Отражение разных миров

Все уроки подошли к концу, но осталось последняя биология. Да, она была первым уроком, но, из-за того что учитель по химии заболел, решили поставить ещё одну биологию. Время тянулась медленно , будто оно и вовсе застыло. Кристина уже хотела по скорее домой, чтобы поиграть в компьютер. Лиза же наоборот, внимательно слушала учителя, так как ей был интересен этот предмет. Как говорилось ранее, у них были тёплые отношения между Андрющенко и биологичкой. Это бесило Кристину да и не только её. Оставались считанные минуты до звонка, ох, как же хотелось домой. Напоследок она написала на доске домашнюю работу, которые практически никто не будет делать. Кроме Лизоньки и ботанов. Индиго как всегда была последняя которая собирала свои учебники и тетрадки в сумку. Татьяна Васильевна куда-то срочно торопилась. Она посмотрела на Лизу и подозвала её к себе. -Лизонька, дорогая, -подлизывается. — слушай, не поможешь мне в одном деле? Это заинтриговало Андрющенко, и отказать в помощи любимому учителю она не могла. —Конечно, Татьяна Васильевна, говорите. —Я сейчас очень спешу, надо по делам, не могла ли ты сделать шикарную чистоту в кабинете? Ты же знаешь, что я могу на тебя положиться, ведь ты ответственная, умная девочка. — она умоляющими глазами смотрела на неё. Лиза не могла отказать в помощи , поэтому естественно согласилась. Учитель биологии была такая радостная, что не сдержалась и обняла свою ученицу. Елизавета не ожидала такой реакции, но всё же обняла её в ответ. Тем временем, Захарова практически покинула класс. Татьяна Васильевна кинула на неё взгляд и окликнула её. —Эй, Захарова, тебе всё равно делать нечего, помоги Лизоньке прибраться в кабинете, а то ты все равно бестолочь, хотя бы четвёрку поставлю, если поможешь. Оставаться наедине с Лизой , Кристина не хотела. Ей почему-то было омерзительно находиться с ней один на один, но хорошая оценка ей не помешает, да и тем более, эта биологичка её заставила бы в любом случае. Та улыбнулась, захватила свою сумку и пожелала им удачи, и пулей вылетела из кабинета счастливая. Индиго была и сама не рада такой компании , могла обойтись и без помощи. Но, деваться было некуда. —Так, помой доску и пол, а остальное я сама. — даже не посмотрела в её сторону, распределила обязанности Андрющенко. Захарова недовольно посмотрела на неё, и проступила мыть доску.  На улице было холодно и пасмурно, октябрьский ветер свистел, прорезая пустые пространства между зданий. Далеко в небе плыли тучи, загораживающие всё больше солнечного света. Погода как будто отражала настроение Кристины — угрюмое и скучное. Она вздохнула, уже представляя, как будет сидеть дома, завалившись в тёплый плед, играя на компьютере. Листья под окнами школы беспокойно трепетали на ветру, покачиваясь, словно мелкие чудовища, борющиеся с невидимой силой. Лиза, тем временем, продолжала выполнять свою работу, что-то шурша и тихо подталкивая стулья. Она была поглощена своим делом, не обращая внимания на то, как Кристина ёжится от холода. Её мысли витали где-то в другом месте, поднимались к каким-то невидимым целям. Она уже привыкла быть в одиночестве в такие моменты, и не воспринимала ничего личного. Мечты о том, чтобы стать кем-то важным, всегда помогали ей фокусироваться, несмотря на то, что происходило вокруг. Кристина начала мыть доску, чувствуя, как её пальцы от холода становятся тупыми. Она не понимала, как Лиза может так спокойно работать, когда на улице такая мерзкая погода. Внутри неё нарастало раздражение, но она старалась не показывать этого. Обе девушки молчали, и только звук воды, льющейся в ведро, да тихий скрежет тряпки о доску нарушали тишину. Лиза, в перчатках, которые одолжила у вахтерши, отклеивала жвачки из под парт, было противно. Кристина, закончив с доской посмотрела на Лизу, она ухмыльнулась.  —Надо же, мисс Андрющенко соизвола отклеивать жвачки из под парты. Удивляешь, Лиз. —издевается. —Отвали, а, Захарова, заебала, правда, —раздражение чувствовалось в ее голосе. Кристина, услышав это, охуела. Она не привыкла, чтобы кто то открывал свой рот в ее сторону. Она подошла к ней и схватила ее за ее черную водолазку. Водолазка цвет ее волос.  —Ты хули рот свой открываешь на меня, слышь, хочешь по ебалу отхватить? — она была агрессивная,агресирует на любой повод. А у той, колени дрожали, хотя вовсе и не боялась её. Она оскалила свои зубы, превосходные, белые зубы. Лиза вспомнила тот момент, когда с момента начальной школы и вплоть до восьмого класса, Захарова издевалась над ней, держа её в страхе. Но, все изменилось с нового учебного года , когда они стали на год взрослее, перешли в новый класс. Восьмой класс. Будто ничего не было, Кристина перестала её буллить, задевать, она влюбилась в неё. Но сейчас эта любовь куда-то пропала. Причина неизвестна. Лиза почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, но она не подавала виду. Внутри неё было странное смешение чувств — и раздражение, и даже какой-то странный интерес. Кристина стояла рядом, её рука сжимала чёрную водолазку, но Лиза, несмотря на внезапную агрессию, не испугалась. Она выпрямилась и взглянула в глаза Кристине. — Ты что, совсем с ума сошла? — холодно сказала