Комната под номером 456

      Утром Ки-Хун ожидал чего угодно, но точно не того, что почувствует, как кто-то с силой ударил его по лицу. Разлепив усталые глаза, он поморщился от яркого света и прикрыл глаза рукой. Голова болела, видимо, сказался вчерашний удар прикладом пистолета. В том, что это был именно он, Сон не сомневался.       — Ты кто нахрен такой? Где тот другой мужик с номером сто восемьдесят?       Грубый тон не совсем понравился Ки-Хуну. За прошедший год он отвык от людей, которые так разговаривали. Голос мужчины был наполнен плохо скрываемой злобой.       Когда голова слегка прошла, а глаза привыкли к искусственному свету, Ки-Хун осторожно открыл их и приподнялся. Он не смог сдержать удивления, когда увидел перед собой стены уже знакомого общежития. Отчего-то Сон не сомневался, что оно было точно таким же, как и на старом острове. Эти богатые придурки были внимательны к деталям и вряд ли бы решили создать другой вариант этого острова.       — Ты почему молчишь? — вновь подал голос мужчина, привлекая к себе внимание. — Я спрашиваю, кто ты вообще такой? Куда делся другой игрок? И куда подевались мои сорок пять миллиардов?       Ки-Хун перевёл непонимающий взгляд с мужчины на экран. Ещё вчера вечером там были совсем другие надписи: два игрока и сорок пять миллиардов. Сейчас же цифры изменились. Вместо вчерашней суммы была представлена ровно половина.       — Ты один из них? — продолжил мужчина, чем знатно выбесил Ки-Хуна.       — Да! — хрипло сказал он, постепенно повышая голос. — А сейчас не мешай мне думать.       Ки-Хун не знал, почему разозлился, но сейчас в нём буквально закипала злоба. Он стремительно вскочил с кровати, замечая, что вчера его успели переодеть. Привычный чёрный костюм, бабочка на шее, рубашка и номер, пришитый к пиджаку. Игрок 456. Эти цифры надолго впечатаются в его память, буквально срастаясь вместе с ним. Третий раз, третья игра и тот же самый номер.       Тяжёлые, массивные железные двери открылись, и внутрь вошли двое. Люди в розовом остановились посреди общежития и внимательно взглянули на каждого из мужчин.       — Поздравляем, — начал мужчина в маске с изображённым на нем квадратом. — Вы оба с достоинством прошли пять игр, и сейчас настало время для шестой, последней игры. Прошу следовать за персоналом и внимательно выполнять наши указания.       Отчего-то Ки-Хуну казалось, что солдат обращался именно к нему. Интересно, знал ли он, что всего каких-то пару часов назад Сон играл его непосредственного начальника, а если знал, то как отреагировал?       «Каждому здесь солдату ты подпортил жизнь», — вспомнил он слова, сказанные Ин Хо. Если это было действительно так, то он не сомневался, что мужчина под маской смотрит на него с усмешкой, уже зная, чем закончится эта игра.       — Подождите, — игрок двести пятнадцать выскочил вперёд, — мне придётся драться с ним?       — Верно, — солдат коротко кивнул и развернулся. — Прошу пройти за мной.       Ки-Хун последовал без возражений. Он уже знал, что с этими людьми шутки плохи и лучше не выводить их на эмоции. Это может плохо для него закончиться. Лучше уж подождать игры и умереть с честью и достоинством, чем вот так просто.       Знакомые лестницы, знакомые коридоры. За эти несколько дней Ки-Хун ходил здесь бесчисленное множество раз и сейчас шёл на игру, гадая, видит ли его в данный момент Ин Хо. Вероятно, нет, но точно увидит на игровом поле.       Игровая площадка ничем не отличалась от той, что он видел три года назад. Здесь начинались все игры с задания «Тише едешь, дальше будешь», и здесь же всё и закончится.       — Сейчас вам необходимо выбрать, кто и на какой позиции будет играть, — сказал солдат перед началом игры. Игроки уже стояли на поле. Их разделяло буквально несколько метров. — Защита или нападение.       