Return what was intended.

—Хочешь сказать, что в пророчестве Аяны было что-то, что мы обязаны знать перед проведением ритуала, помимо того, что мне уже известно? - спросил Кол, а Британи пожала плечами. —Сама не знаю, после смерти бабушки я нашла письмо, в котором она сказала, что нам следует начать с пророчества. По каким причинам — там не упоминалось. —Письмо? Ты должна показать его мне. - оживился Майклсон и подался вперёд, будто Аквилл уже держала в руках заветный лист. Британи вдруг нахмурилась и ответила, скрестив руки на груди: —Нет. Кол, явно ожидавший другого ответа, свёл брови к переносице и спросил: —Почему? - при этом умудряясь выглядеть таким искренне непонимающим, что девушка покачала головой в изумлении. —Ты серьёзно сейчас? Письмо — последнее, что оставила мне бабушка, это личное, я не буду тебе его показывать. - возможно ведьма вела себя глупо и по-детски, но отчего-то Аквилл рьяно желала "защитить" послание Джевии, оно принадлежало ей, и делиться ведьма совершенно точно не хотела и не собиралась. Всё её нутро воспротивилось идее того, чтобы вампир прочёл письмо и бумага в принципе попала к нему в руки. Вампир злился, и это было очевидно: его тон стал более жёстким, брови нахмурены, а глаза не отрываясь смотрели прямо на Британи. —У тебя не может быть ничего личного, если это касается возвращения моей магии. Ты покажешь мне это чёртово письмо, и плевать на сантименты, я должен увидеть его и понять, не оставила ли Джевия ещё какие-то подсказки, она была умной ведьмой, не удивлюсь, если эта женщина знала и хотела чтобы письмо попало мне в руки. Этот тон заставил Британи отстраниться, следуя инстинкту самосохранения, и при этом всё внутри ведьмы взбунтовалось. Подождав пару секунд после его тирады, она уставилась взглядом в стол и процедила сквозь зубы, желая перевести тему, потому что сдаваться Аквилл не собиралась, но и выводить из себя Первородного было бы верхом глупости: —Я думала ты и так всё знаешь, касаемо пророчества и всего остального. Но, сдается мне, ты и сам понятия не имеешь как, когда и при каких обстоятельствах будет проведён ритуал. Зато уже успел упрекнуть меня о неподготовленности. Как и ожидалось, её сомнения в его знаниях заставили Кола тут же переключиться и опровергнуть обвинения, он помедлил и по тому, как вампир сбавил пыл, отводя свой, до этого пристальный, взгляд в окно, Британи поняла, что он солжёт раньше, чем он успел открыть рот: —Знаю. —Да-а ладно. - протянула девушка, усмехаясь и забывая о миссии поменьше бесить Первородного. - Прозвучало как-то неуверенно. - Майклсон поднял взгляд, пышущий желанием задушить её, и Аквилл подняла ладони вверх в жесте "сдаюсь". Спрашивать дальше об осведомлённости Кола ведьма побоялась, хотя и хотелось. Будь её воля — она бы заваливала вампира вопросами без остановки, но время шло, и оно было не на её стороне. —Значит, мы начнём с пророчества... Как именно нам его услышать? - сосредоточившись на одном единственном и наиболее важном вопросе, поинтересовалась Британи. Кол не ответил, вернее не сразу. Он глубоко задумался, и это было видно по отрешенному взгляду, которым парень уставился в никуда. —У меня есть знакомый ковен ведьм, они могут помочь. - спустя какое-то время сказал вампир. —Далеко? - спросила Британи, она подозревала, что ей придётся следовать совету бабушки и покидать родной дом, но не ожидала, что это случится так скоро, хотя и втайне желала этого уже годами. Одно дело мечтать, а другое — действительно уезжать непонятно куда, без средств к существованию, да ещё и с Первородным в качестве сопровождения. —Шарлотт. - всё ещё погруженный в размышления Майклсон отвечал односложно, заставляя девушку ёрзать на сидении от нетерпения и страха неизвестности. —Это же где-то пять часов езды. - прикинула ведьма и немного выдохнула, могло быть и хуже, хотя всё равно далековато, как самый минимум — два дня отсутствия дома, а мать, что не отпускала своих