантом будет искать Кейт в полиции. Они предпочли разделиться, дабы их поиски были эффективнее. Всего в Альт-сити было 7 полицейских участков, но лучше было бы проверить и загородные участки — мало ли. Лололошка пошёл в левую часть Альт-сити, а Радан, соответственно, в правую, так как Ло лучше ориентировался как раз-таки в левой части.       Участки №2, №3 и №6 были на нём. Седьмой находился около главной площади, так что парни решили пойти в него в самую последнюю очередь и как раз встретиться там. Ближайший для Лололошки был третий участок, он пошёл туда. Что говорить и спрашивать у полицейских, комиссар, если честно, не знал.       Он открыл стеклянную дверь, зашёл в помещение, подошёл к стойке и у миловидной девушки с блондинистыми волосами спросил, что делать, если он потерял человека. Полицейская задала ему пару вопросов: какой номер был у пропавшего человека, когда она пропала? Девушка попросила Лололошку заполнить бланк для заявления о пропаже человека. В целом процедура не заняла много времени.       Ло уточнил у полицейской, может ли он пойти в другие отделения и написать такое же заявление. Ведь участки полиции в Альт-сити работали только по определённым районам. Девушка дала добро, но сказала, что может просто передать дело через время, если Кейт не найдётся. Лололошка отказался и пошёл в следующее отделение.       Теперь ему предоставил бланк темнокожий мужчина и точно так же объяснил всё Ло, но тот ещё в первый раз всё запомнил. Он вслушивался в каждую букву и в каждое слово, которое говорила полицейская, чтобы ничего не упустить. Он оставил заявление и пошёл в последний участок.       Ноги и нервы к тому времени уже собирались покинуть его, но он через силу дошёл до шестого отделения, надеясь не выслушивать монотонные речи полиции и просто оставить заявление. Удача вместе с нервами покинули его. В участке количество занятых полицейских превышало норму, и до Лололошки никому не было дела. Все носились по отделению как угорелые.       К слову, шестой участок находился не в самом благополучном районе. Тут хотя бы раз в неделю убивали людей, взламывали дома и в целом творили хаос, что было очень нехарактерно для Альт-сити. Безопасность в городе была больше, чем где-либо. В том же Омен-сити количество преступлений превышало 27%, в то время как в столице этот показатель составлял всего лишь 9%.       Просидев на скамье ожидания то ли двадцать, то ли тридцать минут, к нему наконец-то обратился один из полицейских. Лололошка объяснил всё ему, на что тот сказал, что у всего отдела сейчас нет времени на это в связи с тем, что ночью на одной из улиц произошла перестрелка и полегло много полицейских. Ло развернулся и ушёл. Не очень-то и хотелось.       Пока он ждал, ему написала Тори, но у Ло не было никакого желания отвечать своей подруге. Он даже так и не прочитал сообщения, которые она ему писала после ночи в клубе. Чувство вины у него присутствовало, но злость и печаль выиграли. Он шёл по улицам Альт-сити очень уставшим, желая прилечь на свою мягкую кровать, однако беспокойство за Кейт заставило его идти в сторону участка возле Эмпориума. К этому времени Радан уже должен был подойти к месту встречи.       Признаться, ходить по улицам с невероятными небоскрёбами было приятно. Начало осени всегда нравилось Лололошке, в этом было что-то завораживающее. Даже в улицах, где не было ни единой растительности, Ло находил свои прелести. Дома поднимались высоко в небо, некоторые верхушки зданий даже не было видно. Солнце светило не так ярко, как летом, но тепла хватало, чтобы чувствовать себя хорошо в своей обычной, имперской, одежде. Ветра почти не было, из-за специальной расстановки зданий, но если он и проходил, то мягко-мягко гладил по лицу. В воздухе был приятный запах сандалового дерева. В Альт-сити, чуть ближе к центру, специальные машины ездили и распыляли запах, который в теории мог сделать людей чуть более спокойными. И он делал. Удивительно, как Империя заботится о своих гражданах, или властям просто не хочется видеть недовольных людей, что они каждый день тратят такое количество аромадиффузоров ради лёгкого запаха сандалового дерева. К слову, до других частей Альт-сити почти не доходят успокаивающие разум запахи. Возле набережной преимущественно стоит запах моря, в северной части столицы, возле башни света, запах ладана. А в западной, где находятся заводы, характерный металлический запах с толикой токсичных испарений.       Лололошка дошёл до седьмого участка и стал ждать Радана. Походу он ещё не закончил. Мысленно он поблагодарил друга, ведь комиссар мог подумать наедине. Что им делать, если Кейт не найдётся? Что делать, если её всё-таки стёрли? Что будет тогда? Они с Раданом хоть и могут продолжить их дело, но без Кейт будет сложно. Всё это время она была генератором безумных идей, и вот к чему они пришли? Но Ло ведь по жизни оптимист, так что расстраиваться раньше времени он не стал, наверное. Быть наедине с собой одновременно и хорошо, и мысли тебя могут живьём съесть. Видимо, поэтому жизнь, каким-то образом, прислала Тори к Ло.       