Раскол времени

      В кабинете директора Хогвартса царила тишина, которую нарушали лишь тиканье старинных часов и тихий шелест перьев, скользящих по пергаменту. Профессор МакГонагалл, сидя за своим большим столом, смотрела на коллег, собравшихся на экстренное совещание.       Прошло пару месяцев после войны, но Хогвартс все еще не мог полностью оправиться от ее последствий. Напряжение висело в воздухе, словно тяжелое облако, и беспорядки среди студентов случались все чаще. Старосты факультетов, как бы они ни старались, не справлялись с поддержанием порядка, и это заставляло профессоров беспокоиться.       – Мы все видим, что ситуация ухудшается, – сказала профессор МакГонагалл, нарушая тишину. – Старосты факультетов явно не справляются с нагрузкой. Студенты становятся всё более непокорными, и нам нужно принять меры.       – Я согласен, – сказал профессор Флитвик, поправляя очки. – Количество мелких нарушений резко возросло. Кажется, студенты просто не уважают правила.       – И не только мелких, – добавила профессор Стебль, скрестив руки на груди. – Мы получаем все больше жалоб на драки, на нарушение комендантского часа.       – Дело не только в этом, – сказал профессор Слизнорт, качая головой. – Я слышал разговоры о том, что многие студенты утратили веру в авторитеты. Они видят, что мир изменился, и не хотят слепо следовать старым порядкам.       Профессор МакГонагалл вздохнула. Она знала, что слова Слизнорта были правдой. Молодое поколение пережило войну, и они больше не были такими наивными и послушными, как раньше. Они видели, как рушатся устои, как ломаются судьбы, и они хотели перемен.       – Мы должны показать им, что авторитет не означает тиранию, – сказала профессор МакГонагалл. – Что правила созданы для того, чтобы защищать их, а не угнетать. Но для этого нам нужны новые инструменты.       – Я думаю, нужно ввести старосты школы, – предложил профессор Флитвик. – У них будет больше полномочий, чем у старосты факультета, и они смогут поддерживать порядок на всей территории Хогвартса.       – Это хорошая идея, – сказала профессор МакГонагалл, кивнув. – Старосты школы будут отвечать за всех учеников, за порядок во всём замке.       – Но кого мы выберем? – спросила профессор Трелони, глядя на всех своими огромными глазами. – Это должны быть особенные люди, обладающие не только силой, но и мудростью.       – Я думаю, что у нас уже есть подходящие кандидатуры, – сказала профессор МакГонагалл, и её взгляд упал на профессора Снейпа. – Нам нужны студенты, которые зарекомендовали себя как честные, ответственные и надёжные.       И учителя начали обсуждать кандидатов, предлагая разных студентов с разных факультетов. Они понимали, что это решение имеет огромное значение для будущего Хогвартса, и они не могли позволить себе ошибиться.       Они хотели создать команду, которая сможет объединить всех студентов, вдохновить их на лучшие поступки, вернуть мир и порядок в стены замка.       После нескольких часов обсуждений учителя пришли к выводу, что необходимы радикальные меры. Они понимали, что это решение имеет огромное значение для будущего Хогвартса, и они не могли позволить себе ошибиться.       Они хотели создать команду, которая объединит всех студентов, вдохновит их на хорошие поступки, вернёт мир и порядок в стены замка. И самое главное — они хотели показать, что перемены возможны, что даже после войны можно построить светлое будущее.       – Я считаю, что старостой школы должна стать Гермиона Грейнджер, – уверенно сказала профессор МакГонагалл. – Она доказала свою преданность и мудрость не только на уроках, но и в бою. Она настоящий лидер, и я верю, что она сможет навести порядок в Хогвартсе.       Учителя молчаливо согласились. Все они знали Гермиону Грейнджер, все они видели ее силу и доброту. Она была идеальной кандидатурой на эту должность, и никто не сомневался в ее способностях.       – А что насчёт Слизерина? – спросил профессор Слизнорт, на его лице читалась тревога. – Кого мы выберем от этого факультета?       Вопрос был непростым. Слизерин всегда был самым противоречивым факультетом, и многие считали, что ни один слизеринец не может быть достоин звания старосты школы.       – Я предлагаю Драко Малфоя, – внезапно сказала профессор Снейп, и в кабинете воцарилась тишина.       Все посмотрели на него, удивлённые его неожиданным заявлением.       – Снейп, ты шутишь? – спросил профессор Флитвик, нахмурив брови. – Драко Малфой? Ты же знаешь, что он был…       – Я знаю, – прервал его профессор Снейп. – Но я также вижу, как он изменился за последний месяц. Он стал более сдержанным, более внимательным.       – Но этого недостаточно! – воскликнула профессор Стебль. – Он был Пожирателем смерти!       – Он был мальчиком, – возразил профессор Снейп, и в его глазах появилось что-то, заставившее всех замолчать. – Он был ребёнком, которого втянули в эту войну против его воли. Он заплатил за свои ошибки и теперь заслуживает второго шанса.       – Я тоже заметила изменения в его поведении, – сказала профессор МакГонагалл, и ее взгляд был серьезным. – Я считаю, что он заслуживает нашего доверия, как и все остальные.       – Я не могу поверить, – пробормотал профессор Флитвик, качая головой, но в его глазах все же читалось любопытство.       – Но что насчёт остальных факультетов? – спросила профессор Трелони, нарушая напряжённую тишину. – Кого мы выберем из Когтеврана и Пуффендуя?       Учителя снова погрузились в раздумья, и на этот раз споры разгорелись с новой силой. На каждом факультете были достойные кандидаты, и выбор был непростым.       – От Пуффендуя я бы предложила Эрни Макмиллана, – сказала профессор Стебль. – Он всегда был честным и справедливым. Он ответственный и преданный Хогвартсу. Учителя замолчали, обдумывая ее слова. Эрни Макмиллан был известен своей надежностью и преданностью, и никто не сомневался в его достоинствах.       – Да, Эрни – достойный кандидат, – согласилась профессор МакГонагалл. – Но кто же тогда от Когтеврана?       – Я предлагаю Падму Патил, – сказал профессор Слизнорт. – Она умна, старательна и обладает хорошими лидерскими качествами. Она сдержанна, но в ней чувствуется твердость.       Учителя посмотрели на него, обдумывая его слова. Падма Патил была тихой, но ее интеллект и ответственность были общеизвестны.       – Да, Падма тоже заслуживает внимания, – сказала профессор МакГонагалл, задумчиво глядя на них. – Она не так заметна, но всегда доводит дело до конца и способна принимать взвешенные решения.       – Хорошо, – сказала профессор Стебль. – Тогда мы выбираем Гермиону Грейнджер из Гриффиндора, Драко Малфоя из Слизерина, Эрни Макмиллана из Пуффендуя и Падму Патил из Когтеврана.       Учителя молчаливо согласились. Они понимали, что это решение может изменить всё, и они должны были надеяться, что не ошиблись в своём выборе. Они возлагали надежды на этих четверых студентов, они верили, что они смогут объединить Хогвартс, что они смогут вернуть мир и порядок в эти стены.

