Лето похоронных процессий

Юджи зевнул, роса скопившейся влаги выступила на углах глаз и стекла вдоль черных чернил до самого подбородка. Он, еле выбравшись из объятий сна, стал крутить головой, разминая прихоть стоячих суставов. Одзава, подбегая к перекрестку, радостно крикнула ему, помахав рукой и подвернула туфлю, споткнувшись о камень. Ей удалось удержаться и, чуть шатаясь, поправила белую юбку и подошла к Юджи, приветствуя тихим голосом. Юджи засунул руки в карманы шорт и вальяжно передвигая ноги, шел впереди и немного поодаль. Одзава опустила голову, следуя молча – ей все еще было неловко от осознания, что они с Юджи идут на свидание. Неловкое, с ее стороны, молчание, продолжалось в парке, на спирали американских город: Юджи восторженно кричал во все горло, подняв руки вверх, когда вагонетка уходила в петлю, Одзава закрыла глаза, вжав голову на уровне поручня. В небольших очередях между аттракционами, день пролетел едва ли заметно; перекусив разноцветным облаком сахарной ваты, напоследок зашли в дом с приведениями: Одзаве такие места не нравились, кайма на белых гольфах едва подрагивала от мелкой дрожи, она вцепилась в плечо Юджи – вроде для этого и существуют такие места. Идти на сближение. Задумавшись об этом, по лицу Одзавы пробежала улыбка – «вот хитрец, хочет, чтобы я к нему прижималась». Она глянула на Юджи в полумраке, якобы невзначай, он показался преисполненным равнодушием: что к ее действиям, что к окружению. Червивые маски мертвецов, раскиданные кишки и копошащиеся в банках личинки с китайскими многоножками напоминали массовку для низкобюджетного фильма. - Скука, - выдохнул Юджи, Одзава, похлопав глазами, прижалась к нему чуть плотней. Выход подсвечивался красной неоновой вывеской. - Тебя не пугают даже резкие выпады, - она нервно хихикнула, пытаясь завести диалог, - Мне эти скримеры всегда играют на нервах. - Так все искусственное, - Юджи пожал плечами, - Чего здесь боятся. - В детстве ты всегда закрывал глаза на ужастиках. А когда ребята собирались звать духов, ты так смешно психовал и говорил, что дед запрещает тебе беспокоить умерших, - тепло о воспоминания пробежало по телу. Одзаве нравилось думать о том, что она знала Юджи в деталях, в иных промежутках времени. - Ну, без цели и впрямь их лучше не беспокоить. Одзава удивилась, что он действительно верит это. Ей ближе был скептицизм и, несмотря на богатую культуру, связанную с бесчисленным количеством богов и сущностей, ей нравились теории о том, что все это – не более, чем надуманная человеком ложь, имеющая одну цель – развлечение. - Я думала, ты так говорил из-за своего старика. Немного удивлена, если честно. - Хмм? Намекаешь, все это чушь? – они прошли чуть вперед, подальше от аттракционов, в сторону места, где пара уличных музыкантов тихо бренчали на акустических гитарах в окружении фургонов с разной едой. Металлические баки исполняли роль стульев, столов – ярко выраженная черта популярного гранжа. Пустая пешеходная зона освещена блеклыми фонарями. Одзава отшутилась, что не хотела задеть его, но в жизни с паранормальным она никогда не встречалась. - Вот НЛО, может быть… Может, я видела странный корабль. Но это было давно. Может, я была настолько впечатлена фильмами, что мозг подменил воспоминания так, будто происходило на самом деле…. Юджи прервал, положив ей руку на шею. Одзава замерла в непонимании. «Хочет поцеловать?» - она напряглась, застыв в ожидании. Рука Юджи скользнула выше, удобно