Ки-Хун почувствовал на себе острый внимательный взгляд. Кто-то смотрел на него, и от этого по спине разбегались мурашки. Он глянул вверх. Теперь-то он без труда мог отыскать комнату випов. Те уже собрались, дожидаясь начала игры. Мужчина не сомневался, что Ин Хо тоже был там.       — Нападение, — ответил он коротко, сделав это быстрее другого игрока. Играть на этой позиции было привычно: так у него хотя бы был шанс вытолкнуть игрока за пределы поля.       Ки-Хун не хотел знать, кто сейчас будет играть. Он просто глянул вверх, видя, как переговариваются между собой випы. Они не ожидали увидеть на этом поле победителя тридцать третьих игр.       Ин Хо смотрел на мужчину, не веря. В начале, только придя сюда, он был уверен, что ему показалось. Однако сейчас, выхватив из рук вип-гостя бинокль, он убедился в том, что предположение оказалось правдой. Это был Сон Ки-Хун. Он стоял там в том же чёрном костюме, с тем же самым номером, что и четыре года назад.       — Это определённо будет интересно, — сказал один из вип-гостей и устремил свой взгляд в сторону Ин Хо. — Вы не соврали, когда сказали, что нас будет ждать что-то удивительное.       Ин Хо сглотнул. Его не волновала похвала вип-гостей, его интересовало, кто, когда и с какой целью пихнул в эту игру Ки-Хуна. И почему тот ничего ему не сказал? Он, вероятно, обо всём знал и именно поэтому вёл себя так странно в последние дни.       Чем дольше Ин Хо размышлял, тем больше понимал, что это было делом рук вип-гостя в маске тигра, и его напряжённый взгляд с наглой улыбкой были тому доказательством. Руки мужчины обессиленно сжались в кулаках. Он не знал, что делать. Игра между тем началась. Ин Хо с тревогой в глазах смотрел, как Ки-Хун медленно подкрадывается к другому игроку. Смотреть на это было ужасно. Другой игрок был сложен гораздо лучше: он был сильнее и явно умнее. Именно на него Ин Хо ставил в прошлую игру, и он не сомневался, что тот победит.       — Вынужден ненадолго вас оставить, — неожиданно сказал он, ни к кому, впрочем, не обращаясь.       Если кто-то из гостей и был против, никто не высказал недовольства. Это позволило Ин Хо чуть ли не бегом выйти из комнаты вип-гостей. Необходимо было как можно скорее добраться до помещения, в котором проводилась игра, и остановить проведение этой дурацкой игры. Он не думал, что скажет. Ему было просто необходимо вытащить оттуда Ки-Хуна. Даже если он сам вмешается в ход игры, это наверняка повеселит гостей. Два победителя игр прошлых лет столкнутся один на один с игроком, который прошёл пять игр этого сезона.       Вниз он добрался в рекордное время. Пять минут. Пять долгих минут он бежал по лестницам и сейчас остановился перед плотными дверями. Путь ему перегородили двое солдат.       — Пропустите, — почти прорычал Ин Хо. Он терял считанные минуты на этот совершенно бессмысленный разговор.       — Не положено, — отозвался один из солдат. Ин Хо пронзил его уничтожающим взглядом.       — Как это не положено? — невозмутимо спросил он. — Вы забыли, кому подчиняетесь?       Ни один солдат ему больше не ответил. Ин Хо раздражённо выдохнул сквозь зубы. Левой рукой он потянулся в карман формы, чтобы достать пистолет, но того там не оказалось. Тогда мужчина вспомнил, как оружие выпало из кармана ещё вчера вечером, упав под кровать.       Идти на солдат без пистолета было всё равно что собственноручно сунуть голову в петлю, совершив самоубийство. Кажется, вип-гости догадались и приказали солдатам не выполнять его поручения. Это было плохо. Очень плохо. Если в одну минуту Ин Хо чувствовал себя просто прекрасно, зная, что в его руках вся власть над этим местом, то сейчас он вновь почувствовал себя тем простым полицейским, которого с позором уволили из штаба полиции и который впервые вступил в эти игры. Он был никем.       