Лиза, не отводя взгляда. — Ты давно уже перестала меня трогать, что случилось? Боитесь, что я вас опять не боюсь? Кристина замерла, в глазах мелькнула буря эмоций. Она привычно привыкла к роли лидера, к тому, чтобы все боялись её, но с каждым днём, с каждым новым уроком, она всё чаще замечала, что Лиза больше не реагирует на её угрозы, её насмешки, и это начало бесить её. — Ты совсем охренела? — её голос срывался, но Лиза не чувствовала страха. Наоборот, её лицо оставалось спокойным, даже каким-то задерзким. В глубине души Кристина почувствовала что-то, что не могла бы описать словами. Она привыкла быть сильной, а здесь вдруг кто-то стоял, не уступая ей ни сантиметра. Лиза шагнула вперёд и сжала свои кулаки. — Я тебе уже говорила, что не боюсь. Ты можешь попытаться меня запугать, но у меня уже нет той слабости, что раньше, — её голос стал твёрдым. — Ты когда-нибудь задумывалась, почему ты вдруг перестала меня трогать? Может, тебе уже не интересно? Или ты что-то скрываешь? Кристина отшатнулась, но не отпустила водолазку. Вместо этого, её взгляд стал более острым, словно она искала ответы на свои вопросы, пытаясь понять, почему Лиза не дрогнула. Она молчала, не зная, что сказать, потому что сама не понимала, что происходит. — Ты ведь знаешь, что я могу с тобой сделать, если захочу, — наконец, выдавила Кристина, но её слова звучали как пустое предупреждение. Лиза хмыкнула и слегка наклонила голову в сторону, изучая Кристину. — Ты всё время пытаешься запугать людей, Кристина, а на самом деле боишься чего-то. Что, не можешь уже так же просто унижать людей, как раньше? — она сделала шаг назад и обвела взглядом кабинет. — Ты не такая уж сильная, как всем кажешься, Захарова. Это было как удар по чувствам Кристины, как если бы её притязания и властный образ вдруг развеялись на глазах. Она не знала, как реагировать. В её голове ворох мыслей и вопросов, но не было чёткого ответа. — Я не боюсь тебя, Кристина. И не пытайся меня сломить, потому что я уже давно не та девочка, которая была раньше, — Лиза спокойно произнесла эти слова, как будто она знала, что они могут стать решающими. Кристина, не зная, что делать, просто отпустила её водолазку и шагнула назад. Её дыхание было тяжёлым, а взгляд смутился. Она не привыкла к тому, что её просто игнорируют. В какой-то момент, она даже почувствовала слабость, но не собиралась показывать это. В конце концов, она решила не отвечать и развернулась, выходя из кабинета. Лиза стояла, наблюдая за её уходом, и её сердце продолжало биться ровно, но теперь в нем было не раздражение, а нечто другое — возможно, понимание, что теперь Кристина была не просто девушкой, которую она боится. Теперь это была её вызов, её задача, но не враг. И как бы странно это ни звучало, Лиза не могла понять, что именно произошло между ними за этот короткий момент. Могла ли она быть важной для Кристины? Или все это просто игра, которая только начинается? Она продолжила убираться в кабинете, а когда закончила, взяла портфель и покинула кабинет вместе со школой. *** Захарова просто сидела весь день за компьютером, играя в разные видеоигры, по настроению. Уроки были не сделаны, хотя она их никогда и не дела. С класса так пятого. Мать сидела в зале, вязала свитер для своей любимой доченьки, отец курил на балконе и вёл «важные» переговоры. Ден так и не появлялся в квартире уже на протяжении недели, это для него была нормой, когда он припрется, то будет ещё пару месяцев дома сидеть, выходя только за бухлом и сигаретами. Голубоглазая будто и забыла о существовании брата , даже не вспоминала про него. Ей было так хорошо без него. *** У Лизы было много друзей, но назвать их друзьями было сложно. Одни только из-за бабла, другие алкаши да наркоманы. Но сейчас с Лиза чувствовала полное одиночество. Мишель не появлялась в школе, не звонила и не писала. Какая же она сволочь. Сидя в этих четырёх стенах, ей было так тоскливо, грустно. С каждым днём она становилась более замкнутой, тихой и незаметной. Уроки она давно сделала, вылизала весь дом на пару с тётей Маргаритой, с приходом Лизы, в доме царила чистота, дочитала свою любимую книгу, которую перечитывает по 100 раз. Индиго сидела на своей кровати, задумывалась о чем-то о своём глядя в окно. Внезапно Лиза почувствовала, как сердце её сжалось, когда в голову пришла мысль, что всё вокруг неё меняется. Это была не только её жизнь, но и жизнь всех людей, которые её окружали. Она чувствовала, что они все запутались в своих собственных проблемах, и она тоже. Несмотря на её стремление к порядку и дисциплине, окружающие её люди были далеки от этого. Приятные и неприятные моменты с Кристиной, разочарование от Мишель, ссоры с тётей Маргаритой… всё это создавалось ощущение, что Лиза пребывает в каком-то водовороте, который затягивает её. Лиза встала с кровати и подошла к окну. Небо было всё таким же тёмным и дождливым, как и её мысли. Она закрыла глаза, пытаясь найти хоть какое-то утешение. Время от времени она продолжала вспоминать Мишель и их общие моменты, которые теперь казались такими далёкими, как сон. Как можно так просто разорвать отношения, которые казались такими настоящими? Или это она просто слишком много вкладывала в них?