Грейсон. Пятьдесят оттенков несвободы

Нюх-нюх! Лизь-лизь! - Пфе! – Дик мгновенно просыпается и отстраняется, когда его лицо покрывается чем-то склизким и неприятным. Смахивая с глаз слюну, Дик смотрит перед собой и видит морду большого зеленого пса. - Ты спишь на диване в наказание за проваленную миссию? – спрашивает его пес самым что ни на есть человеческим голосом. - Наказание?.. – не до конца осознает смысл сказанного Дик. - Гарфилд! Не смей так разговаривать с Диком! – тут же звучит знакомый женский голос в стороне. - Кори... - А что? Какое у него еще оправдание для сна на диване в гостиной? – говорит пес и устремляется к столу. В прыжке он закидывает лапы на колени девушке и зубами вырывает из ее рук пончик. - Эй! – возмущенно выдает Старфайр. - Пончики вредны для женской фигуры, – отвечает зелёный пёс, прожевав свою добычу. – Собакам же от них ничего не будет. Он садится на пол, облизывает морду и смотрит выпрашивающим взглядом на девушку. - Ты не собака, Гарфилд, – напоминает она ему с осуждающим вздохом. - Присмотрись получше. У меня даже хвост есть, – отвечает Бистбой, виляя лохматым хвостом. - Тогда мы отсыплем тебе собачьего корма на завтрак, – говорит Аквалэд, входя в комнату и потягиваясь. - Фу! Это издевательство над животными! Вернее, над людьми! – скривится Гарфилд, превратившись обратно в человека. - Тебе бы определиться, – произносит Дик, откидывая плед в сторону и поднимаясь с дивана. - Кто бы говорил, мистер мятная свежесть, – иронично произносит Гарфилд. – От тебя пахнет мятным шампунем и цитрусовым гелем для душа. Кто их вообще смешивает?! Да еще в таком количестве! Ты вообще знал, что их резкий запах способен отбить у собаки нюх?! - Что-то слышал, – отвечает Дик, выдергивая салфетку из коробки и вытирая ей лицо. – Предполагаю, что именно поэтому ты и решил меня обслюнявить... - Будешь знать, как вредить животным! Я мог потерять обоняние! - Дик прав: у тебя действительно проблемы с самоидентификацией, – произносит Рэйвен. Она практически «вплыла» в зал, облаченная в длинное фиолетовое платье. Не то чтобы это походило на утренний наряд, но было явно уместнее, чем боди и фиолетовые колготки, в которых она предпочитала сражаться. Впрочем, на ее лице не отразилась и толика хоть каких-то эмоций, в отличие от Гарфилда, который сначала позеленел еще больше обычного, а потом начал возражать, активно размахивая руками: - У меня нет никаких проблем! Я даже не знаю, откуда ты могла нахвататься такого бреда! С моей самоинсталяцией все в порядке! - Вот уж точно, – фыркает Аквалэд, после чего Гарфилд превращается в дятла и начинает клевать его по голове. – Ай! Да чтоб тебя! Дик смеется, наблюдая за своими товарищами по команде. Эти будничные дурачества и ссоры на мгновение переносят его в воспоминания. В те ранние времена, когда они были подростками, беззаботными, веселыми, полными мечтаний и стремлений. Тогда всё казалось одной большой забавной игрой, а теперь... - Какие планы на сегодня, Дик? – женский голос вырывает его из раздумий. - А... что? - Мы так и не составили расписание тренировок, – отвечает Кори, жуя пончик, пока Гарфилд отвлекся на разборки с товарищем по команде. – Ты говорил что-то о командной работе вчера. - А, да, конечно, – рассеянно отвечает Дик. – Думаю, для начала мне нужно умыться и позавтракать, а потом решим по поводу расписания. Когда Дик уходит из комнаты, Рэйвен провожает его сосредоточенным взглядом. - Его что-то тревожит, – говорит она, обращаясь к Старфайер. – Я знаю, что не должна вмешиваться, но эмоциональное состояние Дика вызывает у меня опасения. - Ты думаешь, ему плохо? – тут же ахает Кори. - Плохо – это слишком неопределенное понятие, – отвечает Рэйвен абсолютно безэмоционально. – Но я чувствую, что он подавлен. - Будешь тут подавленным, когда рядом с тобой взрывается голова злодея, – вмешивается в разговор Аквалэд, обхватывая двумя руками птицу, в которую превратился Гарфилд. - И не забывай, что по его вине мы профукали Дефстроука, – напоминает Бистбой, превратившись в огромного хряка, отчего Аквалэд падает на пол, не справившись с его нынешними размерами. – Из-за него мы буквально сели в лужу. С этими словами зеленый хряк садится на Аквалэда, отчего тот изворачивается и орет: - Слезь с меня, боров! - Не думаю, что ты хочешь знать разницу между боровом и хряком, – отвечает ему Гарфилд, весело похрюкивая. - Я думаю, что дело не только в этом, – хмурится Рэйвен. - Рэй, перебираясь сюда, мы условились, что не будем нарушать личные границы друг друга, – отвечает ей Кори неуверенным тоном. - Скажи это зеленой свинье, – бурчит Аквалэд, выбираясь из-под хряка. - Я поговорю с Диком. И если ему плохо, мы вместе всё решим! Улыбка и оптимизм Старфайер, кажется, не внушили доверия Рэйвен. Тем не менее, она соглашается с девушкой и силой мысли отталкивает хряка, когда тот покушается на пончик в ее руке.

***

Тук-тук-тук! Дик вздрагивает, когда кто-то стучит в дверь во время чистки зубов. - Дик, это я, – говорит нежным голосом Кори. – Мне нужно поговорить с тобой. - О фём? – напрягаясь, выдает Дик с зубной щеткой во рту. - Ну, Рэйвен считает, что с тобой не всё в порядке, и я хотела бы... - Тьфу, – Дик выплевывает зубную пасту и распахивает дверь. – У нас с Рэйвен был уговор: никакого вмешательства с личное пространство! Это включает в себя эмпатию и телепатию, в том числе! Если ее так волнует мое состояние, пусть скажет мне это лично! Кори испуганно сжимается перед ним, и только сейчас Дик понимает, что позволил себе чрезмерную резкость. Для него не была характерна агрессия, но сейчас факт эмоциональной уязвимости выбил его из равновесия. - Черт, – Дик прикрывает глаза и трет переносицу. – Извини, Кори, я... на меня просто много всего навалилось в последнее время. Я... извини. Кориандр никогда не оставалась в подавленном состоянии слишком долго. Пусть у нее не было эмпатии Рэйвен, но сердечности вполне хватало. Она мило улыбнулась на слова Дика и обняла его так внезапно, что парень даже не успел среагировать. - Ну, конечно же, я тебя прощаю, Дик! – ее высокий голосок звучит звонко и восторженно. – Я всё понимаю. Тебе пришлось так трудно со всеми этими переездами, работой и... и всем остальным. - Эм, да. Да, Кори. Я рад, что ты... такая понимающая, – Дику становится неуютно в слишком крепких объятьях инопланетянки. – А теперь, может, отпустишь меня? Мне нужно умыться и... - Да-да, конечно, – девушка отпустила его так же резко, как и обняла. - Спасибо, – произносит Дик, натягивая на себя улыбку. – Подожди меня... я не знаю... на кухне, может быть? - О, отличная идея! – Кори хлопает в ладоши. – Я подожду тебя на кухне. И сварю тебе кофе. И... - Да, я был бы признателен, – кивает Дик и поспешно скрывается от девушки в ванной комнате, захлопывая дверь. Он слышит, как она уходит и перебирает вслух варианты того, как можно поднять ему настроение. Это не то чтобы необходимо, но сейчас он был рад тому, что Кори ушла и оставила его в одиночестве. Прильнув спиной к двери, парень наконец выдыхает. Ему повезло, что Кориандр настолько же бесхитростна, насколько и красива. Если бы на месте Кори был кто-то другой, Дика ждал бы тяжелый разговор. Он не готов открывать кому-либо свою душу и, тем более, свои не совсем нормальные чувства. Ему нужно поговорить с Рэйвен и напомнить ей об уговоре. Но очень осторожно. Черт знает, что может произойти, если ей станет известно о его тайных «увлечениях». Бисексуальность в нынешнее время вполне обыденна, мазохизм – худо-бедно объяснить можно, но отношения со злодеем – это абсолютное табу. Что все скажут, если узнают, что Найтвинг, бывший Робин, протеже самого Бэтмена, встречается с наемным убийцей? Это не просто бросит тень на его геройскую карьеру, это буквально ее уничтожит!