Обречённость навалилась на него со всей своей разрушительной силой. Ин Хо помнил, как Ки-Хун одержал победу в прошлый раз. В этот раз так просто не будет. Последний раз он чувствовал что-то подобное, когда пришёл в больницу к жене и понял, что уже поздно. Сейчас тоже было поздно. Он ничем не мог помочь. Ки-Хуну придётся действовать самому.       Не зная, чем себя занять, Ин Хо достал чуть помятый конверт. Сегодня утром первым делом вместо Ки-Хуна он обнаружил это письмо. В строке адреса было написано: «Прочитай, когда закончится игра». Ждать конца игры было бессмысленно, да и Хвану нужно было чем-то себя занять, поэтому небрежным движением руки он осторожно разорвал конверт. Оттуда фронтмен достал два небрежно сложенных листа бумаги и усмехнулся: если это было прощальное письмо, то Сону явно было что сказать. Не желая терять времени, он погрузился в чтение.       «Ин Хо,       Если ты читаешь это письмо, то я, скорее всего, уже мёртв, или, как я и предполагал, ты не справился со своей любознательностью и распечатал письмо раньше. Мне кажется, что больше возможен второй вариант, и это значит, что после игры я хорошенько получу от тебя за эту выходку. Однако сейчас это неважно. Я пишу тебе не для того, чтобы сказать, что ты и так уже знаешь. Я пишу, чтобы сказать нечто другое. Во-первых, забери мою дочь. Вчера я позвонил нашему общему знакомому, и он пообещал, что после моей смерти ты станешь её законным опекуном. Я не хочу, чтобы она жила с матерью, если ей там не нравится. Ка Ён всегда любила тебя, поэтому не бросай её и попытайся рассказать обо всём произошедшем. Не только про мою смерть, но и про игры. Я не хочу, чтобы когда-нибудь она попала в тот кошмар, в который попал я. Будь рядом с ней, я знаю, что ей потребуется твоя поддержка.       Во-вторых, поговори с братом. Несмотря на все ваши ссоры и недомолвки, ты должен поговорить с ним. Я знаю, что сейчас ты читаешь это и наверняка хмуришься, как это обычно бывает, но не сказать этого я просто не мог. От твоего брата я знаю, что у вас есть престарелая мать. Не бросай их. Поверь, бросишь и потом пожалеешь. Я когда-то уже пожалел, поэтому прошу тебя не поступать точно так же. И да, я знаю, что ситуации совершенно разные.       В-третьих, чтобы ни случилось, не возвращайся сюда: ни на этот остров, ни на какой-либо другой. Не пытайся отомстить, не пытайся вернуться в качестве ведущего. Я знаю, что тебе будет плохо, знаю, что ты будешь скучать, но не поддавайся тоске. Рано или поздно всё вернётся в норму. Выполни мою просьбу. Это будет моим последним желанием.       В-четвёртых, я знаю, как богатые люди помешаны на похоронах. Если соберёшься устроить их, не устраивай чего-то помпезного. Не нужно тратить на меня бешеные деньги.       В-пятых, возможно, я говорил тебе это не слишком часто, но я, чёрт возьми, тебя люблю. Любил, люблю и буду любить после смерти, если это возможно. Ты вернул меня к жизни. Спасибо тебе за это. Никогда не забуду, обо всём том, что ты для меня сделал. Береги себя, не влезай в неприятности. И ещё, ты, наверное, гадаешь, как випы догадались о том, кто я. Для начала нужно сказать, что в игру я вступил не по своей воле. Меня заставили. Вип в маске тигра дал мне два варианта: пойти играть в игру одному, чтобы дать тебе возможность вернуться к нормальной жизни, или играть в игру с тобой. Ты, наверное, догадался, какой вариант я выбрал. А ещё тебя предал Ён Сун. Да-да, тот мальчишка, который всё время вертелся около тебя. Так что прекрати доверять людям, хотя бы выборочно.

С любовью, Сон Ки-Хун».

