Тихий омут

      С той самой ночи, когда Тэхён дал своё тихое согласие перевезти вещи к Чонгуку, они не расставались. Но решили повременить с основательным переездом, так как суматохи со свадьбой и так хватало выше крыши. Ночевали в основном у Тэхёна, так как захватить пару рубашек Чонгуку было проще, да и добираться до офиса было капельку ближе.       Пока Тэхён с Чимином доводили до совершенства подготовку, Чонгук времени зря тоже не терял, работая, кажется, ещё усерднее, чем раньше. В его поведении будто бы что-то изменилось. Он стал менее разговорчивым и более уставшим, списывая всё на загруженный график, всё же приближался конец года, а это значило — итоговый масштабный выпуск журнала, подведение итогов, а также изучение трендов и планов на следующий год. А ещё и очередное обучение в Германии было на повестке дня. Чонгук волновался и обдумывал варианты. Стараясь безотлагательно воплотить ещё и свой личный, пока что секретный, план в жизнь.       Конечно же, все эти изменения не могли ускользнуть от внимательного взгляда омеги. Ведь Чон стал приходить домой частенько ещё и позже Тэхёна, который задавал наводящие деликатные вопросы, но всегда получал в ответ лишь касание губами виска и отмашку: "Мол, потом, устал". Нет, Чонгук ни разу не давал повода усомниться в своей верности или несерьёзности намерений. Но противный червячок сомнений всё же как-то неприятно точил. И в светлую, но всё ещё иногда роящуюся сомнениями и тревогами голову омеги стали закрадываться совсем не радужные мысли.       Чонгук видел эти метания, но ничего не мог пока сделать, тщательно скрывая свои планы и стараясь не оставлять никаких следов. Все звонки и встречи — втайне от Тэхёна, никаких намёков и "улик" дома. Он хотел, чтобы его сюрприз был идеальным, и ничто не должно было его испортить.       Финишная прямая марафона под названием "Идеальная свадьба будущей четы Ким" маячила перед глазами бегунов натянутой ленточкой победителя. Оставались считанные дни до этого грандиозного события. В офисе стояла суматоха, так как Чимин выпал из регулировки процессов, постоянно отвлекаясь на личное и не имея возможности сконцентрироваться на сути проблемы из-за нервов. За три дня до "дня Х" Сокджин позвал к себе Тэхёна и Чимина и объявил, что даёт им выходные дни. Чтобы его будущий муж в их памятный день был свежим и сверкающим, а не упаханным и с синяками под глазами. В подтверждение своих слов, он достал из верхнего ящика стола два конверта с красивыми логотипами на лицевой стороне — сертификаты в один из лучших СПА-салонов в городе. Чимин при виде этих "бумажек" запищал и запрыгал, пугая ничего не понимающего Тэхёна, который в такие тонкости жизни столицы ещё не успел вникнуть.       — Аааа! Джин-и, ты лучший! — Пак оббежал стол и бросился с объятиями на шею любимого. — Тэ! Мы чудесно проведём время! — с воодушевлением тараторил он, переводя внимание на всё ещё стоящего истуканом Кима-младшего.       — Всё, мои дорогие, я отпускаю Вас, — ласково проговорил Джин и добавил, глядя на племянника, — с Намджуном я договорился, все твои проекты перекинуты на Хосока, — и, не дожидаясь потока возражений, продолжил, — не переживай, он несильно расстроился, у него всегда есть готовый примчаться на помощь Юнги. Они справятся. А вы, пожалуйста, прекрасно проведите время! И никаких телефонов по рабочим вопросам. Отдохните, вы столько всего сделали за последнее время!       Чимин напоследок крепче прижался к любимому, чмокнул его в подставленную щёку и вспорхнул с его коленей легко и грациозно:       — Ну что, Тэ! Поехали! Нечего нам тут больше делать!

