Ночное свидание

Мягкий лунный свет падал на ухоженный сад, примыкающий к дому известного магната по лице Бьёкланд, 160. Он был прекрасен, собрав в себе не только привыкшие к холоду, но и теплолюбивые южные растения, яркие и привлекающие взор как гостей особняка, так и мимо проходящих зевак. Даже поговаривали, что хозяин любил прогулки по-своему саду среди цветов также, как приводить сюда юных девушек и скрываться вместе с ними в тени густых деревьев, соединяя дыхание и утоляя лёгкий аппетит… И в летнюю ночь, в Баклунде было душно, а в воздухе летала необычайная ленность. Пытаясь освободиться от её плена, слуги распахнули окна с видом на сад, прежде чем отойти ко сну. Покачивающиеся в лучах белого света шторки, словно заманивали подойти ближе и воспользоваться шансом заглянуть в покрытую тайной жизнь хозяина дома. Под тихий шелест листьев в саду и безмятежный ветер, поддавшись атмосфере, меж сладко пахнущих кустарников промелькнула тень. Крадучась, молодой мужчина подошёл к окну и, оглядевшись по сторонам, схватился за подоконник, с лёгкостью запрыгивая на него. Луна осветила его фигуру, явив крепкие ноги, облачённые в узкие чёрные брюки, и очерченные мышцы рук из-под подвёрнутой рубашки, заправленной лишь наполовину. Его одежда создавала вид легкомысленного человека, но взгляд зелёных глаз был острым, способным подметить малейшие детали в том, что не видят другие, и соединить их в одно целое. Спрыгнув на пол, мужчина выпрямился и встретился с обитателем этого дома. — Господин следователь, — элегантного вида мужчина, чьи волосы покрыла лёгкая седина, но голубые глаза были ярки, как у молодого авантюриста, слегка поклонился ночному визитёру и указал себе за спину. — Он уже ждёт. Леонард кивнул, его пронзительный взгляд задержался на фигуре, часто мелькающей в газетах с громкой припиской внизу «Магнат Дуэйн Дантес снова нашёл золотую жилу». Осознание того, что он знал главную тайну этого джентльмена, вернее, того, кто стоит за его именем, заставляли внутри разливаться приятное чувство лёгкого превосходства. С прямой спиной, следователь, ничуть не таясь, как хозяин, пошёл по особняку, направляясь к единственной комнате, где горел свет. Из-за деревяной двери разлился жёлтый, контрастирующий с холодными цветами коридора, свет лампы со стола. В кресле, рядом с ним сидел молодой человек с газетой «Баклундские вести» в руках, тихо перелистывая страницы и рассеянно читая заголовки, пока в руке покачивался бокал крепкого спиртного. Он был молод, но излучал вид учёного профессора, отдыхающего после работы в университете. Черты лица всё ещё были мягки, а лоб обрамляли слегка отросшие пряди каштановых волос. Услышав звук открывающейся двери, он повернулся в сторону ночного гостя, а надетый поверх тела халат соскользнул с коленки, когда молодой человек улыбнулся. — Я уж думал, ты не придёшь. В эти дни полиция Баклунда весьма занята из-за внезапного появления пиратского контр-адмирала Циланоса. — Давай не о работе, — приблизившись к сидящему в кресле, Леонард убрал газету и алкоголь из рук и коснулся губами тёплой щеки. — Утром мне ещё предстоит туда вернуться. Выгнув бровь, в которую тут же пришёлся быстрый поцелуй, Клейн недовольно пробурчал: — У них что, больше нет работников, кроме тебя? — Ты же знаешь, что я ответственный за это дело, — достигнув уголков губ, утомлённый работой, Леонард вздохнул. — Я сбежал на пару часиков, пока младшенькие выбирают какой новостью перекрыть случай с Циланосом и связываются с прессой. Вдруг схватив чужую щёку, Клейн потянул за неё. — Надеюсь, господин следователь не всем разглашает подобную информацию? — Всё равно скоро это станет известно… — возмущённо надув губы, Леонард заглянул в чужие глаза. В них горел огонёк от фонаря, затрагивая распахнутые ресницы. Уши ласкало их смешанное дыхание, рассеивая все мысли в голове одну за другой и оставляя лишь желание — придвинуться, коснуться и соединить их