***

- Рэй, можно тебя на минутку? Дик отводит Рэйвен в сторону, когда остальные входит в тренажерный зал. С секунду он набирается храбрости, чтобы поговорить, но стоит ему открыть рот, как девушка прерывает его: - Не утруждай себя. Я знаю, что ты хочешь сказать, и могу заверить, что не доставлю проблем. - Знаешь? – Дик хмурится. - Догадываюсь, – поправляет себя Рэйвен с маской абсолютного спокойствия. – Я ощущаю твои эмоции и не хочу, чтобы ты нервничал еще больше из-за слов, которые нужно сказать. Парень напряженно выдыхает, стараясь успокоиться. - В том-то и дело, Рэй, я не хочу, чтобы кто-то ощущал мои эмоции. Или читал мои мысли. Это личное, понимаешь? У нас был уговор. - Я всё понимаю, Дик. И не применяю телепатию с товарищами по команде. Однако эмпатия – это способность другого уровня. Ее нельзя отключить, когда вздумается. Я улавливаю особенно сильный эмоциональный фон, вне зависимости от моего желания. - То есть ты хочешь сказать, что не можешь это контролировать? - Я могу контролировать влияние чужих эмоций на меня, могу не углубляться в них, но я не могу повлиять на людей, которые эти эмоции испытывают, – Рэйвен облизывает губы и добавляет: – Если хочешь, чтобы я перестала что-либо ощущать, перестань что-либо чувствовать. - Ах, так вот, какое ты предлагаешь решение? Ничего не чувствовать? Ну отлично! Это определенно всё упрощает! Дик ловит себя на мысли, что начинает раздражаться. Он делает пару вдохов, чтобы успокоиться, но, честно говоря, это не сильно ему помогает. Рэйвен смотрит на него всё так же бесстрастно. - Я могу обучить тебя медитативным упражнениям, если хочешь. - Я уже знаю медитативные упражнения! – голос Дика снова срывается. Он проводит руками по голове и делает глубокий вдох. Брюс обучил его различным техникам медитации и подавлению эмоций, но сейчас он чувствует себя таким же бессильным, как и многие годы назад, когда только-только попал в поместье. Проблемы навалились на него, как снежный ком, и он не знает, как от них отстраниться. Вернее, знает, но это не тот способ, который он может применить конкретно сейчас, стоя перед могущественной ведьмой, умеющей читать чужие мысли. - Мне жаль, что я поделилась своими опасениями с Кори. Я не должна была. Прощу прощения. Дик пораженно смотрит на девушку. На мгновение ему кажется, что выражение ее лица меняется на виноватое. - Обещаю, что если я снова уловлю твои эмоции, то не стану ими ни с кем делиться. И влезать в твою личную жизнь тоже не стану. Ты имеешь право на свои мысли и чувства, и я должна относиться к этому уважительно. - Я... спасибо, Рэй. Дик испытывает облегчение, когда слышит эти слова. Он даже чувствует небольшую вину за то, что сорвался на девушке, которая проявила такое невероятное понимание. - Однако позволь тебе сказать... – Рэйвен мнется, а потом продолжает, «поймав» напряжение Дика: – Я ощущаю твою тревожность, и она мне не нравится. Как бы ты ни пытался ее скрыть, она всё равно присутствует. Это очень плохая эмоция, Дик. Она может привести к саморазрушению. - Ну, не все могут контролировать свои эмоции так же хорошо, как ты, Рэйвен, – эти слова звучат с долей сарказма. - Я знаю. Но на твоем месте я бы обратилась за помощью к специалисту. - Ты думаешь, что я псих? - Я думаю, что ты не должен справляться с этим в одиночку. А открыться чужому человеку будет гораздо проще, чем кому-либо из близких. По крайней мере, в твоем случае. - Что ж, спасибо за заботу. Эти слова тоже звучат ядовито, но Дик ничего не может с собой поделать. Когда Рэйвен предлагает пойти в зал, он рад тому, что беседа наконец заканчивается. Определенно, всё не прошло гладко, но уверенность в том, что Рэйвен больше никому ничего не скажет, уже чувствуется облегчением.

***

- Ха-ха-ха! Не поймаешь, не поймаешь! – дразнится Бистбой, скача по перекладине в обличье обезьяны и показывая Аквалэду язык. - То, что ты ловкий, не значит, что ты неуловим, – говорит Аквалэд, заливая струей воды то место, где всего секунду назад находился Бистбой. - Скажи это Найтвингу, гы-гы! – Гарфилд хохотнул, превратившись в орангутана. В этом виде он устремился к Дику и приобнял его за плечи, насмешливо выпятив обезьяньи губы. - Возвращайся на поле боя, Гар, – Найтвинг закатывает глаза, когда Бистбой гримасничает у его лица. - А если нет? – орангутан ухмыляется, обнажая два ряда неухоженных зубов. - Тогда я отправлю тебя к стоматологу, – Дик кривится и отворачивается. - Не прокатит, я был у стоматолога два месяца назад, – говорит зеленый орангутан и показывает Дику длинный язык. - А если мы дадим тебе взбучку? – из уст Старфайр фраза звучит исковеркано и совсем беззлобно. - Ты говоришь так, потому что ревнуешь? Ну, конечно! Я ведь отхватил самого завидного красавчика Готэма! – орангутан в издевке обнимает Дика и вытягивает обезьяньи губы так, словно хочет его поцеловать. Дик снова кривится и отворачивает его морду в другую сторону. - Даже меня он бесит, – совершенно бесстрастным голосом произносит Рэйвен. - Ты про Дика? – Гар по-обезьяньи гогочет. – Да, характер у него далеко не сахар. Кто тоже так считает, поднимите руку! Гар единственный, кто поднимает длинную волосатую ручищу, остальные смотрят с осуждением. - Больше никто? Ну ладно, дружище, я тебя прощаю, – говорит Гарфилд и целует его в щеку большими обезьяньими губами. - Фу! Гар! – Дик в отвращении морщится и отталкивает от себя обезьяну. - Отстань от него уже! – Аквалэд обливает обезьяну водой. – Нам нужно тренироваться. - Только потому что так сказал наш «лидер»? Нет, спасибо, я лучше полежу, – Бистбой прекращается в тюленя и разваливается прямо на тренировочном мате. - Почему ты так задираешься к Дику? – спрашивает Старфайр. – Всё еще злишься из-за вчерашнего? - Я считаю, что несправедливо выбирать лидером того, кто скоро от нас свалит, – говорит зеленый тюлень, махнув ластом в сторону выхода. - Я в лидеры не нанимался! - Ага, ври больше. - Моя задача – обучить вас, – говорит Дик, складывая руки в недовольстве. – Научить вас работать в команде и использовать свои сильные стороны. - То, что мы уже давно умеем, – отвечает тюлень, переворачиваясь на бок. - ТЫ умеешь, – говорит Аквалэд, подходя ближе. – Некоторые из нас еще учатся. - И я не вижу, чтобы сейчас ты хорошо проявлял себя в командной работе, – замечает Рэйвен бесстрастно. - Я могу проявить себя, когда захочу, – возражает Бистбой. – Не моя вина, что вы пришли сюда неподготовленными. - Не будь таким забывчивым, Гарфилд! – грозно щебечет Старфайр. - Ты хотела сказать «заносчивым»? – с улыбкой поправляет ее Дик. - Да, заносчивым, – кивает инопланетянка, сердито глядя на зеленого тюленя. Дик окидывает взглядом недовольных ребят в комнате, а потом смотрит на лениво развалившегося на полу тюленя. Вздыхает. - Ладно. Думаю, самое время потренироваться в командной работе, – произносит он в итоге. – Так что... Бейте его, ребята! - Что?! – от удивления тюлень превращается обратно в человека. - Тот, кто первый сразит Бистбоя, может не приходить на вечернюю тренировку, – ухмыляется Дик. - А-а-а-а!.. Гарфилд едва успевает превратиться в птицу и взлететь, когда в его сторону обрушивается аж три потока энергии. Конечно, никто не применил свою силу всерьез, но мало приятного в том, что на тебя всей гурьбой нападают товарищи по команде. - Лови его! – кричит Аквалэд, пытаясь сбить зеленого гепарда водяным шаром. Со стороны это было похоже на игру в вышибалы. Ребята изрядно повеселились, пытаясь достать горделивого перевертыша. Надо ли упоминать, что было смешно всем, кроме Гарфилда? - Йу-ху! – наконец вскидывает руки вверх мальчишка, попадая потоком воды в зелёного кота. - Отлично сработано, Аквалэд, – хвалит его Дик. – Вечером можешь быть свободен. Остальные тренируются сегодня в обычном режиме. - Это нечестно! – возражает Бистбой, превращаясь в собаку и стряхивая воду на собравшихся. – Здесь Я жертва обстоятельств, а он... - Ты жертва своей собственной гордыни, – обрывает его Рэйвен, проплывая по воздуху. - Вы напали на меня всей толпой! - Только потому что ты начал вредничать, – возражает Старфайр, спускаясь вниз из-под потолка. - Вы могли мне навредить! - Крошечными энергетическими шарами, что кидали в тебя девчонки? Вряд ли, – фыркает Аквалэд. - Ты вылил на меня галлон воды! - Скорее, заставил тебя принять душ в первый раз за... сколько дней ты уже не мылся? - Да вы!.. вы!.. – чтобы сдержаться от брани, Гарфилд сжимает губы и демонстративно проходит мимо друзей, нарочно задевая Дика плечом. – Тоже мне «лидер»! Будь я на твоем месте, я бы не позволил им так надо мной издеваться. - Ты первый начал, Гарфилд, – вступается за Дика Старфайр. - Ага, вини во всём меня! – отмахивается Бистбой и направляется к выходу из спортзала. - Эй! – кричит ему во след Кори, но Дик выставляет перед ней руку. - Дай ему остыть. У него есть право злиться... - И у тебя тоже, – внезапно говорит Рэйвен, подходя ближе. Дик нервно облизывает губы и бросает на нее опасливый взгляд. – То, что тебя назначили лидером, не значит, что тебе действительно хочется им быть. - Правда? – удивленно смотрит на нее Старфайр. - Представь себе, – ответ Рэйвен вполне можно было принять за иронию. - Чувак, мы всё понимаем, – Аквалэд добродушно хлопает Дика по плечу. – Это просто формальность, а Гар относится к ней слишком серьезно. - И ты тоже, – добавляет Рэйвен, глядя на Дика. - Спасибо за поддержку, ребята, но я... Я не хочу об этом говорить, – мотает головой Дик и тоже направляется к двери. – Объявляю перерыв!