сжав шею меж пальцев. Безымянным надавить на яремную впадину, большими – вдоль артериальной вены. Одзава непонимающе уставилась на него, приняв происходящее за заигрывание. Страх стал наполнять ее, когда дыхание начало сводить, она постаралась вдохнуть. Не получилось. - Ю-юджи, - она постучала по его руке, но он не ослабил хват. Сдавил крепче. Перед ее лицом – спокойная нить улыбки. Рот, сложенный в букву «о», пытался цепляться за кислород, как иссохшая рыба. Ее пальцы – на них был радужный маникюр, вцепились в запястье Юджи – она почувствовала, как от напряжения на ее кисти вздуваются вены. - Увидеть то, что нельзя объяснить… - Юджи тянул слова так монотонно и медленно, теплый свет фонарей окропляет тенью лицо, - Чужая жизнь в руках поистине завораживает, - Он засмеялся, пальцы Одзавы пронзил холод. Уши заложил пустой шум, в нескольких сантиметрах пребывая в отрыве от мира. Юджи склонил голову и отпустил ее, приобняв за плечи: - Шучу, - прошептал Одзаве на ухо, - Страшнее, чем искусственный страх, не правда ли? - Не шути так… - она потерла тонкими пальцами горло, бросив на него настороженный взгляд. Все из-за дурацкой комнаты страха? Юджи расхохотался и стал вести себя, как всегда: нежный, неаккуратный тон и шаги, будто бы пританцовывающие. Ее насторожила эта двуличность – Одзава не поняла, было ли это шуткой или… нет, ничем иным это быть не могло. Она улыбнулась, скрывая смятение. Пройдя вперед, дорогу по краям стал заполнять запах еды и машинного масла. - Здесь есть жареная форель? – Юджи указал на фургоны. - Здесь вкусные такояки с кальмаром. Пока они ждали заказ, Одзава приметила афишу, наклеенную вдоль синего цвета машины. - Юджи, смотри, - она дернула его за рукав футболки, - Летний фестиваль. Совсем скоро. - Это тот самый, где воздают хвалу местному божеству? - Там будут фейерверки. А еще все будут в красивых юкатах, - она восторженно сложила ладони вместе, - Хотелось бы мне посмотреть на тебя. Юджи проигнорировал, достал телефон и, открыв камеру, сделал снимок. Фото выглядело темнее, чем он видел перед глазами. - Сделай вот так, - Одзава повысила яркость, и афиша стала ярче действительности. - О, славно, - она заметила, как Юджи отправил сообщение и подглядела в экран. Выше в переписке, наверное, утром, была фотография трехцветного кота, - Мегуми, вроде, фейерверки нравятся. - Мегуми, - продублировала Одзава, взглянув вопрошающе, - Хочешь пойти с ним на фестиваль? - А что, там ограниченное число людей, с которыми можешь идти? - Нет. Конечно, нет, - она хихикнула и попыталась себя одернуть. Это показалось ужасно глупым, - Просто, я думала… На таких фестивалях люди ходят и парами, а не только компаниями. Понимаешь? Она забрали заказ, тепло от горячей еды приятно обожгло руку. Юджи подцепил пару шариков и заглотил их одним укусом. - Не совсем понимаю, - выдал едва внятно, жуя. - Я подумала. ну… Мы, вроде…. Насчет письма. Ты же прочел его? Она поковыряла зубочисткой еду, оставляя едва заметные дырки в сырном шаре. - А, ты об этом, - Юджи посмеялся, покачав головой - Подумала, раз я прогулялся с тобой, то мы стали парочкой? Одзава почувствовала себя неловко. Лишней. Он посмеялся над ней? Над ее чувствами? - Мне было интересно себя развлечь. Если хочешь, можем с тобой переспать, но это все, что может быть общего между нами. Говоря проще: как личность, ты мне совершенно не интересна. Она изрешетила еду зубочисткой. Гитары на фоне стихли под общий гул и