      Онемевшими пальцами Ин Хо сжимал слегка помятые бумаги. За эти несколько минут он трижды перечитал это послание. Ки-Хун предугадал буквально всё. Всё от его мыслей, до желаний. Он верно угадал эмоции, с которыми Хван будет это читать.       — Я тоже буду тебя любить, — тихо сказал он, поднимаясь на ноги. За время прочтения письма он не заметил, как сел на пол. — Что же делать?       Он не знал, сколько прошло времени, но по стоящим на своих местах солдатам он понял, что игра ещё идет. Ки-Хун продолжал бороться за свою жизнь, если ещё не проиграл.       — Впервые вижу тебя таким потерянным.       Ин Хо дернулся, услышав голос позади себя. Этот голос он слышал много раз за последние пару дней. Он медленно обернулся. Человек в маске тигра медленно спускался по лестнице и не сводил с Хвана глаз.       — Зачем? — тихо спросил он, поднимаясь на ноги. — Что он Вам сделал?       Вип усмехнулся. Через пару минут он остановился напротив Ин Хо и протянул руку к его лицу, обхватив подбородок.       — Давно я не видел твоего лица, — с улыбкой сказал он. — Маска, конечно, хороша, ведь сделана была специально под тебя, но такое лицо скрывать грех. Не это ли привлекло твоего друга?       Ин Хо старался не слушать этот противный голос. Вип был чокнутым психом. Его прикосновения вызывали бурю негодования, и Хван поспешил сделать шаг назад.       — Не Ваше дело, — коротко бросил Ин Хо. — Если так хотите поговорить, то ответьте на вопрос: почему Вы так поступаете? Вам не могло в голову прийти, что Сон Ки Хун вновь попал на остров, потому что хотел здесь работать? Не это ли Вы, в конце концов, предлагаете большинству победителей?       Ин Хо внимательно следил за вип-гостем. Бояться его не было смысла. Мужчина не носил при себе никакого оружия, и максимум, что он может сделать, это схватить его за горло и придушить. Но ведь Хван может приказать солдатам обезвредить его… Не может. Солдаты в данном случае выполняли приказы вип-гостей, и Ин Хо потерял над ними влияние, как только снял эту чёртову маску.       — Он мог прийти на этот остров сколько угодно и кем угодно, — задумчиво сказал вип-гость. — Но в любом случае он завладел бы тобой. Любви не место на нашей работе. Она делает нас слабыми.       Рука Ин Хо сама собой потянулась к волосам, тут же растрёпав их. Ему не нравилось в этом человеке всё: от его манеры одеваться до его голоса. Холодный, циничный. Он не был похож на человеческий.       — Напротив, — возразил Ин Хо. Он чувствовал, что теряет драгоценные минуты, но не мог так просто прекратить начатый разговор. — Любовь делает нас сильнее. Человек, которого мы любим, вдыхает краски в нашу серую жизнь. Мне жаль, что я осознал это так поздно. Ваши игры сломали меня так же, как когда-то сломали Ки-Хуна, но в друг друге мы нашли утешение.       От вип-гостя не последовало никакого ответа. Напротив, он, казалось, заскучал. Господи, этот ненормальный псих заскучал! Ки-Хун действительно был прав, когда называл каждого из здесь собравшихся уродами, не заботящимися о чувствах других людей.       — Тронете его, и я лично убью каждого из вас, — пообещал Ин Хо, чувствуя, как в спину утыкается дуло пистолета. — Даже если после этого умру я сам. Я не побоюсь испачкать руки в крови, чтобы каждый из вас ответил за содеянное.       Холодный смех пронзил тишину. Хван слышал, как был передёрнут рычаг предохранителя. Но его это не напугало. Дальше его всё равно не пустят, а Ки-Хун с большей вероятностью умрёт. Они снова встретятся через пару минут, если сейчас это всё закончится.       — Ну-ну, спокойно, — тихо сказал вип-гость. — Нам не нужны лишние смерти. Смерти твоего друга будет вполне достаточно. Он сам виноват в том, что сунулся сюда. Заметь, мы предлагали тебе убить его ещё год назад. Ты не послушал, сказал, что у тебя есть план. И…       — Достаточно.       Ин Хо поднял удивлённый взгляд вверх. По лестнице один за другим спускались остальные вип-гости. Он и думать о них забыл, но сейчас в мгновение ока осознал одну вещь: эти мужчины ни за что бы не пропустили игру, какие бы ни возникли на то обстоятельства, а если они здесь, то игра закончена.       — Кто победил? — спросил Ин Хо, чувствуя, как кровь отливает от лица.       Он не хотел знать ответ на вопрос, но просто не мог не спросить.       — Игра ещё не закончена, — отозвался один из гостей. Спустя пару минут они столпились вокруг Ин Хо, образовав круг. — Твой дружок отделался парой лёгких травм, но это пока. Мы тут навели пару справок и выяснили, что его противник — мастер спорта по боксу.       Ин Хо сглотнул. Он не знал, что чувствовать. Он был рад, что Ки-Хун не перестал бороться. Этот чёртов придурок боролся за свою жизнь, за их совместную счастливую жизнь, за своё право раз и навсегда покинуть остров впервые по-настоящему счастливым человеком. А с другой стороны, его пугало, что другой игрок был чертовски хорош в боевых искусствах.       — Вытащите его оттуда, — взмолился Ин Хо. Сейчас он был готов сделать что угодно, хоть встать на колени. Пообещать сделать всё, что угодно. — Я сделаю всё, что угодно.       Сейчас Хван чувствовал себя загнанным в ловушку зверем. Почему он, ведущий этого места, победитель этих чёртовых игр, бывший полицейский, не может ничего сделать?       — Пустите его, — тихо приказал один из вип-гостей.       Ин Хо поднял удивлённый взгляд. Вип-гость в маске оленя смотрел прямо на него. На его губах играла слабая улыбка.       — Так просто? — решил уточнить Хван, не веря в свою удачу. — Или мне что-то для этого нужно сделать?       Он видел, как переглядываются вип-гости. Он видел, как они решают судьбу его и Ки-Хуна. Ин Хо, хоть и был готов на всё на свете, молился, чтобы это было не чем-то слишком сложным. Эти люди были способны на всё, что угодно. Могли спасти Ки-Хуна, но оставить Ин Хо на острове ведущим до конца жизни. Могли спасти Ки-Хуна, но заставить Ин Хо играть в следующих играх, потому что они всегда хотели пустить в эти игры победителя. Могли убить их обоих. Вариантов было много.       — Любовь — это игра, в которую могут играть двое, причём оба — выигрывать, — задумчиво сказал один из вип-гостей. — К сожалению, наш друг давно не способен понять этого. Но ты…       Мужчина замер, пронзив ведущего взглядом.       — Закончи эти игры. Только от них будет зависеть ваша будущая судьба.       Хван непонимающе посмотрел на мужчину. По всей видимости, не только он один не понял смысла сказанных вип-гостем слов.       — Откройте двери.       Солдаты повиновались беспрекословно. Ин Хо со смесью удивления и неверия на лице перевёл взгляд с дверей обратно на вип-гостей.       — Спасибо, — склонив голову в полупоклоне, сказал он.       — Не упускай свой единственный шанс на счастливую жизнь.       Несколько секунд вглядываясь в глаза мужчины, Ин Хо кивнул. Мужчины перед ним расступились и по очереди пошли вверх по лестнице. Не нужно было сомневаться, что прямо сейчас они вернутся в свою комнату, чтобы наблюдать за исходом этой непростой битвы.       — Наслаждайтесь своими последними мгновениями работы, — тихо сказал Ин Хо, прежде чем войти в игровой зал. — Пока я здесь ведущий, уволю каждого, кто не выполнит мой приказ.       Мужчины не шелохнулись. Они стояли под тяжёлым взглядом Ин Хо, словно статуи, приросшие к полу. Хван не сомневался, что каждый из них отчётливо понимает, что случится с ним через пару десятков минут.       Более не обращая на солдат никакого внимания, Ин Хо перешёл порог и попал на поле игры. Здесь не было ничего примечательного. Изображённый на песке кальмар, внутри него двое мужчин.       Сердце замерло. Ин Хо остановился, сделав всего пару шагов. На песке, вероятно, в луже собственной крови лежал мужчина. Он был повернут к Хвану спиной, но ему всё равно не составило труда узнать, кто это. Игрок 456. Ки-Хун.       — Нет… — хрипло выдохнул Ин Хо и сорвался с места.       