***

Последующая часть дня прошла довольно мирно. Никто больше не пытался завязать с Диком разговор по поводу лидерства в команде. Всё делали вид, будто ничего не произошло, предпочитая общаться на более мелкие темы. И Дик был им за это благодарен. Даже Кори не стала его о чем-то расспрашивать: видимо, Рэйвен удалось убедить ее остаться в стороне. Только Гарфилд выглядел насупившимся и ходил мрачнее тучи, что, однако, совсем не помешало ему явиться на вечернюю тренировку. Пока девушки упражнялись в гимнастике, Дик пригласил Гарфилда на татами для отработки ударов. - Ты серьезно думаешь, что мне это понадобится? – фыркает Бистбой. - Понадобится или нет, но тебе определенно нужно выпустить пар. Или я не прав? – Дик ухмыляется. Гарфилд ничего на это не отвечает, а просто выходит на татами. - Зачем сражаться в рукопашную, если я могу превратиться в слона и раздавить противника одним поднятием ноги? – бурчит он, готовясь к бою. - Ты слишком полагаешься на суперсилы, а ситуации бывают разные, – поясняет Найтвинг, принимая боевую стойку. – Вот что ты будешь делать, если у тебя их отнимут? - Каким это образом? – усмехается Гарфилд, выставив перед собой руки. - Ну, может появиться мета, который их выкачает, – предполагает Найтвинг, нанося удар, от которого Бистбою удается увернуться. – Или это сделает какая-нибудь хитроумная машина. Бистбой уворачивается и от следующего удара. Пробует нанести свой, когда Найтвинг открывается, но его руку тут же перехватывают и выворачивают, заставляя кричать от боли и удивления. - Брешь в защите опытного противника — это часто не столько ошибка, сколько уловка, – произносит поучительно Дик. – Не расслабляйся во время боя. Даже если тебе кажется, что всё под контролем. Бой не закончен до тех пор, пока противник не повержен. Когда Найтвинг отпускает Гарфилда, тот злобно на него зыркает. - Кончай с нравоучениями! Я всё это знаю! - Ладно, – Дик ухмыляется. – Тогда посмотрим, как тебе удастся меня повалить. - Ты опытнее меня в бою, – бурчит Гарфилд, с трудом признавая этот факт. - Знаю, поэтому не буду атаковать. Только уворачиваться. - Это слишком просто. - Ха! Нанесешь хоть один удар и будем считать, что ты победил. Бистбой ухмыляется и тут же вскидывает руку в ударе. Эффекта неожиданности не получилось, так как Дик, кажется, был к этому готов: он увернулся быстрее, чем кулак парня прорезал воздух. Один удар. Второй! Третий! Пинок! - Не бей бездумно, – говорит Найтвинг, кружа вокруг со сцепленными за спиной руками. – Сосредоточься. Бистбой фыркает и ударяет с разворота куда-то за спину. Кулак опять не попадает в цель: Найтвинг прогибается в спине так быстро и ловко, как может только опытный гимнаст. Гарфилд пытается пнуть его по ноге, но Грейсон выставляет руку как опору и делает переворот назад. Затем выпрямляется, снова складывая руки за спиной и ухмыляясь. - А-а-а! – Гарфилд с криком устремляется вперед, но лишь пролетает мимо, когда противник отступает в сторону. - Не знаю, чего ты хотел этим добиться, – передергивает плечами Дик, закатив глаза. Он играючи уворачивается еще от двух других ударов. – Я же говорил: «Сосредоточься». Или тебе не хочется отомстить мне за сегодняшнее утро? Гарфилд вскипает от ярости и начинает наносить удары один за другим. Бьет руками, ногами, локтями и даже головой – бесполезно. Найтвинг уворачивается так легко и грациозно, словно танцует. Даже девушки оставляют свои упражнения, чтобы посмотреть на это. - Эй, ребят! – внезапно дверь открывается, и в зал вбегает растерянный Аквалэд. – У нас, как бы... кажется, у нас проблема. - Что значит «кажется»? – переспрашивает Дик, приземляясь на ноги после сальто назад. - Там в гостиной... короче, у нас в телевизоре Бэтмен. - ЧТО?! – Найтвинг удивленно поворачивает голову и в этот же миг получает хук в челюсть. - Дик! – Старфайр немедля подлетает к нему и обнимает. - Всё хорошо. Хорошо, – произносит Дик, ощупывая челюсть. – Ничего не сломано. Зубы на месте. Кажется... Он сплевывает кровь на татами. - Как ты мог так с ним поступить?! – кричит на Гарфилда Старфайр. - Он сам просил его ударить! – выставляет руки в защитном жесте Бистбой. - Это был тренировочный бой. Всё хорошо, Кори, – Найтвинг пытается ободряюще улыбнуться, хоть мускулы на его лице и болят. – Он едва меня задел. Гарфилд фыркает и возводит глаза к потолку. - А что с Бэтменом делать? – спрашивает наконец Аквалэд. - Я сейчас приду, – отвечает Дик, отступая от Кори и идя к выходу. – Вы все можете продолжать тренировку! - Нет уж! – возражает Гарфилд. – Мы лучше посмотрим на Бэтмена в гостиной. - Как хотите. На самом деле Дику не хочется, чтобы его друзья присутствовали при этом разговоре. Однако он знает, что никак не сможет им помешать, если они всерьез на это настроились. О том, что Бэтмен хочет поговорить конкретно с ним, Дик даже не сомневается. Предчувствие этого разговора заставляло его ноги подкашиваться от волнения, холодок бежал по коже, а пульсирующая боль в челюсти едва ли могла отвлечь от дурных мыслей. На секунду он останавливается перед гостиной, боясь ступить внутрь. Но непонимающие реплики друзей, дышащих в спину, заставляют его действовать решительней. Дик сжимает кулаки и входит в комнату. Идет на автомате, не желая смотреть на экран до самого конца. - Дик. Жесткий, суровый голос заставляет его вздрогнуть. Сцепив ладони за спиной, Дик медленно выдыхает и поднимает глаза. Ему хватает всего одного взгляда на наставника, чтобы побледнеть. Черный костюм летучей мыши выглядит устрашающе на мрачном фоне пещеры. Белые безжизненные линзы маски вместо глаз, массивная челюсть, мощный силуэт, занимающий бОльшую часть экрана, – всё это подавляет, пресекая любые мысли о конструктивном диалоге. Дик уже знает, что Бэтмен явил себя не для того, чтобы говорить с ним на равных, а для того, чтобы навязать свою волю, какой бы она не была. - Привет, Би! – Грейсон поднимает руку в приветствии и натягивает на лицо болезненную улыбку. Такую же фальшивую, как и его радость от возможности лицезреть наставника в гостиной штаб-квартиры «Юных Титанов». - У тебя на лице кровь. Тебя кто-то ударил? - Эм, ничего особенного, – Дик передергивает плечами и прислоняет запястье к опухшей коже. Видит кровавый след. – Мы с ребятами тренировались. Ты... что-то хотел? - Тебя победили в бою? Даже через экран телевизора Дик мог ощутить недовольство Брюса. Конечно, ведь всем известно, что ученик Бэтмена должен быть всесилен и идеален, под стать своему наставнику. Из уст Дика чуть не вырвалось ироничное фырканье, однако его опередила усмешка Гарфилда. И лучше бы ее не