все сопутствующее слилось смехом теней незнакомцев. Красные бумажные фонари на фургоне. Вечер. Она неловко переминается с ноги на ногу, едва слышно об асфальт цокают каблуки. В моменте стало обидно и пусто. Она понимала, что он может отвергнуть ее. И это нормально. Не заставишь любить человека. Ее сковала иная боль. Ощущение, будто над ее чувствами издевались. - Но ты пол дня потратил со мной. Зачем, если ты изначально знал, что это тебе не интересно? - Пытаешься найти подтекст? Это начинает меня раздражать, - положив последний такояки в рот, он выкинул пластиковую упаковку в урну, - Так что, хочешь со мной переспать или я пойду? - Ты что, серьезно? - Одзава почувствовала, как обида застывает на веках. Она выкинула свою порцию в ту же мусорку. Он ведет себя мерзко. - Лучше бы мне отдала, - он взглянул на истерзанные, валяющиеся в мусоре комки пищи, - Они и впрямь были вкусными. - Да как ты мог мне такое сказать? Обесцениваешь мои чувства и предлагаешь мне… Ты? - она приложила руку ко лбу, не веря, что Юджи, которого она знает не первый год, впрямь говорит ей об этом. - Это естественно, разве нет? Не понимаю, почему тебя это злит. - Потому что такие вещи делают по любви. - Да ну? - С любимым человеком это абсолютно иначе. - А ты пробовала? – она засмущалась, поджав губы, на секунду замялась, но решила ответить: - Нет. Но я уверена, что есть большая разница, когда ты испытываешь к человеку чувства и когда делаешь, ведомый своими инстинктами. - Вот как, - он улыбнулся, - Ну так давай и проверим? Сравним ощущения, - Юджи подтянулся чуть ближе, пытаясь поддеть ее, подцепить пальцем за подбородок. Одзава ударила его по руке. - Отвратительно. Как ты можешь сравнивать с чужими чувствами? Я даже не думала, что ты такой… такой… - она, может, сдерживалась. Или пыталась разобрать, что чувствовала помимо кома обиды. Юджи отошел от нее, спрятав руки в карманы, - Разочарована? – все так же. Спокойно, - Такое ведь в мире не редкость. Разочарование – полезный урок. Она попыталась проглотить его. Осталось выблевать вместе с чувствами.

***

Мегуми с Нобарой встретились на кладбище, решив провести время с Маки. - Фу, это самое мерзкое что ты мог рассказать мне про себя и сестру, - она смеется, противно стукая его по плечу. Мегуми чувствовал себя впрямь неловко. Но с Нобарой они делятся любыми глупостями, пусть и с тошнотворным подтекстом. Это было воспоминание, от которого хотелось избавиться, отформатировать память и скинуть в пустыню забытия: на днях он зашел в комнату Цумики, думая, что дома никого нет и застал сестру в обстоятельствах интимного плана. - Такого стыда я давно не испытывал. И… Я стою, забыв, почему вообще собирался зайти. Мне стало, может, отчасти как-то и грустно. Я просто молча вышел и не разговаривал с ней весь вечер. - Грустно ему, - снова прыснула смехом Нобара, - Иииии? Цумики ведь решила заговорить первой? - К сожалению. Она подошла утром, когда я чистил зубы и сказала, мол, «не переживай, увидел и черт с ним. Я тоже тебя за этим делом как-то застала в ванной». Просмеявшись, Нобара собрала выступившие слезы ребром ладони и в поддержку решила поделиться подобным: - Я как-то раз увидела свою мать, занимающуюся сексом, поверь, там подобные чувства в сто крат сильнее. Ассоциация невольно воспроизвела картину в собственной голове: Мегуми представил Тоджи и поморщился, стараясь побыстрее этот образ откинуть. - Ах да. Ты изначально ведь хотел рассказать, зачем