***

      СПА-центр в отеле Four Seasons, который располагается в самом центре Сеула, встретил их прохладной тишиной, контрастирующей с шумной суетой улицы в разгар рабочего буднего дня. Тяжёлые двери бесшумно закрылись за их спиной, отрезая от внешнего мира, и они оказались в оазисе спокойствия. Приглушённый свет, мягкая музыка и тонкий аромат эфирных масел обволакивали, настраивая на релаксацию. Все мысли и тревоги будто бы вмиг улетучились, оставляя место лишь разгорающемуся любопытству в душе Тэхёна, который в подобном месте ещё никогда не оказывался.       Сначала их проводили в раздевалку, где предоставили мягкие халаты и тапочки. Чимин, всегда открытый и непринуждённый, тут же начал переодеваться, мимоходом кончиками пальцев оценивая мягкость и качество халата, болтая о предстоящих процедурах, снимая серьги и цепочку, в то время как Тэхён, более скованный и скромный, не торопился даже расстёгивать рубашку, застыв, наблюдая за другом. Чимин уловил его замешательство и подошёл ближе. Он взял Тэхёна за руку, окинув любопытным взглядом и ласково спросил:       — Ты чего застыл? Стесняешься? Я отвернусь... — Чимин начал уже отступать, подтверждая свои слова.       — Нет, что ты, — неуверенно начал Тэхён. — Я просто первый раз в таком месте и...       — Не волнуйся! Просто следуй за мной! Скоро всё будет прекрасно. Тебе надо просто расслабиться.       Слова Чима не могли не подбодрить. Тэхён набрал полные лёгкие воздуха, шумно выдохнул, отпуская всю накопленную нервозность, и сдался на милость другу и предстоящему расслаблению.       Первой их остановкой был акватермальный комплекс. Парная обволакивала жаром, раскрывая поры и заставляя капельки пота стекать по коже. Они молча сидели на каменных скамьях, прикрывшись полотенцами, наслаждаясь теплом и вдыхая аромат трав. Затем последовало джакузи, с его бурлящей водой, массирующей уставшие мышцы. Пар поднимался над поверхностью, причудливо закручиваясь спиральками в воздухе. Тэхён закрыл глаза, отдаваясь приятным ощущениям, а Чимин не удержался, перегнувшись через бортик, схватил мокрой рукой свой смартфон и сделал несколько памятных фотографий, чтобы запечатлеть этот момент.       После водных процедур их проводили в просторный кабинет для парного массажа. Два опытных терапевта-омеги ждали их, готовые снять напряжение с уставших тел. Чимин и Тэхён легли на высокие массажные столы, утопив головы в специальные отверстия. Звуки тихой музыки и умелые движения массажистов быстро унесли их в состояние полудрёмы. Необычный массаж горячими камнями и ароматическими маслами творил чудеса, расслабляя каждую мышцу, снимая напряжение и восстанавливая силы.       Несколько часов пролетели незаметно. Молодые люди, расслабленные и обновлённые, сидели в комнате отдыха на мягких диванчиках в мягких белоснежных халатах и неторопливо попивали зелёный чай.       — Знаешь, я хочу кое-что ещё сейчас сделать... — задумчиво протянул Чимин.       Тэхён в ответ лишь приподнял вопросительно бровь, не в силах сформулировать предложение из-за чрезмерной приятной расслабленности в теле.       — Хочу перекраситься к свадьбе. Мой бунтарский, подростковый розовый период подходит к концу, — он заливисто засмеялся. — Хочу что-то более сдержанное и серьёзное. Тем более у меня такой шикарный белый костюм куплен.       — Отличная идея, Чим! Мне нравится! Займёмся этим прямо сейчас?       — Конечно, тут же и салон красоты есть! А ты что думаешь? Не хочешь тоже сменить имидж? Пришло время преобразиться!       Их отвели в салон красоты, где стилисты уже ждали с палитрой красок и ножницами в руках. Чимин выбрал для себя кажущийся после яркого сдержанным пепельный оттенок блонда. А Тэхён, всё же поддавшись увещеваниям друга и бойкой парикмахерши, остановился на консервативном тёмно-каштановом варианте, посчитав, что это будет хоть и не радикальным решением, но отличным дополнением к уже случившимся в его жизни позитивным сдвигам.       Пока стилисты колдовали над их волосами, косметолог провела для каждого индивидуальный уход за лицом. Чимин, с его чувствительной кожей, особенно оценил мягкое очищение и увлажняющую маску. Тэхёну же больше понравился массаж лица и интенсивное питание.       Несколько часов в этой расслабляющей обстановке без беготни и нервов пролетели незаметно. Когда они, обновлённые и будто помолодевшие, посмотрели друг на друга в зеркало, на их лицах сияли улыбки. Новый цвет волос, свежий от ухода за кожей вид и чувство глубокого расслабления сделали своё дело. Они покинули The Spa at Four Seasons Hotel Seoul, чувствуя себя отдохнувшими, красивыми и готовыми к новым свершениям. Это был день, посвященный только им двоим, день заботы о себе и друг о друге.       Вот теперь все пункты их наполеоновского плана были точно выполнены!

