Литургия Зла

Ледяная вода обжигала. Сильно пробирала вечным, могильным холодом, от которого хотелось сбежать. Легкие сжимались от недостатка кислорода, а борьба с течением высасывала все возможные силы. В темноте не удавалось толком ничего разглядеть. Но буквально за доли секунды, что казались вечностью, Изуми все-таки смогла обнаружить своего спутника, который стремительно погружался на дно. Крепко ухватив его за руку, Мидория, сжав зубы, с силой потянула Даби за собой наверх. Но тяжесть бессознательного тела была невыносимой для хрупкой девушки. «Пожалуйста… Пусть боги услышат меня… Пусть его получится… Спасти…» — отрывисто проносилось в ее мыслях. В глазах уже были черные пятна, а просвета в этой бесконечной тьме словно не существовало. Отчаяние накатывало, но героиня усилием воли старалась подавить его, целиком и полностью сосредоточившись на спасении. И вот он… Долгожданный просвет, который внушил на толику секунды надежду. Однако… То была лишь трещина. Ладонь уперлась в плотный слой льда. Изуми принялась отчаянно колотить по нему, ощущая, как воздух в легких уже окончательно исчерпывает себя. Другой рукой она с трудом удерживала напарника, изо всех сил стараясь не отпускать. Неизвестно, сколько прошло еще времени, прежде чем хрупкая женская рука пробила среднюю по толщине корку льда. Острые ледяные края нещадно разрезали кожу, но боли Мидория не чувствовала уже давно. Она продолжала отчаянно проделывать им выход наружу, настойчиво делая отверстие больше. — ХААААА! Хх… Хх… — подтягивая спутника на себя, Изуми наконец-то смогла сделать широкую расщелину, выплыть и жадно заглотить воздух. Даби был без сознания. Приложив все оставшиеся усилия, Изуми кое-как смогла вытащить его на лед, а после с трудом выбралась сама. Окровавленные руки тряслись. От нестерпимого холода и чистого ужаса. Оба были на волосок от гибели. А ведь было еще чуть-чуть, и глубина реки поглотила бы две несчастные души окончательно… Оттащив парня на берег, девушка рухнула перед ним на колени и принялась усиленно давить израненными ладонями на грудь бывшего злодея. — Даби! Даби! Очнись! Умоляю, очнись! Очнись же! — пытаясь откачать воду из его легких, отчаянно всхлипывала Изуми, стуча зубами от холода. Он не реагировал. Тогда девушка, набрав в легкие побольше воздуха, приоткрыла его рот и принялась делать искусственное дыхание. В другой ситуации Изуми бы ужаснулась и сильно смутилась. Целовать кого-то, особенно бывшего противника — было чем-то из ряда вон для нее. Но сейчас могла ли она воспринимать этого человека как врага или… Злодея? Он спас ее, и не раз. Теперь ее очередь вытащить его. Это сработало. Изо рта парня пошла вода, и он начал сильно кашлять. — Ммм… Что… — хрипло, слабо произнес Даби, затуманенным взглядом глядя в лицо Изуми. — Живой… — выдохнула Мидория, отстраняясь и поднимаясь на трясущиеся ноги. — Приходи… В себя… Я… Я сейчас… Девушка осторожно прошла на уцелевший участок льда, забрала свои вещи, подобрала у берега рюкзак и вернулась. Даби уже принял сидячее положение, более-менее осознавая произошедшее. — Ты… — хотел было сказать он, но его перебили. — Потом. Все потом. — отрезала Изуми. — Нужно скорее найти укрытие… И обогреться… Они смогли в короткие сроки отыскать в лесу небольшую