Девушка подошла к Лололошке, посмотрела на его не очень радостное лицо и плюхнулась на скамью рядом с ним. Было видно по её сверкающим глазам, что у неё случилось что-то хорошее, хотя вариант, что она просто рада видеть Лололошку, тоже имел место быть. Тори, как всегда, не смогла просто сидеть тихо и подала голос.       — Дейви-и-и! — она, как всегда, сказала его имя приторно сладким тоном. — Я не ожидала тебя тут увидеть! Почему ты тут сидишь? — девушка с интересом взглянула на задумчивое лицо Дейва, а потом на его руки, которые он держал в замке, пальцы слегка побелели.       — Могу то же самое сказать. Я по делу тут, а ты прямо светишься, что-то случилось? — спросил он, слегка натягивая улыбку, которая была уместна, но он не вкладывал в неё никакой теплоты.       — А ты прямо читаешь по глазам! — Тори звонко засмеялась, а после протянула Дейву какие-то бумажки, которые достала из своей сумки. — Смотри!       — Что это? — Лололошка даже вчитываться не хотел, поэтому прямо спросил.       — Это документ, подтверждающий, что я теперь официально являюсь имперским писателем! Ты можешь себе представить? Моя мечта детства сегодня воплотилась в реальность! Я так счастлива! Как же я благодарна Империи! — Тори уж было хотела обнять Дейва, но тот протянул ей бумаги обратно.       — Я рад за тебя. Империя действительно выполнила твою мечту, — Лололошка хотел бы сказать это с ноткой грусти, но делать это перед Тори не стал. Она слишком любит Империю и правда благодарна ей, а ещё она просто не знает всей правды.       — Я была бы невероятно рада, если бы ты читал мои сообщения. Дейви, ты что, телефон потерял? Я тебе столько писала, а ты ничего мне не отвечал! — девушка слегка наиграно разозлилась, надув щёки и нахмурив брови. Лололошка выглядел довольно потеряно, не скажет же он, что ему неинтересно, что там произошло у девчушки.       — Нууу… Знаешь, у меня в последнее время много работы, я телефон только в редких случаях беру в руки. Недавно в поселении появились крысы… — Лололошка знал супер вариант, как сделать так, чтобы Тори от него отлипла — сказать какую-то гаденькую вещь.       — Я понимаю. Не надо только про крыс говорить, — её прямо скрутило от мысли о мелких грызунах. — Тогда… Я буду тебе звонить! — прямо в точку. Лололошке же так хочется отвечать на звонки, тем более от Тори. — Э-э-э, не думаю, что смогу отвечать, я ведь занят… Ну и у меня стоит беззвучный режим, — попытки отвязаться, кажется, катятся в огромный чан, где сжигают мусор. — Ладно, я сразу поняла, что тебе не так интересна моя компания, — «Да ты издеваешься?» — подумал Ло.       Он пытался, честно пытался, переубедить Тори в том, что она для него интересная и у него действительно много работы, но девушка совсем не слышала. В свою аргументацию она говорила, что даже у неё с кучей экзаменов и работы хватало времени писать Дейву. «Да ты же просто влюблена в меня! Я ведь нет!» — Лололошка кричал. У себя в мыслях правда. Он хотел когда-нибудь ей сказать такое, но ранить чувства других он всегда боялся.       Весь этот сырбор закончился на фразе: «Если в следующий раз ответишь на мой звонок, то я прощу тебя». Тори оказалась наглее, чем Ло думал. Он и так позволял ей называть себя Дейви, вместо обычного Дейв, а тут ещё и такое условие. Может, просто заблокировать её? «Нет, нет, так нельзя» — всё твердил себе Лололошка.       Комиссар согласился на компромисс, деваться некуда уже. К этому моменту, слава Але и Терре, пришёл Радан и разнял «сладкую парочку», как он когда-то давно сказал. Тори при виде грозного, в её мыслях, друга Дейва быстренько ушла, напоследок не забыв поцеловать комиссара в щеку и сказать: «Дейви, не игнорируй меня больше». Радана, после того как девушка скрылась в толпе, разорвало со смеху, он чуть ли не валялся на асфальте, а Лололошка вздыхал и массировал виски. Тори — просто ходячая конфузница. Когда на радарах появляется хоть один знакомый Ло, она выдает такое, от чего хочется под землю провалиться.       Минут через пять, а может и десять, Радан всё-таки успокоился, и они с Лололошкой наконец зашли в отделение. Провели они там достаточно продолжительное количество времени, так как участок находился в центре, а там всегда много людей. Они подали заявление, каждый от своего лица, чтобы на заявление откликнулись быстрее, хоть это так и не работает, но кто им об этом скажет? Теперь вся полиция Альт-сити уведомлена о пропаже девушки по имени Кейт, с номером R-610-MDm.       Радан предложил Лололошке пойти куда-нибудь и выпить, не алкоголь, вы не подумайте, но он отказался. Сейчас совсем не хочется никуда идти, что-либо делать, да и разговаривать в целом не хотелось. Так что, не на очень радостной ноте, они разошлись. Комиссар поехал в своё поселение, на автобусе, чёрт его дери, а Радан, по его словам, пошёл советоваться с одним своим близким другом, о существовании которого Лололошка узнал только сейчас, ну или…