***

      Свадебный зал The Dom в The Cheong Dam был залит яркими зимними солнечными лучами. Длинный проход к свадебной арке был устлан искусственным газоном, жизнерадостный цвет которого создавал иллюзию нахождения на природе и дарил ощущение свежести.              Свадебная арка утопала в пышной зелени, словно выросшая прямо из земли, воплощая собой вечное лето даже в это время года. Основу арки составляли изящные, переплетённые между собой ветви, покрытые сочной листвой. Они образовывали плавные линии, дарящие пространству лёгкость и воздушность. Главным украшением арки были пионы, распустившиеся во всей своей красе. Их крупные, бархатистые лепестки переливались оттенками от нежно-розового до кремового, создавая романтическое и элегантное настроение. Цветы были щедро рассыпаны по всей арке, создавая ощущение обилия и праздника. В дополнение к ним, арку украшали ранункулюсы. Их белый цвет гармонично сочетался с зеленью и пионами, создавая контраст, который делал композицию ещё более эффектной.       Такие же цветы были расставлены на праздничных столах, чтобы придать помещению естественный, гармоничный вид. Они были собраны в элегантные букеты, добавляя интерьеру нотки завершённости и целостности композиции.       Солнечные лучи, пробиваясь сквозь прозрачную крышу и многочисленные панорамные окна, создавали игру света и тени на накрытых белоснежными скатертями столах и раскидывали сотни скачущих зайчиков, соприкасаясь с золотой фурнитурой стульев.       Гости прибывали постепенно, раздавались приветствия, объятия и поцелуи в щёки. Кто-то спешил поздороваться со старыми друзьями, другие знакомились с новыми родственниками. Новоприбывшие, один за другим, подходили к столу, расположенному по правую руку от входа в основной зал, напротив фуршетного стола, чтобы отдать дань старой корейской традиции. В руках у каждого был белый или золотой конверт, на котором аккуратно было написано имя дарителя и краткое пожелание для молодоженов. Конверты передавались принимающим со словами поздравлений и пожеланий счастья.       Принимающие, с глубоким уважением, брали конверты, делали запись в специальном журнале, чтобы впоследствии выразить личную благодарность каждому гостю, и затем деликатно складывали их в красивую коробку, перевязанную лентами и украшенную в тон оформления зала. Сами конверты не открывались при гостях, сохраняя атмосферу деликатности и уважения к частной жизни. Сумма, которую гости вкладывали в конверты, была исключительно на усмотрение дарителя, но это всегда было важным символом поддержки новой семьи.       Церемония передачи денег проходила быстро и спокойно, без излишних формальностей. Гости, выполнив свой долг, присоединялись к остальным, обсуждая детали нарядов, вкус блюд и ожидая начала предстоящего торжества. Атмосфера царила лёгкая и непринужденная, наполненная радостью и предвкушением самого главного события этого дня.       Настроение в зале царило приподнятое — смех, лёгкий гул разговоров и тонкий аромат цветов смешивались в воздухе с чуть нервозным ожиданием. Фоном этой какофонии звуков служила тихая музыка, ненавязчиво заполняющая пространство.       Фуршетный стол, стоящий чуть в стороне от входа в зал, привлекал всеобщее внимание в этом ожидании. Он пестрел разнообразием закусок: миниатюрные сэндвичи, красочные канапе, свежие фрукты и десерты. Гости с удовольствием пробовали угощения, потягивая шампанское или освежающие напитки.       Тэхён как раз обходил этот стол, поправляя чуть съехавшие салфетки, когда услышал знакомый низкий бас, прозвучавший практически над ухом. "Отец тут", — промелькнуло у него в голове, и он глубоко вдохнул, прежде чем выпрямиться и повернуться.       — Здравствуй, отец, — произнёс он с натянутой вежливостью, стараясь избегать прямого зрительного контакта. — Как вы добрались?       У того из-за спины вылетела Ын Джин, запрыгивая на неуспевающего опомниться Тэ:       — Братик! Я так соскучилась! — она уткнулась ему в шею своим носиком-бусинкой.       — Привет, моя принцесса! Я тоже очень скучал! Как ты?       — Почему ты не приезжал ни разу к нам? Я так тебя ждала... — она нахмурила чуть свои бровки, но вмиг сменила гнев на милость, завидев яркие ягоды клубники на столе.       — Дорогая, — отец аккуратно взял одну ягоду и протянул своей дочери, — иди посмотри, что это за цветы такие интересные на арке.       Ын Джин радостно убежала выполнять данное ей поручение, а между родителем и сыном повисла неловкое молчание. Чонгук, как коршун, круживший на периферии, не спускал зоркого взгляда со своего омеги, будучи готовым вмиг встать на его защиту.       — Здравствуй, Тэхён, — отец протянул ему руку, хотя, по правде говоря, очень бы хотел заключить своего мальчика в объятия.       В глубине души его грызло чувство вины, разъедающее, словно кислота. Он видел, как Тэхён, его сын, уезжал, и знал, что сам оттолкнул его. Слова, сказанные в порыве гнева и непонимания, эхом отдавались в его голове, словно укоряя за несправедливость. Он обвинил Тэхёна в том, в чём тот не был виноват, в ситуации, которую он даже не удосужился толком расследовать. Горечь обиды и упрямство застилали глаза, не позволяя увидеть правду.       Он понимал, что гордость и тщеславие не позволили ему первым пойти на примирение. Он держал обиду, как щит, защищая себя от признания собственной ошибки. Но за этим щитом всё же скрывалась отцовская любовь, мучимая раскаянием и сожалением. И да, конечно, он знал, что у его ребёнка всё налаживается, и что он под чутким покровительством Сокджина, это успокаивало его растревоженную душу и давало хоть и небольшое, но ощущение спокойствия за судьбу единственного сына. Он помнил своего Тэхёна маленьким мальчиком — открытым, доверчивым, любящим. Как он мог так поступить с ним? Как мог не поверить ему? Эта мысль причиняла острую боль.       Сейчас, глядя на этого уверенного и спокойного Тэхёна, выстроившего самостоятельно свою новую жизнь, он испытывал смешанные чувства. Радость за сына переплеталась с горечью осознания своей вины. Он понимал, что упустил драгоценное время, которое мог провести рядом с ним, поддерживая и любя. Он раскаивался в каждом сказанном слове, в каждом проявлении холодности и отчуждения. Он сожалел о том, что не смог защитить, а самое главное — понять, что позволил обиде и упрямству взять верх над любовью. Теперь он будет стараться исправить свою ошибку, но шрамы прошлого останутся с ним навсегда, выступая напоминанием о своей недальновидности. Единственное, что ему остаётся сейчас — это надеяться, что со временем он сможет заслужить прощение сына.       Тэхён сжал в своей сухую крепкую руку в ответ и посмотрел отцу в глаза:       — Привет, отец... Я скучал...       Отец вымученно вздохнул в ответ, он не смог посмотреть сыну в глаза, опустив их в пол, и в его голосе чувствовалась усталость:       — Я был… не прав во многом, Тэхён. Надеюсь, ты сможешь простить меня со временем.       — Прошлое в прошлом, отец. Важно то, что сейчас. Поэтому давай просто насладимся этим чудесным днём и порадуемся за твоего брата, — он отпустил руку и сжал плечо отца в примирительном жесте, отпуская все свои обиды и прощая.       Да, забыть и делать вид, что ничего не было, не выйдет, но они постараются жить с этим. Ведь любовь всегда сильнее, чем злость и обида.       Чонгук, наблюдавший со стороны за этой картиной, не смог сдержать нежную улыбку радости и одновременно гордости за своего мудрого не по годам спутника жизни.