пещеру, которую закрывало много сухих лиан. Изуми помогла Даби сесть, а после принялась лихорадочно соображать, как быть. — Нужно высушить вещи. У нас почти все промокло. — тихо проговорила Мидория. — Еда уцелела, что радует. Но в остальном… Не густо. Даби коротко кивнул, отстраненно глядя в сторону. Его лицо было бледным, а губы — синими от холода. Заметив его состояние, героиня сказала: — Будь здесь… Я сейчас быстро насобираю хворост и вернусь. И… Только держись, хорошо? — с едва слышной мольбой проговорила последнее предложение. — Хорошо… — хрипло ответил ей бывший злодей. Хворост Изуми нашла быстро — сухих веток поблизости было достаточно. В это время она заметила, как небо заволокло черными тучами. Погода грозилась вот-вот перерасти в бурю. Вернувшись в пещеру, девушка быстро соорудила все необходимое для костра. — Д-Даби? — тихо обратилась она к парню. Тот поднял на нее уставшие синие глаза. — Сможешь разжечь огонь? — спросила Мидория, ощущая, как конечности уже сильно заледенели. Парень кивнул. На кончике пальца разжег синее пламя и поднес к костру. Огонь не сразу, но вскоре разгорелся и теперь дарил свое тепло. — Мокрую одежду бы не помешало снять… — произнесла Изуми, роясь в своем рюкзаке — единственном, что не намокло после заплыва. Она тяжело вздохнула. — Не густо. Могу пока что предложить тебе спальный мешок. Даби молчал, пристально глядя на девушку. Героиня украдкой взглянула на него и решила, что лучше не донимать его. Человек только что едва не утонул, так что шок объясним. Вместо лишних разговоров Мидория разложила спальник, быстро сняла с себя часть мокрых вещей и закуталась в утепленный костюм, тот самый, который успела снять перед тем, как нырнуть. Параллельно с этим она успела поставить котелок с водой, отыскать остатки чая в своем сухом рюкзаке, а после залить напиток кипятком и протянуть вторую кружку напарнику. — Почему? — растерянно прохрипел Даби, принимая горячий напиток и ощущая приятное тепло от посуды. — Что? — спросила Изуми, отпивая чай и одновременно с этим, пытаясь, сделать что-то вроде сушилки. Проще говоря, натянуть веревку между двух стен и привязать ее. — Почему не продолжила бежать? Почему нырнула следом? Почему ты делаешь все это? Почему ты… Спасла меня… — тихо закончил он. О нем никто так не заботился. Это видно по одному, до этого тщательно скрываемому факту — Тойя не умел плавать. О нем никто не волновался. Никто не пытался ни разу ему помочь. Никто не пытался спасти. Протянуть ту руку, в которой Даби когда-то отчаянно нуждался. Так почему сейчас? Почему сейчас, когда мир рухнул, когда больше ничего не имеет смысла, его… Спасают? Зачем? Для чего? У него нет цели. Нет смысла жизни. Только пустота. Умри он в той реке — не жалел бы. Но… Даби отчетливо помнил, как в той холодной темноте реки, в которой он тонул, где уже почти был готов уйти в мир иной, его схватила за руку хрупкая ладонь и потянула вверх. Парень не чувствовал тепла руки, но надежность, сила, та отчаянная хватка давали ему понять, что он может быть спасен. И его спасли. Тот, на кого он и подумать не мог… Изуми вздрогнула от такого вопроса и обернулась. Она взглянула в пугающие пустые глаза парня и внутри все сжалось. Мидория снова, как и в первую их встречу в далеком прошлом, видела