влезал в ее комнату. Не трусы ведь собрался у нее воровать? - О. Вот, - Мегуми указал на мраморную могилу с надписью «Зенин Маки». Подойдя ближе, Нобара села на корточки и, мягко улыбнувшись, протерла рукой камень: - Маки, я безумно рада тебя увидеть, - рука прошлась по гравировке иероглифов, - Даже не представляешь. Как я скучаю. Надеюсь, полиция поймает того подонка. Мегуми едва заметно качнул головой, соглашаясь с Нобарой. - Он мне такую смешную историю рассказал, тебе бы понравилось. Но я собиралась послушать приквел. Составишь компанию? – Нобара отодвинула от могилы цветы и уселась вплотную к камню. Если теория Мегуми верна, можно ли сказать, что вместо Юджи он обнимает ходячий труп? - В общем, мне нужен был ее старый телефон, отдать Юджи. Я искал. И обнаружил дневник. Она написала там… Ну, то, что ты бы никогда не подумала, что она может написать. - Хм, - Нобара задумалась, - Типа «сдохните, тупые подонки»? - Типа, - поправил Мегуми, - Скорее, про суицид. - Оу, - протянула Нобара, не зная, что здесь сказать. Мегуми и сам не знал. - И я подумал, если прочитаю дневник, узнаю больше, что тревожит ее, раз не хочет рассказывать. - Ну, не красиво, но оправдано, - согласилась Ноабара. - Знаешь, что насторожило больше всего? На страницах была кровь размазана. - Думаешь, она режется? - Не знаю, - Мегуми вспомнил ее синяки на ногах, на заклеенные пластырем бедра, плечи. Может, там? Может, она врет о случайных увечьях и намеренно наносит их себе все сама? Отношения, казавшиеся самыми близкими, резко образовали пропасть. - Что мне ей об этом сказать? - Хмм, - Нобара раскачивала колени вправо и влево, - Может, попробуешь порезаться сам? - Для чего? - Типа, сооруди ситуацию. Сделай это перед ней: она ведь не знает, что ты знаешь. У вас появится общая тема. Она решит, что ты не враг, который не поймет ее. В крайнем случае, вывернешь обратную и потом спросишь. О таком варианте Мегуми не думал. Театральность, возможно, будет излишней и было бы проще напрямую поговорить. Но будет ли она говорить? Возможно, это смысл имеет. - Обращайся, - на опережение довольно протянула Нобара, показав на себя рукой как на предмет вдохновения. Мегуми учтиво похлопал. Завибрировал телефон. Он открыл сообщение, увидев фотографию афиши.

***

На фестиваль нужны были деньги. Поговорив с сестрой, Мегуми договорился пару дней ее подменить в магазине. Цумики загорелась инициативой подобрать им юкаты. Это ему показалось излишним. На фестиваль можно идти и в обычной одежде. Но сестра настаивала на своем, и он решил согласится, не вдаваясь в детали. Как и предполагалось, день в книжном протекал тихо и долго. Первым зашел посетитель, собиравшийся сбагрить раритетный сборник изданий в кожаном переплете. Вторыми были девочка с мамой, покупая дочери детскую книжку. Третьим, на удивление, оказался его одноклассник – Тодо. С которым книги не ассоциировались как хобби. - О! Фушигуро! Здорово! Мегуми махнул рукой. - Я виделся с братаном Юджи! Ты же в курсе, что он вернулся?! Вот круть! Я так рад! А то про него ходили такие хреновые слухи. - Давно виделись? – Мегуми отложил книгу, вложив чек вместо закладки. - Да на днях! Сегодня тоже пересеклись, я думал, в баскетбол поиграем, но братан сказал, у него дома еще дела. О, а ты видел кошку? – он показал фотографию, которую ему скинул Юджи, - Прикинь, братан то по ходу это, нехило так приложился в лесу головой. Говорит, хочет ёкая вырастить! Да уж. Мегуми разделял