было. - Что здесь смешного? – спрашивает Бэтмен, поворачиваясь к Бистбою и буравя его своими холодными белыми линзами. Гарфилд вздрагивает от неожиданности. - А он меня слышит, да? Реально слышит? Дик готов провалиться сквозь землю. Растерянность Бистбоя не прибавляет им очков в глазах Брюса. - Извините, сэр, я просто вспомнил одну шутку. Вышло некстати, да? Бистбой пытается усмехнуться, но у него это получается так же фальшиво, как и у Дика натянуть на себя улыбку. И это еще одна ошибка. Попытка Логана перевести всё в шутку. Все знают, что Бэтмен не расположен к веселью, и уж тем более, он не потерпит насмешек со стороны какого-то мальчишки. В ответ раздается суровое хмыканье. - Ребят, может, вы вернетесь к тренировкам? – предлагает Дик, надеясь хоть как-то разрядить атмосферу. - А... да, тренировки. Хорошая идея! – говорит Аквалэд, кладя руку Гару на плечо и уводя его к выходу. – Мы все идем тренироваться. - Но разве мы не можем остаться и посмотреть? – наивно спрашивает Старфайр. - Думаю, это нежелательно, – абсолютно безэмоционально произносит Рэйвен. Кори оглядывается на Дика. Тот пытается улыбнуться ей. - Иди, – произносит он одними губами. Рэйвен берет Кори за руку и уводит из комнаты. Однако громкие обсуждения ребят слышны даже когда те идут по коридору. - Как думаешь, он всё время наблюдал за нами из телевизора? - Не говори ерунды! - А что? Вот представь себе, сижу я на диване у телевизора, занимаюсь своими делами... - Какие дела могут быть у телевизора? - Ты никогда не смотрела кабельное после полуночи? - Фууу! Ты отвратителен, Гарфилд Логан! - Что? О чем он? - Лучше тебе не знать, Стар. - Я теперь в жизни на этот диван не сяду! - Да ладно, чувак! Как будто ты не... - НЕТ! - Да о чем они вообще? Дик вздыхает. Ему хочется провалиться сквозь землю второй раз за пять минут, а это уже рекорд. Что еще должно произойти, чтобы ему стало хуже, чем сейчас?.. - Им не хватает дисциплины, – говорит Бэтмен убежденно. – Тебе следует больше... - Би, давай без нотаций, – обрывает его на полуслове Дик. – Мне сейчас и без того погано. Что ты хотел? Бэтмен хмыкает, а потом на половине экрана возникает фотография темноволосого мужчины средних лет в клетчатом костюме. - Ты знаешь этого человека? – спрашивает Бэтмен больше для приличия, чем из реального интереса. - Да, конечно, – кивает Дик. Его речь звучит отстраненно, хотя фото навевает некоторые воспоминания из прошлого. – Это Джонни Тейлор – босс одной из преступных группировок Бладхейвена. - Специализация? - Продажа наркотиков. Полиции Бладхейвена удалось прикрыть несколько его лабораторий в прошлом году, однако самого Тейлора оправдали из-за недостатка улик, – на последней фразе Дик кривится. – С тех пор о нем ни слуху ни духу. Предполагаю, что он залег на дно и... Что? Дик реагирует на движение губ Брюса машинально. Какой бы информацией ни располагал Бэтмен, она точно отличается от той, которая есть у Найтвинга. - Тейлор был замечен в Готэме три дня назад. В это же время на рынок поступила большая партия нелегального оружия. - Ты думаешь, что он замешан в контрабанде? - Я почти уверен в этом. Но мне нужен человек, который подтвердит мои догадки. Грейсона бросает в холодный пот, когда он это слышит. Нет! Нет-нет! Он не может вернуться в поместье! Не сейчас, когда с ним произошло столько вещей! - Брюс, я... - Я забронировал для тебя билет на самолет. Вылет в семь тридцать пять утра. Прибудешь в аэропорт за два часа до посадки. - Я не могу, – мотает головой Дик. - Билет оплачен. Возьмешь с собой чемодан с вещами и снаряжение. - Нет! - Я обо всем позаботился, так что при досмотре проблем не возникнет. - ТЫ ВООБЩЕ СЛЫШИШЬ, ЧТО Я ТЕБЕ ГОВОРЮ?! Он пытался, он честно пытался не доводить до этого, но – черт! – как же трудно иногда бывает достучаться до Брюса! И теперь он, конечно же, стоит весь из себя такой виноватый, потому что ему пришлось отказать приемному отцу. Хуже быть не может, ага! - Я не могу поехать, Би, – говорит Дик, потирая затылок и стараясь смотреть куда угодно, только не на экран телевизора. – Мне нужно тренировать «Титанов». Кори рассчитывает на меня. Да и ребята тоже. Я не могу просто бросить их и уехать. Это было бы... ну, это было бы нечестно и эгоистично с моей стороны. Ты ведь понимаешь, да? Он спрашивает так, будто Брюс действительно его поймет. Будто Бэтмену и правда есть дело до кого-то, кроме себя. Он спрашивает об этом и уже знает ответ. Который никогда не прозвучит, но будет висеть в воздухе и ощущаться яснее, чем четко высказанная мысль. - Команда не сформирована до конца, – голос Брюса звучит холодно и отстраненно. – Синий Жук прибудет лишь через неделю, а до того времени твоя команда вряд ли отважится на активные действия. Особенно после вашего вчерашнего провала с Игрушечником. - Откуда ты?.. - У тебя есть неделя на то, чтобы провести со мной расследование в Готэме. - Если ты не в курсе, это мой единственный отпуск за весь год. - Одна неделя, Дик, – Брюс не просит, но настаивает. – Одна неделя, а после – можешь делать, что захочешь. Грейсон вздыхает. Его совсем не радует перспектива провести неделю в поместье с Брюсом. Пусть даже они и будут заняты расследованием. Особенно, если они будут заняты расследованием. Но разве он может отказать? - Ладно, – отвечает Дик. – Но только одна неделя. И ни днем больше! Я надеюсь провести хотя бы часть отпуска в свое удовольствие, ясно? - В пять десять утра за тобой заедет машина, – добавляет Бэтмен. - А она подъедет прямо к «Башне Титанов» или?.. Задать вопрос толком не получилось, потому что Брюс тут же отключился. Черт! Это был хороший повод сострить. По крайней мере, вопрос прозвучал бы забавно. Но нет так нет! Теперь на экране телевизора идет трансляция матча по водному поло. Всё выглядит так, будто ничего не произошло. Отлично! В этом весь Брюс: испортит настроение, а потом исчезнет. И как комиссар Гордон терпит это на протяжении стольких лет? Ладно, первым делом нужно приложить лёд к месту удара, чтобы лицо не опухло, а потом можно закинуться обезболивающим и думать, как пережить ближайшую неделю. Не то, чтобы в поместье было так плохо, просто Брюс... Сейчас иметь с ним дело гораздо труднее, чем раньше. Он стал требовательнее и категоричнее. Относится ко всему так, будто на плечах Дика лежит судьба целого мира. Как будто самостоятельная геройская деятельность накладывает на него еще больше ответственности, чем раньше. Как будто до сего момента Дик только и делал, что прохлаждался и вел беззаботную жизнь! Как самый обычный ребенок, ага! Это могло бы быть смешно, если бы не было так грустно...