перед собой того самого обыкновенного парня, которому просто сильно досталось в этой жизни. Которому не повезло. Которого… Не спасли. Девушка сделала нерешительный шаг в его сторону. Затем еще один. И еще… Пока не оказалась сидящей рядом с ним и крепко обнимая его. Даби вздрогнул, ощутив теплые объятия. Его глаза шокировано расширились. А Мидория медленно, тихо, искренне заговорила: — Ты… Тебе просто не протянули руку когда-то. Просто… Не спасли. — она ощутила, как парень вздрогнул после этих слов и продолжила. — Я знаю. Сама была такой. Полной отчаяния, злой от несправедливости, боли. Надо мной много издевались, и не раз предлагали покончить с собой. Но потом… Мне протянули руку. Сказали, что я смогу быть героем. И я смогла. Поэтому сейчас… Я вижу в тебе некое отражение себя? Да, у нас разная боль, но… Я просто хочу тебе протянуть руку. Помочь. Спасти. И… Ты успел стать мне небезразличным человеком. Я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Вот и все. Даби ощущал, как его бьет мелкая дрожь. Девчонка, ровесница его младшего брата, увидела в нем то, что он так упорно пытался спрятать за маской последней мрази. Человек из героев, которых он всю жизнь презирал, протянул ему руку, вытащил из ледяного озера, спас его никчемную, жалкую жизнь… — Тойя. — прохрипел он, поддавшись какому-то внутреннему порыву. — Что? — удивленно переспросила Изуми отстраняясь. — Меня зовут Тойя. — терпеливо повторил парень. — Пусть хотя бы ты будешь знать мое настоящее имя. — едва слышно закончил он. — Понятно. — слабо улыбнулась Мидория. — Я запомню. Девушка, немного смутившись, отпустила его и вернулась к развешиванию мокрых вещей. Тодороки некоторое время наблюдал на ней, то и дело, отпивая, чай. Как ни странно, сейчас этот горячий напиток казался ему самым вкусным на свете. Он согревал его изнутри и дарил некое умиротворение, которое уже очень давно не ощущалось. — Нужно просушить твои вещи. — спустя пять минут раздался голос Изуми. — Я не буду смотреть. Просто сними их, оставь рядом и ложись в мой спальный мешок. Он уцелел. — Как скажешь, моя героиня. — с беззлобной усмешкой отозвался Тойя, снимая с себя мокрые вещи. Он быстро стянул с себя осточертевшие мокрые тряпки и, скрепя зубами от холода, мигом замотался в сухой спальник. — Можешь поворачиваться. Изуми повернулась, удовлетворенно кивнула и быстро развесила мокрые вещи на импровизированную сушилку. Устало опустившись рядом, она подкинула еще дров в костер и зевнула. — Эй. — тихо окликнул ее Даби. — Да? — спросила Мидория. — Ложись ко мне. Здесь достаточно места для двоих. — предложил ей парень. — Вдвоем быстрее согреемся. — У меня все белье мокрое. Не лягу же я к тебе голой. — смутилась девушка. — Не волнуйся. Я торжественно клянусь не совращать вашу непорочную персону. — хрипло хохотнул он, пошутив. — А теперь, если не хочешь заболеть, снимай все мокрые тряпки и лезь ко мне. Я не смотрю. Тяжело вздохнув, Изуми признала, что Даби прав. Заболеть не хотелось, так что лучше выбрать из двух зол меньшее. Разок и можно пережить. Стянув с себя все вещи и развесив их, Изуми, дрожа от холода, поставила обувь сохнуть возле костра и пулей нырнула в теплый спальник к Даби. Парень в свою очередь повернулся к ней и крепко обхватил за талию, согревая…