Перед собой он ничего не видел: ни другого игрока, замершего в удивлении с занесённым над телом Ки-Хуна ножом, ни солдата, который судил эту игру. Его взгляд заострился лишь на одном. Ки-Хун был смертельно бледен. Когда Ин Хо перетащил его на свои колени, его голова безмолвно откинулась на колено мужчины.       — Нет-нет-нет, — прошептал мужчина, дрожащими пальцами нащупывая пульс. — Ты не мог умереть. Ты просто не мог умереть.       Ин Хо трясло. Он с трудом, но всё-таки нащупал пульс. Тот был, но едва ощутим. Это хоть как-то помогло Хвану вернуть контроль над собственным телом. Вернув способность мыслить, он пробежался взглядом по телу мужчины: ран почти не было, но на правом боку расцветало тёмно-красное пятно. А так в основном Ки-Хун отделался парой царапин и синяков. Была возможность, что он сможет вовремя вытащить Сона отсюда живым.       — Ты кто ещё такой? — спросил игрок. Он наконец вышел из оцепенения.— Отойди. Дай я закончу и получу свои деньги.       Осторожно положив Ки-Хуна обратно на землю, Ин Хо встал, с ненавистью взглянув на мужчину.       — Сомневаюсь.       Ин Хо не в первый раз наблюдал за собой странность. Каждый раз, когда он злился, он будто терял контроль над собственным телом. В такие моменты им овладевал гнев, делая его почти неуправляемым. Что ж, так будет даже лучше. Во-первых, он не будет ничего чувствовать и сможет убить этого придурка без угрызений совести. Во-вторых, это порадует випов. Ин Хо хоть и не видел их, но прекрасно знал, что они наблюдают за каждым его действием.       Первый удар пришёлся по лицу. Хван бил, не стесняясь и не боясь попасть под удар. Он бил, не заботясь о правильной технике, о боли, которую будет чувствовать после этого. Его противник, впрочем, ни на шаг от него не отступал. Предугадывая действия мужчины, он отражал удары и наносил свои, стараясь попасть по особо чувствительным местам. Нож был отброшен куда-то в сторону. Ин Хо постарался откинуть его ногой как можно дальше, чтобы у противника не было возможности его использовать.       — Это мои деньги! — крикнул игрок, схватив Ин Хо за шею. — Я не могу позволить их забрать.       Ин Хо усмехнулся. Чувствуя, как воздух покидает его лёгкие, он вывернулся из цепкой хватки, ударив мужчину в голень.       — Думаешь, я пытаюсь убить тебя из-за денег? — тихо спросил Хван, разминая плечи. — Вынужден тебя разочаровать: деньги меня не интересуют.       Хван увернулся от очередного удара. Хотел бы он сказать, что его капитал далеко превосходит сорок миллиардов вон.       — Тогда что? — спросил игрок, медленно, шаг за шагом, направляясь в сторону ножа. — Зачем ты пришёл сюда? И где был раньше? Тебя не было в течение прошлых пяти игр. Так же, как и его.       Ин Хо утер кровь с губы. Во время драки он её прикусил, и сейчас там выступили крохотные капельки крови. Это было пустяком, в отличие от прошлых ран, что он уже получил.       — Только попробуй, — сказал он, жалея, что не выкинул нож за пределы игровой площадки. — Убьёшь его, и я убью тебя в ответ.       Ин Хо действительно боялся того, что мужчина вздумает напасть на Ки-Хуна, которому с каждой минутой становилось всё хуже, поэтому закружил вокруг него, отбивая удары противника.       — Я прошёл пять чёртовых игр не для того, чтобы уступить какому-то придурку! — воскликнул игрок, саданув ножом по щеке противника. — Ты думаешь, что сможешь меня остановить?       Силы медленно покидали обоих мужчин. Удары становились всё ленивее, хотя было видно, что игрок устал меньше. Он был на двадцать лет моложе и, естественно, выносливее. В какой-то момент ему даже удалось оттолкнуть Ин Хо, опрокинув его на спину.       — Говоришь, ты пришёл сюда не из-за денег? — спросил он с кровожадной улыбкой. — А я вот из-за денег, и знаешь, мне сказали, что жизнь вот этого придурка стоит двадцать миллиардов. Я не уйду отсюда без этих денег.       