***

Расставание с Титанами прошло относительно спокойно. Ребята ко всему отнеслись с пониманием, не считая причитаний Бистбоя о том, что настоящий лидер не оставил бы свою команду. Однако Рэйвен быстро заткнула рот Гарфилду своей магией, и даже подлечила увечье на лице Дика, чему тот был искренне рад. Ровно в пять десять утра он вышел из «Башни Титанов» с чемоданом и спортивной сумкой на плече. У склона холма его ждала черная тонированная машина класса люкс. Водитель был молчалив и, судя по всему, достаточно компетентен, чтобы не задавать лишних вопросов, когда приходилось забирать кого-то из супергеройской штаб-квартиры. В аэропорту также не возникло проблем. Хотя версия о том, что он просто везет костюм для косплея еще ни разу его не подводила. Как правило, люди относятся к таким вещам с пониманием (ну, или по крайней мере, без открытого осуждения). И вот теперь он стоит у ворот поместья с непонятным чувством ностальгии в душе. Смешанным с нервной тревожностью. Он делает глубокий вдох, нажимает на кнопку и говорит в передатчик: - Надеюсь, кто-нибудь впустит меня? Потому что иначе мне придется перелезать через ворота, чтобы встретиться с семьей. Это звучит достаточно забавно и беззаботно, чтобы скрыть свои настоящие чувства. Дику не хочется показывать свое смятение перед семьей. Не их вина, что он больше не чувствует себя здесь, как дома. Если не считать того, что Брюс... Он не успевает додумать свою мысль, как ворота открываются. Дик пересекает территорию и оказывается прямо перед дверьми поместья. Тянет руку к звонку, но двери сами открываются перед ним. - Рад снова видеть вас дома, мастер Дик, – раздается теплый голос дворецкого. Дик улыбается, когда видит перед собой Альфреда. Он совсем не изменился с тех пор, как Дик был здесь в последний раз. Может быть, только седины в волосах прибавилось и морщин на лице стало чуть больше. В остальном, Альфред всё тот же: по-прежнему сдержан в своей манере общения, а в его взгляде чувствуется отеческое тепло. И даже не скажешь, что прошло больше полугода. - Здравствуй, Альфред, я тоже тебе рад, – говорит Дик искренне, но неловко. Он наконец переступает порог дома, ставит вещи на пол, а потом дает дворецкому обнять себя. - Ах, милый мальчик! Мы так по тебе скучали! - Не сомневаюсь, – смеется Дик. Он действительно рад этой встрече и верит Альфреду на слово. Тот всегда был для него родным человеком. Если Брюс в свое время заменил ему отца, то Альфред стал для маленького Дика добрым дедушкой, который всегда поддерживал и успокаивал его, независимо от того, что творилось в поместье и во внешнем мире. - Доброе утро, Дик! – голос, что звучит со стороны лестницы, заставляет Дика содрогнуться. Юноша тут же отступает от Альфреда и выпрямляется. Теперь его улыбка вымученная, а руки стиснуты за спиной в замок. Он не может объяснить всего того волнения, которое обычно возникает у него при виде Брюса, но это точно что-то ненормальное. - Привет, Би! – отвечает Дик, всеми силами стараясь выглядеть непринужденно. Брюс хмыкает и подходит к сыну. Осматривает его с ног до головы, пока Дик выжидающе это терпит. - Как добрался? Полет прошел нормально? – наконец спрашивает Уэйн, поправляя воротник ветровки Дика. - Да, всё хорошо, – сжимает руки за спиной юноша. – Спасибо за билеты и за... в общем, спасибо. Брюс снова хмыкает. - Как будешь готов, спускайся в бэтпещеру. Нам нужно обсудить делали дела. - Простите, сэр, но мне кажется, что мастеру Дику нужно дать время, чтобы обосноваться в доме и отдохнуть с дороги. - О, нет, Альфред, я... я поспал в самолете и вполне... Он замолкает, встречаясь с осуждающим взглядом дворецкого. - Мастер Дик, вы ведь не откажетесь от приготовленного мной завтрака? – в этом вопросе чувствуется столько давления, что Дика уже прижало бы к полу, если бы такое было возможно. - Эм-м... нет, не откажусь. Конечно, не откажусь, Альфред. - Именно поэтому я добавил «как будешь готов», – безэмоционально произносит Брюс, разворачивается и опять поднимается по лестнице. – Не позволяй ему бездельничать больше, чем нужно, Альфред. - Конечно, сэр, – откликается дворецкий, празднуя в душе маленькую победу. Он тут же кладет руку на плечо юноши и подталкивает его к лестнице. - Я уже подготовил для вас комнату, мастер Дик. Думаю, для начала вы оставите там свои вещи, примете душ и переоденетесь во что-то более домашнее. - Ага, – кивает Дик, едва успевая подхватить свои вещи. Поднявшись на второй этаж он оглядывается на Брюса, который уже переводит стрелки напольных часов, чтобы войти в бэтпещеру. Тот даже не смотрит на него в ответ. И не сказать, чтоб это сильно удивляло Дика, но... неприятный осадочек от холодности приемного отца всё-таки остается. Когда Альфред отпирает гостевую комнату, она чувствуется уютной и просторной. Массивная кровать с белоснежным постельным бельем находится почти что напротив двери. Здесь есть прикроватная тумбочка, комод для вещей, шкаф, круглый деревянный стол с двумя плетеными стульями рядом и даже настоящий камин, готовый к растопке. Массивные портьеры раздвинуты, впуская внутрь как можно больше солнечного света. Комната тщательно убрана, не оставляя даже намека на толстый слой пыли, что некогда лежал на поверхностях. - Изначально я хотел принести в комнату ваши старые вещи, но подумал, что вы несколько... кхм... вышли из того возраста, чтобы рассматривать игрушечные фигурки или читать комиксы, – говорит тактично Альфред. Дик улыбается. - Да, это было бы немного неуместно, – отвечает он, испытывая внутреннюю тоску по своей старой жизни и вещам. – Тем более, что я пробуду здесь всего неделю, так что... - Иногда и неделя – это большой срок. Не хотелось бы, чтобы вы скучали. - Ха! Не думаю, что Брюс даст мне заскучать, Альфред, – Дик кладет спортивную сумку на плетеное кресло. – Судя по тому, как он настроен на работу, у меня не найдется даже минутки на отдых. - Я прослежу за тем, чтобы мастер Брюс был менее категоричен относительно вашего свободного времени, – заверяет его дворецкий. – В конце концов, у вас отпуск, и... думаю, мастер Джейсон тоже не отстанет от вас, пока вы не уделите ему должного внимания. - Это верно, – улыбается Дик. По первости, когда Джейсон Тодд только появился в поместье, между ними возникали трения. Наличие нового Робина сильно ранило Дика. Однако со временем они смогли принять друг друга. Неприязнь испарилась, оставив место более теплым и нежным чувствам. Джейсон стал для Дика кем-то вроде младшего брата, а Джейсон видел в Дике старшего и более опытного товарища. И, чего уж там говорить, мальчику было гораздо приятнее общаться с компанейским Диком, чем проводить время с помешанным на работе Брюсом. - Мастер Джейсон расстроился, когда узнал, что пропустит ваш приезд, – сообщает Альфред, как бы невзначай. – Он даже хотел прогулять занятия в школе, но я сказал, что в этом случае вы рассердитесь и точно не захотите общаться с ним в ближайшие сутки. - Это жестокая и наглая ложь, – Дик прикрывает рот рукой и едва сдерживается, чтобы не рассмеяться. – Зачем ты говоришь такое ребенку? - Затем, что у мастера Джейсона есть обязанности, которыми не стоит пренебрегать, – уверенно и строго произносит дворецкий. – А если вы будете подавать ему дурной пример, Бог знает, каким безалаберным взрослым он станет в будущем! Дик улыбается и закатывает глаза, когда дворецкий поворачивается и уходит. Оставшись один, Грейсон раскидывает руки в стороны и падает на кровать. Мягкий матрас, свежее постельное белье, вычурно старомодная обстановка. Вот он и «дома». Как бы только выдержать эти семь дней в окружении семьи? Не то, чтобы он не любит свою семью, просто самостоятельная жизнь в одиночестве накладывает свой отпечаток. Мысль о том, что он на время потеряет свою автономию, кажется невыносимой. Ни тебе свободного распорядка дня, ни валяния в постели до обеда в выходные, ни поедания чипсов с хлопьями, когда заблагорассудится. Ни возможности пригласить кого-нибудь в гости. От последней мысли приятное тепло разлилось внизу живота. Ему тут же вспомнились те страстные вечера, которые они проводили в его квартире вместе со Слэйдом. Это был настоящий кайф! Полная свобода действий и вещи, от одного упоминания которых обыватели бы раскраснелись и убежали прочь. Один раз Дик даже был столиком для напитков и держал на спине закуски со стаканом с элитного виски. Не самая простая задача, если делаешь это долгое время. Это было странно, но... впечатляюще. Юноша прикрывает глаза и обхватывает рукой затвердевший в штанах член. Подумать только: ему хватило всего лишь одного воспоминания, чтобы затвердеть! Что ж, кажется, сейчас самое время принять душ и снять напряжение...

***

- ... есть основания полагать, что сегодня в доках ожидается новая поставка оружия. - Ах, так значит, поэтому ты выдернул меня сегодня ранним рейсом из Нью-Йорка? – усмехается Дик. – Знаешь, если ты так хотел провести вместе время, мог бы... Его слова прерывает громкий крик со стороны лестницы: - Эй, Дик! Привет! Грейсон едва успевает обернуться, как ему на шею бросается резвый мальчишка, и тянет его вниз своим весом. - Хо-хо, привет, Джейбёрд. - Рад тебя видеть! - Я тоже тебе рад, только отпусти меня, пожалуйста, а то моя шея сломается. - Ха-ха! Тебе и двадцати одного нет, а ты уже превращаешься в рухлядь, – смеется Джейсон, но всё же отпускает Дика. Теперь у Грейсона есть возможность внимательнее рассмотреть мальчика. И надо сказать, он впечатлён. Джейсон стал значительно выше с их последней встречи и набрал массы. Рубашка, конечно, скрывает бОльшую часть мускулов, однако по пропорциям грудной клетки и бедер становится понятно, что некогда тощий и угловатый мальчишка начинает превращаться в хорошо сложенного юношу. Не то, чтобы в нем окончательно пропала детскость, но взросление определенно дает о себе знать. - Ну ты и вырос! – замечает Дик, глядя на мальчишку. – Того и гляди, скоро сам станешь рухлядью. - Ещё чего! – воинственно возражает Джейсон и пытается нанести Дику пару несерьезных ударов, которые тот удачно блокирует. – Я буду вечно молод и полон сил! - Ой ли? – посмеивается Дик. – Собираешься совершить невозможное и сохранить вечную молодость? - Ага! - И как же тебе это удастся? Хотя нет... Значит ли это, что ты вечно будешь мелким пацаном, над которым я смогу издеваться до конца своих дней? Дик смеется и их импровизированная драка заканчивается тем, что он стискивает Джейсона в захвате и теребит его черные волосы. - Ну уж нет! – мальчишка сопротивляется, пытаясь выбраться из захвата. – Я вырасту и надеру тебе зад! - Джейсон! – одергивает его Брюс. – Следи за языком! Замечание приемного отца тут же прерывает веселье, заставляя парней прекратить бой и отступить. Джейсон ничего не отвечает Брюсу. Вместо этого он смотрит себе под ноги, но по его виду совсем не скажешь, что он считает себя в чем-то виноватым. - Ладно тебе, Би, мы просто дурачились, – старший из мальчишек пытается сгладить атмосферу. – Нам нечасто выпадает такая возможность, согласись? - Это не повод поощрять брань. Вы можете проводить время вместе, не опускаясь до драки и сквернословия. - Звучит скучно, – бурчит Джейсон, теперь уже поднимая взгляд и осматривая гигантский пенни на другом участке пещеры. - А как насчет того, чтобы провести время с пользой? – спрашивает дворецкий, неспешно спускаясь с лестницы. - Если речь об уборке, то я не согласен, – тут же возражает Джейсон. - Нет, я имел в виду нечто другое, – отвечает Альфред, размещая на столике у бэткомпьютера поднос с едой. – Но спасибо, что напомнили о своем обещании убраться в комнате, мастер Джейсон. - Чёрт, – выплевывает мальчишка в каменистый пол пещеры под смешок Дика. Брюс смотрит на сыновей с укором, однако больше не делает замечаний. - Что ты предлагаешь, Альфред? – спрашивает он. - Я хочу, чтобы мальчики съездили в магазин за продуктами. Я составил список... - Можешь не волноваться, Альфи! Мы всё купим, – чересчур оптимистично отвечает Джейсон, вырывая листок бумаги из рук дворецкого. - Мне не нравится эта идея, – признается Брюс, с подозрением глядя на младшего мальчика. - Сэр, в моем возрасте противопоказано таскать тяжести, – театрально охает Альфред и потирает поясницу. – Не лучше ли будет предоставить это сильным и полным энергии молодым людям? Брюс недовольно хмыкает. Осознание того, что он способен раскусить нехитрый замысел дворецкого, но не может пойти против, необычайно сильно бьет по его эго. - Это займет слишком много времени. Дик нужен мне в поместье. - Ой, да брось, Би! – кривится Дик. – Во сколько там эта поставка? Поздно ночью? У нас полдня впереди, чтобы подготовиться. - До наступления темноты, как минимум, три часа, – подхватывает Джейсон. – Ты же не собираешься выбираться в город при свете дня, верно? - Да, это определенно было бы неразумно, – добавляет Альфред. Брюс смотрит на каждого из них, а затем вздыхает, признавая свое поражение. - Ладно, но чтобы были в поместье до наступления темноты. - Сэр, есть, сэр! – картинно отдает ему честь Дик. Джейсон прикрывает рот рукой, стараясь не ржать.

