^Bueno pa' gozar, Mulata.^

Кладбище. Место страшное и притягательное одновременно. С одной стороны, биологическая катастрофа и лучше бы его не существовало, столько места занято, и испорчено земли, которая целиком и полностью пропитана этой гнилостной заразой от тел. А с другой, там всегда тихо и время будто останавливается, можно сидеть вечно, глядеть на клины птиц, гнездящихся среди крон мощнейших деревьев, посаженных в честь родных душ, покоящихся здесь. Ах сколько же можно узнать тут историй, оценить людскую преданность, судя по красоте могилы, а где-то и вовсе ужаснуться и сказать : «Как так вообще можно было?» Кто-то находит тут не только успокоение, а наоборот, место, где можно лучше выразить свои чувства, ну и конечно вкусно поесть, подурачиться, вопреки правилу «После 16:00 ноги тут твоей быть не должно» Ну а кто-то и убежит сразу же, как только возложит цветы, с мыслями «Мне показалось что-то странное, там на соседней могиле» В общем, каждому своё. Самое необычное, что может случиться, это выбор соприкоснуться прямиком с потусторонним миром. Ведьмы и практики, частые обитатели кладбищ, они и охранники, и проводники, и те, кто лучше всех могут передать то, что скрыто за изящными мраморными памятниками и вьерчурными крестами. Среди таких, была и молодая девушка, 17 лет от роду, звали Фуриной. Невиданная и утончённая красотка, напоминающая чем то белую лилию. Её отец, Невиллет, бизнесмен, целиком и полностью погруженный в свое дело настолько сильно, что не видел ничего вокруг. Блондинка редко видела его выходящим из своего кабинета, а уж тем более просто на пороге дома, вечно он был все в каких-то поездках и делах. Так он заработался, что не заметил и то, как истлела на глазах и его жена, которая, так же резко и неожиданно заболела. Сгорела за три дня, хотя он бросался по всем больницам, откладывая все что можно, рисукуя пошатнуть систему бизнеса. Врачи говорили : «Нужно было раньше» Но увы, время коварно и быстротечно, значит так было проречено судьбой. Судьба, она то самая безжалостная судья, раз так распорядилась, забрав женщину в это царство, где растекается атмосфера вечности. Стоя на похоронах матери, девушка ощущала себя жутко разбитой, её переполняло столько эмоций, которых не было раньше, совсем не верилось, что смерть может так резко подобраться и забрать самое ценное. Очень долгое время, она не могла отпустить из памяти все подробности похорон, рыдала сутками, умоляя маму вновь зайти к ней и успокоить, приласкать своими нежными и теплыми руками. После этого дня, отношения дочери и отца ещё более похолодели, верно говорят, мать душа любой семьи, без неё даже в самом натопленном доме, будешь ощущать себя в снегу. Они совсем не разговаривали, даже ели раздельно, теперь назвать их семьёй стало значительно сложнее. В одиночку переваривая все страдания, блондинка замкнулась и вдарилась в колдовство, решив что теперь смерть будет ходить с ней бок о бок. Хоть у неё и были друзья, рассказать все переживания она не могла, считая это довольно интимной темой, по этому подавляла и старалась выглядеть позитивной, хотя переодически, друзья затрагивали её, надеясь выбить хоть пару слов. Когда они узнали про это новое увлечение, они задумалась о том, что все довольно плохо. – Да ей определено нужна помощь!! – Обеспокоено твердила Фишль. – Давай пока не будем вмешиваться, каждый ведь переживает боль по разному, и даже находит в ней признание, кто знает, какая у неё будет карьера на этом, если ей потребуется помощь, пусть сама об этом и скажет, главное просто быть рядом. – Рассудительно отвечал Кадзуха, ох его красивые речи всегда оказывались правдивыми. На этом, мнения друзей и сошлись, оставалось только ждать и наблюдать. День за днём, а полки блондинки пополнялись новыми колодами, руководствами и атрибутами для ритуалов. А запах благовоний и ароматных масел навсегда въелся в её душу, и сопровождал везде, так и крича : гляди, встречай ведьму!! С каждым разом получалось все лучше, но девице было скучновато практиковаться в одиночку, по этому она решила потихоньку продвигаться, ненавязчиво продвигая свои услуги в школе. Безусловно, за