Если бы ты не случился.

В ту ночь, Мин Су сумел выспаться. Тревожные сны не преследовали его и мальчишка постепенно отходил от ситуации. Растворялся в экзаменах, школе, Таносе… Как раз сегодня, в выходной вечер Танос позвонил ему.

"Мин Су, let’s come with me? Вечерком…"

"Сегодня? Хорошо!"

***

— Паршивец! Мелкая гнида! Говнюк! — разрасталось с кухни. Отец Чхве Субона, Таноса, снова притронулся к новой бутылке. Танос уже давно ничего не делал. Давно закрыл глаза и проживал здесь только по ночам, отсыпаясь дома и убегая на улицу. Не то чтобы он жаловался, ведь привыкнуть ко всему можно. Не потребовалось двадцати одного дня, как говорил их школьный биолог. Не потребовалось бы привыкать к этому, останься с ними мама. Не подними отец на неё руку. Может, где-то в другой вселенной? Может быть. — Сукин сын! Я к кому обращаюсь? — гаркнул отец, замечая в дверях сына. Тот накидывал куртку, кажется, собирался уходить, а ещё активно переписывался с кем-то. И ушел бы сразу. Танос не помнил, когда в последний раз он на него так накидывался. Всё-таки он вырос, оперился и мог постоять за себя. Вдарить по голове или в живот. Даже ударить бутылкой. Прямо как он сейчас. Тот, кого маленький Субон, малыш Танос, звал папой. Танос буквально задыхался. Так больно это было. И может, не столько больно физически, сколько морально. — Ты что творишь, урод?! — взревел Субон, замахиваясь в ответ. Эта животная бойня закончилась уже после пары тройки ударов со стороны Таноса. Несильных. Он лишь защищался, опрокинув мужчину на пол. Тот что-то бредил, от него разило спиртом. Это был не отец. Не человек вовсе. — Ненавижу, — острая боль в израненных костяшках пальцев будто бы разнеслась на всю ладонь, — как же сильно я тебя ненавижу, папа. Танос отстраняется, делает шаг назад. В глазах замылило, что-то похожее на подступавшие слёзы. Он и их стёр, рукавом ветровки. Пора идти. Мин Су наверняка его заждался и почему-то был не в сети.

***

Напряженный разговор с мамой казался почти пыткой. Особенно учитывая обстоятельства, то, как он впервые запротестовал. Было высказал ей всё, а на вопросе про Таноса резко выпалил. — Мин Су, сынок, ты же знаешь… Так нельзя. Я понимаю, что ты только-только обрёл себе друга и не хочешь расставаться. Субон хороший мальчик, но мне начинает казаться, что он нехорошо на тебя… — А что, если он мне не просто друг?! — не выдержал Мин, повышая голос, от эмоций поднимаясь из-за стола. Он, как провинившийся мальчик, смотрел в пол. Пытался подобрать слова, а когда подобрал, вдруг продолжил: — Я не могу так поступать с тем, кого люблю.

***

Правильно ли это было. Довести кого-то до слёз — ужасное дело. Особенно когда это была мама. Оно совсем не подходило кому-то, вроде Мин Су. Но ведь ему тоже больно. Его терзают тысячи мыслей, так ещё и навалившаяся проблема с переездом.

Вот бы упасть к тебе в объятия.

Мин Су только этого и хотел. Всхлипывая, утирая слёзы рукавом домашней кофты. Он выбежал из дома не подумав об одежде. — Мин Су!

Вот бы никуда не уезжать.

— Мин Су! Это был Танос. Он кричал, звал его, махая ещё задолго до того, чтобы подойти. Мальчишка выглядел подавлено, примерно так, как в их первую встречу: дрожащие губы, сжатые плечи. А ещё эти глаза… Переполненные слезами. — Мин Су? Ты почему так легко одет? Что случилось? Тебя кто-то обидел? Эй… Мин Су? — Танос был в смятении. Он не слишком умел успокаивать, даже терялся когда видел кого-то плачущего. А тут он видел кого-то. Его Мин Су. Мин Су, подавшегося к нему, обнимавшего и не перестающего всхлипывать. — Глупый… Тан… Танос, какой же я глупый. Прости меня, пожалуйста. Я такой ужасный,— хныча шептал мальчишка, где-то несвязно, что даже признающий "язык-пьяных" Танос, не мог понять того. — Эй, Мин Су… Тихо. Тихо, ну ты чего? Не говори так о себе, почему ты извиняешься? — Мы уезжаем в другой город. Я вспылил и наговорил маме о нас… Она точно возненавидит меня и не поменяет решения. Переезд. Ненависть. Он и Мин Су? Танос держал Мин Су крепко, не смотря на разболевшиеся костяшки. Сейчас ему было важнее держать и его, и себя. Он заметил насколько сильно замерз Мин Су. С его здоровьем, недавно отлежавшим целую неделю из-за переутомления, такие шутки были плохи. Они отошли не так далеко от дома, поэтому он принял волевое решение — отвести его домой. — Малыш Мин, — Танос постарался улыбнуться, заглянуть ему в глаза. Прошептать так спокойно, чтобы это спокойствие передалось ему, такому беззащитному сейчас. Доверчиво тычущемся ему в плечо, — пойдем домой? — Нет, туда точно нельзя… Мама ведь… — Ш-ш-ш… — подобно змею прошипит он, с поцелуями в темную макушку. — Я обо всём позабочусь.