***

- Спагетти есть, томатная паста, яйца, молоко, сливки, масло... – Дик зачитывает список покупок, пока Джейсон толкает набитую продуктами тележку. – Осталось взять хлеб, ветчину, бекон для жарки и семгу. - За семгой нам туда, – говорит Джейсон, выруливая в крайний левый ряд. - М-да, с этой перепланировкой всё перепуталось. Сколько себя помню, рыбный отдел находился в другой стороне. - Так то когда было! – закатывает глаза младший. – Ты б еще вспомнил закусочную, которая когда-то здесь стояла. - О! А ведь верно! Здесь подавали неплохие молочные коктейли. Джейсон передергивает плечами. - Не знаю. Я это уже не застал. - Да ты что?! Здесь же собирались дети со всего района! - Я жил в районе победнее. Если ты вдруг забыл, – Джейсон кривит саркастичную ухмылку. – И даже если бы я жил здесь, то не стал бы тратить с трудом полученные деньги на дурацкий молочный коктейль. - Джей, извини, я... - Ладно, не грузись, – равнодушно машет рукой мальчишка. – Нам сёмга нужна была, помнишь? Она по списку нарезанная или что? - Эм, да, – Дик косится на лист бумаги в руке. Пока Дик прокручивает в голове, насколько неловкой была эта ситуация, и как сильно она должна была задеть Джейсона, мальчишка уже вырулил из отдела со здоровенной рыбиной и несколькими рыбными стейками в пластиковой упаковке. - Зачем так много? – спросил Дик. - Если есть возможность взять много, лучше брать много, – философски отвечает Джейсон. – Карточка Брюса всё выдержит, – он пытается казаться жестким, но потом смягчается и признается: – А еще мне нравится рыба, которую готовит Альфред. Она у него такая... нежная, что ли? И питательная. Альфред говорит, что рыба очень питательная и способствует всестороннему развитию подрастающего организма. Дик улыбается. - Значит, ты не слушаешь Брюса, но схватываешь всё, что тебе говорит Альфред? - Да не, – Джейсон краснеет и снова становится ершистым. – Еще чего! Он же дворецкий. Кто вообще будет слушать дворецкого? Я сам по себе. А это... это просто в голове отложилось. - О, не сомневаюсь! – Дик смеется. - Заткнись уже и поехали дальше! Нам еще ветчину брать. Ветчина нашлась быстро, а вот с выбором бекона пришлось повозиться. Джейсон внимательно осматривал каждую из упаковок на наличие сальных прожилок в мясе. Пока мальчик искал бекон «помясистее», в колбасный отдел зашла пара мужчин. Они клали в тележку разные виды мясных изделий, иногда отпуская сальные шуточки по поводу форм и размеров той или иной палки колбасы. Джейсон кривился, старательно их игнорируя, но когда мужчины без зазрения совести поцеловались, мальчишка кинул в тележку упаковку с беконом и вырулил из отдела с презрительным «Пидоры». - Джей! – Дик тут же одергивает младшего и косится на мужчин, надеясь, что они не услышали оскорбления: – Так нельзя говорить о людях. - О людях нельзя, а о пидорах можно, – отвечает Джейсон, не переставая кривиться. Дик сжимает губы и хватает младшего мальчика за руку. Разворачивает его к себе, намереваясь провести поучительную беседу. - Так, посмотри на меня. Посмотри, Джейсон! Я не позволю тебе оскорблять других, слышишь? То, что эти люди не отвечают твоим личным стандартам, не делает их хуже остальных. - Это не только мои стандарты! - Да, в мире полно недалеких людей, готовых растерзать каждого, кто от них отличается. Ты ведь это и сам знаешь, верно? Сколько раз на тебя нападали и осуждали, только потому что ты скитался в рванье по улицам, м? Джейсон ничего не отвечает, лишь, насупившись, молчит. Пытается отвести взгляд, но Дик упорно вздергивает его подбородок. - Согласись, не очень приятно, когда тебя осуждают за внешний вид или поведение. Уверен, что этой паре такое тоже не по душе. Точно так же, как это было не по душе тебе, когда ты бродяжничал. Мальчишка недовольно хмыкает. - Хочешь возразить? Давай, Джей! Что не так? Неужели ты хочешь сказать, что тебе нравилось, когда в твой адрес бросали обидные слова? - Нет, конечно! – Джейсон резко дергает головой, вырываясь из хватки старшего. – Кому вообще такое может понравиться?! - Никому, да, – Дик задумчиво кивает, а потом снова строго смотрит на Джейсона. – Именно поэтому я запрещаю тебе оскорблять других людей. Будь они обычной ориентации или какой-то другой. - Но это ведь неправильно, – фыркает мальчишка. - Неправильно творить зло на улицах Готэма. Убивать людей, грабить банки, брать семьи в заложники. А в том, чтобы жить мирно, нет ничего неправильного. Ты ведь это понимаешь, да, Джей? - Понимаю, просто... Это всё равно как-то... Это неестественно. Природа ведь не так устроена. - Хм. Когда-то люди были уверены, что иметь темный цвет кожи — это неестественно. - Так я не о том, – Джейсон неожиданно краснеет. – Есть же вещи... которые положено делать только с девушками. - Ну, у всех свои предпочтения. Любовь к девушке отличается лишь тем, что на свет могут появиться дети. А могут и не появиться. В последнем случае ты стал бы осуждать такую пару? - Нет, конечно! Всякое ведь бывает... Дик улыбается и чуть наклоняется, опираясь на тележку. Теперь они с младшим братом находятся на одном уровне и встречаются глазами. - Иногда отношения выстраиваются для создания семьи и рождения детей. А иногда – для того, чтобы быть счастливыми и радовать друг друга, поддерживать друг друга, если это необходимо. И неважно, какого пола человек, с которым ты решил создать такие отношения. Главное, чтобы все были в них счастливы. Джейсон серьезно задумался. Ему понадобилось какое-то время, чтобы перестроить свое мировоззрение. - Ну, может быть, – в итоге заключает он. – Ладно, может быть, они не такие уж и придурки, если стремятся к этому, – Джейсон снова напускает на себя гордости. – Но это не значит, что я буду их превозносить. Или относиться как-то иначе. Просто не буду оскорблять их в открытую, вот и всё. Он упрямо складывает руки на груди, а Дик улыбается. - Что ж, пока будет достаточно и этого, – говорит старший брат и треплет по голове младшего. – Я всегда говорил, что ты умный и понимающий, Джей. - Отвали! – Джейсон отбивает его руку и приглаживает свои растрепанные волосы. – Еще не хватало повестись на твою лесть. - А я не льщу. Ты действительно умный, – говорит Дик с улыбкой. – И если бы не твоя ершистость, цены бы тебе не было. Он смеется и идет дальше вдоль рядов. Джейсон надувает щеки и устремляется вслед за братом, толкая тележку с продуктами. - Ты знаешь, что я тебя ненавижу? – бурчит мальчишка, обгоняя Дика у прилавка с хлебом. - Догадываюсь, – смеется старший. - Без тебя в поместье было гораздо лучше, – ворчит мальчик. Он бросает в тележку три упаковки тостового хлеба. – Теперь Брюс только и будет делать, что сравнивать меня с тобой. Поучать будет еще больше. «Дик так хорош был в этом, и вот в том, а тут ему вообще не было равных». Тьфу! Мерзко аж!.. Э? Дик? Он поворачивается, когда замечает, что что-то не так. Дик растерянно смотрит на прилавок с хлебом и не двигается. Джейсон с усилием разворачивает тележку, чтобы поехать обратно. - С тобой всё нормально? – спрашивает он с тревогой в голосе. – Тебе нехорошо? - А? – старший отмирает. – Да... Вернее, всё нормально. - Точно? Мальчик выглядит обеспокоенным, и Дик не знает, как всё объяснить. Удивлен ли он, что Брюс хвалит его перед Джейсоном? Да. Ожидаемо ли это? Возможно, если учесть «эстафету» Робина, которую перенял Джейсон. Жаль ли ему, что мальчику приходится терпеть сравнения с собой прежним? Еще как! Похоже, Брюс даже не понимает, в какое болото неуверенности подталкивает подопечного своим отношением. - Послушай, Джейбёрд, – Дик берет мальчика за плечи и говорит самым заботливым голосом, на который способен. – Я понимаю, как сложно тебе приходится с Брюсом. Он не всегда прав. Если он позволяет себе сравнивать... - Так ты от этого остолбенел? – Джейсон хмурится, иронично ухмыляясь. Сейчас он не выглядит ни оскорбленным, ни обиженным и уж тем более неуверенным. – Да брось! Я ведь только подколоть тебя хотел, а ты уже воспринял это как трагедию мирового масштаба. - Значит... тебя это не задевает? – Дик смотрит на младшего