Ин Хо замер. Он видел, как мужчина медленно подходит к Ки-Хуну, опускается перед ним на колени, заносит нож и… Хван действовал инстинктивно. Одним движением поднявшись на ноги, он кинулся на мужчину, сбив того с ног. Одного этого удара хватило, чтобы вытолкнуть игрока за пределы игровой площадки.       Сжимая шею мужчины, он почувствовал, как в его левый бок врезается что-то острое. Нож вошёл в бок по самую рукоятку, но Ин Хо не обращал на это никакого внимания. Его ранили много раз, и эта рана едва ли была опаснее остальных.       — Игра окончена.       Женский металлический голос звучал будто издалека. Хван нехотя убрал руки с шеи мужчины. Тот умер быстро, и это едва ли можно было назвать болезненной смертью.       — Ки-Х… Ки-Хун, — выдохнул он, вытаскивая нож. Делать этого не стоило бы, но ходить с ножом в боку он тоже не мог.       Осторожно поднимаясь на ноги, Ин Хо не стал терять времени и опустился на колени возле Сона. Он не знал, сколько прошло времени, но за это время Ки-Хун совсем побледнел. Ин Хо с тревогой пощупал пульс. Того не было.       — Нет-нет-нет… — обречённо прошептал он. — Эй, очнись. Ки-Хун, всё закончилось! Мы победили! Очнись… Ты же… Ты не мог умереть!       Сколько бы мужчина ни отрицал, он точно знал, что Сон Ки-Хун мёртв. Его сердце не билось.       — Ты не мог умереть, — обречённо прошептал мужчина. По его лицу бежали слезы, оставляя за собой мокрые дорожки.       Не зная, что делать, от шока он позабыл о том, как нужно делать массаж сердца, он просто с силой ударил мужчину по груди. За первым ударом последовал второй, за ним третий.       Через пару секунд Ин Хо разразился громким, отчаянным криком. Всё это время он не прекращал бить мужчину. Теперь было неважно, куда и для чего бить. Он просто бил, чтобы через удары выплеснуть свою боль.       — Ты не мог умереть, — со слезами на глазах тихо сказал мужчина. — Не мог… Не мог!       Один из особо сильных ударов пришёлся прямиком по груди. Туда, где располагалось сердце.       Ки-Хун резко открыл глаза, закашлявшись. Его глаза тревожно бегали из стороны в сторону, пока зрение не прояснилось, и он не увидел Ин Хо, который, напротив, его не замечал.       — Ин Хо… — чувствуя боль во всём теле, прошептал Ки-Хун. — Ин Хо.       Хван замер. Помутневшим взглядом он уставился вниз и встретился с Ки-Хуном.       — Живой… — неверяще сказал он. Если бы он не был устойчив к подобного рода потрясениям, то непременно бы упал в обморок. — Господи, ты живой!       В следующий момент Ки-Хун уже был вздёрнут на ноги и заключён в крепкие объятия. Хван, не стесняясь, обцеловывал его лицо, вцепившись в плечи.       — Ты придурок! — не останавливаясь, говорил Ин Хо. — Я ведь говорил, ни на что не соглашаться! А если бы ты правда умер?       — Я оставил тебе письмо, — хрипло сказал Ки Хун. Он с трудом стоял на ногах, удерживаясь за счёт Ин Хо, — которое ты, судя по всему, прочитал раньше.       Неожиданно Ин Хо захотелось ударить мужчину, да сделать это как можно сильнее, но он нашёл в себе силы удержаться. Сону нужна срочная медицинская помощь.       — Идём со мной, — тихо сказал он, обхватив мужчину за торс для поддержки. — Нужно обработать твои раны и очень серьёзно поговорить.       Ин Хо не помнил, как именно они добрались до комнаты управления. Его разум застилала резко навалившаяся усталость. Ему едва ли хватило сил, чтобы переговорить с вип-гостями. Было решено оставшиеся деньги передать участнику, который покинул остров сегодняшней ночью. Сон всё равно бы не согласился забрать себе ещё больше двадцати миллиардов. На этот раз точно.       