тепло. Наклонившись, Леонард прижался к чужим губам, посасывая нижнюю и выдыхая. Клейн вздрогнул от горячего дыхания, задевшего влажные губы. Зарывшись пальцами в мягкие пушистые волосы, он принял последующий, более страстный поцелуй. В накалившейся атмосфере их тела нагрелись и появилось желание распахнуть окно, впуская свежий воздух, но затуманенный похотью разум был сосредоточен на встречающихся языках и создаваемом ими хлюпаньем. Глаза заволокла пелена, когда их лёгкие начали гореть, заставив разорвать губы и оставив висеть между ними цепочку слюны, медленно стекающую вниз. Большая, огрубевшая из-за тренировок с огнестрельный оружием рука опустилась на ногу, отодвигая халат. С пробегающимися по позвоночнику мурашками, она ползла вверх, остановившись у полувставшего члена. Прижавшись губами к венке на шее, Леонард хрипло рассмеялся и кончиками пальцев подразнил сочащуюся предъякулянтом головку. — Я тоже с нетерпением ждал встречи. — Поменьше слов, — промямлил Клейн, смущённый быстрой реакцией его нижней половины тела. — У нас мало времени. — Как скажете, господин красивый магнат. Чмокнув последний раз губы Клейна, Леонард опустился на колени. Откинув тёмно-синий халат в сторону, он прижался щекой к внутренней стороне бедра и взял эрегированную розовую головку в рот. Всосав её, а затем выпустив изо рта, следователь мазнул по кончику языком. Он поднял свои зелёные, покрытые дымкой разврата, глаза на развалившегося в беспорядке на кресле Клейна, который не мог отвести взгляд от лица между его ног. Особенно от высунутого нагло напоказ языка, где смешались слюна и его жидкость. Сглотнув вставший в горле ком, Клейн опустил свою руку на чёрные волосы, чувствуя, как на его член снова опустились мягкие губы, и медленно выдохнул. С каких пор среди следователей затесался такой сексуальный молодой мужчина, способный очаровать даже его? Тёмный взгляд магната скользнул по коричневым ремешками, натянутым вдоль тяжело вздымающейся груди. Казалось, ещё немного и они бы порвались от натяжения. А следом за ней и так не до конца застёгнутая рубашка, открывая вид на упругую грудь с двумя чётко очерченными сосками и сформированный пресс… Кажется, он и правда слишком погрузился в этого следователя. Не закончив минет, Леонард выпрямился и на ходу обнял Клейна руками, хватая его за задницу и поднимая вверх. Молодой магнат выдохнул, но больше это походило на сдержанный стон, когда покрытый слюной, чувствительный член внезапно потёрся о рубашку. — Ха-а… Не спеши, мх. Всосав тонкую кожу на шее, с чмоком, Леонард оставил красный след и довольно прикусил его слегка, тихо зарычав. Положив вцепившегося в него Клейна на мягкие простыни, придерживая за голову, он продолжил помечать шею в тех местах, которые можно было скрыть рубашкой или высоким воротником. Тем временем аккуратные пальчики легли на портупею, расстёгивая её и чувствуя хлопок от приземления на животе. На губах Клейна расплылась завораживающая улыбка, которая очаровала Леонарда с первого взгляда. — Может, найдём этому применение получше? — грубые ремни на фоне невинного лица создавали слишком яркий контраст, порождая неожиданные фантазии. — К примеру, связать руки или… Без промедления, Леонард поднял шаловливые руки над головой, быстро связал их ремнями, но не затягивая до конца, и закрепил у изголовья кровати. В голове Клейна промелькнула мысль, что у следователя может много профессиональных навыков, которые можно применить и в интимной жизни. Дёрнув за ремешки, Леонард спросил: — Не давит? — Лучше побеспокойся о себе, — повертев на пробу руками у основания кровати, он встретился взглядом с зелёными глазами, переполненными желанием и вожделением. — Я теперь не могу двигаться, так что придётся поднапрячься. Впрочем, Клейн не сомневался в том, что эти руки могли не только вертеть его тело по кровати, как заблагорассудится, но и удерживать у стены, пока снизу вбивались. По телу прошла дрожь