***

      И вот, как по мановению волшебной палочки, всё вокруг замерло, словно затаило дыхание, когда появилась пара. Сокджин, в элегантном кремовом костюме с удлинённым пиджаком, подчёркивающим его статный рост, с гордостью в глазах и нежной улыбкой, вёл под руку Чимина. А Чимин, словно небесное создание, в белоснежном костюме, украшенном тончайшей вышивкой, казался хрупким и невесомым, но уверенным в каждом своём шаге. В его глазах сияла такая любовь, что, казалось, могла осветить весь мир.       В этот момент время словно остановилось. Звуки зала — голоса говорящих, весёлые возгласы детишек, шелест официантов, снующих между гостями и столами — затихли, уступая место торжественной музыке. Все взгляды были прикованы к ним — к двум душам, готовым связать свои жизни навеки.       Гости, словно заворожённые, наблюдали за происходящим. За медленной, но уверенной процессией, следующей мимо них. Солнце кружилось вокруг, играя с идеально сочетающимся с костюмом новым цветом волос жениха, будто ведя вместо отца их к алтарю. В глазах у многих стояли слёзы — слёзы радости и умиления. К сожалению, тут не было родителей брачующихся, но все были уверены, что те с гордостью смотрели бы на своих детей. Многочисленные друзья улыбались, понимая, каким важным и долгожданным было это решение для обоих. Многие уже и не помнили времён, когда рядом с Сокджином не было Чимина. Коллеги, а свою компанию Сокджин пригласил в полном составе, восхищались красотой пары и искренностью их чувств, которые те умудрялись качественно скрывать и профессионально вести дела в рамках офиса. Дети стояли с открытыми ртами, засмотревшись. Казалось, в этот момент все были объединены одним общим чувством — чувством любви и надежды. Надежды на светлое и безоговорочно счастливое будущее.              Когда Сокджин и Чимин подошли к арке, регистратор начал церемонию. Его слова были наполнены мудростью и добротой, призывая молодых любить, уважать и поддерживать друг друга во всех жизненных обстоятельствах.       Настал самый торжественный момент церемонии — момент произнесения клятв.       Сокджин, с теплотой глядя в глаза Чимина, произнёс:       — Чимин, моя любовь, моя радость, мой смысл жизни. С того момента, как я встретил тебя, моя жизнь наполнилась светом и счастьем. Ты научил меня любить безусловно, преодолевать трудности ради других, верить в лучшее и ценить каждый момент. Всё, чего я добился в этой жизни — твоя заслуга. Ты — моя опора и поддержка. Обещаю любить тебя всем сердцем, оберегать от всех невзгод, быть также твоей опорой и поддержкой во всём. Я буду рядом с тобой в горе и в радости, в болезни и в здравии, во все дни нашей жизни. Ты — моя вечность, моя судьба, моя любовь.       Чимин, с глазами, полными слёз, крепко сжимая руку будущего мужа, ответил:       — Сокджин, моя опора, моя защита, мой самый любимый человек на свете. Ты подарил мне мир, о котором я не смел и мечтать. Ты научил меня быть сильным, смелым и уверенным в себе. Я повстречал тебя в тот миг, когда уже, было, отчаялся. Но ты снова дал мне веру в лучшее, в людей, в искренность и в будущее. Спасибо тебе. Обещаю любить тебя беззаветно, быть тебе верным и преданным, вдохновлять тебя на новые свершения и поддерживать во всех твоих начинаниях. Я буду твоим лучшим другом, твоим самым преданным партнёром и твоим самым любящим мужем. Я буду рядом с тобой всегда, в любую минуту, в любом месте. Ты — мой дом, моё счастье, моя любовь навсегда.       В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шмыганьем носов. Искренние слова молодых тронули сердца всех присутствующих. В этот момент казалось, что любовь Сокджина и Чимина может преодолеть любые препятствия и согреть весь мир своим теплом. Тэхён, как он думал, незаметно смахивал подступившие к глазам слёзы умиления и счастья. А Чонгук лишь молча сжимал его руку, лежащую на коленях, даря поддержку и понимание.       Когда регистратор объявил их супругами, гости разразились аплодисментами. Звуки радостных возгласов смешались с музыкой, создавая атмосферу невероятного праздника. Сокджин и Чимин обменялись нежным поцелуем, скрепляя свой союз навеки. В этот момент, кажется, даже солнце улыбнулось им, сверкая ещё ярке, посылая свои лучи счастья и благословения.       После трогательной церемонии и поздравлений, Сокджин и Чимин, теперь уже официально связанные узами брака, начали свой путь по залу, благодаря каждого гостя за то, что те разделили с ними этот особенный день.       Сокджин, с его природным обаянием, находил тёплые слова для каждого, а Чимин, словно светящийся изнутри, заражал всех своей радостью. Они обнимали родных, пожимали руки друзьям, благодарили коллег. Каждый чувствовал себя частью этого прекрасного события, ощущая теплоту и любовь, исходящие от молодожёнов.       