его скептицизм, спросил: - Тодо, ты здесь что-то хотел? - Точно! Чуть не забыл. У вас ведь продаются журналы? - А какие тебе нужны? - Конечно с Такадой! Я прочитал в новостях, что с ней вышло интервью и там должен быть плакат с обложкой нового альбома! – от его грузного голоса аж содрогались полки, улыбка Тодо светилась оголенным рядом зубов. - Там глянь, - Мегуми указал ему на несколько стеллажей, где валялся новый и старый завоз журналов. Тодо поблагодарил, отошел туда. Мегуми вернулся к той самой книге, которую заприметил на полке: «Мечтают ли андроиды об электроовцах». Любопытная параллель: Что вы чувствуете, когда держите другого человека за руку? Связаны. Человек? Колокольчик ударился о дверь, отразившись металлическим звоном. К кассе подошел бледный вытянутый силуэт с пустыми глазами. Напоминает собой мотылька. Мегуми заметил полосы глубоких шрамов. - Что-нибудь подсказать? - А Фушигуро сегодня нет? – расстроено протянул белокурый парень, Мегуми отрицательно качнул головой, он спросил, будет ли она завтра. Мегуми ответил «нет», и тяжело вздохнув, парень вытащил из рюкзака небольшую книгу в мягком переплете, - Я бы хотел вернуть. Медицинская литература. Мегуми глянул на табели, удостоверившись, что тот брал книгу на время. На читательском билете имя «Махито» аккуратно выведено почерком сестры. Аккуратно. Не так, как он видел до этого. Абсолютно бессвязный список книг: Апельсиновое дерево. Итальянский словарь. Коллекция фотографий бабочек. Книга об анатомии. - Своеобразный список литературы, - отметил Мегуми, сделав памятку на листе. - Да, правда так, - Махито почесал затылок, его лицо будто бы отдавало приторным дружелюбием, - Честно сказать, я и читать то не особо люблю. Мне нравится девушка, которая здесь работает. Я искал повод заговорить. И придумал иногда брать здесь книги. Шрамы. Может, он ей и подсказал? Мегуми недоверчиво посмотрел на Махито. Это привычка. Настороженно относится. - Хотел взять книгу, которую она читала в последнее время. Как же там… - Калпепер. Ей ботаника нравится. - Дааа… Да! Да! Точно, - Махито хлопнул в ладоши и упер их в стол, - А ты неплохо знаешь ее. Или просто хорошая память. Мегуми прошел с ним вдоль стеллажей и, указав раздел, вернулся обратно. Возле кассы стоял Тодо. - Смотри, Фушигуро! Ну какова красота! Такада! Такада! – он постучал себя по груди и поцеловал айдола на обложке. - Лучше не делай так, - настороженно посоветовал Мегуми, пробив покупку, - Мало ли где он валялся. - Окей- окей, - Тодо вытащил мелочь и, пересчитав, протянул Мегуми, - Эй, Фушигуро, а там что за тип? – он наклонился поближе, чуть ли не шепча ему в ухо, - Мутный. Вроде нигде не видел его. - Да забей, - он отдал чек. Ему совсем не хотелось на эту тему разводить демагогию. Тодо, искрясь улыбкой, кинул «бывай» и дополнил «передавай привет братану». Мегуми кивнул, к кассе вернулся Махито и протянув на стол книгу, его лицо исказилось жуткой гримасой с кривой улыбкой. - Думаю, мне точно понравится. Будем говорить о ней с Фушигуро. Мегуми записал книгу, протянув ее вместе с табелем владельцу, оповестив, что срок хранения – две недели. - А ты – брат Фушигуро, да? Я тебя уже видел здесь. Она про тебя рассказывала - он похихикал, протянув навстречу руку, Мегуми задержал книгу в своей хватке, смотря на шрамированое лицо: - О чем еще она тебе говорила? - Какой подозрительный брат, - он выдернул книгу, притянув ближе к себе, - Думаю, я верну ее раньше срока.