детей даже к родственникам без тотального контроля — явно не позволила бы ей уехать даже на такой безобидный срок. Пока Британи думала о том, как ей быть, Кол принял для себя какое-то решение и произнёс: —Пока ехать нельзя, как бы сильно мне ни хотелось поскорее со всем этим разобраться, здесь сейчас творится полный бардак. Эстер всё ещё что-то замышляет. Мы смогли избавиться от связующего заклинания, но на этом она ни за что не остановится. Да и Клауса нельзя списывать со счетов. Аквилл внутренне выдохнула от облегчения и активно закивала. Что там творилось у Первородных девушку мало волновало, пока это не касалось её напрямую, пускай и было очень любопытно. Ведьма наслаждалась и тем, что пока может ещё немного отложить свой побег из дома. Хотя Эстер волновала Британи больше, чем ей хотелось бы признать, именно поэтому вопрос всё же сорвался с губ прежде, чем она успела себя остановить: —Почему вы её не убили? - Аквилл округлила глаза, будто сама удивилась тому, что сказала и быстро, не разделяя слова, на одном дыхании протараторила: - Прости, глупость сказанула, правда, я не хотела, понимаю, что она ваша мать, и вы, как бы то ни было, её дети, просто, чёрт, прости... - она остановилась только тогда, когда поняла что Кол не спешит орать на неё и кидаться обвинениями. Ведьма запнулась и увидела веселье, плещущееся в тёмных радужках глаз парня. Он едва не смеялся, это заставило Брит покраснеть и возмущенно надуть щёки, складывая руки на груди в защитном жесте. — Что? —Ты правда думаешь, что мне есть до неё дело? Она лишила меня смысла жизни, пыталась убить, причем неоднократно, и считает всех своих детей выродками. Как бонус — Эстер убила твоих родных и пыталась убить тебя, едва не лишив меня последней возможности вернуть магию, исправляя её же ошибку. Я ненавижу её, но ты так забавно извинялась, думая, что я буду, несмотря ни на что, защищать её, мне даже хочется для вида обидеться, чтобы ты продолжила, м-м? Предел наглости этого вампира нельзя было измерить никаким способом, и Британи оставалось только задыхаться от возмущения и бессильной злости на то, что он открыто насмехался над ней. Кол вдруг подался вперёд и практически перегибаясь через стол так, чтобы между ними осталось как можно меньше пространства, склонил голову к плечу, прищурившись и прошептав странным голосом: —Давай же, извинись ещё разок. Это очень просто... Девушка совершенно не понимала, что произошло и почему у вампира так резко менялось поведение. Только что он выглядел весёлым и игривым, а теперь его потемневшие глаза были нечитаемы. Кол Майклсон был пугающе хаотичен, непостоянен и совершенно непредказуем. Британи неотрывно смотрела в его глаза, пытаясь найти там ответы, но не находила. Она застыла на месте, как сурикат, и не могла сдвинуться ни на миллиметр, её сердце заходилось в бешеном испуганном ритме от резкого смазанного движения вампира, во время того, как он резко приблизился. И теперь, когда их лица были так близко — всё, что она могла чувствовать — желание отстраниться. И прикрыть шею. —Что у тебя в голове? - сипло выдавила Аквилл, прилагая титанические усилия, чтобы голос не дрожал — тщетно. —Лучше тебе не знать. - усмехнулся он, и его дыхание коснулось её кожи. Так же резко, как и приблизился, Кол отстранился, возвращаясь на своё место и устраиваясь на сидении поудобнее. Как только её личное пространство больше никто не нарушал, Британи схватилась за сердце и откинулась на спинку диванчика, желая оказаться как можно дальше от долбанутого вампира, чьи действия невозможно было предугадать, тяжело дыша и стараясь выровнять дыхание. Первородный наблюдал за ней, забавляясь её реакцией на свою выходку. Когда сердце перестало угрожать телу инфарктом, Британи снова глянула на Кола процедив: - В вашей семейке все пришибленные, или ты один такой... Особенный? Кол захохотал, откинув голову назад и едва не ударившись ей о перегородку. —Брось, я душка. Британи