***

Изуми снилось, как она блуждает по темноте.

Вокруг была пустота. Пугающее ничто.

Затем пространство постепенно меняется и Мидория видит мутные силуэты. В груди все сжимается от страха, волнения, боли.

— Отпусти. Моих. Друзей. — жестко, с расстановкой требовал женский силуэт.

— Боюсь, пока ты первая не сделаешь шаг, я не сделаю свой. — в голосе мужчины отчетливо слышна ядовитая усмешка.

Затем видение резко стерлось и нависла тьма. Изуми обернулась, в надежде увидеть еще какую-нибудь подсказку, но в место этого застыла, скованная от липкого страха.

Перед ней стояла… Она сама.

Бледная, истощенная. Привычные кудрявые волосы словно потеряли свой блеск. Лицо было серым, под глазами темные круги. Губы сухие, треснутые, а с уголка с них стекала кровь. А некогда яркие зеленые глаза были стеклянными и смотрели в никуда.

Мертвыми…

Руки девушки были неестественно изогнуты.

Сломаны.

Пальцы покрыты кровью, как и темный геройский костюм.

Изуми ощутила, как от ужаса в горле появился ком, а волосы едва ли не встают дыбом, когда некто, принявший ее облик, протянул к ней дрожащую ладонь, в которой была цепочка…

— На…й…дии… — прошелестело оно.

— Ч… Что это? К-кто т-ты? — едва смогла вымолвить Мидория.

— Я — эт.о тыыы… — эхом раздался ответ. — А эээто… От…твеееет…

Цепочка свесилась с окровавленной руки. Вместо кулона, в ней был закреплен какой-то смутно знакомый камень. Изуми старалась запомнить, но образ постепенно расплывался.

— Найдииии… В…Вспомнииии…

***

Мидория резко проснулась, ощутив чье-то хриплое дыхание рядом. Девушка тут же развернулась и увидела, как Даби тяжело дышал во сне. Дотронувшись до его лба, героиня поняла, что дела плохи. Парень заболел, и очень сильно. Быстро выбравшись из мешка и одевшись, Изуми принялась судорожно думать, как быть. Симптомы парня говорили, что у него по меньшей мере воспаление легких. Но самое скверное… Необходимых препаратов у них не было. Она хотела было разжечь костер, как вдруг услышала шум снаружи, от которого моментально похолодело внутри, а сердце сделало кульбит. Сглотнув, Изуми аккуратно выглянула и едва волосы не встали на затылке от страха. К ним шли Бакуго и Киришима. «Если они нас найдут… Будет плохо… Очень плохо…» — мгновенно осознала она. — Даби! — она тут же кинулась к нему и попыталась растормошить. — Тойя! — с отчаянием попыталась позвать его. Бесполезно. Из-за лихорадки он не приходил в себя. «Что делать? Что мне делать?!» — паниковала героиня, пытаясь придумать, как им спастись. Бежать некуда. Да и не в таком состоянии. Осталось только попытаться спрятаться в глубине пещеры, но и она не спасет, если зайдут внутрь и найдут их следы пребывания. Выбора не было. Изуми схватила края спальника и потянула его за собой, вглубь. Однако пещера была недостаточно глубокой и спина быстро уперлась в тупик. Шум приближался. Мидория, устроив напарника за собой, достала старый перочинный нож и приняла боевую стойку. Если уж на то пошло, то она сделает все, лишь бы отдать их жизни подороже. Пойдет против любого, но заберет с собой на тот свет. Даже если это были ее друзья… Она слышала, как кто-то вошел в пещеру. Молча осмотрелся. И теперь двигается в их сторону. Шаг. Еще один. Еще… Свет фонаря неприятно резанул по глазам. Изуми, крепче сжимая рукоять ножа, приготовилась. Перед ней был… Киришима. Один. Он также ошалело глядел в ответ на бывшую подругу, затравленную, но готовую в любой момент кинуться и дать отпор. Резко нахмурился, увидев за ее спиной тяжело дышащего Даби, но не спешил что-либо предпринимать. Перевел взгляд, украдкой глянув на выход из пещеры, будто что-то прикидывая в уме. Затем Эйджиро снова повернулся к ней и пристально смотрел в глаза, словно пытаясь отыскать в них ответы. — Пожалуйста… — одними губами молила она, продолжая сжимать перед собой нож. Киришима молчал, будто взвешивая все возможные последствия и пытаясь принять решение. А после… резко развернулся и ушел. Сердце Мидории ухнуло куда-то вниз, а тело затряслось сильнее.

Вот и все.

Конец.