***

На следующее утро Большой зал наполнился привычным шумом. Студенты завтракали, обмениваясь новостями и планами на день. Но как только директор МакГонагаллвстала и обвела взглядом весь зал, разговоры стихли. Ее глаза, обычно мягкие и добрые, сегодня казались более серьезными и суровыми.       – Дорогие студенты, – начала она, и ее голос разнесся по всему залу. – Как вы знаете, после войны Хогвартс не может полностью прийти в себя. Мы сталкиваемся с трудностями, и мы понимаем, что должны принять меры.       Студенты насторожились, переглядываясь друг с другом. Некоторые уже начали шептаться, пытаясь угадать, что произошло.       – Мы видим, что старосты факультетов не справляются с нагрузкой, – продолжила директор МакГонагалл. – Поэтому мы, преподаватели Хогвартса, после долгих обсуждений, приняли решение ввести старост школы.       По залу прокатился гул. Студенты были удивлены, а некоторые даже напуганы. – Старосты школы будут обладать более широкими полномочиями и нести ответственность за порядок во всём замке, – сказала директор МакГонагалл, и в её голосе появилась твёрдость. – А теперь я оглашу имена тех студентов, которые были выбраны нами на эти почётные должности.       Она сделала паузу, и в зале воцарилась тишина. – Старостой школы от факультета Гриффиндор назначена Гермиона Грейнджер. В зале раздались аплодисменты. Студенты Гриффиндора радостно кричали, приветствуя свою подругу. Гермиона, сидевшая за столом Гриффиндора, покраснела, но на ее лице появилась улыбка.       – Старостой школы от факультета Слизерин назначен Драко Малфой. В зале воцарилась тишина. Студенты, особенно гриффиндорцы, были в шоке. Драко Малфой, бывший пожиратель смерти, староста школы? Это казалось невозможным.