не подтвердила и не опровергла его слова, только красноречиво пожала губы и медленно отвела взгляд в сторону. Тяжело вздохнув и чувствуя, будто из них двоих старшая — она, Аквилл вернулась к разговору, уделяя внимание сомненям, что сдавливали её грудь: —У нас есть определённые сроки, когда нужно завершить ритуал? Как у Клауса, например, полнолуние и так далее? Потому что сначала ты говорил, что мы торопимся, теперь откладываешь дело до лучших времен, я... На самом деле, если честно, Кол... Я не знаю, ты даёшь мне только крохи информации, мне неизвестно и половины всего, что мне следует знать, у меня возникает такое ощущение, что так будет продолжаться и дальше, ты не хочешь открывать мне всей правды, и это напрягает. Меня пугает то, что на самом деле я действительно не готова к тому, что мне придется сделать, я не знаю как это сделать, что нужно для ритуала, что наши действия изменят в моей жизни? На что мне придется пойти, от чего отказаться, и что по итогу со мной будет, после того как я помогу тебе? Эта неизвестность заставляет меня сомневаться, сделала ли я правильный выбор, помогая тебе. - Британи говорила и говорила, вываливала на Первородного все свои страхи и сомнения, засыпая вопросами, хотя не сомневалась в том, что он всё равно оставит их без ответа. Можно было сколько угодно прикрываться шутками, отвлекать внимание, запугивать и так далее, но это не отменяло реальности, в которой девушка оказалась совершенно беспомощна перед открывшимися "перспективами". Майклсон тоже посерьёзнел, вампир смотрел на ведьму пока та говорила и, когда поток слов был окончен, он ответил: —Сомневаешься в своём выборе? Тебе станет легче, если я скажу что его у тебя нет и не было никогда? - и вроде бы ничего нового он ей не сказал, но Британи это задело, она молча слушала, ожидая что он скажет дальше, но тошнота уже подкатывала к горлу. - Если быть точнее, ты не могла выбрать помогать мне или нет, твой выбор состоял в другом: Добровольно пойти на это, или попытаться сбежать, отказаться и ещё множество других бесполезных попыток противостоять мне, потому что по итогу я всё равно добился бы своего. Не стоит особых усилий бросить тебя в подвал на недельку, чтобы вербена выветрилась из твоего организма и внушить всё, что моей душе угодно. Я буду предельно честен, по многим причинам рассказать тебе всего не могу, не могли бы рассказать и твоя бабушка с тётей, если были бы живы, всё, что тебе нужно делать — слушать меня. Когда придёт время я отвечу на большую часть твоих вопросов, если они ещё останутся. - то как Кол говорил неимоверно бесило девушку, эта приторная вежливость, сочетавшаяся с угрозами и упрёками, которая переводилась простыми словами: "Не суй свой нос куда не надо, мне выгодно чтобы ты была слепым котёнком." Поэтому она также молча сидела глядя в наглое лицо вампира и сжимая руки в кулаки до победения костяшек под столом. Ей неимоверно сильно хотелось врезать Майклсону, схватить за грудки, встряхнуть и потребовать ответов, Британи не могла вечно находиться в неведении и ждать подставы с каждого угла. —То есть ты ждёшь моего безоговорочного доверия в твою сторону, при этом не подкрепляя его действиями? Я похожа на дуру по-твоему? Слепо идти за кем-то и надеяться на лучший исход? —Именно так. - просто ответил Майклсон, не уточняя какой из трех вопросов он имел ввиду, и от этого Аквилл была в шаге от того, чтобы вцепиться ему в горло пальцами и придушить. Только треклятый инстинкт самосохранения останавливал её от этой бессмысленной глупости. "Невыносимый. Эгоистичный. Самовлюбленный. Ублюдок." Красная пелена ярости застилала глаза и разум. Британи процедила, желая хоть как-то задеть Первородного: —Мне уже довелось видеть то, насколько сильно и безоговорочно я могу тебе доверять, когда сидела перед трупами родных, а Эстер Майклсон пыталась меня прикончить вслед за ними. Кажется, теперь мне понятно почему последнюю сотню лет ты провёл