В гробовой тишине Изуми отчетливо слышала каждое слово, которое произносили снаружи. И этот момент был мучительным. Она уже была готова ко всему, уже лихорадочно придумывала способы обезвредить обоих парней, но… — Ну? Нашел чего? — спросил Бакуго, который, очевидно, только подошел откуда-то. — Нет, ничего кроме зарослей и грязи. Будто след простыл. — невозмутимо солгал другу Киришима. Изуми пораженно застыла, пытаясь переварить услышанное. Он… Не сказал? — Ты вообще уверен, что они могли выжить? Ты же видел тот треснувший лед. Утонуть как два пальца об асфальт. — продолжал говорить Эйджиро с таким натуральным сомнением, что даже она поверила в эти слова. «Прирожденный актер, ничего не скажешь» — сглотнула ком Мидория, взмолившись, чтобы Бакуго поверил на слово другу и не стал проверять пещеру. — Не знаю. Но проверить все не помешает. — тяжело вздохнул Бакуго. — Из-за блядского дождя собаки не могут взять след. А следов на земле и вовсе не осталось — поганая погода все размыла. — Забей ты уже. Сомневаюсь, что они выжили. А если и выжили — полчище Ному неподалеку их добьет. — ответил Эйджиро. — Ты не понимаешь, да? — раздраженно спросил он. — Я из-за нее тогда остался без причуды! Из-за нее! Раз она вдруг решила ожить, значит, я отправлю ее назад к праотцам за то, что произошло по ее вине! И этот ублюдок Даби… Приятный бонус расправиться с одним из главных говнюков! У Изуми перехватило дыхание от этих слов, а нож в руках сжался с новой силой. — Я не собираюсь тебя ни в чем убеждать. — устало выдохнул Киришима. — Раз уж хочешь их найти, тогда не будем терять время и идем дальше. Но я более чем уверен, что они утонули в реке. — Пойдем тогда вниз по реке. Если так, то тела должно вынести течением туда. — ответил ему Кацуки. Шаги стали удаляться от пещеры. Изуми, которая не шевелилась от страха, наконец-то смогла выдохнуть и даже издать истерический смешок. Только что она буквально была на волосок от гибели. И не только — Даби почил бы с ней. Но почему? Почему Киришима не рассказал ему, что они здесь? Почему увел Бакуго в другом направлении? Ответ напрашивался сам собой. Эйджиро упоминал, что Изуми спасла их тогда. И хотел ответить тем же. «Нужно с ним поговорить. Он знает больше о том, что произошло тогда.» — подумала Изуми, опуская нож. Ноги подкосились и она устало опустилась на колени рядом с напарником. — «И как-то найти лекарства еще… Пожалуйста, если меня слышат Боги… Пусть Даби окажется сильным и справится с лихорадкой…»