небольшую плату, первое что она усвоила, в конце любого ритуала нужен откуп, в том числе и для проводившего, чтобы не дай бог что-то на себя не перешло потом. Главными и постоянными клиентками, были влюблённые бабочки, готовые заплатить в два раза больше, чтобы точно сработало, только бы их души с Петями и Никитами из 11-А сошлись. Именно за счёт любовных скреплений, Фурина и поднялась, теперь на неё уже смотрели совсем по другому. Кто-то боялся, что вместо любовного вольта, нежно политого сиропом, будет кукла напичканная иглами и перевязанная по всему периметру черными нитками, по этому лишний раз, рот не открывали. Некоторые не верили, ну шо взять с тех, кто молиться только когда пиздец дышит в спину. Фурина не пожмотила дольку волшебства и для своих друзей. Сделав Кадзухе небольшой оберег в виде плетенного браслета, он правда защитил его от вызовов к доске на математике и бабок в очереди. А Фишль, что заполучила амулет на удачу, все же спиздила косметичку о которой так давно мечтала. Сначала, ведьмочка проводила все дома, надёжно запираясь в своей комнате,но затем, решила потихоньку перебираться на старое городское кладбище. Как только Фурина переехала в этот город, то первым делом пошла гулять, заприметив этот мрачный, загробный островок, она точно поняла - там что-то будет. От одного его упоминания по коже растекались неприятные скачки дрожи от тревоги. Очень много там было всякого треша, начиная с баек про злобных неупокоев, заканчивая историями с воровством трупов для экспериментов и некрофилии, а так же про сторожа каннибала. Не смотря на не самую лучшую репутацию, места для магических рывков было просто завались. А это значит, кто не рискует - пиво не пьёт. Сегодня к ней на перемене подбежала очередная сахарная, с просьбой о привороте. Всучив 4 тысячи, она чуть ли не падала блондинке в ноги, с мольбой о помощи. Как выяснилось, жертва была козлиных кровей, по этому изменила, конечно, это личное дело, но тут нужен морок, точно вернётся, так ещё и другим человеком. Тут то Фурина поняла, пора выдвигаться на новый уровень. Все оставшиеся уроки она сидела как на иголках, новые ритуалы это всегда очень волнительно и страшно. «Так, тише, тебе нужно сосредоточиться, делать всё как по книге, самое главное в конце поменять слова и вовремя кинуть хороший откуп» Успокаивала голубоглазая себя, пытаясь не подавать виду о своей тревоге. Попрощавшись с друзьями, она рванула домой, за своей сумкой, чтобы наконец исполнить душещипательное пожелание. Поздняя осень смиловалась для девушки теплым деньком, хотя вчера мороз хотел прожрать до костей. Накинув на себя капюшон любимой зипки, Фурина топала шустро и вечно оборачивалась, думая что за ней кто-то следит. Как только бесконечная цепь ароматных кипарисовых парков закончилась, она, завидев злосчастные, высокие и массивные стены, окружавшие кладбище, втянула голову в плечи и ускорила шаг. На счастье, людей почти не оказалось, как никак позволяло время и плюсом, сейчас не поминальные дни, так что смертным тут делать нечего. «У меня ровно час, надо поспешить» Мысленно сказала Фурина, взглянув на экран телефона, где виднелось 15:00 после чего, нырнула вглубь кладбища. Несмотря на теплый день, закладывающий надежды на удачу, все будто было против её. Перед тем, как работать на могиле, нужно спросить у неё разрешение, при помощи монетки. Прикопав монетку, ты спрашиваешь, после чего ждёшь минут пять, если монетка осталась светлой, значит покойник разрешил, если она потемнела, нельзя, уходи. Как на зло, шла уже 4 черная монета, что ж твориться то. Когда наконец спустя кучу попыток и молеб, могила наконец пустила, только появившуюся радость сдуло очень резко как и навеяло. Все начало падать из рук, ладан размазался, появился какой-то приставучий ветерок, листающий страницы книги туда сюда, треснула баночка яблочного сиропа, и нож так и норовил пройтись по нежной плоти, при попытке нарезать фрукты, а так же иголки выпрыгивали как лягушки. За спиной стало особенно холодно, местами слышались шаги, колкие смешки и маты. «Во дурная, хаха, ты гляди!!» «Кладбище тебя уберечь хочет, а ты видимо вообще жизнь не