в гробу. Ведьма не сразу осознала, что рычание донёсшееся до ушей пока она говорила — исходило от Кола. Мгновение отделяло её от мучительной смерти в руках Первородного, что с искаженным яростью лицом уже собирался броситься к ней и прикончить, наслаждаясь предсмертными криками. —Разве можно так обращаться с девушкой, Кол? Возьми себя в руки. - раздался голос сбоку от их столика, и Аквилл перевела уже не злобный, а испуганный взгляд на подошедшего... "Как его там..? Элайджа, вроде." Она слышала о нём, благодаря истории семьи Майклсон, но виделись они лишь на балу и то мельком. Как и тогда, Первородный был одет официально: тёмно-синий костюм сидел на мужчине великолепно, галстук в тон, туго затянутый под воротником идеально белой рубашки — всё в вампире выдавало серьёзного джентльмена, которого описывала ей тётя Кэсс. Кол, секунду назад излучавший ауру жажды крови и расправы, тут же успокоился и фривольно откинувшись на спинку сидения, глянул на брата с вернувшимся на былое место высокомерием и пренебрежением: —О, мне так жаль... - сарказму в его тоне позавидовал бы даже Деймон Сальваторе, с которым Британи, к её большому сожалению, довелось пересекаться не единожды. - Что ты здесь забыл? Ребекка сказала мне, что ты уехал из города, чтобы разобраться в себе после того, как Эстер промыла тебе мозги своей моралью. —Мне пришлось вернуться. Элайджа глянул на младшего брата с намёком, очевидно, разговор был не для чужих ушей, а стоя возле их столика он привлекал нежелательное внимание. Кол не сдвинулся с места, только шире ухмыляясь и выгибая бровь в ожидании полноценного ответа. Аквилл замешкалась, почему-то от присутствия Элайджи становилось как-то неловко, будто она, ничего плохого не делая, вела себя недостаточно вежливо и уважительно. Возможно, так действовала его аура тысячелетнего существа, по сравнению с которым Британи чувствовала себя младенцем и мелкой сошкой, но при этом с Колом такого она явно не испытывала, бывший ведьмак хотя и вызывал постоянные опасения на периферии сознания, но воспринимался скорее как равный, если не выходил из себя, конечно же, и был настроен... Хотя бы нейтрально, потому что хорошего от него она пока не ждала. Ведьма замешкалась и сдавлено промямлив: —Здравствуйте. Сдвинулась к окну, освобождая место на своём диванчике Первородному. Два вампира весело переглянулись, но Элайджа присел рядом, сдерживая смех и отвечая на это скомканное приветствие: —Здравствуй. Британи быстро кивнула и отвернулась к окну, едва удерживая себя от того, чтобы уткнуться лицом в ладони, скрывая ярко горящие от стыда щёки и мысленно костеря себя за такой позор. "Господи почему это было так неловко?! Здравствуйте?! Серьёзно?! " - утопая в самобичевании она не заметила, как к ней обратились, поэтому когда Элайджа снова позвал её, она покраснела ещё сильнее, хотя казалось бы хуже уже некуда, и переспросила: —Простите, что? Вампир снисходительно улыбнулся и повторил: -Мы, кажется, не встречались лично, меня зовут Элайджа, приятно познакомиться. И можно на "ты". —Британи, мне тоже приятно... Эм.. Познакомиться. - в неё словно вселился двухлетний ребенок, неспособный связать и двух слов. Девушке и так было не по себе, так ещё и Кол фыркал, замечая перемены в её поведении. Ведьма повернулась к нему лицом и послала убийственный взгляд, на что Первородный только довольно ухмылялся. С каждой секундой, проведённой с двумя Первородными ей все больше хотелось провалиться сквозь землю. Кол переводил взгляд с краснеющей до немыслимого оттенка Британи, на пристально разглядывающего её брата и произнёс: —Теперь, когда все формальности улажены, я повторюсь: Что ты здесь забыл, Элайджа? Старший Майклсон перевёл взгляд на Кола и ответил: —У нашей семьи появились очередные... Неприятности. - вампир подбирал слова, и Британи поняла, что всё же является лишней, поэтому не долго думая, и втайне желая поскорее ретироваться, поднялась с места и сказала: —О, я не хочу мешать, мне в любом случае уже пора домой, из-за кое-кого мне ещё с матерью разбираться...