***

К вечеру Даби стало еще хуже. Изуми толком не отходила от него, то и дело смачивая тряпку в воде и кладя ему на лоб. Костер она опасалась разжигать ввиду того, что их могли обнаружить. Все это только усугубляло ситуацию. Переживала она не зря. Увидев сквозь лианы мелькающий в темноте свет, девушка резко схватила нож и встала около входа. Когда крупный мужской силуэт вошел внутрь, она резко повалила его на землю и приставила нож к горлу. — Тише! Тише! Это я! — раздался знакомый голос. — Киришима… — Изуми ощутимо выдохнула. Убрав оружие, она слезла с парня и помогла подняться. — Зачем ты здесь? — устало спросила Мидория. — Помочь. — слабо улыбнулся он, после чего достал из небольшой сумки мешок и вручил ей. — Возьми. Здесь лекарства и кое-какие припасы. На пару дней должно хватить. — С…Спасибо. — удивленно поблагодарила Изуми, принимая мешок. — Почему? — Что? — Почему ты соврал Бакуго? Почему помогаешь? — поджав губы, настороженно спросила Мидория. Она присела рядом с Даби и принялась искать необходимый препарат, то и дело искоса поглядывая на старого друга. — Я считаю, что Бакуго не прав. — ответил ей парень, присаживаясь рядом и наблюдая за тем, как бывшая одноклассница, вобрав в извлеченный из упаковки шприц антибиотик, начала ставить укол злодею. — Ты спасла нас тогда. Я… Считай, что вернул долг. — Спасла? — спросила Мидория, извлекая иглу с руки больного и закрывая шприц колпачком. — Да. Почему ты…? — удивился Киришима, а после догадался. — Ты разве не помнишь? — Нет. — покачала головой Изуми, устало откинувшись на камень рядом с бывшим одноклассником. — Все сложно. У меня из памяти словно исчез целый кусок жизни. — Хм… — задумался Эйджиро. — А я только думал спросить тебя, как ты выжила и где скрывалась все это время. — Я не знаю, Киришима. — ответила ему Изуми, зарывшись пальцами в волосы. — Я запуталась окончательно. Последнее, что я помню, это то, как собиралась уходить из Академии. Затем смутные отголоски чего-то страшного… А потом я очнулась в убежище Даби. Он нашел меня на руинах той базы. Мы заключили договор, что он проводит меня к вам. И все это обернулось… Вот так… Я никому не хотела вредить. Только найти хоть кого-то из вас, присоединиться и помочь. А в итоге… — Хм… — Киришима задумался, а затем воскликнул, стукнув кулаком по ладони. — Точно! Изуми с удивлением смотрела на него. Киришима, поймав ее взгляд, пояснил. — Я вспомнил кое-что. — ответил ей бывший одноклассник. — Эри. — Эри? — девушка сразу вспомнила малышку в красном сарафане. — Как она? Жива? Все ли хорошо с ней? — с искренним беспокойством спросила Мидория. — Да, да! Не переживай, она в безопасности и ни в чем не нуждается! — поспешил заверить ее Эйджиро, а затем, помявшись, решился рассказать. — Так… Думаю, стоит начать сначала. В общем, ты действительно ушла из Академии. Тебя долго не было, мы с ребятами волновались. Поэтому я, Бакуго, Урарака, Иида и Тодороки отправились на твои поиски. Хотели вернуть в Академию, помочь, предупредить об опасности… И вот… — взгляд парня опустел, а губы сжались в тонкую линию. — Угодили в ловушку Все за Одного. Нас взяли числом, не смогли сопротивляться долго... Все за Одного... Он… Пытал нас. Очень долго. У Бакуго отнял причуду. Мне же повезло, что ему не была нужна моя причуда. Урарака и Иида… Не пережили пыток. Я помню, что после того, как он записал тебе видео обращение, они уже были мертвы. Дальше все как в тумане, вроде, отключились на несколько часов. — голос парня стал пугающе пустым. — Я помню, как очнулся. Ты била меня по щекам, плакала. Сказала забрать Бакуго и уходить, а сама пообещала забрать Тодороки и выбраться следом. Мы с Бакуго успели уйти, нас как раз подхватили герои и оказали помощь, но… Когда к вам помчались на выручку, прогремел взрыв… Изуми сглотнула ком, а глаза девушки пугающе опустели. В голове снова раздались крики, леденящий душу смех… — Я никогда не забуду тот день. — продолжал говорить Киришима. — У меня словно весь мир рухнул, когда я увидел, как все здание подлетело в воздух. Как его