Дальше Хван занялся ранами Сона. Кроме распаренного бока, он нашёл несколько незначительных царапин, которые едва ли могли сейчас навредить его жизни. Нужно было обработать рану, при том сделать это так, чтобы Сон по возможности продержался до материка, где ему окажут настоящую помощь.       — Можешь так не стараться, — тихо сказал Ки-Хун. — Сколько раз я уже ходил раненым? Заметь, до сих пор не умер.       Хван замер. Он так и не закончил перевязывать рану, захватив концы бинта левой рукой.       — Твоё сердце не билось! — воскликнул Ин Хо, ударив кулаком по столу. — Я думал, что ты мёртв, и до сих пор не понимаю, как умудрился выжить. Так что не смей мне ничего говорить. Не представляешь, как сильно я хочу сейчас тебе врезать, да не буду, ты и так побит так, что мать родная не узнает.       Ки-Хун поморщился. Умирать на самом деле он не собирался и вообще не понял, как так получилось, что его саданули ножом. Это произошло неожиданно, и эта неожиданность чуть не стоила ему жизни.       — Извини, — сказал он, опустив голову вниз. — Этот вариант был единственным возможным. Я не смог бы драться с тобой. Да и ты бы не стал, а так мы никогда бы не вырвались отсюда. Я подарил нам возможность жить счастливой жизнью.       Ин Хо пронзил мужчину разозлённым взглядом. Опустив голову, он тяжело вздохнул, не зная, как реагировать на признание мужчины.       — Посиди спокойно, — в конце концов попросил он. — Нужно обработать твои раны. К твоему сведению, я единственный здесь с более-менее нормальными знаниями в области медицины. Мне уже не впервой предоставляется возможность перевязывать твои раны.              Ки-Хун замер. Он едва ли сейчас мог думать о чём-то, кроме боли, пронзившей тело, но одна мысль всё-таки не ускользнула от него.       — Ты перевязывал меня после первой игры? — спросил он, вспоминая, как аккуратно были перемотаны все раны.       Ин Хо усмехнулся.       — А ты предлагаешь этим заниматься солдатам? — спросил он. — Это не входит в их обязанности. Не входит, конечно, и в мои, но я не мог доставить победителя домой в столь драном состоянии.       Ки-Хун не ответил. Он неосознанно представил, как четыре года назад Ин Хо, после его победы в последней игре, отвёл его обратно в общежитие или в другую комнату, раздел сам или попросил это сделать кого-то из солдат, а потом, так же заботливо, как и сейчас, обработал и перевязал его раны.       — Смею заметить, в прошлый раз я не был так заботлив, — сказал Ин Хо, будто прочитав мысли мужчины. — Мне на тебя было почти всё равно.       Если Ин Хо было всё равно тогда, то точно не сейчас. Ки-Хун видел это в его глазах, он чувствовал это в его прикосновениях.       — Что мы будем делать дальше? — спросил он, когда Ин Хо, как ни в чем не бывало, сел заполнять какие-то бумаги. Ки-Хун знал, что ему больно, но тот старался этого не показывать.       Ин Хо поднял на мужчину внимательный взгляд, на мгновение оторвавшись от заполнения бумаг.       — Жить, — ответил он, коротко улыбнувшись, — но для начала сдадим тебя в больницу. Честное слово, я готов поставить полмиллиона на то, что Ка Ён тебя просто не узнает. Я бы узнал с трудом, если бы увидел.       Ки-Хун рассмеялся. Он устало откинулся на спинку дивана, на котором сидел.       — А ты, между прочим, проиграл поставленные деньги, — сказал он задумчиво пару минут спустя.       — Неа, — отозвался беззаботно Ин Хо. — Того придурка убил я, а значит, деньги остаются у меня. Да и ставил я на него только на одну игру. В эту игру я ставил на другое.       Ки-Хун устало посмотрел на мужчину, если бы его сейчас не клонило в сон, он бы задал миллион вопросов, но сейчас смог вымолвить лишь один:       — На что?       Губы Ин Хо растянулись в счастливой улыбке.       — На нашу любовь и счастливое будущее. И сегодня я выиграл нечто большее, чем просто деньги. Я выиграл право быть с тобой, несмотря ни на что. Я выиграл твою любовь.