Эпилог
8 января 2025 г., 00:28
«Алиетт»
2559 год
Кончиками бионических пальцев я касаюсь титановых дужек очков и кладу их на стол из закалённого стекла. Перед моими искусственными глазами огромный голографический экран с изображением места, уничтоженного голодом, холодом и засухой и возродившегося вновь. Над экраном зелёным цветом мигает надпись «Трое выживших». Я вытягиваю вверх затёкшую руку, разминаю шею от долгого сидения и вскидываю взгляд за соседний стол. Огромный экран, на нём изображено место, охваченное льдом и болезнью. Посередине большая красная надпись «Выживших не осталось». Глядя на это, я победно ухмыляюсь и говорю: — Кажется, ты проиграл, Гарт. — Пфф… — Гарт презрительно фыркает, глядя на мой экран, и добавляет: — трое? Всего трое? И это, по-твоему, победа? — У тебя вообще ноль, так что, да, я считаю это победой, хах… — У каждого из них по три смерти, это проще простого. — У каждого из твоих тоже. — У меня условия были куда суровее твоих. — Поэтому у тебя и люди были более приспособленные, чем мои. Эти засранцы из «Свободы» жили в тепле и изобилии, а потому не были ни к чему готовы. В отличие от твоих… где они у тебя там жили? В ледниках? — У них была целая подземная сеть ферм для выращивания культур, представь. Прямо под землей. Вся их экосистема находилась под землей, дома, школы, даже церковь. Они считали солнце своим богом и использовали его энергию. Они научились выкачивать её снаружи и использовать под землей. Они закупоривали солнечный свет в такие стеклянные банки, а когда надо доставали его и использовали. Подумать только! Это невероятно! — Видел бы ты, что мои закупоривали в чертовы банки, — вспоминая это, я тоскливо усмехаюсь, — вот видишь. Приспособленные, продуманные и умеющие выживать в любых условиях. Но затем пришёл ты и угробил их всех ко всем херам. Как так, Гарт? Хаха… кошмар! Ну какой с тебя Бог? — Ой, угомонись уже! Много ты понимаешь в этом, Алиетт! — Ещё как много! «Свобода» пережила холод, голод и болезнь, она пережила раздор, раскол и каннибализм. Они пережили жажду, злобу и безысходность, — я говорю об этом с восторгом, — эти люди, казалось бы, не приученные и не привыкшие ни к чему, выжили. И всё знаешь благодаря чему? Моему чуткому руководству. Так-то. — Чуткому? — Гарт издевательски посмеивается, — от голода и ужаса твои люди вынуждены были сожрать друг друга, по-моему, до чуткого твоему руководству о-очень далеко, Алиетт, хах… — Моя цивилизация будет жить, а твоя нет. Вот и всё. Я буду Новым Богом. Просто признай, что ты продул. — Отец не доверит тебе ни один мир после того, что ты выкинул со «Свободой», даже и не надейся. — Видишь эту надпись? — я тычу бионическим пальцем в зеленую надпись «Трое выживших» и говорю: — она зеленая, а значит, я победил. Кроме того, нас осталось совсем мало, а миров видел сколько? У нас тут не будет конкурса «Три Бога на мир», ясно? Отец поставит того, кто справился. Меня. — Подумать только… — разочарованный Гарт взъерошивает свои искусственные волосы, перебирает их уцелевшими биологическими пальцами и говорит, тяжело выдыхая: — дожили же мы до времён, когда кретинов делают Богами. — Ты просто завидуешь тому, что у меня будет свой мир, а у тебя нет. — В таком случае, мне уже жаль твой мир, — Гарт продолжает издевательски подсмеиваться, как делал это постоянно, — ну и кто выжил в твоей дрянной «Свободе»? — Сиэн, малышка из банки и Райзен… хм… мой любимчик. Разумный, нежный и расчетливый. Кстати, я с самого начала на него ставил, так что помимо прочего, у меня ещё и интуиция прекрасно развита. — В нём было что-то особенное? — Хм… — улыбка исчезает с моего лица, а в голове всплывают наши общие воспоминания о том времени, когда мы были близки, о том времени, когда он сам становился частью меня. Кажется, будто я всё ещё слышу в своей голове его ласковый, неземной голос, — да, пожалуй, ты прав… он был особенным. — И ты так скверно обошёлся с его миром и с его домом, ууу… — Они жили в этом жестоком мире, окруженном черт возьми откуда взявшимся черным лесом задолго до меня. Всё, что я сделал, так это «провёл» их через его дебри и подарил им будущее. Не делай из меня монстра. — И что теперь? Ты останешься там? — Хм… — я снова вспоминаю лицо Райзена, его голос, его прикосновения, и, усмехаясь, говорю: — а ты что думал, я с тобой тут останусь? — Кто бы сомневался, что ты откажешься от возможности потешить своё эго. Кстати… — Гарт ёрзает в кресле, а поворачиваясь ко мне вполоборота, спрашивает: — почему «Свобода»? — Потому что «Свобода» — это то, чего им никогда не видать, хм… Вот же ирония, согласись? *** Отзыв добавляет плюсик к Вашей карме. Честное слово. ***