ценишь» «Проваливай, тебе здесь не место» Неприятные реплики сыпались со всех сторон, после этого упала сумка девушки, которую она аккуратно повесила на ограду. Гребаные неупокои. Довольно жуткие обитатели кладбищ, бродячие духи, закончившие жизнь самоубийством или другим самобичеванием, вынужденные гнить без тела, на земле, среди людей, пока не «доживут» свой положенный срок, только после этого небо их примет. Очень агрессивные, матюкливые, хорошо осязаемые даже людьми со слабой магической предрасположенностью. Могут переворачивать предметы, пугать и душить людей, а так же наносить несчастья, и убивать домашнее хозяйство. Очень хорошо заводятся в пустых домах, ну и естественно на кладбищах. Их могилы видно издалека, грязные, брошенные и ненужные, самый сок для порчи на болезнь, безумие, или смерть. Питаются человеческими эмоциями, особенно страхом, если вас накрыла внезапная и очень сильная тревога, знайте, рядом эта сучара. Самое страшное угощение которое может им перепасть, это человеческая кровь, не оставляйте ножи и острые предметы по ночам, они могут бросить их в вас, и потом будет очень не весело, каждый день ощущать как твоя жизнь высасывается подобно коктейлю. Первое правило которое сразу же шибануло в голову Фурины – нельзя оборачиваться и реагировать. Они легко привязываются, потом очень тяжело отцепиться, какими бы надоедливыми они не были, не обращайте внимание, перетерпите, вам же на пользу. Довольно долго духи кружили над девушкой, она даже слышала, как они скакали по ограде и опускались прямо к уху, ошпаривая могильным холодом. Послышалось шипение, как только ведьмочка обернула вольт розмарином. «Да ну её нахуй, хуйню свою достала и радуется» «Ой ты поплатишься за это, зря игнорировала нас» Неупокои отступили, и видимо понеслись куда-то дальше, унося гиений смех и липкий страх. Наконец спокойно выдохнув, Фурина продолжила свою работу. Время пролетело достаточно быстро, ритуал был окончен уже когда начало смеркаться. Собрав все вещи, поблагодарив, и покидая могилу, её заинтересовало какое-то скопление неподалеку, предположительно за пушистыми кустами тиса. Осторожно пробравшись через них, она укрылась за большим деревом, закрываясь ветками красных ягод и стала наблюдать за происходящим. Её взору предстали довольно роскошные похороны. Казалось, бы, что тут такого необычного? Очень печальная и тяжёлая ситуация, люди прощаются со своей родной кровинкой, внезапно покинувшей этот жестокий мир. Фурина сама испытала это, она бы уже давно могла уйти, но что-то держало её здесь, заставляя сердце в груди колотиться так, что кровь болезненно била по сосудам в голове. Хоронили парня, совсем юного, возможно ровесника девушки. Пушистые темно-синие волосы рассыпались по узорчатой подушке, среди них виднелись две симпатичные заколки в виде глаз, лицо озарялось необычайным спокойствием, немного прищурившись, блондинка заметила жуткую деталь. А именно дыру в правом глазу, как бы отчаянно не пытались перекрыть её в морге, она все равно выбивалась, разгоняя представления о его болезенной гибели. Тело выглядело очень худым и измученным, возможно он голодал, серый свитер в чёрную полоску, очень старался закрыть хорошо торчащие рёбра. Широкие, черные, джинсовые шорты до колен с интересными нашивками, на шее две цепочки, на одной из них был кулон-черепок птички, предположительно, вороны. Убитые и боевые расписные конверсы, на одной ноге черный, на другой красный. На очень красивых руках, сложенных на груди, виднелось по два кольца, тоже со своей изюминкой, всю изящность рук завершал скромный черный маникюр, с совсем небольшой длиной. Где-то местами можно было так же и разглядеть огромные рубцы, а где-то и большой шрам на области вен. Когда батюшка закончил отпевать, он отступил от багрового гроба, и позволил всему семейству начать прощаться. Фурина покрывалась очень неприятной дрожью от происходящего, она хорошо запомнила высокую и статную женщину с фиолетовыми волосами, которая долго стояла у изголовья и глядела в это безжизненное белое личико, не пророняя и слезы. Внезапно, она пригнулась, что-то прошептала и погладила его последний раз по щекам, после