от ожидания дальнейшего. Распахнув чужие ноги, Леонард склонился между них, прикусывая и посасывая кожу у основания члена. Затем, покрутив во рту языком, он высунул его, вместе со стекающей вниз слюной. Взглянув на то, как его бёдра покрывали блестящей в свете фонаря жидкостью, Клейн не удержался и задал вопрос: — Что ты делаешь? — немного подвигав ногами, насколько ему позволяли держащие его руки, он немного поморщился от ощущения тонкой плёнки, покрывающей кожу. Закончив с одной и с другой сторонами, Леонард оторвался от чужой гладкой кожи и отдышался. — Я не смогу остаться даже до обеда, поэтому не буду входить, — немного покрутив язык во рту, чтобы избавиться от сухости во рту, он продолжил объяснять: — Ты очень вредный после секса, не могу доверить тебя слугам. Прежде, чем Клейн успел возмутиться этому заявлению, Леонард дунул на основание его члена, всё ещё влажного и чувствительного к подобным действиям. Он сложил распахнутые ноги вместе, сжимая их как можно сильнее и входя в увлажнённое слюной пространство. Член с лёгкостью проскользнул вперёд и назад, и следователь тихо простонал. На пробу повторив это движение несколько раз, он ускорился. «Такое чувство, будто ещё немного… и он в меня войдёт». По ягодицам прилетали звонкие шлепки во время каждого скольжения и, казалось, приложи Леонард больше силы, между ног протиснулось бы и начало яичек. Нависнув над Клейном, он сжал головку его члена рукой, дразня, потирая, а затем размазывая по стволу вытекающий из неё предъякулянт. Утопающий в чувстве наслаждения, Клейн не сразу заметил, как стимуляция внизу исчезла и внезапно вздрогнул. Влажная рука, вместо того, чтобы дальше играться с членом, поднялась к груди. Поймав мокрыми пальцами сосок, она сжала его, покрутила, а затем большой палец упёрся в центр, давя. Будучи не готов к этому, Клейн изогнулся и с силой дёрнул портупеей. Он совсем не почувствовал боли в своём заторможенном похотью и наслаждением сознании и продолжил извиваться, то идя на встречу ласки, то избегая её. — Не дёргай руками, — хриплый шёпот коснулся его уха вместе с крепкой хваткой на руках, связанных ремнями, не позволяя вновь дёрнуть ими. Двумя ловкими движениями развязав узел у кровати, Леонард опустил скованные руки к чужой груди и перевернул немного растерянного Клейна на живот. Когда магнат немного пришёл в себя, наконец дошло и лёгкое покалывание до кистей рук. Немного покрутив ими, он нахмурился, но в этот момент отвлёкся на то, как его зад подняли вверх. На прогинающейся мягкой кровати стоять со сложенными вместе ногами было неудобно из-за чувства дисбаланса. Клейн покрутил тазом, цепляясь руками за простынь, чтобы не упасть. В этот момент за его спиной послышался тяжёлый вздох. — Клейн, прошу, не двигайся, — Леонард зачесал прилипающие к лицу волосы назад. — Мне и так тяжело сдерживаться. «Нет, почему это звучит как фразочка из романа?» Он почти потерял весь настрой, вспомнив довольное лицо Розелля, зачитывающего понравившейся фразы из любовного романа. Клейн обернулся, желая посмотреть на красивое лицо его любовника и успокоиться как между его ног вновь проскользнул чужой член, а его сжали в руки, стимулируя. Уткнувшись в руки, Клейн покачивал бёдрами в такт, слыша, как по ушам били не только хлопки, но и собственные стоны. Внизу живота скопился горячий комок, который рвался наружу, и он тяжело сглотнул, задержав дыхание, когда его член дёрнулся. Густая белая жидкость брызнула на простыни, задев его напряжённый живот. Магнат почувствовал слабость в ногах и готов был упасть, всё же удержавшись на месте, чувствуя, как сзади к нему плотно прижались. Надрачивая своей рукой, Леонард кончил следом, простонав на чужое ухо и выдохнув. По его ладони стекала белая жидкость, капая на простынь и смешиваясь с чужой спермой. Чистой рукой уложив Клейна на чистую часть постели, он заметил, как тот растянулся, как кот, прикрыв глаза. Его губы тронула улыбка.