***

      Драко, сидевший за столом Слизерина, был удивлён не меньше остальных. Он не ожидал, что его выберут, не после всего, что он сделал. Он опустил глаза, стараясь не смотреть на лица других студентов. Он чувствовал, что на него устремлены сотни пар глаз, и в каждой паре читались недоверие и ненависть.       «Неужели это правда?» – подумал он, чувствуя, как его сердце начинает биться чаще. «Я староста школы? После всего, что я натворил?»       Он помнил свои прошлые ошибки, помнил свою гордость и высокомерие, помнил ту боль, которую причинил другим. И он понимал, что не заслуживает этой чести.       Он посмотрел на своих однокурсников, сидящих за столом Слизерина. Они смотрели на него удивлёнными взглядами, кто-то с уважением, а кто-то с недоверием. Он понимал, что ему придётся доказывать, что он достоин этого звания, что он может измениться.       Он посмотрел на профессора Снейпа, и их взгляды на мгновение встретились. В глазах профессора читалась какая-то надежда. «Я должен доказать, что я не тот Драко Малфой, каким был раньше,» – подумал он. «Я должен оправдать их ожидания».       Он поднял глаза и посмотрел на директора МакГонагалл. Ее лицо было серьезным, но в ее глазах читалась вера. Она верила в него, и он понимал, что не может ее подвести.       Он посмотрел на Гермиону Грейнджер, сидевшую за столом Гриффиндора. Она смотрела на него со странным выражением лица, и Драко не мог понять, о чём она думает.       Он опустил голову и сделал глубокий вдох. Он понимал, что ему предстоит долгий и трудный путь, но он был готов к этому. Он был готов меняться, готов бороться, готов доказать, что достоин быть старостой школы.       Он посмотрел на Рона Уизли и Гарри Поттера, сидевших рядом с Гермионой. Они явно были недовольны. Они смотрели на него с ненавистью..       Он понимал их чувства. Он понимал, что они не могут ему доверять, и понимал, что ему придётся завоевывать доверие, доказывать, что каждый заслуживает второго шанса.       Он снова опустил глаза, стараясь ни на кого не смотреть. Он чувствовал себя одиноким и потерянным и понимал, что должен найти в себе силы, чтобы справиться со всем этим негативом который выльется на него в ближайшее время.

***

      – От факультета Пуффендуй, старостой школы назначен Эрни Макмиллан. Студенты Пуффендуя приветствовали Эрни с радостными криками и аплодисментами.       – И, наконец, от факультета Когтевран, старостой школы назначена Падма Патил. Когтевранцы также аплодировали своей новой старосте.       – Старосты школы будут жить в отдельной башне, – закончила директор МакГонагалл, и её голос был полон надежды. – Мы верим, что эти четверо студентов смогут навести порядок в Хогвартсе и объединить все факультеты.       После ее слов студенты начали бурно обсуждать новость. Некоторые были рады, другие недовольны, а третьи просто не понимали, что происходит.       Рон и Гарри, сидевшие рядом с Гермионой, были явно обеспокоены. Они переглядывались друг с другом, и в их глазах читалось недоверие.       – Это что, шутка? – пробормотал Рон, глядя на Драко Малфоя, сидевшего за столом Слизерина. – Он не может быть старостой школы!       – Я тоже не понимаю, – сказал Гарри, нахмурившись. – Зачем МакГонагалл это делает? Она же знает, что он…       – Гарри, Рон, – сказала Гермиона, стараясь их успокоить. – Пожалуйста, давайте не будем судить раньше времени.       – Но как ты можешь так говорить, Гермиона? – спросил Рон, его голос был полон негодования. – Ты должна жить в одной башне с этим… этим…       – Рон, пожалуйста, – сказала Гермиона, серьезно глядя на него. – Я знаю, что ты волнуешься за меня, но я справлюсь.       Но Рон и Гарри не могли успокоиться. Они не понимали, как Гермиона может жить в одной башне с Драко Малфоем, бывшим Пожирателем смерти, человеком, который причинил им столько боли.