с недоверием. - Нет, конечно! – мальчик фыркает, но после недолгого раздумья показывает маленькое пространство между большим и указательным пальцами. – Ну, разве что чуть-чуть. Не так уж просто равняться на тебя, Голди, но я это переживу, не сомневайся. Сказав это, Джейсон надменно вздергивает подбородок и с видом героя боевика катит тележку вперед. Дик фыркает от такого поведения. Иногда в своем желании казаться крутым Джейсон перегибал палку, но его непреклонность только радовала, учитывая в каких непростых обстоятельствах он оказался. Наверное, это даже хорошо, что в свое время Джейсон «оброс панцирем» на улицах Готэма. Если укоры Брюса парню не по чем, то он явно более стойкий, чем Дик в его годы. Грейсону снова взгрустнулось. Ему стыдно за то, в какую тряпку его превратила жажда чужого внимания и одобрения. Если бы только у него было хоть немного воли и стойкости Джейсона... - Ты так и будешь там стоять?! Давай сюда! – кричит ему Джейсон, призывно взмахнув рукой. – Продукты сами себя не купят! Дик хмыкает. Поражается тому, насколько просто брат берет на себя инициативу. Уже пытается командовать и указывать. Не то чтобы это плохо, но так обычно не ведут себя со старшими... Он идет через весь зал, а когда Джейсон поворачивается, чтобы встать в очередь на кассе, кладет руку ему на плечо и говорит: - Вообще-то нам нужно купить еще кое-что. - Что? – хмурится Джейсон и берет у него список. – Мы, вроде, всё взяли. - Я хочу купить что-нибудь не из списка. Для себя. Может быть, ты тоже? - Для себя? – удивленно повторяет Джейсон. Мальчик на мгновение зависает, пытаясь принять такой, казалось бы, невозможный вариант. Дик улыбается, видя, какой эффект это оказывает на ребенка. Да, Джейсон – чертов ребенок, и он имеет право вести себя, как чертов ребенок! Дурачиться, тратить деньги на бессмысленную ерунду, а не на то, что нужно для элементарного выживания! И не на то, что его попросили купить в обязательном порядке. - Ты думаешь, это хорошая идея? – Дик практически слышит, как напряженно шестеренки вращаются в голове мальчика. - Я уверен. Пойдем в отдел с хлопьями! Если я не съем чего-нибудь вредного до конца дня, моя жизнь будет кончена! Напустив на себя шутливого драматизма, Дик двигается в сторону от кассы. Джейсон фыркает, но разворачивает тележку и идет следом. - Мне кажется, что Альфред не позволит тебе есть хлопья на завтрак, – предполагает он. - Ты меня не слышал? Я сказал «до конца дня». Я собираюсь есть хлопья на ужин, чувак. - Чувак? – Джейсон хохочет. – Черт! Ты ведь всего на несколько лет старше меня, а выражаешься так, будто мы застряли в... - Эй! Это и сейчас модно! Я слышал на улицах, в кино и от друзей тоже... - С тобой нет смысла спорить, да? Ладно, Альфред всё равно тебя убьет за то, что ты собираешься есть хлопья на ужин... - Они с мёдом. Это даже полезно, – Дик улыбается и трясет коробкой с хлопьями. Джейсон закатывает глаза. – Может, ты тоже хочешь чего-то такого, Джейберд? - Я не стану твоим соучастником в преступлении. Когда Джейсон отворачивается, Дик хмыкает. - Знаешь, с той стороны, кажется, была целая гора чипсов... Какие твои любимые? Видя, что Дик огибает стеллаж и не собирается останавливаться на хлопьях, Джейсон торопится его догнать. - По-моему, чипсы — это уже слишком... - Ты не представляешь, сколько чипсов я ел, когда только поселился в поместье. Как насчет сырных? Они неплохие. Джейсон болезненно морщится, когда Дик кладет в тележку большую пачку чипсов. - И с зеленью тоже. - Если Брюс узнает... - Даже если узнает, что с того? Максимум, что он сделает – это отчитает меня. К тому же... Ты сам сказал, что его карта всё выдержит. Да и вряд ли он вообще заметит списание пары лишних долларов со счета. - Да всё равно... - Эй, жизнь в поместье вовсе не означает, что ты должен отказываться от простых радостей жизни. Я это понимаю, и Брюс тоже должен это понять, – Дик показывает брату две пачки чипсов. – Если тебе хочется съесть что-то вкусное, ты должен съесть что-то вкусное. Точка. Не надо себе отказывать только потому что ты к этому привык. По выражению лица Джейсона стало ясно, что его это закусило. На мгновение он надувает губы, а потом разворачивает тележку и едет в другой отдел. - Тогда я хочу мороженое, – кидает он перед тем, как исчезнуть за стеллажом. Дик ухмыляется и следует за ним. С удовольствием наблюдает за тем, как мальчик выбирает подходящий вкус. - Доволен? – с вызовом спрашивает Джейсон, водружая ведерко шоколадного мороженого на гору продуктов. - Очевидно, да. - Вот и хорошо, потому что когда Альфре... Эй! Смотри, куда прёшь, старикан! - Дже!.. Дик не договаривает, потому что у него внезапно перехватывает дыхание. Столкновение одной тележки с другой можно было бы назвать случайностью, если бы... если бы на них не смотрело до дрожи знакомое лицо. - Извините, юноша. В следующий раз я буду внимательней. Слэйд Уилсон выглядит совсем нетипично в потертых джинсах, легкой куртке поверх футболки и с синей бейсболкой на голове. Если бы Джейсон знал, кто скрывается под маской наемника Дефстроука, он, возможно, смог бы узнать того по седым волосам и бородке и по отсутствующему правому глазу, скрытому повязкой. Но у Джейсона даже не промелькнуло мысли, что с ними только что столкнулся кто-то настолько опасный. - Следующего раза не будет, – бурчит Джейсон, толкая тележку вперед. Дик стоит, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Он не сводит пораженного взгляда с мужчины. Слэйд ухмыляется. Точно так же, как и во время многих их личных встреч до этого. - Дыши, малыш, – произносит Слэйд одними губами. Затем его ухмылка становится шире, и он разворачивается, двигая свою тележку в противоположном направлении. Тяжелый выдох! Вдох! Дику наконец-то удается совладать с дыханием. - Ты чего опять застрял? Хватит пялиться на этого придурка, Дик! Услышав свое имя, Грейсон вздрагивает и оборачивается. Смотрит непонимающим взглядом на Джейсона, который вскидывает руки в недоумении. Когда Дик снова оглядывается, Слэйда уже не видно на горизонте. Мысли вертятся в голове ураганом. Слэйд в Готэме. Нет, не Слэйд. Дефстроук в Готэме! Что ему здесь нужно? Он снова хочет кого-то убить? Он искал Дика? Или... Грейсон быстрым шагом подходит к Джейсону, хватает того за предплечье и тащит к кассе. - Эй! Ты чего?.. – Джейсон едва поспевает за братом, который теперь сам толкает тележку. - Нам нужно вернуться в поместье, – голос Дика становится жестким и не терпящим возражений, как у Брюса, когда он чем-то недоволен. – Как можно скорее. - А что слу?.. - Твое мороженое растает. И рыба может разморозиться. - Пф! Ты серьезно? - Ты хочешь привезти Альфреду тухлые продукты? Или объясняться с Брюсом по поводу запаха рыбы в его дорогой машине? Джейсон закатывает глаза, но не спорит. Он толкает брата и перехватывает управление тележкой. Сам двигает ее к кассе. Они расплачиваются карточкой Брюса, и Дик нервно оглядывается всё то время, что они идут к парковке. Если Джейсону это и кажется подозрительным, он предпочитает ничего не говорить. Молчит насупившись всю дорогу до поместья. Думает, что тем самым он как-то заденет Дика, однако Грейсону сейчас плевать на мелкие обиды брата. Это действует как инстинкт самосохранения: Дику сейчас важнее всего увести близкого человека как можно дальше от предполагаемой опасности. Он не знает, насколько честно играет Слэйд на данный момент. Может быть, он нацелен на какого-то высокопоставленного чиновника, а может получил заказ на кого-то из местных героев. Возможно, даже на кого-то из Бэт-Семьи. Дик не знает. Но бывали случаи, когда Дефстроук появлялся в поле зрения перед тем, как взяться за очередное задание. Это был его способ пофлиртовать или предупредить об угрозе для кого-то из близких Грейсона. Чем это было сейчас? Дику безумно хотелось достать сотовый телефон из кармана и выяснить, какого хрена здесь забыл Дефстроук. А еще ему хотелось защитить Джейсона. Пусть он не может ничего сказать брату, но отвезти того в самое безопасное место в Готэме он вполне в состоянии.