***

Резная дверь вновь открылась и из-за неё показался растрёпанный Леонард с ведром воды в руках, тряпкой и баночкой мази. Присев на тяжёлую кровать рядом с лениво лежащим на животе Клейном, он промокнул тряпку и стал вытирать сначал чужое подсталенные вперёд щёки и лоб от пота, затем тело и, в конце, стекающую по ногам сперму. Его лицо стало немного виноватым, когда более отчётливо показалось покраснение на внутренней стороне бёдер. Всё же это была плохая идея… — Ты останешься хотя бы поспать? — отвлёк его Клейн, пока тот открывал мазь. — У нас есть дополнительный комплект сменной одежды. — У меня ещё три-четыре часа. Ойкнув, Клейн замолчал, прижавшись щекой к подушке. Лёгкое покалывание было внезапным и неприятным и, пусть Леонард старался быть нежным, это не могло избавить от всех ощущений. Закончив внизу, следователь с видом промокшего под дождём пса бережно взял чужую руку, нанося мазь на лёгкие покраснения. Он пробурчал: — Больше не будем использовать ремни… Вздохнув, Клейн собрался с силами и вытянул руку, погладив по растрёпанным волосам. Он и правда чем-то походил на щеночка, красивого, милого и вызывающего жалость. — Хорошо-хорошо. А теперь иди и отдохни, — он похлопал по месту рядом. — Это приказ хозяина дома. Леонард удивлённо распахнул свои зелёные глаза, а затем слабо улыбнулся. Ему нравилась эта черта в Клейне: он казался равнодушен и практичен внешне к чужим бедам, но в действительности тайно проявлял заинтересованность и заботу. Отложив все вещи в сторону, он забрался на кровать, устало плюхнувшись на мягкие простыни и утонув головой в подушке. Напоследок он сонно пробормотал: — Разбуди меня через 3 часа… Убрав спутанные пряди со лба, Клейн сказал тихое «хорошо» и стал рассматривать чужое лицо. Приятные глазу черты лица, обрамлённые отросшими волосами. Манящие зелёные глаза, сразу привлекшие его внимание, и длинные ресницы, забавно распахивающиеся при удивлении. Леонард Митчелл, по его мнению, определённо был красив. «Но с каких пор я влюбился в него…» Стук в дверь прервал его размышления. Накрыв Леонарда одеялом и сев на кровати, он ответил немного охрипшим голосом: — Да. Не открывая до конца дверь, показался Дуэйн Дантес. Не мешая досугу господина, он быстро сообщил главное. — Комплект свежей одежды уже готов. Принести его? — Оставь в соседней комнате. На этом всё? — Да. Спокойно ночи, господин. Окунувшись в тишину, Клейн привык к покалыванию на коже и прошёл к столу, где стоял недопитый алкоголь. Поправив халат, с более чистым разумом, он вернулся к чтению газет, поглядывая то на кровать, то на часы. Было на удивление умировтворённо.

***

Сидя в доме своего внучатого племянника, Паллез Зороаст читал свежую газету и дожидался, пока Леонард вернётся домой. Он всё выглядывал, в каком же номере появится статья о новом достижении его милого внучка, чтобы пойти похвастаться перед соседями и сделать вырезку. Только мысли об этом заставили на губах появится улыбку. Но вдруг он глазами наткнулся на фотографию. Его глаза широко распахнулись в шоке, и он принялся читать небольшую заметку в разделе сплетен. «ПОТРЯСЕНИЕ! Ночное свидание миллионера Дуэйна с красивым зеленоглазым мужчиной, который прокрался в его комнату». Ему достаточно было одного взгляда, чтобы понять, кого имели в виду. И не только ему этого будет достаточно… «Нет, ночное свидание? Пока этот старик здесь дожидается его?» Сжав газету с этой компромитирующей статьёй, Паллез выкинул её и отправился поливать цветы. Какое ему дело до чужих отношений, ведь сам он одинок, и кроме внучатого племянника в родственниках у него никого нет… Только в обед дверь распахнулась и в неё влетел «красивых зеленоглазый мужчина», крича: — Старик, я дома! Но в этот момент Паллез был сосредоточен на том, чтобы аккуратно подравнять листья у цветов, а также на своих неутешительных мыслях.