объяло пламя. Как все в миг превратилось в груду камней. А потом эти гребанные политики. Бакуго идиот, раз обвиняет во всем только тебя. На самом деле это все наше правительство и долбанные идиоты из топа героев, которые в ответ на взрыв тоже решили активировать бомбы, причем не только в нашей стране, но и по всей планете. И вот… Мир уничтожен из-за их алчности, жадности и высокомерия. В один чертов день. К слову, мы потом многих казнили. А те, кто выжил, раздули пропаганду и свалили все на тех, кто умер. Особенно — на тебя. Мол, все началось с идиотского поступка девчонки, которая кинулась к Все за Одного спасать друзей и в итоге мир пал. Многие в эту чушь охотно поверили. А те, кто ее раздул, выдохнули, ведь теперь не им отвечать за те грехи, которые не искупить. — Киришима, я… — попыталась сказать свое мнение Мидория. Ее резко прервали. — Не надо. — покачал он головой. — Ты ни в чем не виновата. Никогда не была. Просто так получилось. Мы сами выбрали тогда отправиться на твои поиски. Сами повелись на ловушку Все за Одного. А ты не бросила, пришла на помощь… Благодаря тебе я и Бакуго смогли оттуда выбраться. Но, как видишь, Айзава-сенсей был прав. История не любит истинных героев. И пишут ее победители. — И все же… — взгляд девушки был полон обреченности. — Я виновата. Все действительно произошло из-за меня… — Это не так. — он положил руку на ее плечо. — Правда, не так. Не взваливай все на свои плечи, ясно? Поверь, в этой истории и ты, и даже этот, — он указал на спящего Даби, — большие герои, чем все те мрази. — Непривычно от тебя слушать такую речь. — натянуто улыбнулась Изуми, а затем тут же удивленно спросила. — Стоп, погоди? Ты считаешь Даби героем? — Ну, — Эйджиро почесал кончик носа, — если отбросить его прошлое и некоторые детали, то да. Он спас Эри, да и не раз помогал мне лично скрыться от Все за Одного. Чтобы там Бакуго не думал, но я нормально отношусь к Даби, хоть это и странно. — Почему он помогал вам? И как спас Эри-чан? — спросила Мидория с неподдельным интересом. — Был бой. Злодеи атаковали UA и уничтожили. — поджал губы Киришима. — Здание начало рушиться, а в нем оставались люди. Многих не удалось спасти. Эри тоже едва не погибла под завалами, но там ее как раз нашел Даби, который искал Старателя. Не знаю, нашел ли тогда, однако Эри он вывел из обрушенного здания и отдал мне. Потом быстро ушел. Даже поблагодарить не успели. Поэтому, каким бы мудаком Даби не был, в нем все равно больше человечности, чем в тех, кто живет сейчас в том же Последнем Очаге. Тебе повезло наткнуться на него, честно. — Ясно… — прошептала девушка. Это была приятная неожиданность. Даби хоть и уже немного открылся ей, но узнать больше о его поступках, особенно хороших, было замечательно. — И все же я рад. — искренне улыбнулся Эйджиро. — Очень рад, что ты выжила. Даже не верится. — Но понять бы как? И почему только я? — Изуми растерянно опустила руки. — Вот мы и вернулись к началу. Все дело в Эри. — настрой парня тут же стал серьезным, даже слишком. — Эри рассказывала, что перед тем, как ты ушла из Академии, она вручила тебе кусочек своего рога, в котором была ее причуда. — Что? — пораженно застыла Мидория. — Да. — кивнул он. — Она вручила тебе подвеску, в которую вставила свой рог. Думаю, это могло каким-то образом спасти тебя. Изуми вспомнила свой сон. Вспомнила, как она протягивает себе самой посеребренную подвеску с кусочком странного камня. Зеленые глаза упали на руку, где были опоясывающие шрамы. Вероятно, как раз от этой самой подвески. — Но как? Разве ее причуда может так работать? — прошептала она, поднимая глаза и с неверием глядя на друга. — Причуда Эри, — медленно заговорил Киришима, обдумывая, — мало изучена. Раз ты здесь и ни капли не изменилась, возможно, она каким-то образом успела перенести тебя вперед, либо же просто уберегла от урона, но позволила очнуться только спустя определенное количество времени. А раз ты не помнишь деталей… Травматические воспоминания могли просто заблокироваться психикой, а последних трех лет попросту