- прежде чем она успела закончить предложение, Кол прервал её. —Сядь. - это было произнесено таким тоном, что Британи сначала выполнила приказ, а только потом свела брови к переносице, осознавая произошедшее, и захотела возмутиться, но вампир продолжил: - Я же обещал твоей матушке, что верну тебя сам в целости и сохранности. - он произнёс это слащавым тоном, наигранно улыбаясь, на что Британи только недовольно оскалилась, складывая руки на груди и закатывая глаза. Вампир, переведя взгляд на Элайджу, обратился к нему: -Говори уже, что опять натворил Ник, или на этот раз отличилась Бекс? Элайджа, что внимательным взглядом следил за динамикой между этими двумя, сделал для себя определенные выводы и продолжил: —Наша мать мертва. Кол замер. Британи смотрела на Первородных, внимательно вглядываясь в их лица и выискивая на них следы хоть каких-то эмоций. В глазах Элайджи, как и в его тоне можно было отметить горечь. Но лишь слабые отголоски. Кол же, казалось, замер мраморной статуей, на его лице нельзя было различить ни единой эмоции, Британи не могла с точностью сказать был ли он зол, в отчаянии или рад. А Аквилл совсем запуталась во взаимоотношениях этой семьи. Они убивали друг друга, ненавидели, строили козни, но при этом любили и защищали несмотря ни на что. Какое-то время назад Кол уверял Британи, что ненавидит свою мать, теперь его реакция показывала, что всё же ему не всё равно. Тысяча лет жизни исказила их отношения настько, что они были мало понятны обычному человеку. И, при всём этом, ведьма понимала, что ненавидеть члена семьи можно, даже с лёгкостью, подпитывая эту ненависть обидными, несправедливыми и неприятными поступками этого человека. Но быть равнодушным к его смерти — нет. Британи попыталась углубиться в себя, стараясь понять, что чувствует в этот момент. Эстер убила её родных, пыталась убить и саму Аквилл. До этого Брит точно знала, что ненавидит Первородную ведьму и хочет отомстить, сейчас... Она смогла различить лишь глубокое удовлетворение, согревающее грудь и немного досады, что лично не смогла наблюдать за смертью Эстер. Кроме этого — ничего. Пустота. Лезть дальше, раскурочивая только-только начавшую подживать рану — девушка не стала. Спустя пару мгновений молчания и осознания, Первородный моргнул и кивнул брату, показывая, что тот может продолжить. —Эстер, однако, успела перед смертью доставить нам проблем, создав Настоящего Охотника на вампиров, по образу и подобию нашего отца. Аларик Зальцман теперь хочет убить нас, и по совместительству уничтожить весь вампирский род. Он уже начал делать это, убивая не только вампиров, но и тех, кто лоялен к нам. Несколько членов семей Основателей, что помогали Сальваторе — мертвы. Британи напряглась. Могла ли её семья тоже оказаться под ударом? Она сглотнула, задумчиво уставившись в стол. Они никогда не помогали вампирам, но и не охотились на них, как того требовали старые правила Совета. Аларик, их учитель истории и по совместительству охотник на вампиров, помогающий шайке Елены решать проблемы вечной жертвы Гилберт. Каким образом тот, кто самолично помогал Сальваторе и братался с одним из них, мог стать Настоящим Охотником и пойти против своих дружков? —Весело, я многое пропустил пока был в Денвере эти два дня. Как нам от него избавиться? Мы уже простились с Финном, убийство ещё кого-то из нас или всех сразу — даже для нашей семейки уже слишком. - сказал Кол, казалось, ничуть не испугавшись новости. —Подождите, Финна? Он что мёртв?! Кто его убил? - удивилась Британи, едва не подскочив на сидении, Кол только глянул на неё искоса, взглядом говоря "Потом.". Элайджа продолжил, отвечая на вопрос брата: —Насколько мне известно, Эстер связала Аларика с Еленой. Умрёт она — умрёт и он. —Ну конечно, мамуля не могла сделать кого-то бессмертным, учитывая её планы на истребление