чего, хладнокровно отошла в сторону. Подходили и какие-то бабули, которые ревели в голос, обнимая и гладя каждую часть тела парня, стараясь не упустить и миллиметра. Вдруг, блондинку отвлёк какой-то шум, возможно неупокой, резко вылезший из-за спины. Когда источник шума исчез, она вновь обернулась и замерла в зверином ужасе. Покойник повернул голову в её сторону, впиваясь прямо в душу одним своим широко открытым, налитым кровью, и помутневшим глазом. Он не моргал, с каждой секундой, девушка ощущала как в горле проталкивается наружу истерический крик. С глаза стекал формалин, в перемешку с тоненькой ниточкой крови, казалось, что он сейчас жив, и вовсе никогда не умирал. Наверное прошло по времени не больше адских трёх минут, ибо после этого, Фурина закрыла глаза, и скатилась по дереву. Её тошнило от страха, кружилась голова, она убеждала себя в том, что ей все показалось, пока она, пересилив себя, не взглянула вновь. Что за чертовщина!! Парень лежал как обычно, но с настоящими следами от формалина и кровушки. Клиническая смерть? Очень навряд ли, с такой то травмой дай бог умрёшь сразу, а не будешь дохнуть в страшных муках. Если бы она только знала, что на себя наложила. Похороны подошли к концу, она уже не стала смотреть как прекрасного лебедя опускают в царство вечности и жутко голодных червей. Всю дорогу она думала о нем, подрагивая от страха, совсем не понимая, как так вышло. Девушка так же не могла отпустить из памяти его мягкие черты лица, стройное тело, руки и волосы... По телу растекалась приятная истома, в какой-то степени она завидовала семье, которая могла так свободно до него коснутся. В какой-то момент, она пизданула себя рукой по щеке, задав вопрос в слух: «Чё, совсем ебанутая, тебе понравился грёбаный труп?» Вслед за вопросом, полезли и мысли, по типу почему он с собой покончил, а может был жертвой, как это женщина не проронила и слезы, сколько ему лет, и в конце концов, как зовут... «Кадзуха и Фишль точно перестанут со мной общаться после этого» Ещё одна громкая мысль прозвучала в голове. У всех нас есть свои грешки, безусловно, но такое уж точно стоит умолчать. Неприятная тревога въелась будто под кожу, даже самый горячий душ не смог вымыть странный холод, который все никак не хотел отпускать. Переодевшись в любимую пижаму, Фурина нырнула под одеяло, но и там мерзкая прохлада заколебала. Переваливаясь с одного бока на другой, она съеживалась, и ощущала себя будто пронизанной чем-то. Ближе к середине ночи, когда весь дом окунулся в мертвую тишину, послышался скрип половиц очень рядом с кроватью. Сердце заколотилось как бешеное, интуиция верещала о постороннем духе бродящем рядом. Голову сразу заполнили тревожные мысли : «Я же оставила щедрый откуп, я не оборачивалась и не говорила ни с кем после того как покинула кладбище... Кто мог за мной увязаться?» Внезапно, взгляд плавно перешёл в дальний угол комнаты, там, поблескивал один синий глаз. Лампа ночника позволила немного разглядеть гостя, худощавая и стройная черная фигура, не двигаясь, стояла и глядела прямо в душу. Так продолжалось минуты две, пока тень не опустила слегка голову набок, захватив на себя немного света, девушка ужаснулась, блеснула родная дырка на лице, это он, но как.... Вдруг, лама потухла, несколько раз мигнув перед этим. Полная темнота и совсем неизвестно что будет дальше. Бедняжка сжалась всем своим существом, почувствовав, что холод стал ещё ближе. Момент, и злосчастный глаз блеснул уже рядом с её кроватью, практически напротив. Взгляды встретились, теперь Фурина слышала свое дыхание, жуткую дрожь по телу и ощущение будто её сейчас накроет дичайшей паничкой. Минуты молчания тянулись самой мучительной пыткой, пока тень не пригнула голову, нахмурившись, налив целый глаз кровью, громко хрустнув шеей, или в целом телом, не понятно, и будто протягивая руку к девушке, урча что-то по типу : «Моей будешь, со мной уйдешь» Ведьмочка не вникала в смысл, потому что почувствовала как погружается в сон, забывая о какой либо тревоге и бдительности. «Боже, хоть бы проснуться завтра» Последнее, что пронеслось в её тяжелой как кувалде голове. Конец первой главы.