Постепенно напряжение церемонии сменилось расслабленной атмосферой праздника. Гости с удовольствием ели изысканные блюда европейской кухни (не зря избирательный Чимин мучал своих друзей выбором и дегустациями), запивали их игристым вином, а поколение постарше — традиционным соджу. Разговоры стали более громкими и оживлёнными, смех звучал всё чаще, а на танцполе собиралось всё больше желающих повеселиться.       Настал момент первого танца молодожёнов. Зазвучала нежная, романтичная мелодия, и Сокджин с Чимином вышли в центр зала. Их движения были плавными и грациозными, словно они парили в воздухе. В их глазах читалась бесконечная любовь и нежность. В этот момент для них не существовало никого вокруг, только они двое, танцующие свой танец любви.       Танец плавно подходил к концу, молодые были окружены гостями, которые бурно им аплодировали. И пока все были в сборе, наступил долгожданный момент бросания свадебного букета. Чимин с лукавой улыбкой попросил всех незамужних омег собраться в одном месте, а сам встал к ним спиной и, громогласно посчитав до трёх, бросил букет в воздух. В напряженной борьбе за цветочный трофей в первых рядах прыгали Ёнми и Боми, но победил… Тэхён! А он даже и стоял-то в сторонке и участвовал чисто из праздного интереса. Зал взорвался смехом и аплодисментами. Тэхён, покраснев, смущенно улыбался, держа в руках букет и чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. Этот неожиданный поворот добавил ещё больше веселья и радости в атмосферу праздника. Чимин был счастлив, заливисто смеясь и обнимая друга, дядя лишь погрозил Чонгуку пальцем с ехидной ухмылкой. А Чонгук, в свою очередь, подошёл к Тэхёну и, одними глазами спросив немого разрешения, приобнял того за талию, вызывая удивлённые вздохи и перешёптывания, мигом прокатившиеся по залу.       — Ну что? Мы следующие, получается так? — Тэхён лишь закатил глаза, но всё же, набравшись смелости, целомудренно чмокнул в губы своего альфу на глазах у полного зала коллег и родственников.       К полуночи гости начали постепенно расходиться, унося с собой тепло воспоминаний об этом прекрасном дне. Молодожёны провожали каждого до дверей, благодаря за поддержку, поздравления и любовь.       Наконец, остались только они вчетвером. Уставшие, но счастливые. Пришло время для подарка от друзей — заранее забронированный номер для новобрачных в отеле Signiel Seoul. В этом шикарном отеле их ждал роскошный номер с панорамным видом на Сеул, шампанское, фрукты, цветы и романтическое оформление номера, включающее ванную с лепестками роз, чтобы расслабиться после долгого, пусть и такого радостного дня. Не ожидавшие такого подарка Сокджин и Чимин сначала растерялись, но быстро пришли в себя и под ободряющие увещевания покинули церемониальный зал, унося с собой любовь, переполняющую их сердца в этот момент.

***

      — К тебе или ко мне? — устало спросил Тэхён, доставая телефон из кармана изрядно помятых классических брюк, когда они завершили разговор с организатором, который и сам уже валился с ног, но обещал убрать и доставить все личные оставшиеся вещи по указанному адресу завтра.       — Я вызову, не переживай, — ответил ему Чонгук, и на его лице мелькнула хитрая ухмылка.       В такси было тихо и сонно, Тэхён позволил себе, как казалось, лишь на миг прикрыть уставшие глаза, а когда открыл их, не понял, в каком районе города они находятся. Вид из бокового окна не походил ни на его жилой комплекс, ни на район квартиры Чонгука. Он поднял голову с плеча альфы, вопросительно выгибая бровь. Но ответа не последовало. Таксист притормозил у ворот, пожелав пассажирам доброй ночи. Чонгук выскочил из такси первым, спеша распахнуть дверь перед своим любимым. А Тэхён, ничего не понимая, молча покинул машину и оглянулся по сторонам, вмиг растеряв всю сонливость.       — Это мой тебе сюрприз. Мне пришлось очень постараться, чтобы уладить все вопросы в такой короткий срок, но моя прошлая квартира совершенно не предназначена для жизни вдвоём, там даже стул на кухне и тот один! А я ведь предложил тебе переехать ко мне.       Чонгук опустил руку в карман своего пиджака и вынул оттуда что-то небольшое.       — Ким Тэхён, согласен ли ты жить со мной в нашей новой квартире? — он раскрыл ладонь, на которой лежал ключ, прицепленный к милому брелочку в виде котика.       Тэхён поднял полный недоумения и сомнений взгляд, несколько раз переводя его с лица Чонгука на его раскрытую ладонь и обратно, а потом накрыл её своей кистью, крепко переплёл их пальцы и тихо прошептал:       — Я согласен, с тобой я согласен на всё...