нет. — Хорошо, допустим, это так… — Изуми решилась задать еще один волнующий вопрос, ответ на который боялась получить больше всего на свете. Смутные догадки и предположения изводили, так что пора бы узнать правду, пока есть возможность. — Киришима-кун… Скажи… Ты не знаешь, что стало с моей причудой? — А что с ней? — удивился он, мгновенно осознав. — Так вот почему ты не защищалась. Я все думал, почему ты там, возле ворот не применила силу, а ты… Ты не могла. — Когда я очнулась, то поняла, что не чувствую своей причуды. — обреченно созналась Изуми, стиснув кулаки. — Совершенно. Я боюсь, что Все за Одного мог забрать её, но Даби сказал, что ничего похожего не видел у него. — Согласен с ним. — тут же отрезал Киришима. — Все за Одного так и не получил Один за Всех, если верить словам Всемогущего, да упокоят боги его душу. — и заметив удивление, дополнил, — Да, я знаю о твоей причуде, вашей связи с символом мира. Знаю, что ты была его преемницей. Всемогущий перед смертью многое нам рассказал. Так что точно тебе говорю, Все за Одного не получил твоей причуды. Во всяком случае он ни разу не демонстрировал эту силу, в отличие от причуды Бакуго или Тодороки. Их способности он использовал далеко не раз. — Тогда что с ней стало? — поджала губы Изуми, уже предугадав ответ. Просто боялась услышать его больше всего на свете. — Есть предположение, что ты могла сама от нее избавиться. — едва слышно ответил Эйджиро, отведя глаза. — Нет… — руки безвольно рухнули, а ком подкатил к горлу. — Нет… — Помнишь Мирио? — она сдавленно кивнула. — Его же лишили причуды с помощью антипричудной вакцины. А зная, как наши учителя полюбили подстраховываться, уверен, что тебе могли тоже дать такую жидкость с собой. — Думаешь, я могла стереть собственную причуду, чтобы она не досталась Все за Одного? — обреченно спросила она, обняв себя руками. Она чувствовала себя как никогда уязвимо. — Другого объяснения у меня нет. Повисла тишина. Каждый обдумывал полученную информацию. Наконец, Киришима произнес: — Мидория. — он серьезно посмотрел на нее. — Путь на базу тебе заказан. Лучше уходи, как можно дальше и покинь Японию как можно скорее. Уверен, что скоро тебя начнут искать не только мы, но и приспешники Все за Одного. — Киришима, я… — хотела было начать отказываться Изуми, как ее перебили. — Нет. Пожалуйста, послушай. — Эйджиро взял ее за руки и проникновенно посмотрел в глаза, как обычно, делает тот, кто искренне переживает за настоящего друга. — Не пытайся ничего исправить. Уже поздно, очень давно поздно. Никому не помочь. Просто смирись — есть грехи, которые не искупить. Действия, которые не исправить. Поэтому беги. Я долго не смогу водить Бакуго за нос, рано или поздно он все поймет. Злодеи тоже не дремлют. Особенно Все за Одного. Твое имя для него — красная тряпка для быка. Он будет искать тебя. И его…- Киришима указал на бывшего злодея, — Знаю, что Даби сбежал тогда. И судя по тому, как он тебя защищает, ты не останешься без защиты. Только поэтому я ничего не стал предпринимать. Так что когда Даби очнется — бегите. Бегите как можно дальше. Я постараюсь дать вам форы в пару дней, попытаюсь отвести Кацуки в другом направлении. Но больше ничего обещать не могу. Нашего прежнего мира не существует. И достучаться до Бакуго тебе не удастся. Пожалуйста, прислушайся ко мне. Я искренне желаю тебе добра. — Ты мог бы пойти с нами. — Мидория сжала его ладони в ответ. — Если тебе здесь плохо. — Нет. — покачал он головой. — Я не могу бросить Бакуго. Мы через многое прошли вместе, так что… Если меня не будет рядом с ним — он лишится рассудка окончательно. Потери сказались на нем намного сильнее, чем ты думаешь. Киришима поднялся с места и направился к выходу. Изуми встала следом и нагнала его у выхода. — Киришима… — девушка крепко обняла парня. — Спасибо. Большое тебе спасибо за все. — Береги себя. — ответил ей Эйджиро, обнимая в ответ. — Ты потрясающий человек, кто бы что ни говорил. Помни об этом. — Запомню. — грустно улыбнулась она. Парень, кивнув на прощание, покинул пещеру…