***

      Скорпиус, сидевший за столом Слизерина, слушал разговоры, чувствуя, как его сердце начинает биться чаще. Он был удивлён не меньше остальных. Он посмотрел на своего отца, который выглядел растерянным, но в то же время полным решимости. «Что это значит?» – подумал Скорпиус, чувствуя, как его внутренний мир начинает рушиться. «Почему мой отец староста? Этого не должно было случиться».       Он помнил историю, которую знал, помнил будущее, в котором вырос. Он помнил, что его отец никогда не был старостой школы, что старост школы, во время обучения родителей на последнем курсе, вообще не было.Эта мысль пугала его.       Он посмотрел на Рона и Гарри, сидящих рядом с Гермионой. Они явно были недовольны. Они смотрели на его отца с ненавистью, и Скорпиус понимал, что им придётся смириться с этим.       Он посмотрел на Эрни Макмиллана и Падму Патил, сидящих за своими столами. Он не знал их, но понимал, что они тоже были выбраны не случайно.

***

       И еще кое-что, – сказала она, и ее голос стал громче и отчетливее. – Старосты школы освобождаются от всех занятий на сегодня. Они должны посвятить этот день переезду в Башню Старосты, которая была специально подготовлена для них. По залу прокатился удивлённый шепот. Многие студенты не ожидали, что старостам будут предоставлены такие привилегии.       – Башня старост находится в западном крыле замка, – продолжила директор МакГонагалл. – Она долгое время была закрыта, но теперь полностью отремонтирована и готова принять наших новых старост. Там есть всё необходимое для их комфортного проживания и работы. Я прошу всех с уважением относиться к их обязанностям и не мешать им выполнять свою работу.       Она обвела взглядом весь зал, и казалось, что ее глаза смотрят прямо в душу каждому студенту.       – На этом завтрак окончен. – закончила она. – Старосты школы, подойдите ко мне после, чтобы обсудить дальнейшие действия.       Студенты начали вставать из-за столов, продолжая обсуждать новость и направляясь к дверям Большого зала. А четверо старостов школы остались сидеть, погрузившись каждый в свои мысли.       Они были с разных факультетов, они были разными людьми, но теперь их связывала общая ответственность, и им предстояло вместе строить будущее Хогвартса. Вскоре они подошли к директору МакГонагалл, которая ждала их у выхода из Большого зала, и они прошли по узкому коридору, ведущему в западное крыло замка. Они прошли по узкому коридору, ведущему в западное крыло замка. Башня Старост возвышалась над остальными зданиями, её шпиль гордо устремлялся в небо. Стены были сложены из старинного камня, покрытого мхом и плющом, и в них виднелись узкие окна.       Когда они подошли к самой башне, то увидели, что на стене висела большая картина, изображавшая задумчивого старика в мантии волшебника. Его седые волосы были собраны в пучок, а глаза смотрели вдаль с мудростью и добротой. Он держал в руках раскрытую книгу.       – Пароль пожалуйста.–произнес старик.       – Inceptio Vitae Novae, – сказала Директор МакГонагалл, и её голос звучал уверенно. Как только она произнесла эти слова, картина сдвинулась в сторону, открывая проход в башню. Все изумлённо посмотрели на директора.       – Это значит… – проговорила Падма.       – «начало новой жизни»– перевел пароль Малфой.       – Именно, – подтвердила МакГонагалл, с теплой улыбкой.       Они прошли в открывшийся проход, и их встретил длинный узкий коридор, освещённый факелами.       В конце коридора они вошли в просторную гостиную, где стояла диван, мягкие кресла и стол, заваленный книгами и пергаментом. Из больших арочных окон открывался захватывающий вид на территорию Хогвартса.       За гостиной располагались четыре отдельные спальни, каждая со своим камином и ванной комнатой. В спальнях были удобные кровати, шкафы, столы и стулья. Все было обставлено с комфортом и изяществом.       – Я надеюсь, что вам здесь понравится, – сказала директор МакГонагалл, глядя на четырёх старост. – Я желаю вам удачи. Помните, что на вас лежит большая ответственность, и я рассчитываю на вас