вампиров. Что ж, поручи эту задачку Ребекке, она давно покушается на двойника, и с радостью избавит нас от проблем. — Убивать Елену не выход. Нам нужно найти другой способ. —Бросьте, на мой взгляд вы все слишком привязались к образу Татьи. Так уж и быть, я привык делать всю грязную работу за вас. - Кол поднялся из-за стола, воодушевившись, и, казалось, собирался пойти и исполнить свою угрозу, но даже для Британи было очевидно, что он блефует, лишь бы вывести вечно спокойного Элайджу из себя. Так и произошло, старший Майклсон поднялся из-за стола и на молниеносной скорости оказался перед братом, что даже не успел сделать и шага. Кол растянул губы в широкой лисьей ухмылке, показывая, что он ни капли не удивлён реакцией мужчины. —Серьёзно, опять? Вы с Ником так любите наступать на одни и те же грабли — Татья, Кэтрин, а теперь и Елена? Брось, давай я сделаю это и решу все ваши проблемы разом? —Нет, Кол. Сейчас ты сядешь на место. Мы не договорили. Но ты и пальцем не тронешь Елену. Здесь нет никаких чувств, ошибаешься — мы просто заключили сделку с ведьмой Беннет и Сальваторе, ты всё испортишь, если вмешаешься. - убеждал Элайджа, но брат не сдвинулся с места, продолжая хитро ухмыляться и стоять на своем. Тогда мужчина использовал другой метод: - Не забывай, что у меня теперь тоже есть... Рычаги давления. - и бросил взгляд на Британи. Девушка похолодела, уж чего она не ожидала от, на первый взгляд, вежливого и галантного Первородного, так это угроз расправой и шантажа. Вот что значило —недооценить Майклсона. Какими бы разными они ни казались, нутро у них всех одинаково гнилое. В глазах Кола полыхнуло бешенство, первым его порывом было схватить брата за грудки и отшвырнуть подальше от ведьмы. Он зарычал от злости и досады, но сел обратно на диван. Элайджа остался стоять на месте, прикрыв глаза на мгновение. Британи посмотрела на Кола со страхом в глазах, ей было не по себе. Она закусила губу и молча ждала сама не зная чего. Внутри внутренности скручивались от осознания, что так будет постоянно. Британи Аквилл теперь всегда будет разменной монетой между Первородными, являясь слабостью Кола и гарантией того, что он будет делать то, что ему скажут. Такое положение девушке не нравилось, и отчего-то... В глубине души она чувствовала вину перед вампиром, возможно, в будущем ему придется и не на такое пойти, чтобы вернуть свою магию, потому что сама Аквилл была беспомощна и, как бы то ни было, нуждалась в его защите. Младший Майклсон едва заметно качнул головой, указывая на место рядом с собой. Словно только этого и ждала, пользуясь тем, что Элайджа ещё не занял своё прежнее место рядом с ней, Британи выскользнула из-за стола и прошмыгнула мимо Первородного, усаживаясь рядом с Колом, про себя выдыхая и немного расслабляясь. При мысли, что ей придётся сидеть рядом с вампиром, который мгновение назад угрожал ей расправой ни за что, внутри неё поднималась паника. Услышав её возню, Элайджа открыл глаза, отметив изменения в местоположении и поведении девушки. Слушая её колотившееся сердцебиение, поджал губы, садясь напротив. Британи больше не рисковала вмешиваться в разговор, даже поднять взгляд от стола, чтобы посмотреть на Первородного казалось невозможным. —И в чём же заключается ваша гениальная сделка? - вернув в голос прежнее ехидство поинтересовался Кол, хотя в глазах всё ещё плескалось раздражение. —Бонни попробует провернуть то же заклинание, с помощью которого её мать усыпила Майкла на 15 лет, для этого Клаус, Стефан и Деймон должны получить доступ к сердцу Аларика. —Что ж, отличный план, вижу у вас всё слажено получается, зачем тогда ты здесь? Проинформировать меня об Охотнике, на всякий случай, можно было и по телефону. —Я здесь как раз-таки "на всякий случай", если вдруг наш план не сработает — проинформировать тебя и твою ведьму о том, что Эстер похоже очень сильно не хотела, чтобы ты вернул себе магию, а потому в списке основных целей