***

Сегодня рано зажгли огни – сквозь холодную зелень бумажные фонари освещали дорогу, протягиваясь множеством нитей в единый клубок, соприкасаясь на пригорке у храма. Улицу заполнил шум голосов: пестрые вывески мерцали неоном, в воздухе – аромат еды. Мегуми шел рядом с сестрой, пытаясь поправить пояс. - Перестань, оно отлично сидит, - Цумики мягко стукнула его по кисти, - Ты чего такой недовольный? - Я в нем совсем на отца похож, - оно и не удивительно. Юката ведь и была отцовской. - Да вечер всего потерпеть! Он ее сто лет уже не носил, - и впрямь. Мегуми припоминает, что последний раз видел его в ней, когда была жива мама. - Ой, смотри. Там, вроде Юджи с Нобарой? – Цумики дернула брата за рукав, Нобара крикнула им, размахивая руками. - Ого, Мегуми, даже ты решил приодеться? «Даже» - это как понимать? - Цумики заставила, - он глянул на Юджи: белые хакама и кимоно, с красной вышивкой тигра, напоминающая картины Окё. - Че, опять пялишься? – усмехнулся Юджи, показушно взмахивая утивой. Мегуми смущенно отвернулся, Юджи обратился к Цумики: - Тебе идет. - Мне мое кимоно тоже идет, но спасибо, что так тонко подмечаете вещи, необходимые девушкам, - вклинилась Нобара, сложив на груди крестом руки. - Ну так Цумики красивая, - в спину Юджи влетел удар. - Охренел?! Придурок тупой, - Нобара прописала еще раз, Цумики хихикнула, привычно прикрыв пальцами рот. - Я пойду. Мимико меня ждет. А вам – хорошо провести время. Позаботьтесь о моем брате, - она поклонилась и подойдя ближе к Юджи, чуть тише сказала ему: - Рада, что с тобой все в порядке. - Удачи, Цумики, - Юджиотдал ей веер, она поблагодарила и удалилась к храму. До церемонии еще оставалось время, они прошлись по фестивалю, Юджи купил форель, возле надувного бассейна встретили Тодо с Ханой: они пытались выиграть в детской игре, подлавливая сочком плавающих маленьких рыб. - Их мускулами не взять, братан, - Юджи смеялся над ловкостью Тодо, советуя, как подчерпнуть, - Вылови мне во-о-н ту рыбешку. - Юджи, их есть нельзя, - решил перестраховаться Мегуми. - Почему? Они же как чипсы. - О-о-о-о-о!! Получилось, братан! Хана вздрогнула, когда из бассейна полетели брызги. - Так и знала, что проиграю, - она рассмеялась и аккуратно отложила сачок, отпуская пойманных рыбок обратно.

***

Остановившись у подмостка для ритуальных танцев, Мегуми слушал раскат барабанов тайко и флейт, сопровождающих церемонию открытия. По словам Цумики, в этом году исполнять кагуру приемный отец доверил своей дочери – Нанако. Пение простиралось над ней, отточенные шаги попадали в такт барабанов. Она плавно чертит вокруг себя полукруг, разворот, плавный поворот головы, два взмаха судзу. Всякое несчастье Грех и осквернение Изыди Очистись Волею небес Защити нас Даруй нам удачу Нанако сложила руки в форме лодочки. На рукавах – роспись узорчатых мандал. Мелодичные голоса проливаются, играя с ветром. - Юджи, тебе нехорошо? – Мегуми приметил бледность его лица. Узоры. Они стали. Бледнее? - Я пройдусь, - Юджи прошел мимо него, случайно толкнув плечом. Мегуми хотел последовать за ним, но остановился, смотря на белое хаори с красной вышивкой. У него всегда была такая широкая спина? Оглянувшись, среди толпы заметил неподалеку сестру. Рядом с ней стоял бледный тип в шрамах. О чем-то беседовал с ней. - Эй, а где Юджи? – Нобара налетела на Мегуми со спины. Звук флейт становился тише. - У него живот заболел, - соврал Мегуми. - Он все-таки сожрал из бассейна эту рыбу? Ну идиот, - Нобара глянула в сторону, куда смотрел Мегуми. - А это что за урод? – она глянула с подозрением, - Он че, пытается подкатить к нашей Цумики? Мегуми не сводя глаз таращился на него. Будто бы ждал ошибки. Они продолжали вести диалог, но услышать, о чем идет речь сквозь толпу не представлялось возможным. Мегуми протиснулся к ним, цепляясь за спины, извиняясь за столкновения. - О, братец, - сделал акцент Махито, Цумики оглянулась, Мегуми ухватил ее за плечо: - Нам нужно идти, - он посмотрел на Махито, - Скоро фейерверки. Ты задерживаешь мою сестру. - Прости-прости, - Махито засмеялся, отпустив ее, - Во вторник занесу книгу. До встречи. Выждав паузу, Мегуми спросил, кто он такой. Цумики ответила довольно простодушно, что обычный клиент, разговаривают, когда заглядывает к ней на работу. Мегуми попросил не общаться с ним, но сестра не отнеслась к его просьбе серьезно. - Мегуми, ты накручиваешь. Он, может, чудаковатый тип, но ничего плохо не делал, - в конце концов, Цумики было не так уж легко испугать. Ведь она знает монстров страшнее.

