Поклонники Французских Поцелуев

Гермиона замерла в изумлении.  Она стояла посреди мастерской художника. Повсюду стояли хосты с готовыми и полуготовыми картинами. Справа у стены располагался большой шкаф с принадлежностями для рисования: чистыми холстами, кисточками, красками… У дальней стены в глубине стол, заваленный пергаментом, эскизами и обломками карандашей.  Больше всего в этом творческом беспорядке поразили Гермиону изображения на картинах. Блейз рисовал магических существ. На ближайшей к Гермионе картине гордо поднимал морду большой гиппогриф. Чуть дальше у стены совершали полёт совы. Нюхлер, большой пёс с тремя головами, кентавр под звездным небом, гоблин за столом в банке Гринготс и… Гермиона затаила дыхание.  На большом холсте в центре комнаты располагалась большая картина огромного змея с раскрытой пастью.  Василиск.  Он был изображен в мельчайших подробностях: толстая кожа чуть отливающая зеленым под светом факелов, огромные клыки, с которых стекала ядовитая слюна…  - Ты видел его? - Только в виде трупа, но видел. - Его глаза… - Феникс Дамблдора выклевал их, чтобы Гарри мог с ним сразиться. Я долго думал, как мне их изобразить, а потом решил, что в центре картины будет пасть, и глаза могут быть закрыты. Я не видел глаз Василиска, поэтому не могу их нарисовать. - Это твое хобби?  - Это моя жизнь, - Блейз произнес это так просто, как будто ответил на вопрос о погоде, - мои родители не принимают это. Они хотят, чтобы я унаследовал семейный бизнес, продолжил писать  картины высокопоставленных особ.  - Ты не рисуешь людей?  - Рисую, но очень редко. Гораздо больше мне нравится рисовать магических существ. Я люблю смотреть как они оживают на листе.  Появился Терри с кружками горячего чая. Блейз и Гермиона сели за стол и беззаботно приступили к завтраку.  Смеясь над очередной шуткой слизеринца, девушка вдруг осознала, как ей с ним комфортно. Блейз Забини нравился ей. 

***

Тео негодовал. Да что уж тут говорить?  Теодор Нотт был в ярости!  Когда Забини не явился на завтрак. Это добило его. Только его чертов домовик с вежливым поклоном сообщил:  - Хозяин просил передать, что он пропустит завтрак с друзьями в Большом зале. И исчез. Чертов лис Забини. Малфой явно тоже был не в духе. Слова Терри его сильно обозлили. Блондин молча поглощал свой завтрак, в его взгляде застыли холодные льдинки, а движения были чересчур резкими. Неужели ему не так уж плевать на пари, как он демонстрировал?  У Тео ничего не выходило. Впервые!  Раньше он считал себя непревзойденным мастером флирта и соблазнения, но тут к нему пришло горькое осознание. Все эти девушки ХОТЕЛИ, чтобы он их соблазнил… С Грейнджер не работали его шутки и флирт, она фыркала и проходила мимо, распаляя его ещё больше и заставляя кусать локти.  А вот подход Забини явно успешнее, чем у других. Может, они уже уединились и… и… Тео закрыл глаза и громко выдохнул. - Тео? Ты в порядке?  Пэнси.  Появилась из неоткуда и положила руку ему на плечо.  - Отвали Она отшатнулась.  Он почувствовал это кожей. Но сейчас ему было плевать, что он груб. Лишь бы никто не лез! Тем более Пэнси, куда не повернешь, всюду она… А вот Грейнджер…  Что толку пытаться? Нужно искать другой подход! И как можно скорее! У него был козырь в рукаве - знание о том, где живёт гриффиндорка. Нужно воспользоваться этим знанием и как можно скорее! 

***

Если Тео был в ярости, то что тогда происходило с Драко?  Он чувствовал, что его кожа плавиться, а по венам начинает течь настоящий яд!  Уединились?  Чертов Забини!  Он всегда был более ловким дипломатом и обольстителем, чем кто-либо другой из их четверки.  А ведь после вчерашней ночи, когда он провожал Грейнджер, ему показалось, что что-то между ними промелькнуло. Какое-то понимание. Она даже была ему благодарна…  Хотя…  Что толку от благодарности? Она уже неделю каждое утро проводит с Забини, наверняка, он уже успел наплести ей всякого, возможно, даже влюбить в себя. За ним станется…  Может, вот сейчас, в этот самый момент, он уже касается её груди, к которой так хотелось прикоснуться ему сегодня ночью или, возможно, уже спустился ниже к её… Малфой остервенело поглощал свой завтрак, как будто это могло хоть как-то облегчить его душевное состояние. Но мысли о гриффиндорке не выходили из головы, выбить их оттуда казалось невозможным. 

***

Гарри Поттер с трудом открыл глаза.  Воскресное утро. Друзья уже ушли на завтрак, но он отмахнулся в тот самый момент, когда они попытались его поднять. Вчера он вернулся поздно. Очень поздно.  Голова немного болела, он со стоном перевернулся и поднялся.  Холодный душ немного отрезвил. Сегодня, несмотря на выходной намечалась тренировка по квиддичу и отдельное занятие по защите с Грейнджер.  Гарри усмехнулся.  Пари было глупым. Даже бесчеловечным. Вступая в него, Гарри решил для себя, что не собирается соблазнять гриффиндорку. Просто должен же быть кто-то, кто в курсе происходящего и сможет, если надо, остановить друзей.  Если они заиграются…  На поле для квиддича было пасмурно, Гарри не стал долго расхаживать по земле. Уже через пару минут его метла парила в паре метров от земли, пока он натягивал на глаза защитные очки и покрепче запахивал мантию.  Гарри любил приходить на тренировку заранее, чтобы немного полетать в одиночестве над трибунами, осмотреться и просто подумать. В небе он чувствовал себя гораздо более свободным, чем на земле. В небе он мог забыть о том, что он избранный, что он дважды одолел Воландеморта и прочее, прочее, прочее…  Гарри подставил лицо каплям дождя и глубоко вздохнул.  - Не ожидала, что в воскресное утро знаменитый Гарри Поттер будет проводить время в одиночестве на поле для квиддича, а не в кругу своих поклонниц… Слизеринец вздрогнул и открыл глаза.  Рядом с ним парила Джинни Уизли. На ней был спортивный костюм, рыжие волосы убраны в высокий хвост, плащ развивается по ветру.  - Уизли, - усмехается Гарри, - не ожидал встретить тебя сегодня на поле. - Решила размяться с утра пораньше.  - Похвально.  Они ещё пару минут смотрели друг на друга, пока нетерпеливая Джинни не выдержала. - Я хотела предупредить, твой дружок Забини что-то уж очень активно клеится к Гермионе, пусть держит свои знаменитые чары обольщения от нее подальше. Иначе я использую свой знаменитый летучемышиный сглаз! - Что? И на своего брата ты его тоже нашлешь? Уже каждому дураку в школе понятно, что она ему нравится… - Не твоё дело… - Занимаешься сводничеством? - Отвали! - В чем твоя проблема, Уизли? Мне казалось, я не сделал тебе ничего плохого. - Ты никогда этого не поймешь. Ты ведь избранный на стороне добра, поэтому априори не можешь иметь недостатков. С этими словами девушка резко развернулась и ринулась вниз.  Гарри вздохнул и полетел к озеру.