***

- Вот продукты, – говорит Дик, размещая массивные пакеты на тумбах у холодильника. – Джейсон поможет с сортировкой, а я... Мне нужно кое с чем закончить. Не беспокойте меня в ближайшие... в общем, не беспокойте. Растерянный от нервозности, Дик пронёсся мимо нахмурившегося Альфреда. Однако дворецкий ничего не сказал, а вот Джейсон не поленился бросить в адрес старшего брата пару-тройку нелестных слов. Слава Богу, что не бранных. Влетев в свою комнату, Дик первым делом тщательно проверяет ее на наличие «жучков». К его удивлению, никаких подслушивающих устройств он внутри не находит. Либо Брюс еще не занимался его комнатой, либо и правда решил уважительно отнестись к его личной жизни. Последнее было сомнительно, но не невозможно. Убеждаясь в отсутствии прослушки, Дик наконец достает из кармана сотовый телефон и откидывает крышку. Компактная раскладушка последней модели – это слишком дорогой аксессуар для простого офицера полиции, но достаточно скромное приобретение для элитного наемника. Полезный подарок от Слэйда, сделанный перед самым отъездом Дика из Бладхэйвена. Видит Бог, Грейсон не хотел использовать телефон так, но обстоятельства... В его списке контактов всего одно имя. «Мастер» – простое и незамысловатое прозвище. Но отчего-то сердце бешено колотится, когда парень нажимает на кнопку вызова. Он чувствует, как холодный пот катится по его лбу пока длинные гудки извещают о звонке на том конце линии. - Слишком долго, – звучит из динамика глубокий и спокойный голос. – Я думал, ты позвонишь, как только выйдешь из супермаркета. - Какого хрена, Слэйд?! – Дик вкладывает в вопрос всё свое негодование. - Потише, малыш, а то папочка услышит. Эти слова звучат насмешкой. Дик сжимает губы и тяжело выдыхает через ноздри. Слэйд издевается над ним?! Точно издевается! Как он вообще смеет?! Как смеет появляться в Готэме?! Как смеет преследовать его?! Как смеет говорить с ним в таком тоне?! Даже если бы Дик не опасался Брюса, есть сотни причин, почему Дефстроуку не следует выходить с ним на контакт в Готэме! - Хватит надо мной издеваться, слышишь?! – шипит в трубку Грейсон. – То, что ты творишь неприемлемо! - А то, что творишь ты, вполне допустимо? – усмехается на том конце линии злодей. – И насколько я помню, тебе нравится, когда я над тобой издеваюсь. Дик чувствует, как начинает краснеть. Не то от смущения, не то от злости. - Это другое, – юноша пытается звучать жестко. – Наши личные отношения не должны... Тебя не должно быть в Готэме, понятно? Садись на первый же самолет и выметайся из города! - Пытаешься мной командовать? Это смешно, – Слэйд действительно смеется. – Но, честно говоря, я польщен твоей заботой. Ты так сильно не хочешь, чтобы я попался на глаза твоему папочке? - Дело не в этом, – Дик мотает головой. – Брюс... Брюс не при чем. Это не забота. Это просто... Я не прощу себе, если ты натворишь в Готэме дел, ясно? Поэтому, если не хочешь, чтобы мне было плохо... На том конце линии раздается недоверчивое хмыканье. - Ты думаешь, что я приехал в Готэм, чтобы навредить? – на этот раз в голосе Слэйда слышится суровая нотка. – Какого же ты плохого обо мне мнения, мальчик. Дик невольно чувствует себя виноватым. Он не знает, откуда сейчас в нем это чувство, но оно ему не нравится. - Слэйд, пожалуйста... – Дик почти хнычет. - Я никуда не уеду, – твердо отвечает наемник. – Можешь не волноваться: я здесь не по работе и сталкиваться с Бэтменом не собираюсь. Просто хочу быть рядом, если у тебя что-то пойдет не так. Последняя фраза звучит так шокирующе наивно и заботливо, что Дик теряется. Он никак не ожидал такого внимания от Слэйда. От этого сурового и бесчувственного солдата, который даже в жизни своих детей не принимал особого участия. - Это... это лестно, – Грейсон наконец находит какие-то слова. – Но со мной всё будет в порядке. Не переживай. Дик снова краснеет, когда слышит смешок. Садится на кровать и неловко вытирает потную ладонь о ткань джинсов. Осознает, насколько глупо говорить «не переживай» наемному убийце. - Что бы ни случилось, ты всегда можешь со мной связаться, – с отеческой заботой произносит Слэйд. – В любое время дня и ночи. При любых обстоятельствах. - Эм... спасибо, – Дик правда не знает, что ответить. Вряд ли у него возникнут какие-то трудности в Готэме. Но всё же... всегда приятно, когда рядом есть человек, готовый помочь. - Еще кое-что... – Грейсон думал, что Слэйд положит трубку, но тот снова подает голос. – Бэтмен слишком близко подобрался к Джонни Тейлору. Глупо полагать, что контрабандисты этого не заметили. - Что? – Дик ошеломлен внезапной сменой темы. - Будь внимательней, малыш. - Что? Слэйд, что ты имеешь?.. Черт! – Дик выплевывает ругательство, когда в телефоне раздаются гудки. Он набирает номер снова, но никто не берет трубку. Дважды черт! Вот тебе и «звони в любое время дня и ночи». Слэйд точно над ним издевается! Ясно, как день. Но почему-то Дик не чувствует себя уверенным. Или хотя бы спокойным. Он тупо смотрит на телефон-раскладушку в руке, а потом откидывает его в сторону. Сам падает на кровать. Глядит в потолок, пытаясь собраться с мыслями. Что за игру в этот раз ведет Слэйд? Он сказал, что приехал не по работе, и Дик охотно ему верит: Дефстроук на удивление честен для злодея. Он может что-то скрывать или недоговаривать, но если что-то и говорит, то исключительно правду. Значит, учинять беспорядки в Готэме он не собирается. Правда ли, что он приехал сюда исключительно ради Дика? Очевидно, правда, вот только... зачем ему вообще Дик? То, что их связывает, вряд ли стоит того. Такого риска. Дику не хотелось бы, чтобы Слэйд нарвался на Бэтмена, даже несмотря на относительное хладнокровие наемника. Сам Слэйд никогда и не рассматривал Бэтмена как действительно серьезную угрозу. Как равного в бою противника — возможно, но не как угрозу. Понятно, что Слэйд не волнуется на этот счет. А вот Дику как-то тревожно. И не только потому, что его приемный отец может схлестнуться с его тайным любовником. Черт! Почему всё так сложно? Дик вглядывается в трещину на потолке, желая отвлечься от тяжких мыслей. Трещина пока маленькая, но если не заняться ей в ближайшее время, она может разрастись. А там и весь потолок может потрескаться. Будет нехорошо, если поместье начнет разваливаться. Нужно будет сказать об этом Альфреду. Он следит за порядком в доме и должен знать о том, как бороться с такими проблемами. Тук-тук-тук! - Кто там? – Дик поспешно хватает сотовый телефон и прячет его в карман куртки. Едва успевает перед тем, как дверь открывается. - Мастер Дик, – дворецкий входит в комнату, – я помню, что вы просили не беспокоить вас, но мастер Брюс настаивает на том, чтобы вы немедленно спустились в пещеру. - А... Зачем? – у парня всё холодеет внутри; мысли тут же перескакивают на самый невыгодный для него сценарий. Брюс знает о Слэйде? Он как-то подслушал их разговор? - Он не сказал, но, очевидно, что дело важное. - Эм... Хорошо, я спущусь, – заверяет дворецкого Дик, всеми силами пытаясь придать своему голосу беззаботности. Он уже представляет выражение лица Брюса, когда тот будет его отчитывать. Нет, когда тот будет кричать на него. Или еще хуже – будет молча буравить его суровым взглядом, ожидая, что Дик сам во всем признается. А что тогда должен будет сказать Дик? Что это ошибка? Что Брюс просто не так всё понял? Что он ни коем образом не связан с опасным наемным убийцей и – уж тем более! – не спит с ним в тайне ото всех? Насколько же хреново могут развернуться события?.. - И, мастер Дик, – дворецкий останавливается в дверях, чтобы бросить на Дика недовольный взгляд. – Я очень надеюсь, что вы не станете пренебрегать полезной пищей и есть хлопья на ужин. - А? – на лице Дика проскальзывает замешательство, но он тут же вспоминает о словах, сказанных Джейсону в супермаркете. Хлопья? Кого в такой ситуации вообще могут волновать хлопья? – А, да, я не буду, Альфред. - Очень хорошо. Ведь это может навредить вашему желудку. Сказав это, дворецкий вышел из комнаты, оставив Дика в полнейшем недоумении. И на данный момент в голове Грейсона не было никаких мыслей, кроме одной – каким образом он вообще до всего этого докатился?