***

- Ах, точно. Ты с собой взял шарики хлопка? - Это зачем? – Мегуми оглянулся, Нобара достала пару из рукава. - Чтобы отпустить все печали, - она покрутила мягкие шарики между пальцами, - Говорят, хлопок вытягивают все твою хворь. Ты спускаешь его по реке и отдаешь на милость местного бога. Хорошо, что я помню, что вы дураки и взяла с собой больше, чем нужно. Мегуми шел медленно, ему не нравились гэта, он постоянно спотыкался, упирая в землю деревянные носы. - Может ты снимешь их? Мы ведь до храма так не дойдем. Я хотела купить несколько омамори, - Нобара недовольно подгоняла его, ступни гудели, Мегуми достал телефон и сказал, что лучше подождет ее вместе с Юджи здесь, внизу. Всучив ему свое карамельное яблоко, Нобара пошла выслеживать Хану. Ходить босым будет не слишком глупо? Помявшись, Мегуми все же снял сандалии, ухватил левой рукой за лямки и прошел вперед, через несколько метров обнаружив на газоне сидевшего Юджи, смотрящего в сторону реки. - Тебе лучше? – сев рядом, заметил на его левой руке черное, склизкое, бессвязное месиво, - Что это? – Мегуми хотел прикоснуться, Юджи одернул, спрятав ладонь в рукав. - Какой любопытный. Может, на него так влияет храм? Очищение А он об этом не знал? - Какой странный запах, - Юджи принюхался к Мегуми, - Гниение с формалином. Мегуми смутился: - Хочешь сказать, от меня? - От твоей одежды.

***

Позвонив, Нобара сказала, возле храма они с Ханой выцепили Одзаву и отправились занимать места под фейерверк. Нобара, в силу своей ответственности, забыла сообщить раньше. - Здесь уже тесновато, но место найдем, - попыталась она оправдаться. Поток людей под стать шествие духов, обросли на одном месте, как пчелиный улей. - О, не думаю, что Одзава будет меня рада видеть, - посмеялся Юджи, Мегуми решил не вдаваться в подробности. - Тогда, может, выйдем вдвоем к причалу? – он указал на небольшую лестницу вниз, - Мы иногда ходим туда с сестрой. Не превосходный вид, но причал заброшен, так редко люди бывают. Причал был действительно небольшой. Вокруг деревья, камыши и отсутствие света, кроме ночного неба. - Может, ты тоже обувь снимешь? – побеспокоился Мегуми, шагая по ступеням почти наугад, - Упадешь еще. - На гэта? Я точно не упаду, - на редкость, люди здесь были, но достаточно мало. Разбиты небольшими группами, раскиданные подобно смятой бумаге. Усевшись у края, Юджи опустил ноги вниз, едва касаясь водной глади. - Знаешь легенду о лунном кролике? - Юджи опустил хлопок, склонившись над водой, - Странствующий монах хотел есть. И попросил кролика что-нибудь приготовить. Кроме трав, ему нечего было предложить. И он бросился в огонь, зажарив себя. - Глупо, - Мегуми последовал его примеру, опустив шарик хлопка. - Глупо жертвовать собой? - Глупо, - повторил Мегуми, - Собственное несчастье не должно быть счастьем других. - Эту историю считают эталоном благородия, - Юджи улыбнулся, Мегуми уперся руками в доски, зацепившись пальцем за выпирающую шляпку гвоздя. Сегодняшняя ночь была особенно светлой: звезды