Аларика, помимо нашей семьи, есть ещё одно имя. - Элайджа перевел секундный взгляд на Британи, внимательно слушавшую их и расширившую глаза, в шоке глядя на обоих вампиров, наконец оторвав взгляд от поверхности стола. Кол сжал кулаки и тоже глянув на Британи, спешно схватил её за предплечье поднимая с дивана. —Ты собираешь свои вещи, и мы уезжаем из города. - процедил он, Британи затрепыхалась в его хватке после этих слов. —Подожди, что?! Нет! Подожди, Кол, а как же моя семья, а вдруг они тоже в опасности, они же Основатели! Кол, да подожди ты! Послушай меня! - но вампир, словно не замечая её сопротивления, вывел их из-за стола и направился к выходу. В несколько широких шагов Элайджа нагнал их и остановился перед братом. —Даже не думай, Элайджа. Не сейчас. - толкнув его плечом, Кол просто продолжил идти к дверям. Британи паниковала, она отчаянно пыталась вырваться, кричала что-то вампиру, но тщетно. Посетители смотрели на них, но от Первородного исходила такая убийственная и тяжелая аура, что никто не вмешивался, отчасти Аквилл была этому даже рада, потому что Майклсон не замечал никого и ничего перед собой и просто убил бы любого, попытавшегося помешать ему. Когда они оказались на улице, Элайджа вновь встал перед братом, теперь когда зевак было меньше, он положил руку на плечо Кола: —Подожди. —Что?! Что ещё, Элайджа, разве ты не за этим рассказал мне? Я уверен, что ваш план провалится, как минимум, потому, что ведьмам Беннет верить нельзя, Эстер использовала их магию, чтобы связать нас и убить. Самым надёжным вариантом было бы просто убить грёбаного двойника, но твоё притворное благородство тогда будет подорвано, так что просто дай мне последовать твоему совету и увезти свою чёртову ведьму подальше от обезумевшего Охотника — копирки Майкла — нашего отца, от которого мы бегали тысячу лет! - почти кричал Кол, находясь в крайней стадии бешенства и паники. На это Элайдже было нечем возразить. Он убрал руку от брата. И Британи, понимая, что теперь ей точно никто не поможет затараторила: —Кол! Подожди, я не могу уехать! Моя семья в опасности, мне нельзя уезжать, я должна остаться! - почти умоляла Аквилл, повиснув на руке вампира, что с тем же упорством двинулся вперёд. —И что же ты сделаешь?! Даже если ты останешься, как ты собираешься защищать свою семью? Ты беспомощна, пойми это уже. Британи нахмурилась, закусывая губу от обиды. Она и так это знала, знала, что от неё нет никакой пользы, но слышать это от кого-то другого было больнее, чем просто осознавать свою беспомощность. Просто никчемная слабачка. Но даже это знание не заставило бы её сбежать от семьи, оставляя их на растерзание бешеному Охотнику. —Пойми, черт возьми, если твоя семья является лишь сопутствующими целями для Аларика, то ты... Мать осознанно натравила его на тебя, как и на нас, он будет выслеживать тебя, не успокоившись, пока самолично не прирежет. — Все Основатели в курсе того, что происходит, и в какой они опасности. Аларик явился на собрание Совета накануне, насколько я понял, в его списке пока только Мередит Фелл, Лиз Форбс и Кэрол Локвуд. О твоих родителях речи не шло, хотя... Они поддержали его в мнении, что вампиров не должно существовать, как и большинство членов Совета. "А сразу сказать нельзя было?!" - возмутилась Британи, но немного выдохнула. То что мать с отцом терпеть не могли вампиров, как и прочую нечисть, ей и так было известно. —Если мама знает, что Аларик открыл на вас охоту... Она меня ни за что не отпустит. - отстраненно проговорила Британи, глядя на Кола. Он возвёл глаза к небу и тяжело вздохнув, пробормотал: —Как жаль, что вы все на вербене. Возиться с твоей матерью мне совершенно не хочется. - выпрямившись он глянул на брата и сказав: —Держи меня в курсе. - схватил Британи за талию, прижимая к себе и прошептал ей на ухо: - Прошвырнемся по магазинам в Шарлотте. - после чего на сверхъестественной скорости исчез вместе с ведьмой с улиц Мистик Фоллс.