A Hoard Can, In Fact, Be People/Кладом На самом деле могут быть Люди

Изуку вспомнил Шинсо с Спортивного Фестиваля. Он вспомнил, что подросток дошёл до третьего раунда. Он вспомнил, как ответил на вопрос подростка, прежде чем оказался в ловушке его причуды. Он помнит, как сработали его инстинкты, и ярость от того, что его заперли и контролировали, освободила его от причуды подростка с фиолетовыми волосами. И он точно помнит ошеломлённый взгляд, когда Изуку выбил его за пределы поля в первом матче. Он пытался поймать мальчика в коридоре, чтобы рассказать о том, насколько крута причуда Шинсо, но, похоже, тот его избегал. Изуку повис на спине Тодороки, радостно размахивая хвостом, пока левая рука подростка пульсировала теплом на его чешуе, пока они с волнением слушали, что пишут остальные в чате класса. Это был первый понедельник после спортивного фестиваля, и все они с нетерпением ждали предложений о стажировках. Изуку оторвал голову от тёплой шеи Тодороки, когда дверь открылась и вошёл Айзава-сенсей. — На своё место, проблемный ребёнок, — упрекнул он его, даже не взглянув в его сторону. Изуку прочирикал в знак согласия, и это прозвище согрело его сердце. Он сел на своё место, прижав крылья так, чтобы Момо могла видеть. — Послушайте, Адские отродья, — обратился Айзава-сенсей к классу. — Как вы все знаете, с тех пор, как Минета ушёл с курса героев после USJ, у нас появилось свободное место. — Скатертью дорога, — проворчал себе под нос Изуку, вспомнив, как дважды выбрасывал мальчика из окна. — У нас есть кое-кто, кто займёт его место. Это Шинсо Хитоши, он заслужил место в этом классе. Ему понадобится помощь, чтобы наверстать упущенное, но я знаю, что вы позаботитесь об этом, — Айзава-сенсей указал на дверь, которая снова открылась, и вошёл подросток с фиолетовыми волосами. — Представься или как-то так. — Шинсо Хитоши, — протянул подросток. — Я здесь не для того, чтобы заводить друзей. Чувство, которое Изуку привык воспринимать как притязание, разлилось в его груди от этих слов. Он слегка затрещал, взмахнув кончиком хвоста. — Не обращайте внимания на проблемного ребёнка, — сказал Айзава-сенсей с такой нежностью в голосе, что Изуку и ещё несколько человек это заметили. — Иногда его инстинкты берут верх. Шинсо пожал плечами и подошёл к свободному столу между Изуку и Момо, опустившись на него, даже не взглянув на Изуку. — Итак, — Айзава-сенсей расхаживал взад-вперёд по проходу, бросая папки на парты. — Это предложения, которые вы получили после спортивного фестиваля. Внимательно изучите их. К концу недели вам нужно будет сделать выбор. Изуку нетерпеливо открыл папку, пробежал глазами по первой из нескольких страниц и ухмыльнулся, увидев сотни, если не тысячи имён, которые содержались в папке. — Вы можете поговорить между собой. И не надо, — Айзава-сенсей для убедительности сверкнул глазами, активировав свою причуду. — приставать к Мидории с советами. Пусть он сделает свой выбор, а потом попросите о помощи. Если только он сам не предложит помощь первым. — Спасибо, сенсей! — Прощебетал Изуку. — А теперь иди, — Айзава-сенсей махнул рукой, прежде чем забраться в свой ярко-жёлтый спальный мешок, на который Изуку уже несколько недель не мог наглядеться, и тут же рухнуть на пол. Изуку тут же развернулся в кресле, сосредоточив взгляд на своей новой коллекции. — Итак! Ты сделал это! Это потрясающе! — Разве я не говорил, что пришёл сюда не для того, чтобы заводить друзей? — вздохнул Шинсо, подняв усталые лавандовые глаза на Изуку. — Очень жаль, — пожал плечами Изуку. — Теперь ты мой. И вообще, кто тебе предложения делал?! Шинсо просто уставился на него на мгновение. — Что ты имеешь в виду под «я твой»? Тодороки наклонился вперёд. — Это драконьи инстинкты, — сказал он, ткнув Изуку ручкой. — Ты тоже получил от Него предложение? Изуку скривил губы, и из уголка его рта раздражённо вырвался клуб дыма. — К сожалению. Я не приму его, и тебе не стоит. Тодороки кивнул в знак согласия. — Я не планировал этого, я собирался присоединиться к тебе, если ты не против? Изуку кивнул, одарив его ослепительной улыбкой. — Звучит Заманчиво! — Значит, мы просто пройдём мимо всего этого драконьего инстинкта? — спросил Шинсо, приподняв бровь. — В значительной степени, — невозмутимо ответил Тодороки. Изуку слегка щёлкнул его хвостом. — Веди себя хорошо, Тодороки, — упрекнул он с тёплой улыбкой, прежде чем снова посмотреть на Шинсо. — Что ты хочешь узнать? — Что это значит, когда ты говоришь «я твой»? — повторил Шинсо. — О! Я, э-э, — усмехнулся Изуку. — Я коллекционирую людей, — сказал он. — Это просто так. Тодороки фыркнул. — Это хорошо. Он сделает тебя лучше, даже если ты этого не хочешь, и будет сражаться за тебя с Богом. Изуку кивнул головой в знак согласия. — Почти так. Шинсо уставился на него. — Почему. — Что «почему»? — Изуку склонил голову набок. — Почему я. Изуку на мгновение задумался. — Знаете, я никогда особо не задумывался, почему мои инстинкты выбирают людей, — сказал он, постукивая карандашом по подбородку. — Думаю, всё дело в людях, которыми я восхищаюсь? — Восхищаешься? — Шинсо насмешливо фыркнул. — Ты меня даже не знаешь. Кроме того, с чего бы человеку с идеальной причудой восхищаться человеком с злодейской причудой? Изуку сердито зашипел на это. — Не смей так говорить о своей причуде! — Сказал он, слова с шипением вырывались сквозь его зубы. — Твоя причуда удивительна, Шинсо. Она идеально подходит для героизма! Ты можешь покончить со всем без насилия, и это невероятно! Шинсо уставился на него, на его лице был явный шок. — И, кроме того, моя причуда может быть яркой, но взгляните на меня на секунду. Я не похож на героя. Думаете, надо мной никогда не издевались из-за того, что у меня просто есть рога? Острые зубы? Когти? — продолжил Изуку, вздыхая и качая головой. — Я восхищаюсь тобой за твою силу, которая позволила тебе зайти так далеко, несмотря на препятствия, с которыми ты столкнулся. Я восхищаюсь тем, как ты упорно трудился и пробивался к признанию, которого заслуживаешь. Шинсо быстро заморгал, а Тодороки тихо хмыкнул, изображая смех. — Да, он производит такой эффект, — кивнул Тодороки. — Итак, — Изуку постучал по папке Шинсо. — Ваши предложения?

* * * * * * * * * *

В глубине души, в потаённом уголке своего сознания, Шинсо чувствовал, что ему понравится быть другом Изуку.