New Year's magic

      — Лань Чжань, Лань Чжань, ну пойдём уже гулять, а! — Вэй Ин битый час упрашивал друга выйти на улицу.       — Вэй Ин, снаружи минус сорок, ты в своём уме? Замерзнёшь же.       Вэй Усянь лишь помотал головой и умоляюще посмотрел в камеру. Они почти каждый день звонили друг другу по видеосвязи.       Их знакомство случилось год назад, около магазинчика рождественских сладостей. Тогда Вэй Ин очень спешил и случайно врезался в серьёзного на вид незнакомца с нахмуренными бровями. Естественно, он не мог пройти мимо парня, не заразив новогодним настроением. Теперь, спустя год, Вэй Ин пытался сделать ровным счётом то же самое, однако это дело уже начинало казаться бесполезным: зануда Лань никак не желал проникаться духом праздника.       — Ну, Лань Чжа-а-ань… Чего ты ведёшь себя, как Гринч на Рождество? Разве не скучно праздновать Новый год в одиночестве? — канючил Вэй Усянь, когда тот наконец согласился:       — Только оденься теплее…       И вот, спустя полчаса они уже шли по заснеженной улице, освещаемой лишь фонарями и разноцветными гирляндами. Тут и там люди: кто-то спешил купить подарки, а кто-то неторопливо прогуливался на свежем морозном воздухе. Ребята же стремились уйти подальше от этого суетливого шума, — в тёмный дворик за тем самым магазинчиком сладостей. Огромный красный шарф Вэй Ина так и норовил улететь, а концы налобной ленты Лань Чжаня, который категорически отказался надевать шапку, развевались на сильном ветру.       Парни сели на лавочку и начали обсуждать, кто и как будет отмечать Новый год. Естественно, у Вэй Усяня в руке, словно невзначай, оказалась бутылка вина. Но он уже даже не пытался споить Лань Чжаня. Если вспомнить, что в прошлый раз это закончилось игрой в догонялки и облизыванием… Такой опыт ужасно хотелось повторить, но вместе с тем невольно становилось страшно.       — Дай бутылку, пожалуйста.       Вэй Ин даже не поверил сперва своим ушам, однако сидевший рядом друг весьма однозначно указал пальцем на вино. И как только противостоять такому? Первый глоток, за ним второй и третий, и спустя пять минут можно было увидеть самую редкую и драгоценную картину под названием «Пьяный Лань Чжань».       — А вот я буду отмечать один… — с грустью в голосе оповестил парень, смешно шмыгнув носом. Такой вид друга вызвал у Вэй Усяня странный прилив нежности и какое-то желание… пошалить.       — Разве ты не хочешь отметить его с любимым человеком? — хитро прищурился тот. Он давно уже догадывался о своих чувствах, как и о том, что они могут быть взаимны. Так почему бы не получить свою долю счастья в этом году?       — Хочу. — Такой ответ Вэй Ина устроил.       — И кто же этот человек?       Лань Чжань вдруг повернулся к нему, и Вэй Усяню стало жарко, хотя на улице стоял жуткий мороз.       — Не скажу. — Несмотря на спокойную речь, покрасневшие уши выдавли Лань Ванцзы с головой.       Возможно, Вэй Ин пожалел бы об этом. Возможно, это было неправильно. Он аккуратно поправил чуть съехавшую ленту «друга» и на одном дыхании признался:       — Лань Чжань, а я скажу! Я люблю тебя! Люблю!       На секунду они оба застыли. В следующий миг Лань Ванцзи привалился к спинке скамейки.

***

      Тридцать первое декабря. Казалось бы, — праздник! Но только не для Вэй Ина: в его кровати сейчас спал любимый человек, которому он вчера признался и от которого пока не получил ответа. Будет ли Лань Чжань что-то помнить? А вдруг нет? Хватит ли сил повторить признание?       Наконец в соседней комнате послышался грохот вполне понятного происхождения: кто-то упал с кровати. Догадки подтвердились, когда в дверном проёме возник лохматый парень, едва ли напоминавший благопристойного человека.       — Что вчера случилось? — севшим голосом произнёс он.       И может, неправильно было приветствовать своего друга словами: «Я люблю тебя», но когда это Вэй Ину не было плевать на правила?       Кажется, что вселенная медленно останавливала свой ход. Если прозвучит отказ, то она замрёт навсегда.       — Вэй Ин…       Лань Чжань явно растерялся, поэтому Вэй Усянь снова взял инициативу в свои руки и подошёл к беспомощно стоявшему другу, обвив его шею руками.       — Ты можешь просто меня оттолкнуть.       Вэй Ин прижался к любимому всем телом: он попытался спрятаться в этом приятном аромате сандала. Даже почти почувствовал, как сердце что-то разрывало на куски, как вдруг его мягко обняли за талию.       — Я не оттолкну тебя. Никогда не оттолкну.       Сложно было сказать, что свело их. Может, тот самый магазинчик рождественских сладостей? Или, может, бутылка вина? Было сотни мелочей: от огромного красного шарфа до белой налобной ленты, которые заставили их полюбить друг друга.       Но мы-то знаем, что причиной всему — новогодняя магия, да?