распались на бисер, небо расчертил млечный путь, цветом, подобный малине. Мегуми проследил его кривой путь, и уткнулся в нависшее в тени дерево. Черный силуэт пестрил множеством веток. Выше, на самой перипетии, висел черный ком, будто напичканный острыми спицами. - Смотри, - Мегуми показал наверх, Юджи посмотрел следом, - Думаешь, птичье гнездо? - Да не. Это ж омела белая. Знаешь, что это? - Мегуми пытался предположить, Юджи опередил его, не выдерживая интриги: - Это яд. И действует он весьма изящно со своим носителем: омела оплетает и заражает корни, но позволяет своему зараженному жить. Она питается его организмом. Мегуми проводил параллель. Возможно, у них имеются общие свойства. - Прямо как ты? – Мегуми слегка прищурился. Юджи ухмыльнулся, растянувшись на досках. - Если придерживаться твоей изначальной мысли – принцип немного разный. Но, полагаю, вписывается в общий концепт. После разговора с Васукэ, Мегуми не сомневался, что Юджи пытается ввести его в заблуждение. Как бы он не юлил, не пытался выставить дураком, он почувствовал, что больше не поведется на эти уловки. - Я знаю, Васукэ заключал контракт в демоническом храме. Это связано, да? Юджи улыбнулся ему, сложив под голову руки: - Это Васукэ тебе сказал? Погребенный под собственным любопытством. - Догадался. Я спросил у Васукэ, когда был не уверен в себе. Но теперь я хочу услышать это от тебя. - Хм, - Юджи поднялся и, подтянул к себе ногу, положил на нее подбородок, стукая ребром руки по берцовой кости, - И что изменится, если ты узнаешь, что все действительно так? То же, что и хотел всегда. - Я хотел бы узнать, как умер мой лучший друг. Они застыли во взгляде. Юджи будто бы потерял интерес юлить. Или, может, решил, что Мегуми от него все равно не отвяжется. По крайней мере, он не чувствовал от него опасности. Обстановка была приемлемой. Юджи будто бы стал серьезней. Улыбка сошла с лица и, сложив ноги лотосом, сказал: - Он умер до того, как я стал им. Мегуми замолчал на секунду. Не ждал от него честный ответ. И добавил: - Тогда как ты его нашел? - Это. Не имеет значения. Мегуми почувствовал горечь. Ему должно было стать легче: ведь он получил подтверждение, что абсолютно прав. Но внутри опустело. Будто на грамм стало легче. У него отобрали надежду. Он сам ее у себя отобрал. Это самое сложное. Не винить непричастного человека. Признать, что виноват ты сам. - Чего же ты так расстраиваешься, - Юджи пододвинулся ближе и приобнял, указывая на небо: - Гляди, первый фейерверк начали запускать. Ты же так хотел посмотреть. А так ничего не увидишь, - он попытался вытереть Мегуми глаза своим рукавом, поцарапал, небрежно протирая физиономию. Мегуми оттолкнул его, сказав, что сделает сам. В моменте он услышал раскат громких вспышек: яркие, наполненные бесчисленным количеством красок взрывы громко трещали и порывались исцарапать небо, оставив прорезь или маленький след. Взрывы теплые, яркие, Мегуми завороженно смотрел, не отрываясь и ощущая, как становилось прохладней сидеть на воде.